Дарья Сивашенкова: Милосердие — лучшее из Его имен
Совсем скоро Церковь вступит в самый напряженный этап Великого поста, в центре которого находятся последние дни земной жизни Господа нашего Иисуса Христа. Одним из главных действующих лиц Страстной недели является Иуда Искариот, чье имя навсегда вошло в мировую историю, став синонимом слова «предательство». «Записная книжка христианина» пообщалась с Дарьей Сивашенковой, которая в книге «Вот Иуда, предающий Меня. Мотивы и смыслы евангельской драмы» сделала акцент на рассмотрении отношений между Учителем и учеником.
Дарья,здравствуйте. Вы рассказали, что к пришли к вере через историю Иуды Искариота. При каких условиях эта история попалась вам на глаза, чем заинтересовала?
Она в прямом смысле стала моей дорогой ко Христу. Мне было пятнадцать лет, я читала Евангелие и, когда я добралась до короткого евангельского рассказа о его раскаянии и самоубийстве, меня накрыло такое невероятное черное отчаяние, пронзила такая невероятная, огромная чужая боль, что я чуть не захлебнулась в ней. Я в буквальном смысле тонула в чужом ужасе, чужом раскаянии, и в этот миг я совершенно ясно поняла: это не может быть выдумкой. Это все было по-настоящему. Все всерьез. И Евангелие – безусловная правда, то, что там написано – безусловная правда.
Можно сказать, что Иуда в миг его раскаяния стал первым живым человеком, которого я встретила на страницах Нового Завета. И я поняла, что единственный путь из этой боли – ко Христу. Нет другого Спасителя, нет другого Избавителя – только Он один. Тот, о Котором написано Евангелие.
С таким отчаянием внутри невозможно было жить иначе, как обратившись ко Христу уже лично мне. Это была моя первая молитва к Нему. И в этой первой молитве я осознала Христа, как источник и образ такого абсолютного милосердия, которого просто не бывает в нашем мире.
И понимание глубины этого милосердия, Его любви, сострадания к человеческому отчаянию и Его сила исцелить любую рану перевернули меня за одну ночь. Утром я пришла в школу в каком-то еще непонятном для меня состоянии, одноклассники сразу стали спрашивать: «Даша, что с тобой случилось, ты просто на себя не похожа». А у меня мир изменился, моя история расширилась на 2000 лет!
Как возникла мысль написать об этом книгу-исследование? С какими трудностями вы столкнулись при её создании?
Я долгое время не думала и не разбиралась в факте самого предательства. Для меня Иуда многие годы был символом, образом глубокого и полного раскаяния. Про предательство я начала думать очень нескоро, лет через 15, когда в конце концов я все-таки встала перед вопросом: но что же он натворил такое, что стало причиной такого раскаяния аж до самоубийства. И стала разбираться.
Сначала я не собиралась писать книгу. Думала, это будет статья. Потом – эссе. Потом поняла, что материала слишком много и надо работать всерьез.
Самым трудным было писать про само предательство. Действительно сатанинское деяние, по своим мотивам много хуже, чем о нем традиционно пишут. И погружаться туда, разбирать эту дьявольскую логику, было невыносимо тяжело. Также тяжело было писать о самоубийстве, разбирая самые неприятные физиологические подробности, в буквальном смысле казалось, что у меня руки по локоть в крови.
Работник за тяжкую дневную работу получал обыкновенно только динарий. Иуде предложено было тридцать сребреников. Это были “сикли храма”,где один только сикль равнялся 4 динариям! Стало быть, цена, предложенная Иуде, была в 120 раз выше поденной платы одного работника. Более трети года нужно было переносить “тягость дня и зной”, чтобы заработать такие деньги. (А.П.Лопухин — библеист, богослов)
Если обобщить все версии мотива предательства Иуды, то можно выделить три основных концепции: 1. Алчность. А. П. Лопухин пишет, что 30 серебрянников - это очень немаленькая сумма. 2. Иуда разочаровался в своём Учителе и хотел отомстить ему за разбитые надежды. 3. Он лучше всех понимал Христа и хотел как-бы ускорить процесс, в ходе которого Господь явит Свою силу и сокрушит всех врагов. Какая позиция вам ближе всего?
Наверное, из всего перечисленного – вторая. Правда, с большими оговорками. Обычно, когда говорят о разочаровании Иуды во Христе, то имеют в виду, что Искариот был разочарован нежеланием Учителя становиться Царем Иудейским, поднимать народ на восстание, начинать бунт против Рима. Причиной поступка Иуды видят крах его националистических и лично-честолюбивых надежд.
Мне кажется, что эта версия слабо выдерживает критику. Если Иуда в самом деле видел в Христе только национального лидера, только освободителя народа из-под власти римлян, то, откровенно говоря, совершенно непонятно, зачем Христу в принципе нужен был такой апостол. Вспомним, что Двенадцать не только ходили вместе с Ним все время, но и проповедовали о Нем. В том числе проповедовал и Иуда. Вряд ли Христос посылал на проповедь ученика, который настолько неверно понял суть Его учения – ведь по сути это значит ставить подножку Самому Себе. Зачем Ему это?
Помимо этого, если Иуда в самом деле мстил Христу за то, что Тот не исполнил его чаяния, то совершенно непонятно, почему раскаяние настигает его так быстро и накрывает так сильно, что доводит до самоубийства. Напротив, видя, что обманщик осужден Синедрионом, Иуда должен был испытать удовлетворение от соврешенной мести. А вместо этого он идет к властям и говорит им: «Согрешил я, предав кровь неповинную». Неповинную! Разве сказал бы так о Христе тот, кто считал Его обманщиком и лже-Мессией? Да ни в коем случае.
Я думаю, причиной предательства действительно стало разочарование и желание отомстить, только мотивы этого разочарования были совершенно иные. Предательство – поступок достаточно импульсивный, за ним видна очень личная и очень острая обида. Скорее всего, она была связана с тем, чем Иуда занимался при Христе – с его положением и обязанностями казначея.
Апокрифическое «Евангелие от Иуды» показывает бывшего апостола с выигрышной стороны, самым тонким последователем Христа. В повести Леонида Андреева, Иуда "затравлен" апостолами и совершает в итоге то, чего от него и так все ждут. Как вы относитесь к этим художественным произведениям, и где та грань между здравой попыткой реконструировать евангельские события и откровенным сочинительством, где желаемое выдаётся за действительное?
Грань проходит там, где текст Писания начинает игнорироваться ради собственного домысла. Безусловно, говоря об этой истории, местами приходится домысливать, но собственное сочинительство не должно противоречить священным текстам. Напротив: додуманный кусок мозаики должен соединять два эпизода так, чтобы между ними становилась очевидна логическая связь, и, по возможности, он должен иметь хотя бы какие-то основания в самом евангельском тексте.
А у Андреева слишком много чисто художественного вымысла, у которого нет ни малейшей евангельской опоры, это голая фантазия на библейскую тему. Впрочем, к художественным произведениям типа андреевского «Иуды Искариота» богословских претензий предъявлять нельзя. На то они и художественные, что не претендуют на богословскую и историческую достоверность, не называют себя толкованиями евангельского текста. Это произведения «по мотивам» Евангелия, их Иуда – не евангельский Иуда, это художественный герой.
Гностические же тексты, к которым относится и «Евангелие от Иуды» попросту идут «от обратного», протипоставляя себя каноничным Евангелиям. Им тоже не важен Иуда, как реальный человек – им нужен некий герой с таким же именем, который, в пику церковной традиции, будет назван любимым и самым близким учеником.
В своей книге вы рассматриваете ряд деталей, на которые непросто обратить внимание при чтении сцен, связанных с Иудой. Взять хотя бы сцену с его приходом к первосвященникам после предательства. Тем не менее, в Евангелии и Деяниях апостолы предельно четко сформулировали свою позицию по Иуде и его поступку. Не является ли это своего рода маячком, который говорит нам, что слишком вдаваться в мотивы и детали его поступка не стоит?
А я бы не сказала, что они предельно четко сформулировали свою позицию. Более того, мне кажется, что именно собственную позицию никто из апостолов и вовсе не описывает. Чуть-чуть личного отношения мы можем увидеть только в Евангелии от Иоанна, евангелисты-синоптики и автор Деяний рассказывают только о фактах.
И тут уже наше дело: обращать на них внимание или пройти мимо, удовлетворившись самым прямым и простым объяснением: воровать и предавать плохо, а вешаться – еще хуже. Но неужели только ради этих незамысловатых выводов евангелисты показывают нам огромную трагедию человеческой души?
История Иуды — это евангельская история, а Евангелие – это рассказ о Христе, в Евангелии нет ничего, что не служило бы делу проповеди. Если бы эта история не свидетельствовала, не рассказывала о Христе – она бы не вошла в Евангелие, потому что там нет ничего лишнего. И, если в Писании мы читаем так много подробностей про Иуду – а их там в самом деле много – это значит, что через эту историю нам способен открыться Христос. Уже только ради этого стоит внимательнее к ней присмотреться.
Для многих людей является непонятным и соблазнительным тот факт, что на Иуде исполнилось пророчество о предательстве Христа, но при этом в христианстве нет такого понятия, как «предопределение», и решение Иуды - это исключительно результат его собственного выбора. Как, на ваш взгляд, можно разрешить это кажущееся противоречие?
Во-первых, я сразу подчеркну, предательство – не залог нашего спасения. Приходилось мне слышать версии, что Иуда совершил некое благое деяние, потому что без предательства не было бы распятия, а без распятия – искупления. Так вот: это неправда. Господь, творя дело нашего спасения, никогда не стал бы рассчитывать и опираться на чей-то грех, а предательство Христа на смерть – безусловный грех. В основе нашего спасения никак не может лежать труп чьей-то души.
И распятие, и искупление состоялись бы и без предательства Иуды. Тем более, что в Евангелии мы видим, как Христос желает, чтобы Искариот передумал, и сколько дает ему для этого возможностей. Но поступить так, как он поступил – свободная воля Иуды, его собственное решение.
Во-вторых, в Ветхом завете, где мы и читаем пророчества о предательстве, никак не сказано, каким должно было быть это предательство. Если понимать его достаточно широко – например, от мысленного, внутреннего отречения от Христа до прямой выдачи Его на смерть, что сделал Иуда, - то вариантов получается много и далеко не все они имеют трагический исход. Иуда мог не доводить дело до самого ужасного, даже предав, он мог раскаяться и обратиться ко Христу в любой момент до ухода с Тайной Вечери. Тогда пророчество было бы исполнено, но история Иуды закончилась бы совсем иначе.
При этом подчеркну, что необратимо все стало именно после ухода с Тайной Вечери. Именно после этого Христос говорит о гибели «сына погибели», потому что после Тайной Вечери Иуда уже не имеет возможности принести покаяние живому Христу. Иуду часто упрекают в том, что он не обратился ко Христу после своего раскаяния – но это очень странный упрек. Куда он мог пойти просить прощения, если Христос арестован и заключен под стражу?
«Я увидел там горе Спасителя, навсегда теряющего Своего ученика, которого Он любил, который был рядом с Ним в Его странствиях. Здесь конфликт, и конфликт внутренний, происходящий в душе каждого». Николай Ге — художник-живописец.
Вы использовали достаточно обширную библиографию, опираясь как на святых отцов, так и на толкователей Библии. Но в вашей библиография почти не упоминаются труды западных библеистов. С чем это связано? Эта тема ими не особенно проработана или же ничего принципиально нового они не сказали?
Версии западной библеистики не сильно отличаются от привычных нам. Разве что там чаще делается упор на то, что мотивом предательства стало разочарование Иуды в мотивах Христа или его желание «подтолкнуть» Учителя к тому, чтобы Он объявил Себя Мессией, бросил вызов Риму. В православной традиции все-таки обычным мотивом чаще называют сребролюбие.
Чем, на ваш взгляд, история Иуды поучительна для любого человека, читающего Евангелие? Какие выводы можно из неё вынести?
Я столько лет живу и переживаю эту историю, что мне кажется, что через нее можно увидеть все Евангелие – как в капле воды можно увидеть отражение солнца. Ведь в самом деле – мы видим в ней все самое главное: и то, как глубоко можно пасть, и то, как Господь, не брезгуя нашим греховным состоянием, раз за разом протягивает нам руку, чтобы помочь выбраться из пропасти, куда мы сами прыгнули. Можно увидеть, что Господь ничего не жалеет ради нашего спасения, всего Себя отдает, чтобы не допустить гибели нашей души. Можно увидеть, что и самый страшный грех – не окончательный приговор, можно одуматься, раскаяться – то есть, никогда не следует махать рукой на грешника, мол, он уже не переменится.
К счастью, история Иуды уникальна тем, что никто из нас не может ее повторить: никому не дано предать на смерть живого Христа, никто не останется один на один с таким страшным грехом, как остался в раскаянии Иуда.
Каким Христос предстал для вас на страницах Евангелия? Чем произвёл на вас впечатления и какие стереотипы о себе разрушил?
Как я уже сказала, Он предстал для меня образом абсолютного милосердия, совершенного, полного, прощающего и исцеляющего любую человеческую рану. И все эти годы милосердие Христово – основа моего собственного христианства, моя надежда, мое упование. Милосердие – лучшее из Его имен. У меня не было никаких стереотипов – к пятнадцати годам я просто не успела их обрести – можно сказать, что образ Христа написался в моей душе сразу «набело», без черновиков.
Какие книги помогли вам раскрыть христианство? Чтобы из прочитанного вы могли бы посоветовать прочитать всем интересующимся?
Я честно скажу: основная книга, которая раскрыла для меня христианство – это Евангелие. Все остальное было интересно читать, но все главные мысли, все основы я брала напрямую из первоисточника. И тем радостнее потом было находить схожие идеи в толкованиях Святых Отцов или у таких признанных авторитетов, как митрополит Антоний Сурожский.
*при использовании материала ссылка на источник обязательна