Интервью с Paul Minesweeper

А.: Чеек!

Паша: Чек.

А. (смеётся): Ещё громче давай!

Паша: Если я громче скажу, то… Нам принесут чек.

(смеёмся)

Паша (улыбается): Фьить-ха!

А. (смеётся): Хочу тебе сказать, что я очень признательна, что ты сегодня здесь. Спасибо за интерес к моим скромным СМИ, и… За то, что ты согласился на это интервью.

Паша: Не мог не согласиться.

А. (улыбается): Ну что, начнём. Говорят, что «the art never comes from happiness». Расскажешь, почему ты стал заниматься музыкой?

Паша: Наверное, потому что… Это, в какой-то степени, стало моей религией, лайфстайлом. Это то, что меня всегда, всю жизнь, радовало — даже когда это разочаровывало, когда злило, напрягало и так далее, всё равно я это очень ценю. Наверное, больше, чем что-либо ещё в жизни. Просто потому, что… Я всегда находил утешение и поддержку в музыке. Которую писали другие люди. Как-то так. Я считаю, что клин клином выбивают, и… Самое главное качество в музыке ВСЕГДА было, есть и будет — это сострадание, которое может выражать… Музыкант по отношению к чувствам, ситуациям жизненным, которые испытывает любой из нас. Я бы сказал так.

А.: Ты сейчас, в принципе, проанализировал весь свой музыкальный путь, и ответ больше этому посвящён. Мне хотелось бы уточнить: когда ты вообще попытался сочинить что-то своё? Что этому предшествовало, какой порыв, чем он был вызван, с какой мыслью ты это делал?

Паша: Ну… Я б не сказал, что это был порыв, это были пример и мотивация моего одноклассника. Поскольку это был где-то 9 или 10 класс. Я не знал, чем заняться вообще в этой жизни… Пытался достаточно бесцельно. Я встретил вот такого человека, точнее, его заприметил в 10 классе — хотя мы учились с 3. Я увидел, что это человек увлечённый, я впервые в своей жизни увидел увлечённого человека — не человека, который, там… Гнобит своих одноклассников, над кем-то угарает, там, просто фигово учится, или очень хорошо учится. Я тогда не понимал вообще никакого смысла в жизни, в принципе у меня его не было. Вот. А здесь я увидел человека, который был очень многим увлечён по жизни — и поездами, и играми, там… Чего у него только не было. И тут он мне рассказывает: «Слушай, а есть программы, в которых можно музыку писать. Прикинь? Прям вот ПОЧТИ КАК НАСТОЯЩУЮ». Я такой: «Чего? Давай показывай, мне это дико интересно вообще» (улыбается). То есть, было интересно, что можно реально что-то создавать, и… Он мне дал «Fruity Loops» — ну, как у всех, кто начинал, да… (улыбается) Тут я включил «Fruity Loops», и всё завертелось. Как у всех… Воот, и я сел, открыл «Fruity Loops», испугался, потом её закрыл сразу…

(А. смеётся)

Паша (улыбается): Просто подумал: «ЧТО это вообще за дичь». Ну, посидел потом, и… Когда написал, собственно, первое какое-то подобие музыкального трека, у меня было такое чувство, что будто… Не знаю, я стал не просто человеком, а человеком со сверхспособностью. Что-то такое. То есть, что — вот, там все люди вокруг, да, а… У меня есть то, чего у других нет. И когда я это почувствовал, я понял, что это терять больше никогда в жизни не хочу. Так всё и завертелось.

А.: Это похоже на какую-то искру? Которую ты в себе нашёл.

Паша: Божью?

(смеёмся)

Паша (улыбается): Да нет, нет. На самом деле, это именно ощущалось как… Какая-то суперспособность. Я супергероев не люблю, но… Именно так это и ощущалось.

А.: Которая как — в тебе всегда была, или ты её открыл? По ощущениям можешь сказать?

Паша: Как будто я открыл... Возможность её приобрести. Вот, я её приобрёл, я поставил эту программу… Там более-менее всё понятно, я сам разобрался, без помощи этого друга. Ну, созванивались по телефону обычному, домашнему — тогда ещё мобильников как таковых не было… У детей, по крайней мере. Всё! И вот, эта способность у меня есть, я её теперь уже не потеряю никогда, и не хочу терять.

А.: Почему «Paul Minesweeper»?

Паша: Это… (улыбается) Ммм… Как бы сейчас сказали, постирония, или… Пост-мета-что-то там ирония, я не знаю…

А.: Короче, какая-то сложная ирония. (смеётся)

Паша (улыбается): Безумно сложная, которая даже и иронией не стала — я не знаю, это уже столько трансформаций прошло… На самом деле, это дань моему прошлому, в какой-то степени прикол, и в какой-то степени — самоирония, да. В 2004-2005 году — приблизительно в такое время, когда я, как раз, общался с этим одноклассником, я слушал… Транс. Прогрессив-транс…

А.: Ебаать…

Паша: Аплифтинг — вот это всё. Я был… (улыбается) Трансером.

(А. смеётся)

Паша (улыбается): Да.

А.: Но не трансом. (смеётся)

Паша: Фьить-ха!

(А. смеётся)

Паша (улыбается): Да! Ещё ничего не упущено, ещё всё можно поменять. (смеётся) Даже пол можно поменять. Но блин…

А. (смеётся): Какой именно «пол»? В смысле, «Paul» или пол?

Paul: «Minesweeper». (смеётся) Короче, там были популярны всякие товарищи, как… Paul Oakenfold, Paul van Dyk…

А.: McCartney. (смеётся)

Паша: Ха! Да, только он транс не писал, но ладно. (улыбается) Неважно. Какой-нибудь Ferry Corsten. У всех такие МОДНЫЕ, КРУТЫЕ на тот момент имена. Сейчас всё это вызывает, конечно, лютейший кринж. Там, Armin van Buuren ещё. Воот, и я смотрел на всё это, и как мелкий пиздюк, естественно, я такой думал: «Блиин, я тоже хочу быть клутым! Я тоже должен себе какой-то никнейм придумать!» (улыбается). Я ничего лучше не придумал, чем просто исковеркать свою фамилию… И своё имя. Перевёл на английский язык — и вот вам, пожалуйста, этот «Paul Minesweeper». Всё, и… С тех пор я очень много раз думал о том, чтобы поменять на что-то менее претенциозное… Что-то такое, лёгенькое — ну, такое. А потом я так подумал: «Да хрен бы с ним. Пускай остаётся это говно и всем мозолит глаза. Может быть, это поможет — вот эта дебильная претензия в названии… И может быть, меня как раз за счёт этого заметят».

А.: Знаешь… Здесь такая ремарочка. Хочу тебе сказать: когда я узнала о твоём существовании, это был день релиза би-сайдов ANTETHIC к альбому «Ghost Shirt Society». Собственно, где твой ремикс и фигурировал. Это в принципе, как бы… Была эра моего вхождения во всю эту тусовку, про которую мы ещё сегодня поговорим. Я послушала всё. Твой трек мне понравился, и я единственно поймала себя на мысли, что… Это звучит как что-то зарубежное, то есть, первым делом я даже не подумала, что это кто-то из локальной сцены. (улыбается) И особенно — кто-то из Питера. Так что… Возможно, это был удачный ход.

Паша: Слушай, мне, на самом деле, многие об этом говорили, и многие удивлялись — там, и в комментариях, когда я постил свои альбомы в разных пабликах. Многие даже не догадывались, что, в принципе… Этот человек проживает в России.

А. (улыбается): «Пашка! Это же Пашка!»

Паша (улыбается): «Это же Пашка!», да...

(А. смеётся)

Паша: То есть… Такого распознавания не было, нет — в основном, люди считали, что, действительно, это зарубежный проект. Мне это, естественно, ЛЬСТИЛО, потому что… (улыбается) Вот какой я зарубежный, мол, ууу!

А.: В принципе… Какую точку отсчёта бы ты назвал для своего сольного проекта — 2012 год?

Паша: В 2012 вышел мой первый релиз, но мне кажется, что это… Всё-таки, была проба пера, пускай и публичная. До этого я где-то на протяжении 5 лет просто учился музыку писать, и, соответственно, учитывая моё происхождение в плане жанра, я писал и транс, и хаус…

А.: Хаос.

Паша (улыбается): И хаос.

(А. смеётся)

Паша (продолжает): И ню-диско, я писал самые разные жанры электронной музыки, пытался писать. Вот, в моём послужном списке тогда были и псай-транс, и гоа-транс — то есть, я уходил в эти дебри. Но на самом деле, мне кажется, поворотный момент для проекта, который действительно стал… Прям публичным в РЕАЛЬНОЙ жизни - наверное, это ‘15 год. Когда у меня вышел альбом «Kingdom Of Grey».

Который я считаю таким образцовым… Среди, естественно, СВОЕГО музла, не больше, ни в коем разе. В плане такого типичного нейтрального по эмоциям звукового потока, так скажем. И именно тогда меня подметил Андрей из группы Sequoian Aequison. И… Собственно, пригласил меня что-то вместе написать, сыграть. Я тогда немножко подналожил в штаны, сказал: «Не-не, ребят, я не потяну». А потом, спустя какое-то время — буквально, там, проходит полгода или что-то такое — мне пишет уже Паша Голузин. И говорит: «А давай-ка ты выступишь. Со своим альбомом — или с чем ты там хочешь. У нас небольшой гиг в Лесу». Это ещё который тогда на Петроградке был. То есть, это… Получается, наверное, самый первый «Лес». Вот. И это был мой первый гиг. Вот тогда у меня, действительно, жизнь серьёзно так повернулась… В лучшую сторону. И я стал гораздо более публичным в плане своего музла. Мне кажется, что это, действительно, первая заявка, и... Какой-то старт проекта. Потому что… По русским пабликам всем, которые связаны с эмбиентом, тогда достаточно неплохой резонанс альбом вызвал, и мне это понравилось очень сильно, я порадовался. Можно, в принципе... Считать стартом проекта 2015 год.

А.: Именно относительно успеха, но не относительно первого релиза.

Паша: Я бы сказал, что 2012 год и то, что я тогда выпускал — этот нелепый дарк-эмбиент… Мне кажется, что это, всё-таки, была проба пера, я тогда ещё проект, по своей сути, не сформировал, он не звучал так, как сейчас звучит, или как на протяжении последних, скажем, 5 лет. Всё это звучало совершенно иначе, это… Звучало так, будто я мечусь в поисках чего-то. А вот с ‘15 года уже… Хоть какая-то стабильность появилась в плане звука. И в плане того, что я, наверное, пытаюсь через музыку донести.

А.: Расскажи, пожалуйста, как ты в WOWOD попал? Я просто удивилась, помню, когда услышала эту новость. Это было в 2019 году, и на мой взгляд, на тот момент там, как бы… Всего хватало. То есть, было интересно, каким будет следующий релиз с тобой в составе группы, и… Это тоже отдельная тема. Расскажешь, кому пришла в голову эта мысль — о том, чтобы позвать тебя в группу, и… В общем, как так получилось?

Паша: Разумеется. Как я подозреваю, основная мысль всегда вот эта была, всё-таки, за Геной. За лидером группы. Насчёт того, что хватало/не хватало — видимо, ребятам НЕ хватало, потому что… На тот момент они яро достаточно искали клавишников. Попал я достаточно просто. Была компиляция… Опять же, B-Side, на тему «Земли». Ребята предложили мне написать ремикс на «Iskhod». На тот момент… (улыбается) Скажу по чесноку: мне «WOWOD» не очень нравился.

(А. смеётся)

Паша (улыбается): Ну так, я… Послушал 1 концерт, не очень раскусил группу — не въехал, честно говоря. То есть… Группа «WOWOD» — это однозначно группа, которую нужно распробовать как следует. И… Тогда уже ты без неё жить не можешь. Но другой вопрос, что нужно… Распробовать, прям как маслину какую-нибудь…

А. (смеётся): Маслины же чёрные, как раз, да?

Паша: Вроде, да. А оливки зелёные.

А.: Да… Бля, там так сложно с цветами, на самом деле, но, в принципе, аналогия прикольная. (смеётся)

Паша: Нуу, короче... Следующий мерч «Вовода» — это маслины. (улыбается)

(А. смеётся)

Паша (улыбается): Поймал маслину! Ну, в общем… Мне «WOWOD» не очень нравился. Но! Когда я побывал на их гиге, который был в Грибоедове вместе с «Radien»… И, насколько я помню, с TÕLL. Я услышал «Iskhod». Я услышал плейбэк, у ребят уже на тот момент были клавиши в «Земле». Просто они были, насколько я помню, спродюсированы либо Геной, либо… Петей Терновым. Либо они вместе это сделали. И вот этот плейбэк я услышал, такой думаю: «Блин, это… Да, это… То, что придаёт этой группе какую-то оригинальность». И мне очень зашёл на тот момент «Iskhod». Я такой подумал: «Да, это красиво, это звучит, мне нравится». Потом мне пишет Костян, говорит: «Давай-ка ты нам бахнешь ремикс». Я такой: «На что?». Он говорит: «На «Iskhod»». Я взял, написал лучший ремикс в своей жизни.

Я так считаю. После этого я… Немножко потусил, там, с Машей Немм и с Геной, всё это такое закрутилось, а потом мне Гена пишет: «Приходи на репточку». Я припёрся на тот момент со своим старым разболтанным Roland’ом, без эффектов, без вообще всего, играл как дебил. Ссал по ляжкам, как говорят... Смотрел на ребят, на их реакцию, а им норм, всё зашибись, да. Я стою, думаю: «Блин, как зашибись? Я играю какое-то говно». А они такие: «О! А ты тут классно... Что-то обыграл!». Я такой: «Я… Мимо клавиши промахнулся!»

(А. смеётся)

Паша: Вот… (улыбается) Ну, в итоге, просто я начал ходить на репы и не закончил.

А.: Слушай, на данный момент, всё-таки, что ты считаешь своим основным проектом?

Паша: Сложный вопрос...

А.: Где душа?

Паша: Где душа? Да душа и там, и там, на самом деле. Я не могу сказать, что у меня есть основной проект после того, как я в «WOWOD» попал. Естественно, я мечусь туда-сюда…

А.: А описание, между прочим! (улыбается) Страницы твоего сообщества. Всё-таки стоит, что «В свободное время от деятельности в основной группе». Поэтому, как бы, это вызывает вопросы!

Паша: Это вызывает вопросы — хорошо, я отвечаю на эти вопросы.

(А. смеётся)

Паша: Мой проект для меня остаётся отдушиной, вот. Отдушиной, если так это можно назвать — то есть, там душа лежит. Потому что у меня там есть полная свобода, я ни от кого не завишу, я могу там сделать... Любое дерьмо. Но в этом, как раз, и состоит минус своего одиночного проекта. Тебе никто не скажет, что ты написал говно. Тебе нужно это самому понять. А иногда не понимаешь. Не понимаешь, что не приложил достаточно усилий, например… Там, НЕ ВЫКИНУЛ то, что НУЖНО было выкинуть, или НЕ ОСТАВИЛ то, что НУЖНО было оставить. Всё время приходится ориентироваться ТОЛЬКО на свою интуицию, тебе не на кого положиться — ты сам, как бы, один в поле воин. Это и даёт огромную свободу, но и не даёт никаких ограничений, за счёт которых ты можешь увидеть чёткую цель. И… Таких ошибок я в своём проекте совершил немало, а с «Воводом» в этом плане всё очень просто. Мне присылают ребята практически готовый трек, демку. Я её слушаю, если она мне нравится, я клавиши делаю за 5 минут, на самом деле. За 15, за 5. Если мне нравится то, что ребята сделали. Вот когда ребята сделали то, что мне НЕ НРАВИТСЯ — тогда… Начинаются вопросы, начинаются проблемы, конечно. Вот, но… Там всегда есть какая-то ограниченность, всегда есть тоже чёткий вектор, по которому можно идти, следовать, и… Там особо никуда не свернёшь с пути. В этом плане с группой работать гораздо проще. Хотя, естественно… Возникает куча ДРУГИХ факторов. (улыбается) За счёт которых с группой работать… Тяжело.

А.: Например, критика к твоим партиям?

Паша: Критика к моим партиям... Не знаю, это, наверное, прозвучит очень СТРАННО, но я обожаю критику. Именно конструктивную. Потому что она позволяет развиваться, помогает делать лучше то, что ты делаешь. А если ты… Хочешь это делать ХОРОШО, готовься слушать тонну дерьма в твою сторону. Иногда очень неблагоприятного — на эту тему я могу ответить немножко подробнее. Скажем, до того, как я начал, в принципе, активно заниматься своим проектом... В далёком прошлом, когда я ещё сидел во «фрути лупсе», когда я писал самую разную музыку самого разного жанра, я сидел на куче разных форумов. Где сидели такие же любители… Пописать дома музыку. Тогда их называли «си-джеи». Я, в общем, не знаю, откуда это пошло — типа «Computer Jockey» или что-то такое — в общем, это такое… (улыбается) Я думаю, уже там пара людей сразу вспомнила форумы какие-то…

(А. смеётся)

Паша (улыбается): Сидели на таком-то форуме ребята, скидывали свои демки. И вот там… В чём была суть этих форумов: ты скидываешь свою композицию, описание, жанр и так далее. А тебе люди расписывают, что ты сделал классное, что им понравилось, что НЕ понравилось. И ты получал просто огромный фидбэк, которого сейчас, кстати… (улыбается) В отсутствие всех этих форумов…

А.: Хер возьмёшь.

Паша: Хер возьмёшь! (улыбается) И ты тогда мог научиться с НУЛЯ. За счёт такого же сообщества, таких же двинутых на секвенсоре, которые там мышкой всё пишут. Ты учился писать музло. И тогда это был просто потрясающий навык… Который сейчас очень трудно получить, либо ты его будешь получать во всяких онлайн-школах и так далее.

А.: Бесценный опыт, да? Просто ещё бесплатный при этом.

Паша: Абсолютно бесплатный. И тогда… Что я больше всего уважаю в том времени. Тогда люди, прежде всего, были ни музыкантами, ни... Ещё кем-то. Они были композиторами. Они сначала учились писать классную МУЗЫКУ. А там уже, потом, ты её как сыграешь, не сыграешь, куда ты её выложишь — это уже… Дело десятое, блин, пятидесятое. Самое главное — написать что-то классное. И, опять же — как свести? Как отмастерить? Как сделать так, чтобы всё это мало того, чтобы, по идее, было хорошее — чтобы оно ещё преподнесено было слушателю красиво? В плане звука. И вот тогда всё это у меня формировалось, и… Уверен, что таких ещё людей немало. Ну, по крайней мере, моего возраста. А вот молодые фрешмэны — им, может быть, даже потяжелее… Хоть у них сейчас огромное количество всей этой информации на ютьюбе лежит, фидбэк-то они как собирать будут? Всем в личку писать ВКонтакте: «Зацени демку!». Как у нас уже там… (улыбается) Мем во всяких чатах есть, что долбящий рэп, там, отсылают…

(А. смеётся)

Паша (улыбается): «Братан, зацени трек», там…

- У тебя рэп долбящий?

- Нет.

- Тогда не буду слушать.

(смеёмся)

Паша (улыбается): Вот. А тогда, тогда трава была зеленее, деревья — выше. И было гораздо проще получить фидбэк вот за счёт таких вещей… Тогда формировался и вкус, и навыки. Сейчас я могу написать, в принципе, трек любого жанра, там, за небольшое время. Но это не повод это делать, потому что… Ну, просто не хочется. Как бы, уже когда-то это делал, куча демок лежит на жёстком диске до сих пор, самого разного вообще дерьма — что я только не писал… И оркестровые какие-то зарисовки, там, и гоа-транс, и IDM, брейкбит — ВСЁ есть, и… Не знаю, может быть, когда-нибудь даже ради прикола всё это выложу, но… Пока что не хочется.

А.: В этом году все, кто интервьюировал тех или иных участников «Вовода», поинтересовались их мнением насчёт последнего релиза «Ярость И Прощение». У тебя это мне наиболее интересно спросить было бы из всех, собственно, кто в составе группы. С учётом того, что ты — наиболее свежий участник. В общем, твоё мнение о своём вкладе в ваш последний альбом.

Паша: Слушай, раз это — моя дибитн… Дебютная работа… Дибитная… (смеётся)

А. (смеётся): Блять. Давай, хорошо идём.

Паша (смеётся): Сссука… Это… Это просто реально смешная оговорка.

(смеёмся)

А. (улыбается): Всё, теперь это мем.

Паша (улыбается): Да. Это моя…

(смеёмся)

Паша (смеётся): Сууука! Ёбанный в рот… (улыбается) Ну, короче, ты поняла, какая это моя работа…

А. (смеётся): Да.

Паша (улыбается): В группе «WOWOD». А раз она такая, то… Ну, мне кажется, я допустил пару косяков. Но несерьёзных, потому что нам удалось издаться на серьёзном британском лейбле. Пускай даже на первом, там, у нас… (улыбается) НЕ ОЧЕНЬ случилось, да, из-за…

А.: Это не ваша вина.

Паша: Всех этих харассментов, всех этих приколюх европейских… Которые очень досаждают теперь уже и русским людям, да, когда ты по умолчанию виновен, и ты должен доказать, что ты НЕ виновен — это просто ДИКОСТЬ для меня, но ладно, пускай так. Это… Как бы, реалии современной жизни, с ними приходится мириться. Но если говорить не про это, а, допустим, про какие-то мои усилия... У меня подход был очень простой. Вот группа «WOWOD» — это оливьешка. А я — мазик. И мне нужно не мешать ребятам. Я должен максимально обволакивать всё то, что делают остальные участники группы. Я должен им не мешать, это не должно никак конфликтовать… И я должен погрузить всё это в гораздо большее пространство. Я ненавижу это слово, но я скажу: атмосферу. Я не люблю, потому что… Просто как эмбиент музыкант, я его очень часто слышу. А обычно атмосфера у эмбиент музыкантов означает «пиздануть ревёрба». Я с этим не согласен. Это немножко большее, всё-таки, это… Построение каких-то звуковых планов, скорее, звукового пространства, это немножко другое. Оно не достигается только за счёт того, что ты на ревере выкручиваешь параметр wet/dry, там, на 100 % — это не то. Там ещё есть другие, куча приёмов, которые гораздо сложнее. Ммм… А какой вопрос был? (смеётся)

А. (смеётся): Ну, собственно… Твоя оценка твоего вклада в последний альбом.

Паша: Вот. Оценка получается следующая — что НЕ без огрехов, но в целом, мне кажется, что с задачей я справился. А задача была именно в том, чтобы поддержать группу. Собрать какой-то, по настроению, концентрат. И потом его вот так вот, в воздухе, растворить. В этом вот облаке, в звуковом поле композиции. В принципе, это всё, чего я добивался, и… Вроде, вышло. Потому что если бы они взяли какого-нибудь клавишника, который любил, там, «Deep Purple», да, с какими-нибудь соляками, или что-то такое — нуу… Ребята не любят подобное, и, соответственно, они нашли человека там, где, собственно, и искали. Того человека, Я НАДЕЮСЬ, которого хотели. Очень на это надеюсь.

А.: Кое-кто говорил мне... Что у него зреет новый материал — или созрел. Для проекта именно «Paul Minesweeper».

Паша: Да, немножко есть. (на момент взятия интервью — 2 октября. Прим. Neo Acropolis)

А.: Хотела бы тебя попросить рассказать про него. И… Собственно, про ближайшее выступление, чем оно будет особенным. Будет ли это там исполняться, как раз?

Паша: Насчёт того, чтобы исполняться — я не могу это обещать. (улыбается) Какие-то новые композиции. Но новые способы исполнения — возможно. Потому что, как правило, последние выступления с моим проектом представляют из себя синт в том или ином виде — либо MIDI-клавиатура, либо сам синт — соответственно, какие-то дроновые текстуры и... Гитара.

В этот раз я перехожу на бас-гитару. И, возможно, ещё какие-то ништяки, но... Посмотрим, я не хочу пока распространяться. Потому что я не люблю говорить о планах, которые могут не сбыться. Типа того. Что касается релиза — сейчас я готовлю… Материал для совместного релиза. В принципе, со всеми музыкантами, с которыми я взаимодействовал либо в прошлом, либо в настоящем.

А.: Прольёшь свет на некоторые подробности?

Паша: Да, конечно. Там будет однозначно… Проект Александра Львова.

А.: Man As Island?

Паша: «Man As Island». Почему? Потому что… В своё время Александр Львов тоже приложил руку к моим первым концертам. Соответственно, хочется с этим человеком взаимодействовать и напрямую в плане творчества. Поскольку — друг, кореш, тусовки все вместе, и… Этот человек занимает определённую позицию в моём пути, так скажем. Естественно, хочется это отобразить в релизах. То же самое касается и моего лучшего друга — Артёма Asphodela. Мы собираемся всё это издать… Собственно, 30 октября.

Точно в тот же день…

А.: Когда и будет, собственно..?

Паша: Когда будет сам гиг, да. Гиг приурочен…

А.: К твоему тридцатилетию? (улыбается)

Паша: Ну… В какой-то степени, да, но это не так важно. Ну, в принципе… Что там ещё бывало. Бывало, GOS FEST проходил в мою днюху.

А. (улыбается): Да-да-да, я помню, были.

Паша (улыбается): Да, оба тогда были, вот. И я подумал, что, наверное… В такую дату, скажем, хотелось бы заниматься, всё-таки, любимым делом, поэтому что мы делаем? Мы выступаем, ебать. Вот, и, соответственно, на концерте увидим, возможно, старый материал, возможно — чуть-чуть нового. Притом определённые какие-то треки, скажем, с альбома и «White Swarm». Который является моим предпредыдущим. Вот, возможно, что-то будет совсем свежего… Не обещаю.

А.: Из «Mind Barrier»?

Паша: Да, из «Mind Barrier», но я не обещаю, что будут какие-то свежие треки — для меня важнее каждый раз отыграть… Скорее, как-то по-новому. То есть, привнести какую-то фишку, скажем, использовать другой инструмент… Или как-то переиначить аранжировку — это гораздо важнее. В плане того, что человек приходит на концерт и получает вообще какие-то свежие впечатления. Особенно если он уже в курсе, что там на альбоме есть. И, может быть, хочет услышать это вживую. В электронной музыке это не так работает, мне кажется, как на… (улыбается) Там, рок- или метал-концертах. Мне кажется, нужно что-то ещё… Постоянно какую-то свежую изюминку подавать обязательно. Но это моё видение, как бы, кто-то, может быть, не согласен. Я вижу так.

Соответственно, 30 числа я, «Man As Island», «Asphodela» (на момент взятия интервью. На данный момент гиг перенёсся на начало 2021 года — прим. Neo Acropolis). Все, кто поближе — всех смог собрать… И всё это будет в формате закрытой вечеринки. Просто мероприятие будет закрытое. В каком смысле: покупаете билеты, на входе — ничего. Потому что ГЭЗ — это маленькая каморка, в которой только всякие авангардистские артисты залезают с головой в пианино и что-то там дринькают, знаешь, типа… Вот такого формата музыка там обычно играет. Но нам просто эта площадка нравится в плане своей открытости. Там нет аренды. То есть, когда мы говорим людям, что у нас 50/50 с ними делится прибыль, они такие: «Это грабёж, это грабёж!», а мы такие: «Там аренды нет». После этого люди немножко смолкают… (улыбается) Вот.

А.: Ну что, как оно — на пороге тридцатилетия? (улыбается) Расскажи.

Паша: Ну… В принципе, меня все сферы жизни полностью устраивают, за исключением, скажем, работы, образования… Плюс моё тридцатилетие, как раз, попадает на вот этот ковидный период, и мало приятного, я думаю, испытали все музыканты за… Всё это время. Потому что и ГИГ не сыграть, скажем, и… Люди заняты кучей своих проблем. То есть… У меня такое чувство почему-то, что во время ковида все стали ещё более эгоистичными. Люди полностью… Куда-то ушли в себя.

А.: Эгоистичными, или полностью раскрылись друг для друга? Раскрыли те стороны, которые до этого каким-то образом скрывались. Как думаешь?

Паша: Нууу… (улыбается) Как раз раскрылось то, что… Люди начали думать только о себе. Ну как… Или… (после некоторого раздумия) Возможно, да. В момент, скажем, каких-то больших трудностей… Проявилась истинная суть многих людей. Возможно, и так.

А.: Солидарна, солидарна.

(Паша смеётся)

А.: Хочется спросить… Раз уж столько раз сегодня упомянули проект Саши Львова «ANTETHIC». Как ты вообще со всеми ребятами познакомился?

Паша: Мой первый в жизни гиг, который я отыгрывал, проходил с группами «ANTETHIC» и «Sequoian Aequison». Вот... Проходил он в клубе «Лес». Я тогда впервые в жизни услышал «ANTETHIC», я их послушал, естественно, перед гигом…

А.: В каком году это было?

Паша: В ‘16, да, тогда Костя уже был в составе… Скорее всего. Вот. Отношения с группой, ну… Максимально дружеские, тёплые...

А.: Собственно, это и видно — по количеству ваших совместных работ. Как относительно «Антетика», так и «Вовода».

Паша: Как и «Вовода», да, совершенно верно, и дело даже не просто, там, скажем, в Косте… Что он и в той, и в другой группе. Казалось бы — да, он является связующим у нас там, но просто… Действительно у «ANTETHIC» классная музыка. И она интересная, она… Очень нестандартная по ритмике — потому что там куча полиритмов и размеров самых разных. И мелодика достаточно тоже нестандартная, которая очень любит, там, с одного полутона на другой сваливаться с… Ничего вдруг. (улыбается) И это звучит очень фирменно, узнаваемо. Я бы сказал, наверное — осмелился бы сказать, что… «ANTETHIC» — это, в принципе, лучший электронный проект в России. Вот, собственно.

А.: Учитывая количество наших общих знакомых… Ты, думаю, можешь себе представить, что я подразумеваю под словами «наша тусовка». Хочу тебя спросить: как ты вообще во всё это попал?

Паша: Ммм… (смеётся) Попал я…

А.: С какого момента начались какие-то знакомства, которые с того времени пошли как по цепочке?

Паша: Если говорить о самом таком вот прям первом… (улыбается) Первом семечке, инициализации, самом-самом зарождении, то, наверное… Да, то это, всё-таки, будет не разговор Андрея, там, насчёт вот этого коллаба, или… Разговор с Пашей Голузиным насчёт гига. Нет. Мне кажется, что это было, всё-таки, пораньше. Это было знакомство… (улыбается) С Машей Немм. Нашей общей знакомой, потрясающим фотографом, нашей королевой лоу-фая…

(А. смеётся)

Паша: И всякое, и прочее, и прочее, там…

А.: И ведьмой этого города.

Паша (улыбается): Да-да-да. Главной ведьмой этого города, да. А знакомство это произошло, по-моему, в ‘14 году. Вооот… Мы договорились на фотосессию. Ну, потому что… Мне казалось, что мне, как начинающему музыканту, нужна фотосессия.

А. (улыбается): Конечно.

Паша: И как-то так вышло, что… Уже мы договорились о бартере — прям вот DIY, хардкор, взаимопомощь. Она мне — фотосессию, а мы вместе идём на концерт «Bad Sector». «Bad Sector» — это Массимо Магрини, это тот самый звук, да, это один из… Очень важных для меня музыкантов. Который пишет потрясающий, там, уж не знаю, как это обозвать — нойз… Индастриал… Дроун — что у него только нет в его музыке, скажем… Вот. И, в принципе, мы тогда с Машей познакомились… Нам понравился подход у друг друга в творчестве. Хотя она, там, занимается фотографией, а я — эмбиентом в музыке. В принципе, с этого всё началось, всё завертелось, и… В какой-то степени, Машу я считаю такой, ну… Может быть, старшей сестрой. (смеётся) В плане, там… Андеграундного такого причастия, наставления — даже не знаю, как это обозвать. (улыбается) И с этого всё, собственно, началось — вот так вот я… Постепенно потом начал вливаться в тусовку и смотреть, какие люди вообще существуют. Чем они занимаются, что им нравится, и… Я понял, что ОЧЕНЬ много людей, на самом деле, существует, которые все эти годы занимались тем же, что и я. И для меня это был такой шок, мне казалось, что я вообще, как бы… Среди 4 стен сижу, там что-то делаю, и… Вокруг меня — просто пустота. А оказалось, что нет, это не так на самом деле. И это было очень приятное чувство.

А. (улыбается): Есть вопрос, который как-то пришёл мне в голову. И сейчас я хочу его тебе задать.

Паша: Давай.

А.: У тебя есть представление о том, что такое «настоящий музыкант»? Как он должен выглядеть, вести себя на сцене… И, в принципе, должен ли он даже вести себя каким-то определённым образом в жизни и соответствовать своему образу?

Паша: Если такое определение у меня есть, то я ему сам не соответствую, начнём с этого. Но я к этому стремлюсь.

А. (улыбается): Так.

Паша: Это раз. Настоящий музыкант, на мой взгляд — это… Во-первых, человек, который постоянно отводит время своему образованию. Скажем, своему скиллу на инструментах. Что касается его каких-то качеств, то это человек, который следит за тем, что он… Изначально настроен доброжелательно ко всем. Он умеет жать руки, он умеет улыбаться, он умеет разговаривать. И… (улыбается) Это человек, который… Прежде всего, старается быть… Нормальным. Сука, добрым! Человеком.

(А. смеётся)

Паша (улыбается): Потому что…

А. (смеётся): Прорезалось! Мат, всё-таки, прорезался!

Паша (улыбается): Вот, но… Это должно быть обязательно, потому что… На мой взгляд, это — главная составляющая промоушена вообще в современном мире. Ты должен быть НОРМАЛЬНЫМ, добрым человеком, уметь разговаривать со своими фанатами. Или, там, просто со слушателями, даже если у тебя ещё фанаты не созрели, типа… Нет фанатов. Вот. И должен не замыкаться в себе, а проявлять обязательно активность. Потому что можно всем говорить с улыбкой «спасибо», а потом разворачиваться и уходить, вообще не существовать и никак не взаимодействовать с людьми. Людей это не устраивает, им нужно гораздо больше, им не нужен просто человек, который что-то поиграет на сцене и уйдёт — этого НЕДОСТАТОЧНО. В современном мире — точно. И у любого человека, который обратит на это внимание, будет ПРЕИМУЩЕСТВО, потому что БОЛЬШИНСТВО людей так себя на сцене НЕ ВЕДЁТ. (улыбается) Вот, потом… Очень важен ещё 1 фактор. Большинство музыкантов сейчас кто? Музыканты. Исполнители. Что они делают? (изображает игру на гитаре) Этому можно научиться. На это можно потратить много времени, на это можно потратить много сил. Но.

А. (улыбается): Это только одна сторона и одна грань…

Паша: Но это только одна сторона и только одна грань вопроса. Если ты учишься только играть музыку, то ты — сессионный музыкант. А если ты ещё и учишься писать музыку… То тогда тебя будет, возможно, со временем слушать БОЛЬШОЕ количество людей, потому что ты сделал самое главное для них — ты написал, сука, музыку! Прежде всего! Потому что люди сначала слушают альбомы. Можно говорить СКОЛЬКО угодно о промоушене… О том, как музыкант классно, там, зажигает на сцене, о каких-то нарядах, имидже, ещё о чём-то — да, это, конечно, всё важно, этого не избежать, это обязательно НУЖНО. (улыбается) Я тоже слежу за своим имиджем, да — я сейчас собираюсь… Усиленно худеть, там, заниматься своим здоровьем, питанием и так далее — потому что я понимаю, что на жирдяя на сцене никто не хочет смотреть, никому не интересно, абсолютно. У меня отдельное отношение, там, к татухам и прочим каким-то атрибутам — но это ладно, это неважно. Но, хотя бы, выглядеть ПРИЛИЧНО на сцене — это важно. Там, следить за… Своей гигиеной. Не буду объяснять подробности. Но что касается музыки... Самое главное всегда — это то, что ты написал. Потому что люди это слушают. И это — лучший способ промоушена, лучший способ затронуть человеческие чувства слушателя, бла-бла-бла и так далее. И если ты не учишься писать музыку… Ты никогда ничего хорошего не напишешь, сколько бы ты ни проводил времени на репточках, сколько бы ты своё говно ни репетировал — потому что ты изначально написал говно. Нужно смотреть на первопричину, на исток. Рыба гниёт с головы, и так далее, и так далее, и так далее.

А.: Какие условия ты считаешь идеальными для своего сета, какое это должно быть помещение, к примеру? Атмосфера — извини за это слово.

(Паша смеётся)

А. (улыбается): Сам антураж?

Паша: Во-первых, там… Должно быть комфортно слушателю. Для меня, на самом деле… (улыбается) Я-то как-нибудь переживу, там, какие-нибудь неудобства. Я помню, как выступал на каких-то 2 кубах… Которые поставили к сцене, потому что на меня места не хватало. Как бы, у меня шаталась MIDI-клавиатура, у меня была… (улыбается) Стойка, там, с одной рейкой, по-моему — я вот так вот стоял и балансировал всё выступление. Как какой-то клоун в цирке — но это ладно, пускай… Это не так важно. А самое главное — чтобы… Слушатель ушёл с максимальным удовлетворением. А значит, для меня важно всё, что важно для слушателя. То есть, это хороший звук. Ну… Что можно сказать про хороший звук? (смеётся) Количество басов? Или какая-то определённая линия? Нет. Определённых факторов нет, всё играет в сумме, естественно. Всё приходит с опытом, и ты начинаешь понимать, где хорошая площадка, где — не очень… Чего ты можешь ожидать, где ты хорошенько так разъебёшь, там, своими низами… (улыбается) А где-то — нет, и… Нужно просто под это как-то подстраиваться и жить дальше. А что касается, там, какого-то техрайдера — ну… Я вот люблю, когда прихожу, и на месте, где я выступаю, есть клавишная стойка — это показатель того, что… Да, блин, здесь выступают клавишники, здесь любят клавишников. Потому что иногда ты приходишь на какую-то площадку, а там НЕТ клавишной стойки, и… Сразу возникают вопросы, мол… «По-вашему, существуют, наверное, только гитаристы, барабанщики… Там, басисты и вокалисты, да, и всё? Остальных людей не существует в группах?» (улыбается). Такая мелкая дискриминация, которая меня немножко раздражает, и я… Не буду устраивать какого-нибудь сообщества клавишников против отсутствия стоек, да, но…

(А. смеётся)

Паша (улыбается): Это иногда немного разочаровывает — то есть, ну… Что мне? Стойку с 2 рейками, чтобы клавиши не падали… Хороший звук. Мне больше ничего не надо.

А.: А атмосфера? Извини, извини! (смеётся) Что я всё продолжаю.

Паша (улыбается): Атмосфера. Атмосфера задаётся… Как правило, какой-то видеопроекцией, задаётся светом. Если всё это есть, если есть человек — техник, который за это отвечает…

А.: А, в принципе, сам размер помещения... Какое максимальное количество человек тебе бы хотелось, в идеале, видеть на своих выступлениях? Если поднять вопрос про публику.

Паша: Ммм… Я всегда равняюсь на людей, которые мне нравятся. Я помню, как приезжала группа, которая ОЧЕНЬ серьёзно на меня повлияла в плане моего ЛИЧНОГО творчества, в плане моего отношения к музыке, и местами… Затронула, скажем, самые глубины моей души на экзистенциальном уровне — называй как хочешь. Это проект «Saaad». В котором участвует Ромейн Барбо, к тому же, там… «I Pilot Daemon» — вот эта вот группа… Много кто этих людей знает. Слушай, они выступали в «DaDa Club». За 300 рублей! В каком, там — ‘13 или ‘14 году. Жопа мира, понимаешь. Вот приехали, разъебали своим «Deep/Float» просто всех! И… Это было охренительно, это был лучший концерт в моей жизни. Лучший концерт в моей жизни, на который я ходил, был за 300 рублей в «ДаДа Клабе». И… Что, это были какие-то неподходящие условия? Да нет, вообще плевать. Вообще плевать на количество людей, плевать на… Площадку, это всё неважно. Важно, чтобы люди кайфанули, а кайфануть можно и на маленькой площадке. Я прекрасно знаю, что есть, там, площадки — я не помню, то ли в Беларуси, то ли где-то… Какой-то КОНТЕЙНЕР просто. (улыбается) Видела, да, эту тему? Там просто пацаны в контейнере выступают, 3 человека вот так вот стоят и колбасятся.

(А. смеётся)

Паша (улыбается): Это тоже кайф! Какая разница? Ну вот они, условия — и что?

А.: Давай, скажи мне честно: хотелось бы тебе свою музыкальную деятельность вывести на тот уровень, когда она была бы твоим единственным способом заработка, и тебе не приходилось работать где-то ещё?

Паша: Я ещё, честно говоря, не определился. Я долго думал. И… Получается так, что когда ты выходишь, существуя в своей музыкальной деятельности, на уровень стабильного заработка — это необязательно то, что ты ожидал делать. Очень мало людей, которые занимаются… Той деятельностью, которая им нравится. Именно в том ключе, который им нравится. (смеётся) То есть, в музыке-то очень много, там, самых разных профессий, разных каких-то задач, заказов и так далее, и… Если говорить о том, чтобы быть именно как артист, да… Свой проект, так скажем. Я, честно говоря, сомневаюсь, потому что у меня ещё много интересов самых разных, и… Я думал и об обычной работе… Если я бы, скажем, зарабатывал исключительно своим музыкальным проектом, это было бы, конечно, здорово, но тогда бы я был подвязан на него…

А.: Что ты имеешь в виду: именно твой сольный проект или музыкальную деятельность вообще — как в «Воводе», так и в «Майнсвипере»?

Паша: «WOWOD», «Minesweeper» — может быть, ещё что-то появится, я же не могу гарантировать, да… Какие-то ещё проекты музыкальные. Мне ещё много что нравится по жизни В ПРИНЦИПЕ. Определённый вид работы вообще, в принципе, нравится. Я люблю заниматься, там, Экселем, таблицами — вот это, чем-то таким… Абсолютно рядовым. Я не могу сказать, что это плохая работа. Я последние полгода втыкаю на ютьюб-каналы, как люди делают гитары, хочу стать гитарным лютье, понимаешь — у меня интересов очень много. Я не могу гарантировать, что хотел бы именно в качестве работы заниматься музыкой. Музыка — это моя отдушина, а если я вдруг стану это делать изо дня в день, а не когда мне это хочется, когда это мне нравится… Я просто потеряю к этому интерес — или меня это просто задолбает. Я буду испытывать какой-то дискомфорт. Я просто БОЮСЬ это потерять в том виде, в котором у меня это СЕЙЧАС есть. И поэтому боюсь что-то поменять. Кто-то может сказать, что я, там, трус, я чего-то не знаю — ну хорошо, объясните, расскажите. (смеётся) Вы, наверное, лучше знаете, да… Тогда уже давайте, как-то аргументируйте. Но… Вот лично МНЕ кажется, что мне не стоит переходить в музыку целиком и полностью. Меня ВПОЛНЕ устраивает вариант иметь какую-то спокойную, достаточно интересную работу в другой сфере, и целиком и полностью — именно эмоционально и душевно — отдаваться… Как в какую-то спокойную гавань, так скажем… Отдаваться музыке. Для меня музыка — это как… Ну, как семья — как и для многих, кстати. Это не значит, что у меня никогда не будет семьи. (улыбается) Это значит, что это ещё одна такая семья. Почему их не может быть больше?

А.: На интервью обычно все спрашивают про определённое количество любимых фильмов… (улыбается) Музыкальных исполнителей или книг. А я хочу спросить про игру. Про… Одну. Сейчас. Чтобы ты её выбрал и сказал, почему это шедевр. Так как я знаю, что ты очень любишь позадротить время от времени — в принципе, как… Как и я. (смеётся)

Паша (улыбается): Да. (после некоторого раздумия) Знаешь... Я бы сказал, конечно… Если говорить о прошлом, то это — однозначно «Syberia». (улыбается)

Ну… Понятно, да, почему. То есть, это… Потрясающий визуал. Опять же — саундтрек. Для меня в играх безумно важен саундтрек... Это понятно.

А. (улыбается): На самом деле, я немного удивлена твоему ответу… Очень приятно удивлена. С учётом того, сколько выходило за последнее время — и читая твои рецензии в стиме… Кстати, потрясающие. Очень подробные, с раскладыванием всего по полочкам… Как бы, с учётом всех этих нашумевших новинок — того же пресловутого «Cyberpunk 2077». Твой выбор — это, всё-таки, «Syberia»?

Паша: Если говорить о прошлом, о детстве — игра детства — я бы, наверное, сказал, что это «Syberia». Потому что это единственная игра, в которую мы играли вместе с родителями. Это игра, которая затянула моих родителей, которые НИ ХРЕНА не геймеры, вообще не играют. Я думаю, это показатель. Что касается современного мира... Нуу, я бы, наверное, назвал «Skyrim». Я в нём провёл очень много времени, это игра, в которой безумное количество разных историй, сюжетных линий… Они все достаточно интересные. Игра сейчас, конечно, выглядит уже… Ну, смешно, да, нооо… В ней всё равно что-то такое остаётся, что хочется в неё возвращаться. И, мать его, сссука, саундтрек! Величайший композитор! К играм всех времён! Джереми Соул. Ну, для меня, пожалуй… На одной линии с композитором — как его? Инон Зур, да, по-моему? Который к «Сибири»...

А.: Ну знаешь… Из более раннего... Если подключить задрота по «Сибири» — то это Dimitri Bodiansky и Nicolas Varley, которые сочинили музыку к первой части.

Паша: А, ну, я, к сожалению… Их имён не знаю. Значит — да, значит, из первой части. Хорошо.

А.: Инон Зур — он уже впоследствии работал над саундтреком, да, вплоть… В четвёртой части вот отметился.

Паша: Ну вот.

А.: Которую мы оба ждём, я так понимаю. (смеётся)

Паша (улыбается): Конечно. Но… Джереми Соул стоит для меня на отдельной планке. В плане того, что ОЧЕНЬ МНОГО композиторов есть, которые пишут оркестровую музыку, но там они берут какие-то ноты... Это не про Джереми Соула. Всё, я больше ничего не могу сказать. (улыбается)

(А. смеётся)

А.: Собственно… У тебя был опыт сочинения музыки для какой-нибудь игры?

Паша: Нет, я… Рассматриваю такие варианты в открытую абсолютно.

А.: Я просто видела, что ты как-то делал объявление, что готов к такому. Я не была уверена… (улыбается) Возможно, что-то мимо меня прошло с того момента, поэтому хотела у тебя это сейчас уточнить.

Паша: Я понял. На самом деле, это объявление я выложил в качестве эксперимента после того, как уволился с работы один разочек. И я хотел за тот момент, пока ищу новую работу… Была мысль, что, может быть, у меня что-то получится в плане совместного творчества с кем-то? Но, скажем, те контакты, которые я находил… Они мне потом казались, скажем так… Не очень надёжными. И… Ко мне приходило ещё несколько заказов, в которых люди получали мои какие-то демозаписи, которые я для них делал, а потом они мне не отвечали в принципе. Я не знаю, может быть, они там как-то эти демозаписи использовали без моего ведома. Хотя там я вставлял всякие защиты липовые и так далее, то есть… В этом тогда нет никакого смысла. (улыбается) Но такое чувство, что просто либо не подходил, либо… На самом деле, я не находил какого-то особого отклика с того момента объявления — но, в принципе, я сейчас рассматриваю любую новую возможность творчества, особенно оплачиваемую. То есть, если вдруг кто-то хочет, чтобы я, там, написал ему саундтрек для игры… Я бы, наверное, взялся в качестве такой подработки. Взяться за проект и как-то его осуществить — мне было бы это, в принципе, интересно. Так что, если кто-то заинтересован… (улыбается) ПОЛЬЗУЯСЬ возможностью рекламы — это как называется-то… Интеграция, интеграция!

А.: Да-да-да! (смеётся) Хотелось бы задать тебе такой вопрос. В современном андеграунде вне зависимости от жанра выбери 3 исполнителей, которые тебя привлекли так или иначе… Вне зависимости от того, слушал ты их в записи или на выступлении. Чем они тебе запомнились?

Паша: Касается русской сцены?

А.: Да.

Паша: Русской сцены. Я помню, что меня очень так неслабо протащило по асфальту прям… От даже конкретных релизов. Это была группа, собственно, в чьём мерче я сегодня. Веппская Миля. Которая, к сожалению, что-то как-то особо уже не функционирует! (улыбается) Только хвойная вязь присутствует. Ребятааа, если вы это читаете — я не думаю, что они… Но! Если вдруг вы это читаете — блин, какого хрена, возвращайтесь обратно, потому что… Там, те же «Угодья псов» — это… (вздыхает) Такая ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ, в первую очередь, разъёбина для меня была — я не знаю, почему. Очень сильно. То есть, хардкор — наше всё. Очень мне нравится… Так, стоп, всё про русские, да?

А.: Да, да. Именно про русские, не про питерские. В целом.

Паша: Про... Русские в целом. Вне зависимости от жанра. Значит, нужно что-то другое сейчас будет. Давай, наверное, возьмём человека, который… (улыбается) Он — самый главный из всех, вот что нужно подчеркнуть. Человек, который ПЕРЕВЕРНУЛ не раз моё представление об эмбиенте, о дроне… Человек, который внедрил, наверное, таинство русского леса, одиночества, эскапизма. Вот всё, что хорошее и тёмное вообще в этой жизни есть — он всё это внедрил в свою музыку. Ну а потом, там, спустя какое-то время либо повесился, либо сдох от аневризмы — непонятно, как бы… Это Роман Сидоров, он же «Старуха Мха», он же «Sedativ». Он же… «Der Golem». Это человек, который для меня значит очень много. И… Третьим исполнителем пускай будет Джуна.

А.: Такой вопрос… Внезапный. Давать или просить? Что тебе ближе?

Паша: Давать. Однозначно. Без вариантов, просто…

А.: Почему?

Паша: Потому что это приносит… Это приносит гораздо больше удовольствия МНЕ. (улыбается) Я — эгоист, но, по логике вещей, если мне больше удовольствия приносит ДАВАТЬ… То — вот, значит, я даю. Это из эгоистических побуждений.

А. (улыбается): Это интересно.

А.: Ну что, мастер атмосферного звучания. (смеётся) В музыке которого то и дело cквозит вечный холод бесконечной пустоты.

Паша (смеётся): Таак.

А. (улыбается): Можешь ответить, что греет твою кровь?

Паша (после некоторого раздумия): Хорошие… Люди. Среди миллиардов говна.

А. (улыбается): Всё?

Паша: Слушай, нууу…

А.: Можно останавливать запись?

Паша: Что греет мою душу... Или как, ещё раз, как там?

А.: Греет кровь.

Паша: Греет кровь. Греет кровь много что. Греет… Наверное, время. Которое является единственным ограниченным ресурсом, которого у тебя много. Но он уходит, этот ресурс. Каждый раз. И… Подгоняет и заставляет шевелить задницей, и вообще хоть что-то делать. Немного делать. Но хоть что-то. Несмотря на все трудности… Несмотря на все, там, неурядицы жизненные… Всё равно продолжаешь заниматься музыкой, потому что не можешь иначе. И… Чувствуешь, что хочется оставить после себя хоть какое-то, но… Как сказать, наследие, что ли. Как бы это пафосно ни звучало. Маааленькое такое. (улыбается) Наследьице. Среди всех остальных чужих наследий! Но чтобы хоть что-то было… Чтоб, может быть, потом кто-нибудь, там, спустя 50-60 лет вспомнил: «А, там вот классное музло осталось». То есть… С тех пор, как я начал заниматься музыкой, для меня очень важно написать что-то такое, чтобы это подкосило тело, разум других людей… Что-то там ПЕРЕВЕРНУЛО, защёлкнуло. Чтобы что-то изменилось в людях после того, как они послушали мою музыку. Для меня это самое важное — когда люди приходят одни на мой концерт, а потом уходят другие. Если это произойдёт хоть с одним человеком, и он уйдёт, там, ОПУСТОШЁННЫМ — или, наоборот, радостным, там… Или…

А.: Диаметрально противоположным тому состоянию, в котором он пришёл, в общем.

Паша: Да! Именно! Чтобы я мог «переворачивать» людей. Если я могу этого добиваться — то здорово, мне это очень важно. Вот это греет мою кровь.

В интервью были использованы фотоматериалы из личных архивов Паши и А.