Производители сложного оборудования получают возможность контролировать, управлять, запрещать, вносить изменения в работу проданной продукции

Власти России ставят планку повысить до максимума уровень импортозамещения в нашей электроэнергетике. Вице-премьер Александр Новак сказал, что «российские предприятия энергомашиностроения всегда славились собственным производством, и сейчас идёт работа по импортозамещению отдельных элементов иностранного оборудования, созданию собственных газотурбинных установок большой и средней мощности. Если говорить об электроэнергетике, то уровень замещения – 80-85%. Стоит задача выйти на 90-95% в ближайшие годы». Наверное, это одна из тех отраслей, которая сумела пережить лихие 1990-е годы, когда всё растаскивали и распродавали. Или мы уже многое начинаем осваивать с нуля?

Сергей Михеев: Это замечательно и очень важно. Если так всё и есть, то это правильно. Почему? Снабжение самих себя энергией есть приоритетная задача, ключевой вопрос безопасности, независимости и всего остального. Существует несколько вещей - продовольствие, энергия, медицина, оборона - на которых, как на столпах, стоит независимость каждого государства, тем более такой огромной державы, как наша. Защитой НПЗ потихоньку занимаются, но электроэнергетика – тоже крайне важная отрасль и, к сожалению, потенциальная цель для наших врагов. Считаю, что её надо развивать с учётом имеющегося отрицательного опыта. Слава Богу, что не всё было потеряно. В Советском Союзе этому уделялось серьёзное внимание, и была наработана очень большая, эффективная школа собственного энергомашиностроения. Мы создали самые крупные в мире гидроэлектростанции, где, в основном,было отечественное оборудование; на это работали и заводы, и конструкторские бюро, и многое другое.

Проблемы с турбинами возникли после распада СССР, потому что часть производства турбин оказалась на Украине (и не только). Мы стали замещать в первую очередь европейской продукцией, а теперь геополитическая ситуация показывает, что нам надо уметь делать самим: или вспомнить, как производили раньше, или научиться создавать заново. Я так понимаю, что процесс есть. Это стратегически важно, чтобы нас не отключили от света, от электроэнергии, чтобы мы всегда в этом деле были уверенными. Тем более, что на электричестве работает всё больше и больше новых приспособлений - например, электромобили.

Показательная история о том, чем опасно импортное оборудование в энергетике: это «Северные потоки». Из-за этого А. Новак отдельно упомянул, что нужно развивать своё газотурбинное производство.

Сергей Михеев: Раньше с этим было проще. Почему? Вы нам продали оборудование - и до свидания, мы сами разберёмся. Сейчас одна из главных проблем – это развитие цифровых технологий. Когда сложное оборудование управляется микроэлектроникой, которая зависит и находится под контролем производителя. Иногда это делается умышленно, хотя нет производственной необходимости. Всё снабжается электронными системами контроля, дистанционным управлением. Производители сложного оборудования, аппаратуры получают возможность контролировать, управлять, запрещать и вносить изменения в работу уже проданной продукции. Так что, они за собой оставляют «ниточку», за которую можно дёргать.

Это тем более важно понимать, когда мы занимаемся чем-то серьёзным. Вот почему необходимо иметь собственную производственную, конструкторскую, инженерную базу, и сверхзадача – это возрождение собственного производства микроэлектроники.

Мы знаем, что европейцы с американцами периодически жалуются на китайские машины, которые снимают всё (что надо и не надо) и передают по Интернету. Правда или неправда, но они могут это делать. Точно также можно включать/выключать, и подобные эпизоды уже имеются: где-то удаётся перепрошивать, а где-то нет.

Насчёт газовых турбин Siemens была канитель, когда после 2014 года мы вернули Крым и там построили большую теплоэлектростанцию, на которой должна была быть турбина Siemens. Её привезли, а она не работает, потому что компания Siemens запретила! Это была тяжёлая история. Главная задача –самим полностью контролировать этот процесс и самим производить. Все надежды на то, что «мы сейчас продадим условные пушнину и пеньку, а взамен купим замечательные иностранные машины, которые будут на нас работать», - это иллюзия.