История Русского Рока. 1985. Доктор - Охота за мыслью.
Этот текст будет не столько об альбоме, сколько о самой группе «Доктор».
Московская группа "Доктор" - одна из самых незаслуженно оставшихся в тени творческих единиц. Группа "Доктор" была сформирована в 1983 году, совсем молодыми ребятами - Дмитрием Кутергиным и Сергеем Сулименко, игравшим до этого в школьном коллективе "Люцифер". Они вместе учились в музыкальной школе по классу скрипки, потом занимались в джазовой студии ДК "Москворечье", играли джаз, а в 1983 году организовали группу, исполнявшую электронную "новую волну".
Над музыкантами этого поколения уже не висела дамокловым мечом икона битлов, как над старшими музбратьями, что и уберегло группу "Доктор" от проторенной зашоренной дороги стандартного гитарного рок-мышления. Новые ориентиры открывали новые горизонты, новые идеи требовали нового подхода.
«Хотели сделать что-нибудь «народное», — смеется, вспоминая те годы, Сергей, — а получилось «антинародное». Тогда ведь играли на танцах, а нас потянуло исполнять джаз-рок. Видно, чужда нам была «народная культура»…»
В джаз-студии ДК «Москворечье» Димыч и Сергей познакомились с гитаристом Кириллом Панченко, которого тоже затащили в свою группу. Проблема была только с клавишником. Но поскольку у Димы по «общему ф-но» была в музыкальной школе «пятерка», то Кутергин сказал: «Хорошо, я пойду клавишником».
«На самом деле проблема была не с клавишником, — поясняет Сергей, — а с синтезатором: синтезаторов в Москве не было».
И тогда Панченко привел в группу Артема Артемьева, сына известного композитора Эдуарда Артемьева. Кирилл был знаком с Артемом благодаря своему отцу, парторгу Союза композиторов СССР. Артемьев приехал на репетицию и сказал, что сможет решить любые проблемы, взяв у своего отца необходимые синтезаторы.
Последнее обстоятельство и сыграло решающую роль в возникновении группы. К творческому потенциалу Д.Кутергина добавился комплект настоящих синтезаторов, взятых Артёмом Артемьевым "напрокат" у отца, и возникла бинарная смесь, которая и взорвалась яркой и короткой вспышкой нескольких альбомов. Новая группа получила название "Доктор".
Время оставило свой след и в этом названии. 1984 год — это, типа, самая глубина мрака, в который погружается мир перед тем, как наступит рассвет. В 1984 году в Москве не состоялось ни одного рок-концерта. И видимо, молодые ребята, входя в жизнь, интуитивно чувствовали, что общество нужно срочно лечить, поэтому слово «доктор» появилось сразу же в названии еще нескольких рок-исполнителей: «Доктором» именовал себя Константин Кинчев, в Магадане жила ритм-энд-блюзовая группа ДОКТОР ТИК, первая группа Дмитрия Ревякина, появившаяся на свет в том же 1984 году, имела похожее по смыслу название — ЗДОРОВЬЕ. Многие молодые советские музыканты единодушно считали, что рок-музыка является лучшим лекарством для исцеления социума от прогрессирующего недуга. Они не ошиблись в своих ощущениях. Существует мнение, что перестройка началась не с речи Горбачева, а после того, как некий гэбэшный аналитик, прослушав у себя в кабинете, полученные агентурным путем, альбомы Майка, БГ, ДК и БРАВО, подумал: «Да, конечно, совок сдох, и надо срочно проводить реформы, потому что этот народец в партию вступать не станет и за единый блок коммунистов и беспартийных голосовать не пойдет…».
В 1984 году был записан магнитофонный альбом "Знакомые лица". Однажды, возвращаясь домой, Сергей встретил на остановке своих старых приятелей из группы ЛЮЦИФЕР, которые с гордостью сообщили ему, что на днях записали настоящий «магнитофонный альбом», который уже начали тиражировать «подпольные писатели». Эта новость шокировала Сулименко. В горячечном возбуждении он говорил потом своим друзьям: «Эти ребята уже записали свой альбом, а мы еще не записали!» Тема записи стала теперь доминировать во всех разговорах среди музыкантов группы ДОКТОР. В конце концов, Сулименко решился и взял у приятеля заветный телефон того «подпольщика», который записал «люциферов». Звали его… Юрий Севастьянов (ныне — легендарный издатель «русского шансона»).
Но вполне возможно, что Севастьянов сам попросил «люциферов» найти ему какую-нибудь рок-группку, песни которой можно было бы тоже записать и выпустить в качестве «магнитоальбома». Он писал за свой счет разные группы, а потом наложенным платежом, через почту, рассылал эти записи по всей стране. Когда Сулименко позвонил Севастьянову, тот будто уже ждал его звонка.
«Я сказал, что у нас есть группа и что нам надо записаться, потому что у нас — офигенные песни, — вспоминает Сергей тот разговор. — На самом деле песни были еще абсолютно не готовы, но Юра тут же сказал: «Хорошо, ребята, приезжайте, я вас запишу…» — и мы отправились на «Войковскую», в какой-то заброшенный дом культуры. Приехали на запись. Артемьев взял у папаши крутые синтезаторы, а пользоваться ими не умел, поэтому сначала у нас ничего не получалось. Но со второго-третьего захода мы, все-таки, записали песен пять…».
За неделю до ДОКТОРА Юра Севастьянов в том же ДК записывал группу БРАВО: шесть песен, которые в общей сложности звучали меньше двадцати пяти минут. К этой записи он присоединил альбом ДОКТОРА и сразу же начал их тиражировать.
БРАВО был, конечно, лидером подпольных продаж 1984 года. Разумеется, ДОКТОР тоже продавался не менее интенсивно, но не только потому, что его тянул за собой откровенно попсовый формат Жанны Агузаровой (тогда никто не знал её настоящего имени, для всех она была Ивонной Андерс) Собственная музыка ДОКТОРА была для того времени невероятно актуальна. Музыкальные эксперименты, осуществленные в модной стилистике «новой волны», раззадорили слушателей, и песня «Серега на морозе жует бананы» стала одним из хитов 1984 года. В записи магнитоальбома "Знакомые лица" принял участие также гитарист Константин Чичагов, в дальнейшем отошедший от активной музыкальной жизни. Тут же появились предложения поиграть концерты — то тут, то там.
Но вот с «живыми» выступлениями случилась большая проблема. Дело в том, что на запись первого альбома Сулименко пригласил знакомого фотографа Толика Азанова, который охотно нащелкал множество разнообразных кадров. А потом, под Новый год, одна из тех фотографий вышла на обложке английского журнала «Observer», а под ней красовалась подпись: «The Face of Russian Rock» («Лицо русского рока»). После такого «подарка», разумеется, начались у ДОКТОРА проблемы с концертами: предложения поступали регулярно, но все выступления как-то вдруг отменялись. В итоге группа дала всего лишь четыре «живых» концерта: один — в «Кофейне» в Долгопрудном, два — на биофаке МГУ, и еще один — на прослушивании в Московской рок-лаборатории.
«Как наша фотография появилась в «Observer»? Это до сих пор загадка! — сокрушается Сергей. — Наверняка, она попала туда через Артемьева, который благодаря своему папаше много тусовался с иностранцами. В общем, мы за синтезаторы… подставились».
А в общежитии полиграфического института музыкантов арестовали перед концертом, даже не дав выйти на сцену. Там, правда, постоянно «свинчивали» концерты, причем делали это сами студенты, которые жили в общаге, в основном — приезжие с юга. Вот и тогда они понабежали: «Что вы здесь делаете?!» — «Мы музыканты!» — «А почему вы здесь шампанское пьете?» — «Да мы потихонечку, культурно!» — «Так! Все закрыто! До свидания!»
Тем не менее 1985 год вышел для группы удачным. С начала весны в московском рок-сообществе был брошен клич: "Все в рок-лабораторию!" В середине апреля в Московском Доме самодеятельного творчества на Большой Бронной должны были состояться прослушивания самодеятельных рок-коллективов. Накануне этого события музыканты, приглашенные на прослушивание, собрались дома у С.Сулименко. Среди присутствовавших были - Петр Мамонов, музыкальный критик Татьяна Диденко, "подпольный писатель" Александр Агеев, приятели из группы "Ночной Проспект" и многие-многие другие. Всего собралось человек тридцать. Идти ли на прослушивание? Наконец, решили: идти! Хотя многие пугали смельчаков, что их там всех перепишут по головам, а потом - посадят. Чтобы не испытывать судьбу, Д.Кутергин решил всё-таки несколько изменить слова песен.
"Нам сказали, что все должно быть причесано, цивильно, и не надо ничего экстремального, - вспоминает С.Сулименко. - Ну, раз надо цивильно, значит, - решили мы, - попробуем сыграть цивильно. Но не очень это получилось…"
Впрочем, никаких арестов и даже "телег", отосланных рокерам по месту работы или учебы, не случилось. Только Артемьева-папу вызвали в партком Союза композиторов и сказали, что если его сын не прекратит заниматься роком, то у папы будут большие проблемы по партийной линии, что автоматически повлечет за собой проблемы с выездом за границу. Артемьев-старший провел с сыном разъяснительную работу, после которой Артемьев-младший оставил мечту стать рокером.
Следующее выступление ДОКТОРА состоялось в МГУ, в здании факультета биологии в мае 1985 года. Артемьева в составе группы уже не было, зато участие в сейшене принял знаменитый авангардный саксофонист Сергей Летов. Перед ДОКТОРОМ играл ЛЮЦИФЕР, а потом барабанщик и гитарист металлической группы, присоединились к Кутергину и Сулименко
Тогда же С.Летов привел Д.Кутергина и С.Сулименко домой к идеологу рок-подполья, лидеру группы "ДК" Сергею Жарикову. Свежая фантазия наших героев пришлась по душе старому подпольщику, и С.Жариков, по достоинству оценив философию звука данного проекта, познакомил наших героев с Николаем Данелия, сыном знаменитого кинорежиссера. Он искал группу, которая могла бы сочинить музыку для его фильма. Сначала он хотел, чтобы это сделал С.Жариков, но тот наотрез отказался, взамен порекомендовав группу "Доктор". Через пару недель группа отправилась на "Мосфильм", где приступили к записи музыки для фильма "Эй, Семенов!". Правда, работа была прервана в самом интересном месте: оказалось, что Н.Данелия заказал в студии только одну смену - восемь часов. В итоге полностью готовыми к употреблению были лишь двадцать минут музыки, но и этого с лихвой хватило на весь фильм. Впоследствие (в 1986 году) эта запись с добавленным материалом вышла как альбом «Кома».
Удача вдохновила музыкантов на новые записи. Мощный поток фантазии подхватил их на свои крыла. Они дописали первый альбом и тут же записали новый - "Охота за мыслью".
Больше, к сожалению, про альбом ничего не известно.
*********************************************************************************
Состав:
Дмитрий Кутергин - клавишные, скрипка, вокал
Сергей Сулименко - бас
Кирилл Панченко - гитара
+ ритм-бокс
Официальной обложки не имеет.
======================================================================
01.Мухи, замрите, тише..
02.В небе луна, как бумажный макет..
03.Пусть в небе заблудятся птицы..
04.Инструментал
05.Без облачков
06.Купите мои вздохи
зачастую данная запись дополняется грязно записанной (вероятно во время другой сессии) композицией 7. Краешком глаза. У нас именно такая копия.
Подготовил Евгений Бунтов. Использована статья Владимира Марочкина о группе, написанная для сайта « Специальное радио». Фотографии взяты из открытых источников в сети Internet.