«Punk» — симфония ненависти
13 мая 1985 года в результате спецоперации американской полиции в Филадельфии погибло 11 человек, среди которых было 5 детей в возрасте от 7 до 13 лет. Радикальная община MOVE выросла из движения Черных Пантер и проповедовала взгляды, соединявшие в себе анархопримитивизм и коммунарные практики хиппи. За 13 лет своей политической деятельности организацию признали в США террористической, и был отдан приказ на выселение сквота, располагавшегося по адресу 6221 Osage Avenue в западной Филадельфии. В результате штурма здания отрядом из 500 полицейских на его крышу были сброшены с вертолета две бомбы, от взрыва которых начался пожар, унесший жизни многих членов общины и их детей. Спустя почти двадцать лет панк-группа Leftover Crack записала композицию «Operation M.O.V.E.», посвященную этому оглушительному свидетельству полицейского произвола и ненависти, которой пропитана любая государственная система в своем отношении к инакомыслию и альтернативным точкам зрения на развитие общественного устройства.
В 2012 году трек «Operation M.O.V.E» становится одной из заглавных тем в фильме «Панк» французского режиссера Жана-Стефана Совера. Эта, на первый взгляд, непритязательная драма о жизни подростка с парижских окраин выделяется на общем фоне своим эстетическим подходом к освещению набивших оскомину социальных вопросов. Совер оригинально решил дилемму, которая встает перед любым режиссером, взявшимся за фильм о жизни субкультурных маргиналов.
Панк-культура остается черным квадратом для киноделов в силу самой своей природы.
Движение, которое многие связывают исключительно с музыкой и внешней атрибутикой, за 50 лет своей истории переросло в феномен мировой социальной истории, в котором участвуют миллионы людей, проповедующие множество альтернативных идей, включающих в себя анархизм, феминизм, веганизм и т. д. При этом субкультура во многом осталась герметичной для внешнего наблюдателя за счет своей эстетической природы, базирующейся на изначальном нигилизме и черно-белом восприятии реальности основателями, стоявшими у истоков создания последней волны примитивного рок-н-ролла. По этой причине большинство фильмов о панке остаются бездушными поделками, основанными на погоне за хайпом, или очередными попытками официальной пропаганды очернить молодежные движения в своих странах.
Совер изначально не стал ввязываться в игру с идеологией панка, которая представляет собой очень часто сумбурный микс и разнится от страны к стране, сохраняя несколько базовых универсальных установок. Режиссер оставляет себе роль внешнего наблюдателя и очень аккуратно инкорпорирует драматическую линию в общую канву повествования. Главный герой Поль, оставшийся один на один с улицами Парижа, буквально за руку отводит нас в мир отчуждения и отчаяния, спасением от которого становится панк-музыка. Для Совера, как француза, игра знаков и семиотика имеют особое значение, поэтому он с легкостью принимает постмодернистскую природу панк-рока. Можно тысячу раз повторять мантры про корни и причины возникновения любой субкультуры, а можно развернуть критический аппарат в обратную сторону и взглянуть на социум с точки зрения панков. Для этого требуется только определенная художественная смелость, чтобы выставить камеру по направлению взгляда любого из людей, которых общество заклеймило и выбросило за круг своих представлений о нормальности.
Основными действующими акторами фильма становятся не люди, а социальные пространства, в которые они загнаны жизненными обстоятельствами. Совер отлично уловил взаимосвязь между пустотами, которые организует внутри себя социальный порядок, и той природой напряженности, которую они порождают. Места, где ломаются идеальные линии городского пространства, геометрия антижизни, тишина предрассветного безумия. Именно там на улицах спальных районов, заброшенных стройках и вокзалах рождаются хип-хоп, рэйв, граффити, панк-рок и бесконечная ненависть. Логика развития капитализма и государства неумолимы, и постиндустриальная матрица вынуждена пожирать саму себя, постоянно выплевывая в зону отчуждения целые поколения детей, которым даже не дают права осознать себя полноценными личностями.
Панк — это история помойки, на которой гниют социальные организмы, поломанные с самого своего рождения.
При этом логика фильма ухватывает ту дихотомию, в которой пребывают подростки из агрессивных субкультур. Находясь в постоянной фрустрации, панки вынуждены в то же время выполнять какие-то социальные обязательства. Поль бросается из крайности в крайность между матерью и призрачным отцом. Тренер, дающий ему жизненные советы и торгующий после занятий кокаином, и случайная любовь с блудной Луизой только загоняют его еще дальше в депрессию. Выходом из ситуации режиссер видит глубочайшую трансгрессию, которую панк-рок помогает совершить людям, оказавшимся у края социальной пропасти. Субкультура, выросшая во многом из ситуационистской идеологии, объединяет в себе тотальные освобождающие практики, которые заменяют участникам походы к психоаналитикам. Главной движущей силой панка, позволившей ему захватить весь мир, стало уравнивание всех участников процесса в условиях игры, делающей панк-концерт одновременно и формой политического митинга и аналогом иммерсивного театра. Отказываясь на время от своих социальных ролей, участники действа совершают коллективный эскапистский акт, создавая поле символической перверсии, отсылающей к трайбалистским социальным феноменам.
Операторская работа в фильме вкупе с музыкальным рядом становится тем фломастером, который очерчивает поле ринга для Поля и его друзей. Брошенные дети индустриальных окраин остаются один на один с конвейером бесконечного насилия, которое выплескивается на них в виде копов, нацистов и обычной уличной шпаны. Внутреннюю опустошенность можно заполнять только ненавистью, которая является катализатором субкультурных войн и растекающейся по коллективу взаимной отчужденности и непреднамеренной агрессии. Поэтому панки вынуждены проходить обряд внутреннего очищения в виде еженедельных шоу, которые раздвигают для них поле возможностей внутри бесконечного нагромождения бетонных плит и кирпичей.
Универсальный минималистский язык, который избирает для своей работы Жан-Стефан Совер, с одной стороны оставляет ощущение некоторой сумбурности и незавершенности кинополотна. Но недаром, Поль весь фильм постоянно тянется к образу мима. Внешняя немота лучший друг для клокочущей внутри подростка симфонии ненависти. Панк-рок постоянно помогает ему преодолеть состояние суицидальной депрессии и следующими за ней девиантными поступками. Глядя со стороны, обыватель видит в панках с их раскрашенными ирокезами и позерским поведением клоунов, награждая их презрением и насмешкой. Но в обществе, где циркуляция социальных ролей и навязанных стереотипов поведения давно преодолела все разумные пределы, возможность снять маску и побыть немного самим собой становится последней настоящей привилегией, за которую порой приходится платить самую высокую цену.
Автор: Роберт Палмер
Телеграм-канал автора: Pop Culture