Юлия Хаперская. Природа – моя муза
– Что есть внутренняя свобода для Вас?
– Внутренняя свобода для меня - это возможность оставаться со своими мыслями, делиться ими по желанию и давать себе право ошибаться, начинать сначала. Исповедовать то, во что веришь. Так много составляющих получается.
– Были ли Вы счастливы? Когда?
Я часто бываю очень счастливой. Это особенность восприятия жизни. Есть прекрасные места, где мне всегда хорошо. Есть близкие и далёкие люди, которые дают принятие и любовь. У меня бывали довольно длительные периоды , когда я зарабатывала , занимаясь любимым делом. А иногда счастье - это просто возможность наблюдать за пламенем свечи.–
– «Порой чтобы подняться наверх, надо опуститься на самое дно, и оттолкнуться» — были в Вашей жизни моменты, иллюстрирующее это высказывание ?
– Погружение на дно, огорчения и разочарования не приводят меня к грандиозным решениям и полётам мысли. Я предпочитаю благополучие. И в спокойной обстановке, без надрыва у меня легче получается делать необходимые для жизни открытия.
– Красота — это про осязаемое или про метафизическое?
– Красота для меня может быть в разных формах. У меня когда-то была, как у экскурсовода, лицензия, дающая право проводить экскурсии в музее Фаберже на Фонтанке. И там каждый соприкасается с осязаемой красотой мира вещей. А недавно я оказалась на литургии в небольшом храме Святого Николая у места дуэли А. С. Пушкина. И в каждом слове чувствовалась красота общей молитвы.
В глазах смотрящего очень многое кроется.
– Вы чувствовали хтонь?
– Хтонь... Это слово сейчас можно часто услышать. У него сейчас множество оттенков значений. Если это про страх неизвестного финала или про необъяснимую тревогу, то порою я чувствую это в старых петербургских домах. Например, в доме политкаторжан на Троицкой площади.
– Грусть, тревога — двигатель творчества или палка в колесе?
– Думаю, что сильные чувства, конечно, являются двигателем творчества. Но, кому - то больше помогает грусть, а кому-то радость, чтобы выразить свои мысли.
– Если бы инопланетяне наблюдали за нами, о чëм бы подумали в первую очередь?
– Инопланетяне сегодня обрадовались бы, что они с другой планеты и пожелали бы нам любви.
– Муза — у Вас есть?
– Муза у меня есть. На сегодняшний день это природа. Но иногда в роли Музы выступают конкретные люди, которых любишь.
– «Половина творца — это его травмы». Согласны?
– Я думаю, что не половина. Смягчим: треть.
– Находясь у края обрыва вы явствуете?..
– У всех обрывов вспоминаются слова В. Розанова:" Мы рождаемся для любви." Думаешь о тех , кто дорог, о том, всё ли сделал для них.
Я люблю оттенки синего и стёкла.
Ягоды тамбовских сочных бус.
Капли неба на дорогах мокрых.
Дуновенья лёгких волжских муз.
Бирюзу наличников из Плёса,
Белого налива нежный цвет.
Аромат июльских сенокосов.
Деревянных храмов тихий свет.
Пусть тепло и запах иван- чая
Наполняет радужную гжель...
Так, в просторах русских замечаю
Очертанья сада Мажорель*.
* Парк Мажорель- ботанический сад в Марокко
Юлия Хаперская – Мажорель
Эпиграф
Я научилась просто, мудро жить,
Смотреть на небо и молиться Богу,
И долго перед вечером бродить,
Чтоб утомить ненужную тревогу....
Анна Ахматова – Я научилась просто, мудро жить… (1912)
Почему- то жаль благополучья.
Пошатнулось, пройденный этап.
Но есть бронза солнечных излучин.
Тихий скрип сосновых хмурых лап.
Научиться просто жить и мудро,
Как сказал любимый мой поэт...
На снегу оттенки перламутра,
В них ищу декабрьский робкий свет.
Юлия Хаперская – Учусь
Эпиграф
По теплым трубам человечьих крыш,
Поверженный, в чем ты найдешь опору,
Не дав угаснуть разуму и взору?
Как устоишь? А ты ведь устоишь.
Галина Гампер – Что из того, что лестница крута? (2003)
Фарисейство. И точка фокуса.
В чём же правда твоя, душа?
Все просветы на небе лотосом
Раскрываются неспеша.
Растревожено, разметелено
И распахнуто ноябрём
Во что верили, что хотели мы.
Но однако же, всё живём.
Пробирается к сердцу изморозь
Петербургских неровных крыш.
Но вот солнце из плена вырвалось.
И ты справишься, устоишь.
Юлия Хаперская – Фарисейство…