Глава 1. Как Ярослав и Кощей в Подлунное королевство ходили

Ярославу снился белокаменный город. Высокие башни, соединённые воздушными мостами, дома с огромными арочными окнами, прямые и широкие дороги, мощённые серебристо-серыми плитами. Город стоял на холмистых берегах, которые плавно спускались к бирюзовому морю с золотыми прожилками солнечного света. Ярослав шёл по широкой каменной галерее, что протянулась высоко над землёй между башнями, и изумлённо любовался сверкающим узором разноцветных оконных стёклышек. Вдруг дорогу преградила потемневшая деревянная дверь. Недолго думая, Ярослав распахнул дверь, шагнул в неизвестность и очутился в своей избе. Полуденный свет согревал бревенчатые стены, а знакомое убранство вмиг окутало спокойствием и умиротворением.

- Вот ты где, отважный путешественник! – с улыбкой поприветствовал его дедушка, сидевший на скамье возле приоткрытого окна.

- Дедуля! – обрадовался Ярослав и, кинувшись к скамье, уселся с ним рядом.

Дедушка завёл неторопливый рассказ – один из многих в своём богатом запасе – про огромные корабли под синими, зелёными и красными парусами, заморские грузы, наполнявшие, подобно сокровищам, бочки, ящики и корзины, шум волн, плещущихся между бортами и азартно выпрыгивающих на причал, вопли нахальных чаек и бойкие песни моряков. Ярослав внимал, затаив дыхание, но тут за спиной раздался резкий стук, будто кто-то хлопнул дверью. Ярослав обернулся, но никого не увидел. Сперва он подумал, что это Велеслав проказит. Вечно старший брат его задирал да высмеивал: то игрушки спрячет и не признаётся, то небылицу какую расскажет да с таким серьёзным видом, что нельзя не поверить. Но тут сквозь сон Ярослав вспомнил, что брат давно уж вырос и уехал в Зеленоморск, чтобы записаться на торговое судно. Решил пойти по стопам деда, который уже десять лет как... Похолодев от ужаса, Ярослав перевёл взгляд на то место, где сидел дедушка, но тот исчез, а всё кругом изменилось: вместо согретой солнечным светом комнаты предстала пустая закопчённая изба с покосившимися стенами, словно он оказался внутри старой бани, насквозь пропахшей дымом. Рядом что-то загрохотало – Ярослав проснулся, и мутная дымка сна слетела с него в один миг.

Была ещё глубокая ночь, но на улице раздавался топот и крики, а в приоткрытое окно действительно тянуло горьким дымом. Вскочив с кровати, Ярослав бросился в спальню родителей – постель была пуста, а в уголок рядом с печью испуганно забилась сестрица Матрёна.

- Страшно! – потянула к нему ручки заплаканная малышка.

Подхватив сестру, Ярослав отнёс её на печку и укрыл с головой одеялом.

- Затаись здесь и незнакомцам не отвечай, как будто тебя и нет. Хорошо, милая?

- Да, – прошептала девочка из своего шерстяного укрытия.

Задёрнув занавеску, отделявшую лежанку на печи от остальной комнаты, Ярослав поспешил на улицу. Ночь пугающе освещало зарево пожара. Побежав на шум, Ярослав увидел, что на деревенской площади бушевал огонь, пожиравший общинный амбар и конюшню. Казалось, вся деревня была на ногах. С замиранием сердца Ярослав разглядел знакомую фигуру на фоне взвившегося к небесам пламени.

- Матушка! – Ярослав обнял мать ослабевшими от пережитого страха руками. – Что стряслось? Где отец?

- Не время беседы вести, сынок! – воскликнула Мирослава. – Помоги пожар тушить!

Ярослав присоединился к веренице односельчан, которые передавали вёдра с водой из заболоченного пруда на краю деревни. Другой отряд с лопатами торопливо забрасывал огонь землёй. Мысли в голове Ярослава носились как обезумевшая стая воронья. Всеобщая суматоха, жар, которым дышало чудовищное пламя, резкие окрики и команды только усугубляли его паническое состояние. Сильней всего Ярослава терзал вопрос: успели ли вывести лошадей?! В деревенской конюшне, вместе с остальными, был их вороной конь Черноног – резвый и молодой скакун, гордость семьи. Гнедая старушка Клюковка, на счастье, была этой ночью в загоне у дома – отец с утра собирался за мёдом на пасеку. Но конского ржания не было слышно, и Ярослав мало-помалу успокоился, решив, что лошадей отвели в безопасное место. С общинным амбаром тоже не страшно. Лето только началось, ещё ничего не поспело, и в амбаре хранились лишь остатки прошлогоднего урожая – невелика потеря.

Уже рассвело, когда пламя окончательно погасили. Спасти почти ничего не удалось: крыша амбара обвалилась, от конюшни остался один обугленный остов. Ярослав, перемазанный сажей, со стёртыми до мозолей руками и смертельно уставший, бродил вокруг пожарища. Матушка помогала лекарке Ярине обрабатывать ожоги – стоявшим ближе всего к огню опалило кожу. Все были заняты своими делами, и Ярослав не решался приставать к односельчанам с расспросами. Пока он помогал таскать вёдра, то мельком слышал, как некоторые переговаривались: «окаянные лиходеи», «чтоб им пусто было, поджигателям подлым», «а я и не видел никого», «да и я разглядеть не успела – налетели как вихрь и скрылись». По обрывкам фраз он понял, что произошло нападение, и терпеливо ждал, когда мать освободится и перескажет ему подробности. Вдруг на земле что-то блеснуло. Ярослав наклонился и поднял круглую плашку, меньше ладони, из серебрящегося металла. На ней был отчеканен странный рисунок: круг и словно семь наконечников стрел или копий его опоясывали, а, быть может, семь остроконечных башен или горных вершин...

Заслышав оживление, Ярослав отвлёкся от своей находки и увидел, что с восточной стороны деревни показался десяток знакомых всадников. Он с радостью разглядел среди них своего отца верхом на Клюковке – всё остальное стало неважно. Сунув в карман серебряный кругляш, Ярослав поспешил к прибывшим. Вокруг них уже столпились люди. Ярослав издали заметил что-то неладное: Ратмир – деревенский староста – подошёл к пожилой паре Алёне и Ивану с повинной головой, поклонился им в ноги и что-то пробормотал – Ярослав не расслышал. Алёна зарыдала в голос, уткнувшись Ивану в плечо.

- Что-о?! – возмущённо загудел стоявший неподалёку старик Лесьяр. – Эти конокрады не только всех лошадей у нас увели, но ещё и на людей покусились?

- Только её, остальных не коснулось, – глухо ответил Ратмир.

- Никого не тронули, а нашу дочку утащили! Вражины проклятые! – задыхаясь от слёз, прокричала Алёна. – За что?!

- Как так вышло? – не унимался Лесьяр.

Алёна уже не могла вымолвить ни слова, безутешно плача.

- Мы на улицу выбежали, – принялся вместо жены объяснять убитый горем Иван, – а двое налётчиков на полном скаку промчались и в седло её силком затащили!

Ярослав стоял ни жив ни мёртв. Он не в силах был поверить услышанному. Разве может это быть правдой? Светлана – единственное дитя Алёны и Ивана – была с Ярославом одного возраста. Они дружили сколько он себя помнил. Вместе росли, играли, гуляли, искали приключения, попадали в переделки – всегда и везде вместе. Сейчас, конечно, уже не так привольно как в детстве было. Ярослав в свободное время у отца в кузнице работал, а Светлана у кожевенника Николы мастерству обучалась. Тосковал Ярослав без её общества. Свататься к ней собирался на Купалу... не успел. Подумать только, на три дня не успел.

Отец пробрался через толпу и сразу оказался в объятьях Мирославы.

- Я пойду вызволять Светлану, – решительно заявил родителям побледневший Ярослав.

- Что ты такое говоришь? – забеспокоилась мать.

- Я отыщу и освобожу Светлану, если смогу. Кто, если не я?! Отец и мать у неё уже старенькие, ни братьев, ни сестёр у неё нет. Не брошу её в беде!

- Теперь не видать никому Светланы. Смирись, сынок. Не судьба она твоя. Ещё встретишь истинную любовь.

- Может в странствиях и встречу, – упрямился Ярослав, – но не прощу себе, коли останусь здесь сидеть сложа руки.

- Куда ты пойдёшь, милый? Они могли за тридевять земель направиться. Ведь это явно иноземное войско. Смотри, подковы какие странные.

- Не вижу, матушка, – честно признался Ярослав, глядя на пыльную мешанину следов.

- Ну вот, погляди сюда, – терпеливо принялась объяснять сыну Мирослава, – это наши подковы – полумесяцем отпечатались. А тут странный след, словно трёхсвечник.

- Опасная это затея, сын, – поддержал отец, – наше ополчение гналось без устали, а их и след простыл. Не нашли даже какой дорогой поскакали. Будто в воздухе растворились.

- Чудно это... – задумчиво подметила мать.

- Видать, не обошлось без колдовства, – заключил отец.

«Раз не обошлось без колдовства, то у колдовских сил путь-дорогу и следует спрашивать», – рассудил Ярослав и, не теряя времени, направился к Лесной ведьме. Звали её Веленка, а жила она в Говорливом лесу. Лес был так себе, мрачный, ельника много, грибов да ягод особо не водилось. Да и слава дурная о нём ходила, будто волков там видимо-невидимо и они особым – почти что человечьим – умом и коварством отличаются. Потому за клюквой и морошкой в Алый лес снаряжались. Далеко, конечно, зато на душе спокойнее. Хотя и в Алом лесу всяческие подозрительные вещи приключались, но на то он и лес – не людские владения, а чуждые, заповедные. А ведьме что – она сама одной ногой в потустороннем мире стоит, ей лес как дом родной. Ярослав не боялся Говорливого леса и у Веленки не раз гостил. Ночью бы он, разумеется, в лес не сунулся, но сейчас тянулись долгие летние дни, и до заката домой возвратиться труда не составляло. К тому же и повод нынче был весомый.

На опушке, где лес был реже и светлее, набрал Ярослав душистой земляники – не с пустыми же руками к ведьме заявляться! Денег она никогда не брала, только подарки: посуду и прочую хозяйственную утварь, одежду да ткани, зерно, молоко, пироги, соленья и всякую другую снедь. Ярослав помнил дорогу хорошо, шагал бодро, и вскоре среди деревьев показалась ведьмина изба. Ни забора, ни калитки тут отродясь не было – ничего не отделяло жилище ведьмы от лесной чащи. Изба была высокой, тонкоствольной, без ставней, но самым невероятным была прозрачная крыша, потому как состояла она сплошь из окон с настоящим стеклом! У всех в Полесье оконца были из слюды, а стеклянные только в городах встречались. Поднявшись по лестнице на крыльцо, Ярослав постучал в дверь, и она сама собой тихонько растворилась. Пахнуло травами и смолами, будто он уткнулся носом в охапку свежескошенных диких растений. Ведьма стояла к нему спиной и что-то бойко стряпала за длинным столом, протянувшимся вдоль огромного окна. Её волосы – светло-жёлтые и лохматые, как копна сухой соломы, были распущены, рукава тёмно-коричневого платья закатаны по локоть, и на запястьях болталось множество плетёных браслетов из разноцветных нитей, кожаных шнурков и невесть чего ещё. Солнечный свет наполнял просторную комнату, проникая сквозь окна и стеклянную крышу. Тени от листочков колыхались на стенах и полу, в столбиках света лениво плавали золотистые пылинки – казалось, что всё пространство дышит и двигается, живёт своей жизнью. Посреди комнаты был сложен временный очаг из серых камней. На огне, разведённом в очаге, кипело сразу несколько котелков и кастрюлек. Дым вился тонким полупрозрачным ручейком и исчезал в раскрытом окошке на потолке.

- Добрый день, любезная хозяйка, – почтительно поздоровался Ярослав.

Ведьма обернулась на звук его голоса, встретив проницательным взглядом бледно-зелёных глаз. Вот у сестрёнки Матрёны глаза и впрямь были зелёные, яркие, совсем как у матушки, а у Веленки какие-то болотца, окружённые бесцветными ресницами. С виду Веленка казалась молодой, будто самому Ярославу ровесница, а взаправду леший её знает... Веленку такой даже древние бабули да дряхлые дедули в посёлке помнили.

- Ярослав, сын Алексея кузнеца! – ведьма растянула тонкие губы в доброжелательной улыбке. – Присаживайся да поведай, зачем пожаловал.

Ярослав переступил порог и положил на стол тряпицу, полную зрелой лесной земляники. Опустившись на крепкий стул с высокой спинкой, он глубоко вздохнул:

- У нас в Полесье беда приключилась. Напали минувшей ночью неведомые чужеземцы.

Веленка поставила две глиняных кружки с душистым отваром из кипрея – себе и гостю – и тоже уселась за стол.

- Что, многих убили? – нахмурилась она.

- Не тронули никого, только почти всех лошадей увели и... – голос Ярослава дрогнул, – и Светлану...

- Дочку Алёны и Ивана? – удивлённо вскинула белёсые брови Веленка.

Ярослав подавленно кивнул.

- Странно как. Всех коней и одну девицу, – Веленка призадумалась. – А вы уверены, что она сама вослед не отправилась? Светлана – девица боевая да самонадеянная, быть может, решила в погоню за недругами пуститься?

Ярослав сокрушённо покачал головой:

- Родители видели, как силой её уволокли: схватили, затащили в седло да и были таковы.

Ведьма вновь нахмурилась, задумавшись пуще прежнего.

- А я вот что нашёл на земле у конюшен. То ли с доспеха, то ли со сбруи бляшка отлетела, – спохватился Ярослав и протянул свою находку.

Взяв серебристый кругляш в руки, Веленка мигом вскочила, расплескав чай:

- Да это же луна в семиострой короне!

- Что это значит? – растерялся Ярослав.

- Значит это, – благоговейно произнесла ведьма, – что увело Светлану войско Марьи Моревны прекрасной Королевны.

- Где же её искать? – нетерпеливо подался вперёд Ярослав.

- Не ведаю я, где её Королевство. Придётся тебе раздобыть самую точную карту всего нашего острова. Картографы, глядишь, и дознались, где её земли. А за картой надобно тебе идти в Трёхдорожье, в путеводную лавку.