Борьба Бухарина против Ленина и партии

П. Поспелов

Еще до революции Бухарин выступал против Ленина по вопросу о диктатуре пролетариата со своей особой линией, означавшей раз­рыв с марксизмом. В 1916 году в журнале «Интернационал моло­дежи» появилась статья Бухарина (за подписью Nota Bene), напра­вленная против Ленина. В этой статье Бухарин проводил полуанархистский взгляд, что социалисты должны относиться принципиально враждебно ко всякому государству. «Для социал-демократии, кото­рая является или по крайней мере должна быть воспитательницей масс, теперь более чем когда-либо необходимо подчеркивать свою принципиальную враждебность к государству», — писал Бухарин.

Подчеркивая принципиальную враждебность ко всякому государ­ству вообще, Бухарин скатывался, таким образом, к отрицанию диктатуры пролетариата. Он проповедывал анархистскую теорию «отмены», «взрыва» государства вместо ленинской теории «слома» буржуазной государственной машины.

Критикуя полуанархистские взгляды Бухарина, Ленин писал: «От анархистов нас отличает (а) использование государства те­перь и (b) во время революции пролетариата («диктатура пролета­риата») — пункты, важнейшие для практики, тотчас. (Их то и забыл Бухарин!)» [2]. Ленин указывал, что Бухарин «...вместо разоблаче­ния каутскианцев помог им своими ошибками!!» [3].

Бухарин на всем протяжении истории нашей партии путал -поли­тически и теоретически. Вот что писал о нем Ленин еще в 1916 году: «...он (1) доверчив к сплетням и (2) в политике дьявольски неустойчив.

Война толкнула его к идеям полуанархическим. На совещании, вынесшем бернские резолюции (весна 1915 г.), он дал тезисы (у меня есть!) — верх нелепости; срам; полуанархизм» [4].

В 1925 году Бухарин печатает в сборнике «Революция права» статью «К теории империалистического государства». Эта статья была в свое время не принята Лениным для печатания в «Сборнике социал-демократа». Бухарин счел возможным год спустя после смерти Ленина вылезти в печать с отвергнутой великим учителем партии статьей. Больше того, он сделал к статье кощунственное примечание, в котором утверждал, что в споре о государстве был прав он, Бухарин, а не Ленин.

Период Брестского мира (февраль — март 1918 г.), когда моло­дая, неокрепшая, безоружная Советская республика столкнулась с вооруженным до зубов германским империализмом, был одним из труднейших моментов пролетарской революции. Брестский мир был гениальным маневром Ленина, давшим возможность получить передышку для укрепления советской власти, для организации во­оруженных сил революции. Бухарин и Пятаков, возглавлявшие фракцию так называемых «левых коммунистов», стремились сорвать этот ленинский маневр. Они играли по существу предательскую роль, толкая советскую власть на гибель под предлогом «револю­ционной войны», явно безнадежной в тех условиях. Они выносили поистине чудовищные, провокационные резолюции, в которых го­ворилось о «целесообразности»... итти на утрату советской власти!

Так буквально и было записано в резолюции Московского областного бюро от 24 февраля 1918 года: «В интересах международной революции мы считаем целесооб­разным итти на возможность утраты советской власти, становя­щейся теперь чисто формальной».

Своей авантюристической политикой «левые коммунисты» облег­чали империализму его задачу — задушить молодую Советскую республику. Ленин прямо указывал, что своей борьбой против за­ключения мира «левые коммунисты» «...на деле помогли герман­ским империалистам и помешали росту и развитию революции в Германии» [5].

Борьба «левых коммунистов» против Ленина доходила до такого ожесточения, что левые эсеры вели переговоры с Бухариным и Пя­таковым о прямом заговоре с целью ареста Ленина и создания пра­вительства из «левых коммунистов» и. левых эсеров. Председателем Совнаркома вместо Ленина контрреволюционные заговорщики хо­тели сделать Пятакова. Факт этих преступных переговоров с ле­выми эсерами признавал сам Бухарин в 1924 г. (см. «Правду» от 3 января 1924 г.). «Левые коммунисты» свою борьбу против партии и Ленина вели, фактически блокируясь с Троцким, также преступно срывавшим дело мира. Среди «левых коммунистов» было немало людей, кото­рые в дальнейшем выступили против партии как троцкисты (Пята­ков, Радек, Преображенский и др.). «Левые коммунисты» вели оже­сточенную борьбу против партии не только по вопросу о заключе­нии Брестского мира. Они выступали также против укрепления диктатуры пролетариата, против первых шагов социалистического строительства, которые делала партия под руководством Ленина после заключения мира. «Левых коммунистов» Ленин характеризовал как «взбесившихся мелких буржуа». Социальная природа мелких собственников, враж­дебно относящихся к пролетарской дисциплине, наглядно проявлялась в выступлениях Бухарина и других «левых» против Ленина по вопросам организации социалистического хозяйства, дисциплины труда, единоначалия, сдельной оплаты труда, учета и контроля и т. д.

В период VII и VIII партийных съездов Бухарин выступает про­тив партии и против Ленина по такому важнейшему вопросу, как программа партии.

В чем заключалась сущность спора о программе партии? Буха­рин предложил выкинуть из программы анализ товарного произ­водства, кризисов и заменить это анализом «чистого империализма».

Бухарин считал, что основные противоречия капиталистического строя (конкуренция, кризисы) в эпоху империализма в рамках от­дельных капиталистических стран «сняты». В такой постановке были заложены основы правооппортунистической теории «органи­зованного капитализма». Еще в 1917 году в дискуссии о программе партии Бухарин писал следующее: «Прежний раздробленный и неорганизованный капитализм заме­няется капитализмом организованным» (журнал «Спартак» № 2, стр. 6).

Далее Бухарин прямо договаривался до меньшевистского тезиса, что новый тип капиталистических отношений в эпоху империализма уничтожает противоречия капиталистического общества в рамках одной страны.

В статье «Крушение капитализма» Бухарин ставит вопрос: «Уни­чтожает ли этот новый тип капиталистических отношений противо­речия капиталистического общества? Уничтожает ли он прежде всего анархию современного способа производства?». И, нимало не смущаясь, отвечает: «Если ограничиваться только рамками государ­ственной организации, т. е. рамками капиталистического отечества, то можно ответить на этот вопрос в утвердительном смысле» (жур­нал «Спартак» № 10, стр. 6).

Возражая против бухаринской теории «чистого империализма», Ленин говорил на VIII съезде партии: «Чистый империализм без основной базы капитализма никогда не существовал, нигде не существует и никогда существовать не будет. Это есть неверное обобщение всего того, что говорилось о синдикатах, картелях, трестах, финансовом капитализме, когда изображали финансовый капитализм так, как будто никаких основ старого капитализма под ним нет... .. .Если написать программу так, как хотел тов. Бухарин, — та­кая программа будет неверна» [6].

Из антиленинской теории «чистого империализма», которую Бу­харин упорно отстаивал, выросла бухаринская правооппортунистичская теория «организованного капитализма», роднившая его с меньшевистским II Интернационалом.

Бухарин выступил против Ленина при обсуждении программы и по вопросу о вырастании капиталистических элементов из мел­кого крестьянского хозяйства.

В упорном отрицании опасности роста капиталистических элементов из мелкособственнического крестьянского хозяйства можно проследить корни бухаринской правооппортунистической теории «мирного врастания кулака в социализм», отрицания им необходи­мости социалистической переделки крестьянства.

Следует отметить, что при обсуждении программы на VII съезде партии Бухарин предлагал провозгласить немедленное отмирание пролетарского государства. Это предложение было связано с его ошибками в период войны, когда он выступал против диктатуры пролетариата. Возражая Бухарину, Ленин говорил: «Заранее провозглашать отмирание государства будет наруше­нием исторической перспективы» [7].

При обсуждении программы на VIII съезде партии Бухарин вы­ступил против Ленина по национальному вопросу.

Ленин и Сталин разработали программные взгляды большеви­ков по национальному вопросу как часть теории пролетарской ре­волюции. Без ленинско-сталинской национальной политики была бы невозможна победа Великой пролетарской революции, победа социализма в СССР.

Бухарин и Пятаков еще в годы войны выступили против Ле­нина, отрицая значение национального вопроса в эпоху империа­лизма. Тем самым они на практике обрекали пролетарскую рево­люцию на изоляцию и поражение, отталкивая резервы, революцион­ные возможности национально-освободительного движения угне­тенных стран. Взгляды Бухарина и Пятакова Ленин называл «кари­катурой на марксизм».

На VIII съезде партии Бухарин заявил^ что большевистский ло­зунг права наций на самоопределение якобы противоречит прин­ципам пролетарской диктатуры.

В 1921 году Бухарин вновь выступает против Ленина в дискус­сии о профсоюзах. Известно, что эта дискуссия, поднятая Троцким, принесла огромный вред, создала кризис партии в труднейших условиях начала 1921 года. Бухарин сначала взял на себя роль «буфера» в дискуссии, но на деле выступал только против Ленина, как союзник Троцкого. Бухарин предательски разжигал дискуссию, подливая в нее, по выражению Ленина, «буферный керосин».

В тезисах Бухарина вновь проявились анархо-синдикалистские колебания. Давно уже расходясь с Лениным по вопросу о дикта­туре пролетариата, в профсоюзной дискуссии Бухарин стал отри­цать руководящую роль- партии по отношению к хозяйственным организациям. Он предложил, чтобы профсоюзы назначали так на­зываемые «обязательные» кандидатуры в соответствующие хозяй­ственные главки, без утверждения этих кандидатур партией. Буха­рин отрицал руководство коммунистической партии беспартийными рабочими, длительную работу по просвещению и воспитанию тру­дящихся масс («школа» коммунизма).

О позиции Бухарина Ленин писал: «.. .верхом распада идейного являются тезисы Бухарина и Ко...

Это — полный разрыв с коммунизмом и переход на позицию синдикализма» [8].

Ленин предупреждал Бухарина, что объективная логика фрак­ционной борьбы против партии и упрямое настаивание на своих уклонениях от коммунизма могут завести его очень далеко. «Чем дальше будет... Бухарин защищать явно неверное теоре­тически и обманное политически свое уклонение от коммунизма, тем печальнее будут плоды упрямства» [9].

В 1920 году Ленин резко критиковал в своих замечаниях книгу Бухарина «Экономика переходного периода», вскрывая в ней отсут­ствие марксистского, диалектического подхода, богдановскую схо­ластику Бухарина.

Незадолго до своей смерти Ленин сделал еще одно предупреждение Бухарину. «.. .Его теоретические воззрения, — писал Ленин про Бухарина, — очень с большим сомнением могут быть отнесены к вполне марксистским, ибо в нем есть нечто схоластическое (он никогда не учился и, думаю, никогда не понимал вполне диалек­тики)».

Но Бухарин не послушался этих предупреждений Ленина. Его старые уклонения от марксизма, от коммунизма послужили основой для идеологии правого кулацкого уклона.

Бухарин не извлек уроков из предупреждений Ленина, не раз сурово критиковавшего бухаринские уклонения от марксизма. После смерти Ленина Бухарин организует антипартийную «школку», кото­рую «воспитывает» на противопоставлении себя, Бухарина, — Ле­нину. Как выясняется теперь из признаний некоторых участников этой «школки», Бухарин прямо заявлял этим людям, что-де в спо­рах с Лениным он, Бухарин, был прав, а Ленин ошибался, что Ле­нин мог разбить Бухарина только потому, что у последнего не было своих кадров.

Какие же «кадры» стал группировать вокруг себя Бухарин?

Среди этих людей, считавшихся «молодежью», значительная часть до вступления в нашу партию успела побывать у кадетов, у эсеров и т. д. Эти люди никогда ничего общего не имели с /рабочим клас­сом, были органически чужды всем традициям большевизма.

Бухарин буквально растлевал свои гнилые «кадры», льстил им и внушал, что они, мол, должны играть руководящую роль в пар­тии как «теоретики».

В свою очередь «ученики» превозносили Бухарина — этого пута­ника, эклектика, неоднократно полностью разрывавшего с комму­низмом. (Отражением таких настроений и явилась антипартийная статья Марецкого, утверждавшая, что Бухарин якобы был прав в споре с Лениным о государстве.

В этой растленной среде Слепковых, Марецких, Кузьминых в те­чение ряда лет вынашивалась идеология правого уклона, основой которого явились старые антиленинские ошибки Бухарина по таким коренным вопросам, как диктатура пролетариата.

Еще в тот период, когда Бухарин боролся вместе с партией про­тив троцкистов и зиновьевцев, у него намечалась своя особая ли­ния по ряду вопросов. По существу он боролся против троцкистов со своих особых позиций. Так было дело с лозунгом «обогащай­тесь», осужденным партией, и с теорией «врастания» капиталистов в социализм. Бухарин на XIV съезде партии говорил, что к социа­лизму мы якобы «будем плестись черепашьим шагом».

С переходом к реконструктивному периоду классовая борьба в стране обостряется, усиливается сопротивление капиталистиче­ских элементов социалистическому наступлению. Вскрывается вре­дительская деятельность буржуазных специалистов, связанных с ка­питалистическим окружением (шахтинское дело). Кулачество активно сопротивляется проведению хлебозаготовок.

Именно в этот период правые оппортунисты оформляются как антипартийная фракция и ведут яростные атаки на партию.

В период июльского (1928 г.) пленума ЦК правые сложились как законченная антипартийная фракция со своим центром в со­ставе Бухарина, Рыкова, Томского.

Под руководством этого центра развертывается фракционная деятельность правых в московской организации. Кучка правых оппортунистов (Угланов, Котов, Куликов, Рютин и др.), позднее ставших махровыми контрреволюционерами, пыталась поднять районные парторганизации против партии, но была разбита. Гнус­ную антипартийную деятельность развивает Томский среди бюро­кратических элементов профсоюзного аппарата, выращивая из них врагов партии и народа.

Осенью 1928 года Бухарин выступает в печати с «Заметками экономиста», направленными к срыву политики индустриализации, проводимой партией.

В условиях реконструктивного периода, когда шел «последний и решительный бой» с внутренним капитализмом, выраставшим из мелкого крестьянского хозяйства, когда стали выкорчевываться са­мые корни капитализма, когда классовая борьба в стране обостри­лась, правые активизировались и выступили как прямая агентура кулачества. Правые элементы в партии выступали заодно с такими контрреволюционными идеологами кулачества, как Кондратьев, Чаянов и др. Правым сочувствовали вредители из «промпартии» (Рамзин и др.).

Линия правых на сохранение отсталости нашей страны, на отказ от коллективизации, на сохранение кулачества, на отказ от поли­тики индустриализации вела к усилению капиталистических эле­ментов, к реставрации капитализма. Политика правых буквально толкала партию в капкан, грозила величайшими опасностями как с точки зрения внутренней политики, так и международной.

Если бы в партии победила линия правого уклона, линия сохра­нения отсталости нашей страны, нам бы, несомненно, угрожала участь Китая. Советский Союз стал бы легкой добычей империали­стических разбойников, добычей фашизма. Но партия Ленина — Сталина разбила правый уклон. Под руководством товарища Ста­лина наша страна из отсталой стала передовой индустриальной дер­жавой, неприступной крепостью социализма, которой не страшны никакие нападения врагов.

Важнейшую роль в деле разгрома правого уклона играл апрель­ский (1929 г.) пленум ЦК ВКП(б). В начале 1929 года вскрыты были фракционные переговоры Бухарина с троцкистами, происходившие в июле 1928 года. При разборе этого вопроса лидеры правых вы­ступают с гнусной фракционной «декларацией», полной неслыхан­ных, клеветнических выпадов против партии, взятых из арсенала кадетского лидера Милюкова.

На апрельском пленуме ЦК правые снова выступили со Своей платформой, направленной против социалистического строитель­ства. В противовес пятилетнему плану Рыков выдвинул оппортуни­стическую «двухлетку» с целью дискредитировать и сорвать прове­дение пятилетки, сорвать ассигнования на дело индустриализации.

Правые выступили против новых производственных форм смычки с деревней, предлагали целиком развязать рыночную стихию под видом «нормализации рынка», предлагали дать полную свободу раз­витию кулака в деревне и частного торговца в городе.

Речь товарища Сталина «О правом уклоне в ВКП(б)», произне­сенная на апрельском пленуме ЦК, имела огромнейшее значение.

Она завершала идейный разгром правого уклона, до конца вскрыла антиленинский характер системы взглядов правых оппортунистов.

Полный разрыв Бухарина с марксистско-ленинской теорией клас­совой борьбы явился основой взглядов правого уклона. «Уничтожение классов путем ожесточенной классовой борьбы пролетариата, — такова формула Ленина.

Уничтожение классов путем потухания классовой борьбы и вра­стания капиталистов в социализм, — такова формула т. Бухарина...

В этом основа всех ошибок т. Бухарина и его друзей», — ука­зывал товарищ Сталин [10].

Товарищ Сталин показал, что политическая сущность бухарин­ской группировки сводится к разложению социалистического строи­тельства, к сдаче позиций капиталистическим элементам, т. е. пре­дательству революции. «Понимает ли группа т. Бухарина, что отказаться от борьбы с правым уклоном значит предать рабочий класс, предать револю­цию?»— так заканчивал товарищ Сталин свою речь о правом уклоне [11].

Пленум ЦК в специальной резолюции осудил правооппортуни­стическую, фракционную деятельность Бухарина, Рыкова, Томского и предупредил их, куда ведет эта антипартийная линия.

XVI съезд партии в своем решении по отчету ЦК ВКП(б) ука­зал, что «осуществление линии правых уклонистов, являющихся объективно агентурой кулачества, означало бы срыв строительства социализма и восстановление капитализма в нашей стране». Съезд объявил взгляды правой оппозиции несовместимыми с принадлеж­ностью к ВКП(б).

В течение долгих лет, до самого последнего времени ЦК ВКП(б) давал возможность правым исправить и загладить свои грехи перед партией. Лидеры правых, в отличие от троцкистов, не исключались из партии, поскольку они заявили об отказе от своих антиленин- ских, антипартийных взглядов. Однако после формального призна­ния своих ошибок в 1929—1930 гг. правые стали применять систему двурушничества, самого подлого обмана партии, и перешли к анти­советским взглядам, методам и приемам борьбы.

Характерным документом этого последнего этапа в развитии правого уклона является контрреволюционная платформа так на­зываемой рютинско-слепковской группы. Эта группировка бухарин- цев была тесно связана с троцкистами и зиновьевцами, в том числе с Каменевым и Зиновьевым, и прямо ставила в своей платформе задачу восстановления в СССР капитализма. Как теперь выяснилось, эта платформа была одобрена лидерами правых. В постано­влении Президиума ЦКК ВКП(б) от 9 октября 1932 года указыва­лось, что эта группа врагов коммунизма и советской власти, преда­телей партии и рабочего класса создала подпольным путем «бур­жуазную, кулацкую организацию по восстановлению в СС^Р капи­тализма и, в частности, кулачества» [12]. В июле 1928 года Бухарин ведет предательские, бесчестные пере­говоры с Каменевым о блоке с троцкистами. В 1932 году по делу так называемой рютинско-слепковской группы, возглавлявшейся, как позднее выяснилось, лидерами правого уклона, устанавливается связь правых с злейшими врагами народа — троцкистами, с Каме­невым и Зиновьевым. В 1936 и 1937 гг. участники объединенного троцкистско-зиновьевского антисоветского центра и участники троц­кистского «параллельного» антисоветского центра заявили на суде о своих контрреволюционных связях и переговорах с правыми.

Подсудимые утверждали, что правые были осведомлены о переходе троцкистско-зиновьевской фашистской банды наемников капитала к методам террора, шпионажа, диверсий, вредительства, что правые разделяли изменническую платформу реставрации капитализма.

Так тянется позорная цепь тягчайших, омерзительных измен правых двурушников и предателей, цепь их «блоков» с злейшими врагами народа — троцкистами и зиновьевцами.

Троцкизм давно уже перестал быть политическим течением в ря­дах рабочего класса. В свое время это меньшевистское течение имело известные корни в экономике нашей страны в связи с нали­чием капиталистических элементов. Теперь корни троцкизма — не в нашей стране, а в капиталистическом окружении, а сам троцкизм из политического течения превратился в оголтелую, разбойничью банду наемников фашизма, в банду кровавых убийц, вредителей, шпионов, диверсантов, которые не решаются говорить открыто о своей программе даже ближайшим сообщникам.

Что касается правых, то они тоже перестали быть политическим течением, тоже превратились в оголтелую банду врагов народа, непримиримо враждебных марксизму-ленинизму, готовых на все и всяческие преступления против нашей родины.

Для правых как для политического течения тоже нет уже сей­час корней в экономике нашей страны, ибо ликвидированы капи­талистические элементы, питавшие их, в первую очередь кулачество.

Те остатки капиталистических элементов в нашей стране, которые еще имеются и поддерживаются, гальванизируются капиталистиче­ским окружением, питают и будут питать правых и троцкистов не как политическое течение, а как банду фашистских мерзавцев.

Эту эволюцию троцкизма и правых от политического течения к банде преступников, к банде наемников международного капи­тала необходимо твердо усвоить, чтобы уметь распознать врага и во-время его бить.

[1] — «Правда» № 71 от 13 марта 1937 г.

[2] — «Ленинский сборник» XIV, стр. 257.

[3] — Там же, стр. 259.

[4] — Ленин, т. XXIX, стр. 229—230.

[5] — Ленин, Серьезный урок и серьезная ответственность, Соч., т. XXII, стр. 307.

[6] — Ленин, VIII съезд РКП(б), Соч., т. XXIV, стр. 131— 132.

[7] — Ленин, Седьмой съезд РКП(б), Соч., т. XXII, стр. 365.

[8] — Ленин, Кризис партии, Соч., т. XXVI, стр. 92.

[9] —Ленин, Еще раз о профсоюзах, Соч., т. XXVI, стр. 145.

[10] — Сталин, Вопросы ленинизма, стр. 254, изд. 10-е.

[11] — Там же, стр. 287.

[12] — ВКП(б) в резолюциях, ч. II, с-гр. 669, Партиздат, 1936 г. Подчеркнуто нами. — П. П