«Бороться за правду стало опасно». Интервью с группой GERNIKA
Neo Acropolis: Привет, ребята. Ваше название напоминает нам разновидность ягоды, расскажите о нём. А также нам интересно, в каких группах ещё играете (или играли), и кто на чём?
Серж: Привет. Найти название для группы – всегда болезненный момент, ну, или мне всегда так «везло». Когда я пришёл, группа называлась «Терминальная Стадия», и, сыграв несколько гигов под этим именем, в итоге, пришла к нынешнему составу и названию, которое предложил Валян. Поначалу мне не нравилось его звучание с неестественным ударением на первый слог. И приняли мы его в варианте гернИка, что и правда звучит как ягода, в расписании точки мы вообще пишем «черника». А если «пояснить за название», то это испанский город, расположенный в землях басков. Во времена испанской революции националисты при поддержке Германии его разбомбили. Эти события настолько сильно потрясли Пикассо, что он написал одноимённую картину, полную абстрактных образов, отражающих зверское лицо войны.
P. S. Ударение до сих пор все ставят по-разному. Сейчас на википедии заметил, что у названия города и названия картины они отличаются, поэтому ничего удивительного.
P. P. S. Помимо «Герники» играю ещё в двух проектах, оба сейчас без названия. Один можно условно определить как шумный рок, второй – как смесь альтернативного рока и дарк-фолка. Из того, где довелось поиграть раньше: в нулевых были «Davinchi», челкастый металкор, и «Niandra», кем-то названная мелодичным скримо.
Валёк: Привет. Да, название предложил я, оно было припасено у меня уже давно. Впервые с этим словом столкнулся в детстве, как с названием картины Пикассо, которая не на шутку меня впечатлила, но на тот момент только с визуальной стороны. И так как я был ребёнком, намеренным стать рок-звездой, когда буду взрослым, подумал, что «Gernika» – это отличное название для крутой группы, и благополучно забыл об этом. Вспомнил только после посещения музея Пикассо будучи уже тем самым «взрослым», осведомлённым о событиях, которые отображены на картине, и подумал, что идея и правда неплохая. На тот момент наша группа существовала всего несколько месяцев, у нас постоянно менялся состав, а с ним — и стиль. Когда мы, наконец, поняли, к какому звуку хотим прийти, и что никто из нас троих (место за барабанами было вакантно) не собирается покинуть коллектив хотя бы в ближайшее время, было решено дать ему новое имя. Я предложил чернику, ребята поддержали. Вскоре к нам присоединилась Катя, чему мы были очень рады. (улыбается)
Несмотря на свою «мечту детства», начал реализовывать себя в этом направлении относительно недавно, до «Герники» играл на гитаре и кричал в скримо группе, просуществовавшей год или около того, но так и не увидевшей свет.
На данный момент участвую ещё в одном проекте в роли гитариста. Играем нойз-рок. Да, это тот проект, о котором уже сказал Серж. Собрались совсем недавно, есть несколько песен и «рабочее» название, которое я вам не скажу.
Настя: Привет. Добавлю, что наше предыдущее название означает рак в самой последней стадии, что являет собой аллегорию полит-режима в РФ. После того, как один из бывших участников решил уйти, мы поняли, что хотим дать начало чему-то новому и постоянному. И это новое приобрело изящное имя «Gernika».
В СПб я сменила пару групп, везде была на вокале. В одной я не задержалась надолго, так как тексты были не мои, стёбные, а мне хотелось большего. Каждый шаг был придуман не мной, по сути, я была не вокалистка, а «девочка на подпевке». Через пару лет собрала команду играть веган-хардкор, но спустя некоторое время мы решили играть стонер, потом — чёрный метал. В этот период у меня и раскрылся голос, помог мне в этом мой друг, который не душил меня своими идеями. Мне повезло иметь дело с мастером гитары, хорошим человеком и товарищем – Лехой Корнюшкиным (Федька Каторжный, 3405). Который, к сожалению, покинул нашу Землю. После этого мы, конечно, распались.
Катя: Привет. О названии достаточно рассказали ребята. (улыбается)
Сейчас играю в «Weedrunk» (сладж метал) – барабаны и вокал, «Hanako» (панк-рок/краст-панк) – барабаны. Ранее играла в группе «Чернь» (блэк метал) также на барабанах.
Neo Acropolis: Вашему альбому скоро год. Сколько ушло времени на его работу, где записывали, кто сводил, кто издавал?
Серж: Альбом — это громко сказано, для себя я это больше воспринимаю как некий срез творчества на тот период. Материал можно разделить на две части: наследие «Терминальной Стадии» и то, что мы стали играть, когда основным композитором стал Валян. Вообще, лучше если он об этом сам расскажет.
Записывались и сводились у Миши Курочкина. Выбрали его во многом из-за отзывов Кати о работе с ним в рамках записей «Weedrunk». Ну и его студия находится в соседнем помещении от нашей точки. Очень хорошие остались впечатления от процесса записи. Было комфортно и ненапряжно. Всю запись сделали за две сессии, записали вживую инструментальную часть, после дописали дабл-треки гитары и вокал.
Валёк: Да, 4 из 7 песен на релизе были сочинены ещё в самом начале творческого пути группы, когда мы играли хардкор-панк, не уходя в его более тёмную сторону. Тогда я ещё был на басу. Позже нас покинул первый гитарист, я перешёл на гитару, и к нам присоединился Серега. Музыка стала более мрачной. Мы адаптировали эти песни под актуальное для нас звучание, сочинили несколько новых и решили, что нужно подвести итоги, записав всё это.
На носителях мы пока не издавались, релиз можно послушать ВК и на основных музыкальных платформах, с этим нам помог наш друг Саня из «Black Terror Distro».
Настя: Времени ушло немного — 2 дня. Дольше готовились. Инструментал был записан за первый день и пару часов от второго. Вокал записан, по большей части, с первого раза.
Neo Acropolis: Не так давно вы стали базироваться на 2 города — Санкт-Петербург и Москва. Почему так вышло, с какими трудностями пришлось столкнуться?
Серж: Основной ответ на этот вопрос даст Настя. А что изменилось… Стали репетировать реже. Надеюсь, это сезонное.
Настя: В один момент я поняла, что хочу попробовать жить в Москве, эта затея стала более реальной благодаря одному человеку. Трудности на данный момент такие — мы редко репаем и я очень скучаю по ребятам. Сильно переживала, как они отреагируют, но мы поняли друг друга, всё ок. Я, скорее, сдохну, чем уйду из группы.
Валёк: С этого момента и правда было не так много репетиций. Но я не могу сказать, что это как-то негативно сказывается на продуктивности группы. За время этого перерыва у меня накопилось немало материала, который мы с ребятами начали разбирать.
Neo Acropolis: Сцена Санкт-Петербурга по-прежнему остаётся передовой и одной из самых интересных на всём пост-советском пространстве. «Distress», «Wowod», «Euglena», «Колчак», «Pechora» — всё это про СПб. Почему именно этот город, как думаете?
Валёк: Думаю, что это немного преувеличенный факт. По мне, так в Москве (не мне вам рассказывать), Петрозаводске, Кирове тоже довольно мощная сцена. Исторически так сложилось, что у Петербурга романтический образ, который притягивает мечтателей. Безусловно, в нём зародилось много интересных групп и деятелей искусства. Но также много классных музыкантов и прочих артистов сюда переехали из других городов, в которых они уже начали свой творческий путь.
Настя: Питер сочетает в себе как историческую архитектуру, так и панельки с гоп-районами. Повсюду — Россия во всех её проявлениях. Рядом с шедевром архитектуры мусора пиздят какого-то беднягу, а на соседней улице интеллигентного вида мужик чухает клей. Всё это вызывает в нормальном человеке шок, потом — противодействие, из противодействия получается музыка. Ну, а если серьёзно, Питер просто не отнимает столько сил, не выжимает из тебя всё. И если захотеть, есть возможность стать кем-то бОльшим, чем работник и домочадец.
Катя: Питер – творчески заряженный город. Возможно, лёгкий доступ к «веществам» этому, в какой-то степени, содействует. Большой движ в тусовке, ты всегда спокойно находишь единомышленников, отсюда — много новых интересных проектов. Может быть, Москва в этом плане более раздробленная и многолюдная, поэтому сложнее сойтись с нужными ребятами.
Серж: Сложно объективно оценивать ситуацию, находясь внутри неё. Не буду высказывать банальности. Моя версия — болота, тектонический разлом на стыке Балтийского щита и Русской платформы и северный психоз от недостатка солнечного света.
Neo Acropolis: Что у вас в планах на будущий год (если ситуация будет улучшаться): новый релиз, мерч, дистро, туры, концерты?
Серж: Хочется надеяться, что всё из перечисленного.
Настя: Думаю, что мерч подвалит, кассетки, новый релиз, конечно же. Ну и гиги, куда же без них.
Катя: Сочиняем новые песни, усложняемся, немного меняем стиль. С концертами пока затишье, с турами — опять же, в связи с нынешней ситуацией — ничего не ясно. Что-то планировать пока бесполезно. Мерч будет с новым релизом.
Валёк: В планах, в первую очередь, запись. Пока не можем сказать, будет это полноформатник или EP. Материала накопилось много, всё ли войдёт в релиз — тоже пока непонятно. Кстати, 2 песни попали в сет-лист, и мы их играли на двух последних выступлениях. Если ситуация будет позволять, то будем устраивать концерты, конечно же. Много концертов! Их очень не хватает.
Neo Acropolis: Спасибо за уделённое время, успехов вам!
