Связь времен и поколений…
Отгремели залпы праздничных салютов в честь Дня Защитника Отечества, и сегодня, когда схлынул поток поздравлений и посвященной празднику информации, мы хотим рассказать о связи времен, о том, как через многие годы память о павших героях Великой Отечественной, передававшаяся из поколения в поколение, от прадедов к правнукам, помогла вернуть из забвения имена двоих советских воинов, погибших на Зубцовской земле далеким летом 1942 года.
Без малого 115 лет назад, весной 1908 года, в деревне Козлово Зубцовского уезда Тверской губернии, что в семи километрах к юго-востоку от Зубцова, в семье крестьянина Егора Замараева родился сын, которого назвали, как отца - Егором. Детство его пришлось на непростые времена, учился не долго, окончил всего 4 класса, нужно было работать в крестьянском хозяйстве. Когда началась коллективизация, вступил в колхоз.
В 1939 году грянула финская война. Егор Егорович, в семье которого подрастало уже двое детей, был мобилизован, воевал, дважды ранен в снегах Финляндии, демобилизовался. Совсем скоро началась Великая Отечественная, и в июне 1941 года он снова был призван.
Служить ему выпало на совсем вроде бы и не боевом участке, младший сержант Замараев был назначен командиром отделения взвода зенитных пулеметов головного авиационного склада № 2002.
Но в суровую осень 1941-го, когда склад перебазировался с аэроузла Ново-Дугино, многое его имущество, что нельзя уже было вывезти, требовалось уничтожить, а поблизости уже был слышен стрекот вражеских мотоциклов.
Младший сержант Замараев со своим спаренным пулеметом ДА-2 поджидал их на опушке, пока сослуживцы уничтожали имущество. По воле случая немецкие мотоциклисты поехали в другом направлении, и бойцы ГАвС № 2002, выполнив свою задачу, смогли выйти из окружения.
Почти через год, в скупом на награды сентябре 1942 года, приказом Западного фронта Егор Замараев был награжден медалью «За боевые заслуги». Видно, благодаря ему, что-то важное не досталось врагу в октябре 1941-го…
Закончилась война, и осенью 1945 года младший сержант Замараев, награжденный также медалями «За оборону Москвы» и «За победу над Германией» вернулся в родную деревню, восстанавливал разрушенное войной хозяйство. И хоть всю жизнь из его тела выходили осколки – память о финской войне, работал на совесть в сельхозартели, позднее колхозе «Свободный труд», колхозе им. Калинина, был даже председателем его правления.
В шестидесятые годы у него и жены - Капитолины Васильевны, в их доме в Козлово, частенько и подолгу гостили любимые внучки - сестры Людмила и Ольга.
Их другой дед - Сергей Иванович Иванов из деревни Рыльцево тоже геройски сражался на фронтах Великой Отечественной, хоть и не прост был его жизненный путь.
В конце лета 1941 года, когда никто еще не ожидал, что война придет и в наши края, через Рыльцево в тыл гнали скот из западных районов Смоленщины. Как крепкий хозяйственник, Сергей Иванович, в то время председатель колхоза, обменял колхозную корову на одну из смоленских, для улучшения породы. Времена были суровые, и за свой поступок оказался он на Урале, в печально знаменитом Ивдельлаге НКВД…
В 1943 году Сергей Иванович был призван в Красную Армию. 22 августа 1943 года при наступлении на село Большая Даниловка, что в предместьях Харькова, командир отделения связи 523 стрелкового полка 111 стрелковой дивизии младший сержант Иванов был ранен, но продолжал командовать отделением и устранил 12 порывов телефонной линии. За это подвиг он был награжден медалью «За боевые заслуги».
Был он ранен еще дважды – в январе 1944 года и в феврале 1945 года. В самом конце войны, 7 мая 1945 года, при прорыве вражеской обороны в районе города Ниски, в Саксонии, командир отделения 49 стрелкового полка 50 стрелковой Запорожско-Кировоградской Краснознаменной орденов Суворова и Кутузова дивизии сержант Иванов уничтожил 7 солдат и офицеров противника, за что был награжден орденом Красной Звезды.
После демобилизации он вернулся к жене и троим детям, в семье родились еще дочь и сын, был председателем Рыльцевского сельского совета, работал зоотехником, заместителем председателя колхоза «Герой», бригадиром.
Хорошо знавшие о Великой Отечественной по рассказам дедов-фронтовиков, сестры Людмила и Ольга не смогли остаться равнодушными, когда однажды Егор Егорович показал им одинокую могилу у развалин старого помещичьего дома и рассказал, что тут в годы войны был похоронен погибший боец Красной Армии.
Сестры стали ухаживать за этой безвестной могилой, посадили на ней цветы, а чуть позже – березку.
Шли годы. В 1980-м ушел из жизни Егор Егорович, Капитолина Васильевна переехала жить к сыну в соседнюю деревню. Козлово стало ветшать и пустеть, но на могиле неизвестного бойца еще десятки лет цвели цветы и росла береза, которые посадили Людмила и Ольга.
Сестры выросли. Отучились, стали жить взрослой жизнью, работать. У Людмилы Александровны родился сын Андрей. Совсем неудивительно, что со временем он стал поисковиком. Теперь он уже ветеран поискового движения района, хорошо известный многим участник нашей команды – Андрей Виноградов.
Летом 2002 года, во главе небольшой группы Зубцовского поискового отряда «Долина», он приехал в Козлово в поисках могилы красноармейца, о которой много раз слышал от мамы и тети.
Неподалеку от вросших в землю камней фундамента старинного помещичьего дома, скрытых в кустах желтой акации, среди зарослей крапивы и иван-чая без особого труда удалось найти едва заметный бесформенный холмик.
На глубине не меньше метра щуп наткнулся на препятствие, издавая хорошо знакомый звук...
Когда поисковики аккуратно, слой за слоем снимая землю, добрались до останков, оказалось, что в могиле были похоронены двое бойцов!
Мало того, при каждом из них был медальон!
Из личных вещей смогли найти совсем немногое. У одного из погибших в кармане лежали зеркальце и небольшая металлическая шестеренка, у другого – колпачок от золотника-ниппеля…
Вкладыши медальонов сохранились неплохо, но чернила, которыми они были заполнены, расплылись и прочитать их полностью сразу не удалось.
Было ясно только то, что один принадлежит Нестерову Ивану, 1916 года рождения, из Киевской области, другой – Николаю Сергеевичу, жителю УССР…
23 августа 2002 года останки этих двоих бойцов были перезахоронены с отданием воинских и духовных почестей на воинском мемориале в деревне Веригино.
Спустя год, наш друг - командир Архивно-поисковой группы «Броня» из города Саранска Алексей Кузнецов, обработав сканы вкладышей в «фотошопе», сумел прочитать большую часть текста в них.
Оказалось, что одним из бойцов, похороненных в Козлово, был сержант 113 минометного полка РГК Нестеров Иван Емельянович, 1916 года рождения, уроженец и житель хутора Корякивка Богуславского района Киевской области. По данным Центрального архива Министерства Обороны Российской Федерации, он был убит 7 августа 1942 года.
В 2004 году Зубцовские поисковики смогли разыскать родственников сержанта Нестерова. Из письма его племянника: «…Мы с отцом – Нестеровым Евтихием Емельяновичем получили Ваше сообщение о судьбе моего родного дяди и брата моего отца Нестерова Ивана Емельяновича… Из пяти родных братьев, четверо – Евтихий, Иван, Василий и Яков – с первых дней на полях боев Великой Отечественной войны. Из них, двое средних – Иван и Василий – погибли. Сейчас из пяти братьев в живых остался самый старший из них – мой 92-х летний отец…. Собственной семьей Иван Емельянович обзавестись не успел – сначала финская, а затем ВОВ…».
Второй медальон не поддавался прочтению еще дольше, несколько лет, но все-таки и его удалось прочитать. Как оказалось, он принадлежал Жученко Николаю Сергеевичу, 1914 года рождения, уроженцу и жителю города Часов Яр Артемовского района Сталинской области УССР.
8 августа 1942 года старший сержант Жученко, радист-пулеметчик боевой машины разведроты 8 мотострелковой бригады 8 танкового корпуса был убит при бомбежке авиации противника у деревни Козлово Зубцовского района и был похоронен там же.
Найти его родственников так и не удалось, а сейчас в его родных местах идут бои, наши воины освобождают многострадальную землю Донбасса от новоявленных последователей дела бесноватого фюрера...
Как же получилось, что в одной могиле оказались похороненными бойцы частей, входивших в состав двух разных армий – 31-й и 20-й?
Вот что смогли мы узнать, изучая архивные документы.
Из боевого донесения 113 минометного полка РГК за 7 августа 1942 года:
«1. Противник занял новый рубеж обороны Борщевка (Борщево) – Веригино. Ведет интенсивный ружейно-пулеметный огонь. Авиация прот-ка вела воздушные бои с нашей авиацией.
2. Справа и слева – сведений о соседях нет.
3. 113 мп РГК выполняет боевую задачу приказа № 26. Противник оставил селения Данилово (Данилково), Тюшково (Тюшино), Стан, отошел на рубеж Борщевка (Борщево) – Веригино и в 14.30 на рощу от выс. 202,8 в Польково (Пульниково) силою до двух батальонов пехоты пошел в контр-атаку, которая была отражена минометно-артиллерийским огнем, и отошел на дер. Пульчино (Пульниково) и в настоящее время сосредотачивается ю дер. Пульниково в р-не выс. 202,8, численностью до 300 человек для контратаки. Полк, отражая контратаку прот-ка и поддерживая наступление пехоты по овладению дер. Данилово, Тюшково, Стан, израсходовал 350 мин. Имеется на лицо на ОП мин – 120 шт. На подвозе из разных мест – 24 подводы или 240 ящ., которые будут получены к 22.00. На ППБ мин остается 160 шт. Мин на ПС № 431 дер. Старая (Старое) не оказалось, для подвозки последнего количества мин на ППБ в кол-ве 5 подвод.
4. … продовольствие и фураж – из-за отсутствия транспорта находятся в 4-х местах на протяжении 30 км.
5. 6.08.42 года с 17.00 до 20.00 при бомбежке противником нашего обоза в количестве 5 подвод 2 бат. подвозившие мины убито 8 лошадей, уничтожено 3 повозки, убиты 4 бойца и 2 ранено, часть мин – взорвана…»
В ходе Великой Отечественной войны 8 мотострелковая бригада была преобразована в 134 механизированный полк, за подвиги своих воинов удостоившийся почетного наименования Бобруйского и награжденный орденами Красного Знамени, Суворова и Кутузова второй степени.
Из отчета о боевых действиях 134 мехполка: «…К утру 4 августа 1942 года бригада расположилась в лесу в 5 км от Погорелое Городище. Здесь была не одна 8-я бригада. Весь лес был забит войсками. Немец бежал на запад, наши части преследовали его. В 19.00 4 августа 1942 года тронулась 8-я бригада. 6 августа 1942 года в районе деревни Жданово вражеская авиация неоднократно атаковывала колонны автомашин бригады. Эти бомбежки для многих бойцов и командиров были первым крещением…»
8 танковый корпус, в состав которого входила бригада, вечером 5 августа был введен в прорыв обороны противника на рубеже р. Держа для развития наступления в направлении Зеваловка, Пруды, Хлепень.
6 августа передовые части 31-й Армии вышли на рубеж реки Вазуза южнее Зубцова и начали ее форсирование.
Бригады 8 танкового корпуса утром того же дня сосредоточились в районе Красново – Жданово, и к вечеру вступили в бой в районе Карамзино, Печора.
Начиная с конца июля 1942 года почти непрерывно шли проливные дожди, грунтовые дороги полностью развезло, а после прохождения по ним танков они становились и вовсе непроходимыми для транспорта.
В результате, большая часть транспорта наступавших частей завязла в грязи… Снабжение передовых частей боеприпасами, горючим и продовольствием было практически парализовано.
Пожалуй, лучше всего, сложившаяся в те дни непростая ситуация описана в Отчете о боевых действиях 25 танковой бригады, входившей в состав 8 танкового корпуса.
«… 20.00 5.8.42 г. выполняя приказ Штакора 8 т бригада выступила и к 10.00 6.8.42 г. сосредоточилась в р-не Красново, пройдя 16 км.
… Состояние пути было очень тяжелое. Прошедшие дожди дорогу размыли, много грязи, почва была разбухшая и сама местность была низкой, болотистой, со множеством ручейков – вообще не пригодная для действия танков, особенно «КВ».
Со стороны армейских тыловых организаций ничего не было сделано для того, что бы оборудовать колонные пути или исправить дорогу и тем самым ускорить сосредоточение танков и не трепать мат.часть. По одной дороге шла масса войск, разных родов орудий и войск /кавалерия, артиллерия всех калибров, танки и т.д./, что также затрудняло движение и отражалось на состоянии мат.части. Тяжелые танки шли все время на замедленной передаче, хотя рабочей передачей считается 2-я передача. Своей тяжестью трамбуя и одновременно шлифуя дорогу, это крепко отразилось, особенно на коробках перемены передач, так как блок шестерен задней, замедленной скорости не выдерживал нагрузки по такой непроходимой дороге и в массовом порядке начали выходить из строя.
На пути движения … из 24 танков «КВ» отстало 20 танков по причине выхода из строя коробок перемены передач. Из 27 танков Т-60 на исходные позиции прибыло 5 танков, их них у 2-х танков поплавлены подшипники, сгорело сцепление и у 2-х танков лопнули клапана и толкатели.
Тяжелое состояние дорог отразилось на автотранспорте и тылах бригады. Колесные машины растянулись на машину, многие застряли в грязи. Для продвижения их были использованы: имеющийся трактор и танки Т-60. В первую очередь подтягивались горючее и боеприпасы. Зенитная артиллерийская батарея и истребительно-противотанковая батарея также остались из-за тяжелого состояния дороги…»
Дальнейший маршрут следования бригад корпуса через лесисто-болотистую местность в направлении Карамзино был ничуть не легче…
Почему же 8 августа, когда части бригады вели бои на правом берегу Вазузы, боец ее разведроты погиб в районе Козлово, почти в 20-и километрах оттуда?
Нас заинтересовало, какая загадочная «боевая машина» указана в наименовании должности радиста – пулеметчика старшего сержанта Жученко, и мы обратились за консультацией к признанным экспертам по автобронетанковым войскам Великой Отечественной.
Полученный ответ помог понять, каким образом погибший боец разведроты в разгар боев оказался в тыловом районе.
На тот период разведывательные роты мотострелковых бригад не имели на вооружении танков, а среди иной боевой техники радисты-пулеметчики имелись только в составе экипажей бронеавтомобилей БА-10.
Эти бронемашины выпуска предвоенных лет были созданы на базе трехосного грузовика ГАЗ-ААА с колесной формулой 6х4 и вооружены 45-мм пушкой и двумя пулеметами ДТ. Однако с двигателем мощностью всего 50 лошадиных сил, не имея полного привода, эти машины массой 5,5 тонн обладали весьма невысокой проходимостью, даже с быстросъемными гусеничными лентами «оверолл», одевавшимися на задние колеса.
Очевидно, именно потому боевая машина, в состав экипажа которой входил старший сержант Жученко, и смогла добраться по разбитым вдрызг дорогам только до Козлово, где он погиб при авиационном ударе противника…
Пользуясь тем, что те немногие средства ПВО, что имелись в частях, в большинстве своем застряли на раскисших дорогах, немецкие бомбардировщики наносили такие удары регулярно. Под один из них попал и старший сержант Нестеров, обеспечивавший подвоз боеприпасов для своего минометного полка.
Эти два бойца погибли не в прямом бою с врагом, но то, что делали они, само по себе уже было подвигом!
В архивных документах войсковой метеослужбы Красной Армии 1942 год в средней полосе России неоднократно фигурирует, как «мокрый».
Многие из нас – водители внедорожных автомобилей и не понаслышке знают, что такой год в наших краях означает огромные трудности при попытке проехать куда-либо там, где нет асфальта. И это на современной полноприводной технике, зачастую подготовленной по полной программе к штурму бездорожья…
А теперь попробуйте представить, что вынесли на своих плечах те бойцы, которые буквально на руках тащили по непролазной грязи, где от нагрузки ломались даже могучие КВ, свою технику, совсем не приспособленную к таким условиям.
Каково было тем, кто выбиваясь из сил, помогал измученным лошадям вытаскивать застрявшие телеги, что везли боеприпасы и продовольствие для бойцов, сражающихся на передовой?
И не забывайте, все это происходило под жестокими артиллерийскими обстрелами и бомбежками с воздуха!
Слава подвигу советского, русского солдата!
Вечная память павшим героям!
Земной поклон всем нашим предкам, что научили нас любить Родину и передали нам историческую память о грозных днях Великой Отечественной!