«Мэнди» — кровавая лсд-медитация
Фильм «Мэнди» за последние пару лет стал в какой-то мере культовой работой, определяющей лицо современного арт-хаусного трэша и хоррора. Читать рецензии на творение Пана Косматоса было очень увлекательным занятием. Неизвестно, что люди хотели от режиссера, чей папа снял «Рэмбо-2» и «Кобру» и оторванного от реального мира Николаса Кейджа-Копполы. Грайндхаус, хоррор, трэш - семантический ряд, который каждый трактует, как ему хочется. Искать в истории определенную развилку, когда арт-хаусные произведения отделились от откровенного китча, почти невозможно, потому что режиссеры, снимающие в жанрах класса «Б», постоянно действуют вопреки любой логике. Критик, пишущий о той или иной работе, тоже действует обычно по настроению. Как правило, в большинстве подобных произведений можно, как увидеть шедевр, так и абсолютно глухое к зрителю действо, которое сложно назвать фильмом.
Панос Косматос пошел по пути генетики. Он решил скрестить в одном произведении, как пародию на религиозную притчу, так и тотальный косплэй на 80-е. История религиозной секты, которая убивает жену лесника Мэнди, отказавшуюся переспать с ее лидером, показана как галлюцинаторный бред, впрочем, как и весь остальной фильм. Режиссер создал целую систему шифров из цветовой гаммы от темно-синего и черного до ярко-красного. В отличие от другого трэшера Виндинга Рефна, который в силу врожденного дальтонизма и любви к кокаину создавал свои яркие неоновые полотна, Панос Косматос ближе к медитативному, почти бесповествовательному созерцанию. Сожгли, убили, расчленили, пофиг, главное выдержать ритм трипа и не нарушать симметрии, доступной глазу исключительно режиссера, который заставляет зрителей плясать под свою дудку.
Кейдж, о роли которого в «Мэнди» писали, как о каком-то возрождении, играет простую болванку для истории, в которой он такой же заложник, как и все, кто решился включиться в игру Паноса Косматоса. «Мэнди», если препарировать картину минимальным критическим аппаратом - это символическая система, ключом к которой становится понимание фильма, как стигмы, жертвоприношения, ритуала, религиозного обряда, таинства. «Мэнди» - это диалог Косматоса об экстатическом и эсхатологическом в современной поп-культуре. Нагрузив кино максимальным количеством отсылок к любимым 80-м, которые являются новым заветом для массового восприятия культуры постмодернизма, Косматос поставил в центр фигуру обдолбанного священника, которого играет реальный проповедник одной из сект. Ритуальное убийство женщины, как символа благополучия и центра буржуазного мифа о счастье, окрашивает все в кроваво-красные и багровые тона, возвращая нас к извечному вопросу о соотношении власти и насилия внутри широко разрекламированных образов беззаботной жизни.
Но не переходя к прямой критике существующего положения вещей, Панос Косматос устраивает экранный ЛСД-трип, который в конце срывается к темному бэдсайду, приводящему практически к картине всеобщего апокалипсиса, который каждый переживает внутри своей головы по несколько раз в день, когда смотрит рекламу, порнуху или играет в компьютерную игрушку. Роль Мстителя в виде Кейджа тут грубая и схематическая, но необходимая, как напоминание о том, что за каждый грех в спину все равно прилетит топор неизбежного фатального конца любого приключения.
Медитативная оргия визуальных образов и зрительского подсознания - вот главная цель «Мэнди», которая, естественно, не озвучивается. Все остальное - приятный пост-апокалиптический фан-сервис, который можно вертеть как угодно, смакуя сцены убийства байкеров-наркоманов или битву Кейджа на бензопилах с очумевшим фанатиком. Тут можно даже найти много поводов для смеха, правда, весьма извращенных. В общем, верните мне мой 1983, который уже покрылся ветошью и пылью. Фильм, играющий в пинг-понг вашими мозгами, но который может стать катарсисом в море современного поклонения ложным богам. Выбора у вас нет. «Мэнди» - это универсальная история о каждом и ни о ком, нигилизм и слепая вера в абсурд кровавого искупления, а Панос Косматос - это человек, играющий с темными материями современного киноискусства, которое само себе подписало приговор, создав почву для появления таких инфернальных фильмов.
Автор: Роберт Палмер
Телеграм-канал автора: Pop Culture