Сновидцы
Мне снится, что я лечу над городом. Вокруг зеркальные окна, крыши и птицы. Я поднимаюсь ещё выше, смотрю на ленты асфальта и чистое небо. И вдруг – невидимая сила, что держит меня в воздухе, исчезает.
Я падаю.
Воздух сдавливает грудь. Здания смазываются от скорости, мимо проносятся провода. Асфальт ближе, ещё ближе, я уже вижу место, где мне суждено погибнуть, разбиться кровавым пятном...
И за мгновение до смерти я открываю глаза. Сонник на тумбочке мигает красным датчиком. Запись сохраняется на флеш-карту.
Разматываю эластичный бинт на голове, снимаю с висков присоски. Илона спит рядом, тихо похрапывая. Не люблю работать, когда в кровати ещё кто-то, но она уговорила.
Небо за окном уже яркое и чистое – как в моём сне. Задёргиваю тяжёлые шторы, чтобы Илона не проснулась, и вытаскиваю флешку из сонника.
Говорят, мы не можем умереть во сне, потому что мозг не знает, что происходит после смерти. Поэтому в последнюю секунду перед тем, как погибнуть от рук маньяка или размазаться по асфальту – мы просыпаемся. Всё заканчивается у невидимого барьера, который до сих пор никто не мог преодолеть. Даже профессиональные сновидцы.
Такие, как я.
Я загружаю сон в программу для редактирования. Похоже на то, с чем работают видеомонтажёры: куча всяких показателей и уровней. Выглядит сложно, мне пришлось пройти несколько платных курсов, чтобы научиться. Но теперь я знаю, как сделать сон интересным и приятным для пользователя. Слепить из грёз коммерческий продукт: оригинальный, но не лишком; захватывающий, но в меру. Тот, который легко найдёт покупателя и, если повезёт, выйдет в топ-продаж.
У популярных, действительно профессиональных сновидцев, есть команды редакторов. Я всё делаю сам. Вырезаю скучное вступление, регулирую уровни ощущений… И задумываюсь.
Финал был захватывающим, но не сочтут ли его жестоким?
Правда ли, что зрители настолько любят чернуху, что захотят упасть с высоты небоскрёба Конечно, адреналин тоже покупается – не зря так популярны кошмары. Но я записываю приятные сны с полётами и рискую потерять постоянных покупателей.
Наконец я решаюсь: оставляю падение, но снижаю уровень тревоги. Программа обрабатывает сон. Женский голос зовёт меня из спальни.
Илона проснулась.
Пока мы завтракаем, она спрашивает:
- Ты и сегодня весь день проспишь?
- Не знаю, не уверен, - я завариваю нам кофе. – Может, поищу ещё подработку. Разошлю несколько резюме.
Она улыбается и бросает в кофе два кубика сахара. Я пью чёрный, самый бодрящий. Надо только подождать, пока остынет.
- Но ты точно не будешь спать весь день?
- Ладно тебе, я просто много сплю. Совсем как домашний кот.
Раньше это казалось ей милым. Сейчас она морщится, залпом допивает кофе и оставляет грязную кружку. Убирать мне, ведь я всего лишь подрабатываю в библиотеке несколько дней в неделю. Не то что Илона, с её пятидневкой в офисе и постоянными сверхурочными.
Мои сны работой почти никто не считает.
Собираю посуду, вытираю стол и, пока Илона чистит зубы, выливаю свой кофе в раковину. Только делаю маленький глоток, чтобы изо рта пахло, когда она целует меня на прощание. А потом закрываюсь на два замка и тороплюсь в спальню. Кровать аккуратно заправлена, Илона постаралась. Придётся сделать точно так же, когда проснусь.
У меня есть тайник в коробке с лекарствами. Голубые таблетки в баночке из-под витаминов это, конечно, никакие не витамины.
Это мои снотворные.
Выпив двойную дозу, я подключаю сонник к ноутбуку и проверяю обновления. Каждый день на специальные сайты выкладывают десятки новых снов: от профессиональных работ до любительских поделок. Любой обещает невероятные ощущения, которых не найдёшь в реальности. Я бы хотел увидеть все, но времени мало, поэтому ограничиваюсь тремя разными снами.
Присоски к вискам и откинуться на подушки. Снотворное уже начинает действовать, и сонник легко уносит меня в другие миры.
Сначала я долго гуляю по пляжу. Тёплые волны касаются ног, запах соли и мягкость песка переданы великолепно. Потом просматриваю кошмар: кто-то гонится за мной через бесконечный лабиринт комнат. Мигающий красный свет, тревожные звуки - ярко, но без фантазии. Сквозь сон пробивается мысль, что звук наложили сверху, в программе.
Чтобы снять напряжённость кошмара, я погружаюсь в лёгкий эротический сон. Трое девушек с мягкой кожей – лица не запоминаются, проскальзывают мимо сознания. Мне нравится, как поработал сновидец, – прикосновения такие нежные. Кожа покрывается мурашками, и я позволяю ощущениям захватить себя.
Наконец просматриваю свой сон. Полёт получился отлично, а вот падение оказывается скучным. Стоит всё же добавить адреналина, думаю я, прежде чем открыть глаза.
Одеяло смято - я метался во время кошмара или эротики. Одна присоска почти отклеилась, пора их заменить. Но к следующему месяцу я должен накопить на новый сонник. А если мои сны будут хорошо продаваться, то даже быстрее…
Узнаю время – проспал почти пять часов. Новых сообщений нет. Несколько месяцев назад Илона писала мне почти каждый час: проверяла, не сплю ли. Тогда же мы чуть не расстались. Она даже уходила жить к подругам на неделю.
Теперь у нас всё нормально. Но надо поддерживать быт: убраться, сходить за продуктами. Неважно, насколько я хочу поспать ещё час или два.
Заправив кровать, я выскальзываю из квартиры.
Мы живём на последнем этаже, у лестницы, ведущей на крышу. Люк, правда, закрыт на навесной замок, но я знаю секрет. Замок – лишь фикция; дужка примотана серой изолентой. Немного возни, и он откроется.
Откуда я знаю, спросите вы.
Я сам его сломал.
На крыше ветрено, и я застёгиваю куртку. Здесь не красиво. Пыль, лужи, провода, мелкий мусор, принесённый ветром. Но вид окупает всё.
Я останавливаюсь в нескольких шагах от края. Весь город – он на моей ладони. Жилые дома, улицы, деревья… Солнце отражается в окнах. Слева река, впереди центр, везде вокруг - небо.
Вот ради чего люди покупают мои сны.
Прохожие спешат внизу, не замечая меня. Я будто выхвачен из жизни, но наслаждаюсь ей. Ветер больше не морозит, он готов подхватить меня и унести в полёт.
Если жизнь может быть так же прекрасна, как сон, то только здесь.
Закрываю люк и возвращаю замок на место. Илона придёт с работы через несколько часов. Успею всё, если потороплюсь.
Сначала в магазин, где я набираю почти полный рюкзак продуктов. Потом аптека. На проспекте их больше десятка, но я углубляюсь во дворы и долго петляю между многоэтажками. Нужная мне аптека – с неприметным красным крестом – о ней знают все сновидцы. А в ней знают нас.
Без рецепта и лишних вопросов мне продают сильные снотворные. Ещё предлагают разные стимуляторы, но я отказываюсь. Оставим странные, психоделические сны любителям химии; я могу летать и сам.
Рюкзак оттягивает плечи. Спешу домой, но на проспекте замечаю нечто, заставляющее остановиться.
Рабочие растягивают на рекламном щите новый баннер. На нём нет подписи, только фотография: девушка улыбается и подмигивает зрителю. Россыпь веснушек, длинные волосы и провода сонника на висках. Мало кто знает её, но многие были ею. Это Юлия. И она - автор самых популярных эротических снов.
Вы можете представить рекламный щит с порнозвездой? Но вот он.
Всматриваюсь снова, и понимаю, что не ошибся. Юля часто ходит на собрания сновидцев, я хорошо помню её лицо. Но откуда взялась такая заметная реклама? Кто разрешил её повесить?
Почему не автор милых снов для детей с радугой и зверушками, в конце концов?
Иду домой и не могу перестать думать об этом. Так странно и непривычно. Хотя, ни Юлия, ни я, ни другие сновидцы — мы не делаем ничего страшного и запрещённого.
Мы просто видим сны.
Я бы поспал перед возвращением Илоны, но нет времени. Ужин в духовке, а я прячу таблетки и старательно разглаживаю покрывало. Когда она возвращается на вопрос:
- Ты спал?
Отвечаю:
- Подремал часок.
Мы едим, Илона рассказывает что-то о работе. Я встаю за добавкой – снотворное пробуждает аппетит. Голос моей девушки где-то далеко, в голове только одна мысль. Уже вечер. Скоро я снова могу уснуть.
И когда я уже готов включить сонник, Илона залезает под одеяло. Она совсем голая, прижимается ко мне, и я не против, это тоже неплохо, но…
Но это не сон.
****
Илона не любит сны. У неё есть сонник, но он лежит в ящике – она изредка смотрит мои работы или то, что я советую. В последний раз она пользовалась им… Даже не помню, когда.
Утром, она снова уходит на работу, а я смываю невыпитый кофе в унитаз и роюсь в шкафу. Вот её сонник – разряженный в ноль. И модель старая, даже не может моделировать запахи. Я бы снял с него присоски вместо испорченных своих, но телефон звонит, отвлекая.
На проводе мой коллега, ещё один сновидец - любитель кошмаров и быстрых, ярких снов. И он кричит в трубку:
- Привет, друг! Ты свободен в следующую субботу?!
Я вспоминаю расписание.
- Только вечером, у меня там работа, до восьми. А что?
- Отлично, то что надо! У меня появилось несколько классных вещей! Приходи часов в десять, посмотрим с остальными! Сонник не забудь!
- Хоро… – связь обрывается.
Это неожиданно и очень приятно – мы не слишком часто собираемся вместе. Хотя можно сказать, что мы, сновидцы, постоянно встречаем друг друга.
Во снах.
Вечером я рассказываю Илоне о планах на субботу. Она спрашивает:
- А меня возьмёшь?
- Там все будут с сонниками. Тебе, наверное, не понравится.
Опустив кружку с чаем, она улыбается, будто силой растягивая губы.
- Соберётесь и будете вместе спать? – растягивает ещё сильнее. – И это вы зовёте вечеринкой…
Я не успеваю ответить, а она уходит в комнату и весь вечер молчит. Забираюсь в постель, Илона отворачивается к стене. Креплю присоски и включаю сонник – всё ещё ни слова.
Почему она обиделась? Что именно я сделал не так? Не могу перестать думать об этом, и сон портится. Будто обида не даёт мне взлететь, тащит в темноту, и ночь пролетает как мгновение. Непродуктивная. Скучная.
А утром мне нужно на работу.
Утренний город — это такое место, где хочется спать-спать-спать. Я занимаю место в автобусе и жду почти час, пока тот проберётся через пробки. Сон разливается в воздухе, но я старательно держу глаза открытыми.
Напротив сидит девушка в яркой шапке. У неё на коленях сумочка, из которой тянутся провода. Сначала я думаю, что это наушники, но потом замечаю под шапкой присоски. Это сонник. Прямо сейчас она смотрит чей-то сон или записывает свой.
Мне такое даже в голову не приходило. Я наклоняюсь, смотрю внимательнее. Да, её глаза быстро движутся под веками, пальцы подёргиваются. Вокруг толпа людей, резкие звуки и неприятные запахи, но ей всё безразлично. Она спряталась в сновидении.
Почему я раньше об этом не думал? Ведь можно не только в транспорте…
Можно где угодно, лишь бы нашлось полчаса свободного времени!
Эта мысль бьётся в голове, когда я поднимаюсь по ступенькам библиотеки. Внутри пусто — первые посетители появятся через пару часов. Но я почти не разговариваю с читателями. Моё место в подвале, где архив, полный каталогов и пыльных папок.
Здесь внизу темно и тихо. Только лампа на столе горит ярко, освещая стопки документов.
Разбирая бумаги, я думаю о часах, которые провожу без работы. Надо признать, в архиве немного дел. Обычно я читаю или сижу в интернете, но сегодня сделал важное открытие.
Я могу спать на работе, как та девушка спала в долгой пробке. И если запереть дверь и быть осторожным — никто не заметит.
План почти идеален. Одна проблема — Илона заметит, что я ношу с собой сонник, и точно разозлится. Снова будет молчать, или даже уйдёт от меня на неделю. Я уже готов отказаться от идеи, когда вспоминаю про её пыльный сонник в шкафу.
Может быть… Может быть, получится.
Я возвращаюсь домой, и всё будто бы хорошо. Мы разговариваем, смотрим вместе фильм. Илона обнимает меня, пока я думаю о спящей девушке в автобусе. Интересно, что она видела? Ведь возможно, она смотрела и мой сон.
Возможно, она летала вместе со мной.
Мы ложимся спать, и я наматываю эластичный бинт поверх присосок. Это мера предосторожности — однажды одна отклеилась от виска прямо во сне. Утром на флешке нашёлся только повреждённый файл. Вообще, мне нужны новые присоски, а лучше новый сонник, но позже.
К тому же, Илона, наверное, обидится, если я его куплю.
Не подозревая, о чём я думаю, Илона прижимается к моей спине. Как бы я хотел, чтобы она тоже видела сны. Мы смогли бы летать вместе, и не только. Я показал бы ей самые прекрасные, самые удивительные фантазии.
Она не понимает, чего лишает себя.
Эта ночь тоже не очень удачная. Я вижу сбивчивый кошмар и просыпаюсь не в настроении. Раз нового материала нет, день я провожу, редактируя предыдущий сон. Надо быстрее записать что-то новое. Может получится, если я сменю постель с Илоной на сон в тихом и мрачном архиве?
Стоит проверить. Следующая смена в библиотеке — через три дня.
****
Наверное, я впервые еду на работу с удовольствием.
Документы, которые надо разобрать, быстро заканчиваются. Никто не заходит и не звонит, так что я достаю из сумки сонник Илоны. Присоски идеально прилегают к вискам. Это знак.
Пью снотворное и пытаюсь настроиться. Выключаю настольную лампу, разглядываю потолок. Представляю, как становлюсь невесомым и взлетаю вверх, в читальный зал, потом ещё выше — наружу, к небу и звёздам.
Но стул слишком неудобный, или я боюсь, что меня поймают. Пусть я и засыпаю, но вижу что-то странное и нелогичное. Я куда-то опаздываю или теряюсь в незнакомом месте. В этом нет ничего интересного, никто не захочет такое купить!
Мне даже было приятно проснуться.
Спрятав сонник, отпираю дверь. Проверяю свой аккаунт в приложении для сновидцев. Я уже неделю ничего нового не выкладывал. Отчисления с продаж предыдущих снов пока идут, но могут и прекратиться.
Что если это навсегда?
Что если я больше не смогу летать во сне?
Вечером Илона спрашивает, всё ли в порядке. Киваю и продолжаю настраивать сонник. Хочу пересмотреть свои старые работы — для вдохновения. Но я не успеваю надеть присоски, Илона прижимается ко мне.
И я ловлю себя на желании её отстранить.
Раньше я мог взлетать до космоса, до самых звёзд. Я мог всё – во сне.
Сейчас, когда часы показывают первый час ночи, а Илона тихо храпит, я лежу с открытыми глазами. Сонник на тумбочке мигает зелёным огоньком. Я так хочу уснуть, но каждый раз думаю — что если снова ничего не получится? Что если и этой ночью только темнота?
Я не боялся темноты раньше.
Пробую и пробую снова. Дома и на работе: запираю двери, выключаю телефон. Снотворное заканчивается, а на соннике всё ещё ни одной записи. Раньше такого не случалось — я никогда не сидел без работы больше недели!
В очередной раз просыпаюсь с пустотой в голове. Спина болит от неудобного стула, и заканчивается время обеда. Флешка, вставленная в сонник, пуста.
Но сегодня суббота, вспоминаю я, массируя шею. Время встречи сновидцев.
Если там меня не захватит вдохновение, то больше нигде.
Я немного опаздываю — почти все уже собрались. В комнате шумно. Теряюсь на пороге, не знаю, к кому из друзей подойти сначала, но кто-то окликает меня.
Впервые вижу этого парня. На нём ярко-синий пиджак и очки в тяжёлой оправе. Новенький? Видел ли я его сны?
- Здравствуйте! – он быстро оказывается рядом, жмёт мне руку.
За его спиной улыбается красивая девушка. Её я тоже не видел раньше.
- Меня зовут Альберт, я бы хотел поговорить с вами. Вы не заняты?
- Нет, - мотаю головой. – А что-то случилось?
И он скалится в улыбке. Яркой, но агрессивной.
- Можно и так сказать. Что-то очень хорошее.
Девушка, которая с ним, она на каблуках и ярко накрашена. Но за спиной у неё — мешковатый чёрный рюкзак. Она ставит его на пол, расстёгивает молнию...
Это сундук с сокровищами.
Внутри лежат маленькие коробочки, и Альберт открывает одну. Сначала я думаю, что он показывает мне мобильник или плеер, но замечаю присоски.
Это сонник.
- Мы ещё работаем над деталями, но уже почти…
- Это что, сонник? – я не могу поверить.
А он опять скалит зубы в улыбке.
- Новая модель. Мы рассчитываем выпустить их в течение полугода. Удобный, портативный, долго держит заряд. Теперь сны можно смотреть везде, не только дома.
Это не моя старая модель с отклеивающимися присосками. Я вижу, что он намного лучше, уже хочу его. И Альберт протягивает его мне.
- Мы хотим, чтобы вы его испытали.
- Что? – я сжимаю чудо в ладони.
- Чтобы вы попробовали загружать на него свои сны. Тут есть порт для флеш-карты, им удобно пользоваться.
Я всё ещё верю с трудом. А он продолжает:
- Я бы всё рассказал сейчас, но так мало времени. Вы не против, если я позвоню вам и приглашу на собеседование, допустим, на следующей неделе?
- Да, - я даже не думаю, на что соглашаюсь. – А зачем?
Он собирается ответить, но хлопает дверь, ещё одна знакомая появляется на пороге, и Альберт меняется в лице.
- Она тоже в списке. Пошли!
Он бежит к сновидцу, девушка с полным рюкзаком чудес за ним. Я остаюсь с новым сонником в руках. И если даже это чудо не поможет мне снова летать во сне…
То я не знаю, что.
В комнате шумно. Несколько человек курят у открытого окна; большая группа собралась у стола с едой. Я здороваюсь со знакомыми, голос Альберта слышен с другого конца комнаты.
У стола меня ловит Влад. Он протягивает мне бокал вина, потом ещё один. Присоски висят у него на шее, провод тянется в карман толстовки. Он демонстрирует мне свой новый сонник и хватает за руку.
- Со мной скорее всего подпишут контракт! Они сказали, им нужны кошмары. И с тобой, конечно, тоже, никто лучше тебя не летает!
- Стой, что?
Я не успеваю за потоком слов. А он уже смотрит мне за спину и машет сразу двумя руками.
- Привет! Иди к нам! Помнишь Юлю?
Конечно, помню, недавно видел на рекламном щите. В жизни её веснушки не такие яркие, а волосы аккуратно собраны в хвост. Но улыбается она так же приятно.
- Привет!
Она пожимает мне руку, и я уже ощущал эту тёплую кожу.
- Я видела твои сны.
- А я твои, - мы улыбаемся. – У тебя тоже?..
Из её маленькой сумочки торчит чёрная коробка.
- Да, они всё-таки позвали меня! Я боялась, что им не нужна эротика, это ж вроде несерьёзно!
- Нет ничего серьёзнее эротики, - Влад поднимает бокал, и я окончательно запутываюсь.
- Объясните уже, кого позвали и куда.
Юля снова улыбается мне, а Влад говорит:
- Не верю, что ты не слышал про них, - он кивает на Альберта. – Они все такие из себя шумные и заметные.
- Они не просто так раздают сонники, нет?
- Конечно, нет, - тёплая рука касается моего плеча. – Они осваивают рынок.
- Сновидцам предлагают работу, - перебивает Влад – Что-то вроде лейбла по выпуску снов, хотят собрать нас вместе. Меня уже позвали.
- Меня тоже! Даже сняли меня для рекламы.
- А меня пригласили на интервью... Через неделю.
- О, поздравляю! – тёплая рука Юлии снова на моём плече. – Стабильная работа, даже не верится. И платить начнут нормально.
- Можно подумать, ты мало зарабатываешь!
Мы снова смеёмся, и я забываю про интервью и свои сны. Всё смешивается: вино, тёплая кожа и разговоры. Наконец Влад зовёт нас в специальную тёмную комнату, чтобы показать несколько своих кошмаров. Снотворное и удобные диваны – всё для гостей.
Альберт куда-то исчезает, а я пока не решаюсь попробовать новый сонник.
Хочу сделать это дома.
Илона долго рассматривает чёрную коробочку.
- Что это?
- Мой новый сонник.
- Ты его купил?
- Мне подарили, - я вспоминаю оскал Альберта. – Какая-то компания, они хотят, чтобы я его испытал.
Илона снова молчит. Я смотрю на её опущенные уголки губ и неожиданно предлагаю:
- Хочешь попробовать? Давай ты будешь первая, я подберу тебе хороший сон.
Но она передёргивает плечами.
- Нет уж! И вообще, ты мог бы хоть одну ночь поспать без этой штуки.
Я не успеваю ответить — она снова отвернулась к стене. И я пытаюсь её коснуться, позвать, но не получаю в ответ ничего.
Не надо даже пробовать, уже знаю, что ночь снова пройдёт бессмысленно. И откладываю сонник на тумбочку.
Утром Илона хлопает дверью так, что дрожат стёкла. Я не выливаю кофе, потому что даже не пытался его варить. И не мою посуду, и не собираюсь идти в магазин!
Вместо всего этого я спешу к кровати.
Загорается экран нового сонника, присоски ложатся на виски. Я выбираю несколько разных снов с сайта и глотаю снотворное, готовясь к путешествию.
И… я ожидал высокого уровня. Но это лучше всех ожиданий. Звуки, запахи, прикосновения - всё такое яркое, чистое и живое. Новый мир снов, он невероятен.
Он реальнее, чем реальность.
Проснувшись, смотрю на часы. Илона скоро вернётся с работы, но я ещё успею всё исправить. Заправить кровать, приготовить еду, дождаться её возвращения. Мы снова начнём разговаривать, и…
Нет, не будет всё хорошо. Я знаю, она найдёт причину обидеться. Отвернётся к стене, помешает мне видеть сны. Я даже предложил ей попробовать новый сонник, а она сделала такое недовольное лицо! Так какого чёрта?
Ещё две таблетки снотворного, и я снова включаю чудо-прибор. Илона пусть делает, что хочет.
Когда я просыпаюсь второй раз, начинает темнеть. В квартире тихо. В прихожей грязные следы – она приходила и снова ушла. Голова немного кружится из-за целого дня, проведённого в снах. Может, она у подруги, может, у родителей – сейчас я не хочу знать.
Вернуться бы к соннику, но я проверяю телефон. Три пропущенных с неизвестного номера. Когда перезваниваю, сразу узнаю голос Альберта.
- Добрый вечер! Я вас не разбудил? - он слишком весело смеётся. – Попробовали сонник?
- Да, он… Он прекрасен.
И это абсолютная правда.
- Я рад, что вам понравилось. Но, по правде говоря, я хотел уточнить насчёт собеседования. В следующую среду, в три часа дня вам устроит?
Меня устроит, пусть даже придётся отпроситься с работы. Он объясняет, куда надо приехать, а мне не верится. Всё это, как во сне.
Но повесив трубку я снова вижу следы Илоны в коридоре и ощущаю тишину в квартире. Не хочу об этом думать — поэтому я снова падаю на кровать.
Темнота ждёт.
****
Новый сонник теперь всегда со мной. Я дремлю, пока автобус стоит в пробках. Держу на работе пачку снотворного. Долгие часы скуки заполняются снами, и я чувствую себя счастливым. Даже дома я теперь сплю один, столько, сколько сам захочу.
Одно волнует: я посмотрел множество чужих снов, и не записал ни одного своего. Мне кое-что снится, но оно слишком короткое, или скучное, или странное. Ничего, что я мог бы выложить на сайт и продать.
Никто не обижается на меня, не устраивает скандалов, но я ни разу не летал. Илоны ещё нет, и я жду, когда она вернётся, как и в прошлый раз. А пока наслаждаюсь одиночеством и сплю целыми днями. Когда-нибудь, я верю, количество перейдёт в качество. И я взлечу.
Готовлюсь выпить снотворное, когда звонит телефон. Откладываю сонник, тянусь к трубке и — слышу голос Илоны.
- Привет, - вздыхает она.
- Привет.
«Прости, я ошиблась. Сегодня приеду. Скучал по мне?» - этих слов я жду. Но она снова вздыхает и говорит:
- Я не вернусь…
Пауза, которую я не знаю, как заполнить.
- Зайду как-нибудь за вещами. Ключи в почтовом ящике оставлю, - тяжёлый вздох. – Пока. Или спокойной ночи.
И она бросает трубку.
Я всё ещё не знаю, как заполнить паузу. Я думал, что это всего на неделю, не больше. Как и мои проблемы со сном.
Когда всё успело пойти не так?
В голове пусто и одиноко. Я понимаю, что теперь могу вообще не заправлять постель и выкинуть весь кофе, но сейчас меня это не радует. Слишком много тяжёлых мыслей, нужно сбежать от них.
Поэтому я выбираю лёгкий, весёлый сон и закрываю глаза.
Она правда забирает свои вещи: приходит, пока я на работе, и уносит всё. Хотя, не совсем. Она оставляет свой сонник на столе, и я не знаю, подарок это или пощёчина.
Больше Илона мне не звонит.
Я часто вспоминаю о ней ночью: мы встречаемся в снах. И каждый раз она обнимает меня, и её руки будто свинцовые. Они притягивают меня к земле — можно даже не думать о полётах. Я не могу вырваться, не могу даже закричать. Ты ушла. Почему ты всё ещё здесь?!
Больше так продолжаться не может. Уже несколько недель прошло, и скоро я начну терять постоянных покупателей.
Я иду в знакомую аптеку и прошу стимуляторы.
Аптекарь кивает и скрывается в подсобке. Я переминаюсь у кассы, чувствуя себя преступником. Только бы никто не вошёл и не увидел, чем я занимаюсь.
Звенит колокольчик на двери.
Я оборачиваюсь и узнаю её сразу.
- Ты тоже сюда ходишь! - улыбается мне Юля.
Я забываю зачем пришёл, потому что она обнимает меня и тут же начинает говорить. Мы обсуждаем новые сонники, работу, и мне просто нравится слушать её голос, когда возвращается провизор. Он несёт пузырёк с белыми таблетками. Не зная, можно подумать, что это средство от головной боли.
Но Юля узнаёт их сразу.
- Ой, не знала, что ты ими пользуешься. Надеюсь, ты осторожно.
И я теряюсь.
- Я их вообще не пью, в первый раз купил. Уже несколько недель не видел ничего нового. И знаешь, мне… -
В этом трудно признаться, но мне не надо ничего говорить. Она понимает.
- Тебе страшно? Мне бы было страшно, но такое ведь бывает. Нужно просто подождать. Ничего не случится, если ты отдохнёшь от снов.
Я снова смотрю на белые таблетки. Всегда гордился тем, что могу видеть сны сам, без наркотиков. И начинать я всё же не хочу.
Юля смотрит на меня, и в голову приходит неплохая, вроде, идея.
- Ты не занята?
- Нет. А что?
- Прогуляешься со мной? Я покажу тебе кое-что.
Она соглашается, и мы идём к моему дому. Стимуляторы остались в аптеке.
Без страха и лишних вопросов она поднимается со мной на крышу. Ветер сегодня сильный, я отдаю Юлии свою шапку и веду её к краю. Мы смотрим на город и на небо — вместе.
Перекрикивая ветер, я обращаюсь к ней:
- Если жизнь может быть так же прекрасна, как сон, то только здесь!
- Нет, - отвечает она. – Не может.
У нас полные карманы снотворного, два новых сонника и всё время мира. Я распахиваю перед ней дверь спальни, а она закрепляет присоски на моей голове. По две таблетки каждому, тёплое одеяло. И Юлия, она не отворачивается к стене.
Мы берёмся за руки, закрываем глаза. И я взлетаю.
Небо переливается тёплыми цветами. Я поднимаюсь выше, к облакам. Они похожи на сладкую вату — такие же мягкие и вкусно пахнут. Тёплое небо обнимает меня, и нет больше ничего страшного, грустного и неприятного.
Всё лишнее осталось внизу, и с каждой секундой улетает дальше и дальше.
Когда я просыпаюсь, Юля сидит на краю кровати. На соннике горит зелёный огонёк – запись завершена. И я уже знаю, она будет удачной.
Юля кладёт тёплую — как небо — руку мне на плечо. Её сонник уже выключен и лежит на тумбочке. Будто там его место.
Она спрашивает:
- У тебя есть еда? После снотворного так есть хочется!
Не дождавшись ответа, она бежит на кухню. Я провожаю её взглядом и снимаю присоски с висков.
Сонник выключен. Но я всё ещё не верю, что проснулся.