Из жизни не могу отнять ни минуты… Муслим Магомаев и Вышний Волочёк
Именно так отзывался Муслим Магомаев о Вышнем Волочке, в который он приехал в детстве, и который стал помимо Москвы и Баку родиной магомаевского таланта. Но обо всём по порядку.
Муслим Магомаев родился 17 августа1942 г. в Баку, в творческой семье. Его дед, Абдул Муслим Магометович Магомаев, был известным советским композитором, дирижером, заслуженным деятелем искусств Азербайджана. Мать Муслима, Айшет КИНЖАЛОВА, актриса, отличалась яркой внешностью и своенравным характером. Мало кто знает, какие сложные взаимоотношения были у Муслима Магомедовича с матерью, и что именно по её инициативе десятилетний мальчик приехал с ней в Вышний Волочёк в конце 1952 года и во второй учебной четверти появился в четвёртом классе школы № 6.
Наверное, нетрудно представить, какое потрясение испытал Муслим, оказавшись в маленьком провинциальном местечке после огромной столицы южной республики. Вот что он сам написал в свой книге "Любовь моя — мелодия":
Волочёк встретил нас лютым холодом. Густели синие сумерки, люди кутались в воротники и шали, над ними вился пар, а мне было весело: под ногами скрипел снег,который я никогда не видел.
Ехали мы в город, а приехали в большую деревню с потемневшими избами, с
оконцами, заложенными ватой, с горшками герани на подоконниках.
Мама, оставив меня одного, убежала в театр «отмечаться». А я смотрел сквозь заиндевевшее окно на сиреневый сумеречный снег и вдруг вижу: на меня оттуда тоже кто-то глядит. Рассмотрел смешливые рожицы ребят. Мы уставились друг на друга.
Ребята что-то кричали мне. Чтобы расслышать, я стал открывать окно, а оно было заклеено на зиму. Я не знал этого и открыл его, запустив ребятню в гости. Они смотрели на меня как на заморскую птицу — недоверчиво насупясь. Может, одет я был как барчук. Хотя какой там барчук! Пальтишко, которое мама купила мне в Майкопе, мамин шарф...
Но мы быстро нашли общий язык. Кто-то предложил: «Айда в снежки играть!»
Вывалились во двор тоже через окно, поскольку дверь мать заперла на ключ. Мороз был тогда довольно сильный. Я, помнится, впервые в жизни понял, что значит промерзнуть до костей.
Пришла мама, вошла в избу, видит, окно открыто и меня нет. Побежала искать…Ругала потом меня крепко. И за то, что избу выхолодил, и за то, что сам обморозился.
Я обиделся: «Зачем тогда взяла из моего любимого теплого Баку?» Мать поила меня чаем с малиной, смотрела на меня и плакала...
Именно здесь, в старинном резном доме купца Нечаева, мать с сыном нашли для себя новое пристанище.
Однако жизнь матери и сына очень быстро вошла в привычную колею. Айшет Кинжалова с 1949 по 1953 год была актрисой Вышневолоцкого драматического театра. Сцена помнит её в самых разных ролях. Она играла в спектаклях «Собака на сене», «Счастливый день», «Свои люди - сочтёмся», «Дядя Ваня», «Девицы красавицы», «Дворянское гнездо», «Хитроумная влюблённая», «Мыс предупреждения», «Твоё личное дело», «Тайная война» и многих других. И если в афише значилось её имя, спектакль тут же становился главным событием для всего городка. Зал был переполнен до отказа, а аншлаг - не просто словом, а закономерностью.
Вышневолоцкий краеведческий музей им. Г.Г. Монаховой.
И если Айшет Кинжалова участвовала в спектакле, зал был переполнен, и спектакль становился событием для городка. Но в особенном волнении замирал зрительный зал, когда она брала аккордеон и пела. Зрители, множество раз посмотревшие пьесу, запомнившие едва ли наизусть, вновь и вновь шли в театр, послушать пение Айшет, увидеть ее талантливую игру.
Муслим часто пропадал в театре, бывая на всех спектаклях и репетициях.
«Когда Валентина Михайловна (учитель музыки) оформляла музыкальный спектакль «Анджело» по Пушкину, я сидел в оркестровой яме рядом с роялем, на котором она играла. Сидел и млел от счастья: оттого, что люблю музыку, люблю театр с его особым пыльно-сладковатым запахом, с шорохами и суетой за кулисами, с долгими репетициями», - рассказал в дальнейшем в своей книге «Любовь моя -мелодия» народный артист Советского Союза Муслим Магомаев.
Вышневолоцкий краеведческий музей им. Г.Г. Монаховой.
Благодаря присутствию матери-актрисы и знакомству с театральным миром, у Муслима проявился новый творческий интерес. К тому же для развития новых способностей у него было много свободного времени — все-таки из-за катастрофической занятости в театре Айшет наняла няньку присматривать за сыном. Эта женщина не оставила приятных впечатлений, и чувствовалась, что она исполняет свои обязанности только из-за денег. Конечно же, она не могла заменить Муслиму любимую бабушку и дядю с его женой-полькой, да и других домашних, оставленных им в теплом Баку. Тогда, чтобы не страдать в разлуке, мальчик стал находить себе занятия по душе. Среди его новых увлечений появилась тяга к театру.
— Мой интерес к театру вскоре вылился в то, что я увлёк нескольких ребят идеей организовать кукольный спектакль. К тому времени я уже немного лепил, поэтому сделать кукол для небольшого спектакля «Петрушка» мне было нетрудно. Мы достали почтовую коробку, смастерили из неё сцену, сами написали текст, и наши марионетки на ниточках разыграли короткий спектакль минут на десять. Нам хотелось, чтобы у нас было всё, как в настоящем театре: мы даже брали за билеты «деньги» — фантики от конфет…
В 2020 году в вышел документальный фильм «Муслим Магомаев. Нет солнца без тебя...». Предлагаем Вам посмотреть короткий отрывок из этого фильма о Муслиме Магомаеве в Вышнем Волочке:
___________________
На этой же улице с домом, в котором жил Муслим с матерью, стоял дом учительницы начальных классов Елены Петровны ШИЛОВОЙ. Именно под её педагогическое начало в школе № 6 на Первомайской набережной и был определен Муслим.
Муслим жил сверхсамостоятельно. Мать пропадала в театре. Напряженные репетиции в спектаклях, сменяющих один другой, богемная жизнь, а эффектная внешность Айшет Ахмедовны не могла не увлечь поклонников, и на долю сына оставалось мало времени. Муслим пропадал на улице с соседскими мальчишками, часто-часто забегал к Елене Петровне Шиловой подкормиться.
Елена Петровна была своего рода опекуном красивого чернявого мальчика. Утром, по дороге в школу, она стучала в ставни одного из окон с резными ставнями: «Муслим, пора вставать!» И тот привык подчиняться сигналу. Но однажды Елена Петровна сильно торопилась на работу – прибыла проверка из области, - и она забыла постучать в окно. Вспомнила об этом только, когда прозвенел сигнал на урок, а парта Муслима оказалась пустой.
Елена Петровна вздохнула, обругав себя за забывчивость, и начала объяснять частицы «не» и «ни», изредка поглядывая в сторону дамы из Калинина. Уже перед самым звонком с урока внезапно скрипнула входная дверь. В щель просунулся черный портфель. Все замерли. И вдруг дверь распахнулась, и в класс влетел Муслим. Стремительно подбежал и повис на шее Елены Петровны:
- Ой, Еленочка Петровна, спаси меня от дьявола!
Оказывается, Муслим проснулся, понял, что опаздывает в школу, стал быстро собираться, а его суматоху увидела соседка по коммунальной квартире и сказала: «Опоздаешь в школу, дьявол тебя заберёт».
Так и шествовала Елена Петровна над будущей знаменитостью, пока однажды не увидела, что улица забирает мальчишку всё больше. Мать Муслима уехала на гастроли в Казахстан с каким-то театром, оставив сына на попечение Валентины Михайловны. Та и со своим-то Валеркой не могла справиться, а тут ещё один мальчишка. За горячими щами да дымящейся картошкой, которыми учительница угощала своего ученика, Муслим всё чаще рассказывал не о занятиях в музыкальной школе, а о том, кто подрался на улице и с кем, как лазали в сад.
Муслим Магомаев прибыл в Вышний Волочёк десятилетним мальчиком в конце 1952 года во второй учебной четверти. Эти данные удалось установить из ведомости учета успеваемости, поведения и посещаемости учащихся за 1952-1953 годы (4 класс).
На одно из листе ведомости собственноручно учительница Шилова Елена Петровна аккуратно вывела « II четв. Прибыли: 1) Магомаев Муслим (из Баку)».
Стоит отметить, что учился Муслим в школе очень хорошо и успешно. Согласно ведомостям итоговых оценок учащихся Муслим Магомаев по русскому языку (письмо) имел оценку «5», по арифметике «4», естествознанию «5», история «4», география «4», пение «4», рисование «5», физ. воспитание «3», поведение «5». А пропустил юный Муслим за целый год лишь два урока во второй четверти.
Подробнее об истории школьной фотографии и поисках точных годов жизни Муслима Магомаева в Вышнем Волочке можно прочитать в отдельной статье старшего научного сотрудника Вышневолоцкого краеведчекого музея им. Г.Г. Монаховой Е.С. Володенко: https://vk.com/wall-224739174_1306
________________
Айшет Кинжалова отдала сына в музыкальную школу по классу фортепиано, благо находилась она наискосок от их дома на Ванчаковой линии (ранее Первомайской). Муслим попал к педагогу старой закалки Валентине Михайловне ШУЛЬГИНОЙ — талантливому человеку, блокаднице Ленинграда, пианистке, преподавателю, ученице одного из основоположников советской пианистической школы, профессора Ленинградской государственной консерватории Леонида Владимировича Николаева.
В.М. Шульгина не была его первой учительницей музыки (ранее мальчик уже начал получать музыкальное образование в школе-десятилетке при Бакинской консерватории), но была той, главной «музыкальной мамой», к которой ученик всегда спешит, где бы он ни был, – делиться всеми событиями своей жизни, жаловаться на неудачи и хвалиться успехами, спрашивать совета и просто – обнять и уткнуться носом в родное плечо, почувствовать тепло знакомых рук, ощутить «запах детства».
- «Однажды в детскую музыкальную школу, где я работала, пришла артистка Вышневолоцкого городского драматического театра Айшет Кинжалова», - вспоминала Валентина Михайловна. – «За руку она держала сына, черноволосого мальчика лет десяти. Это был Муслим. Он играл на рояле, и неплохо для его возраста. Его мать попросила меня серьезно позаниматься с ним. - Только, пожалуйста, не давай ему много «фантазировать», - сказала Айшет Ахметовна. «Фантазии» Муслима заключались в том, что он мог часами просиживать за инструментом и играть что-то известное лишь ему. Настроение Муслима всегда можно было угадать по его игре. То грусно-мечтательное, то весёлое… Казалось, что всем он делился с музыкой. Конечно, я не стала отучать его от этого. Ведь это были не просто «фантазии» - это было творчество».
Валентина Михайловна Шульгина разглядела в высоком красивом мальчике талант певца. Она говорила: «Мальчик очень способный! Он далеко пойдёт». Она же и помогла ему поставить голос. «Я почти лишился голоса из-за того, что педагог заставляла меня постоянно подниматься наверх, и из-за этого у меня беднел тембр и становился горловым теноровым, — писал Муслим Магомаев об учителе.
В Волочке я продолжил занятия в музыкальной школе-семилетке у Валентины Михайловны Шульгиной. Это была замечательная женщина — мудрый, терпеливый педагог. Кроме школы она работала в городском драмтеатре музыкальным оформителем, подбирала и обрабатывала музыку для спектаклей. Еще Валентина Михайловна руководила хором в каком-то учебном заведении…* То есть была она не только человеком щедрой души, но и щедро одарённым…»
*В.М. Шульгина руководила также музыкально-хоровой студией Дома юных пионеров Вышнего Волочка.
Слова М.М. Магомаева о любимом педагоге цитируют многие исследователи жизни и творчества певца:
„Мне нравилось в Валентине Михайловне редкое для педагога качество: хороший преподаватель бывает и жёстким, и добрым. Валентина Михайловна не заставляла меня сделать то-то и то-то, а предлагала. И всякий раз поощряла мои успехи, даже тогда, когда я ленился и играл хуже, чем мог. Она как бы давала понять: ты хоть и не хочешь разучивать задание, а все же играешь хорошо. Обычно в школе не поощряется вольность в исполнении ученика, а Валентина Михайловна, наоборот, отмечала, что я по-своему трактую некоторые произведения“.
„В девять лет иметь свое музыкальное мнение, — сказала она про меня на экзамене, после которого я перепрыгнул сразу через класс, — это совсем неплохо и ко многому обязывает“. Я и сам чувствовал, что учусь в Вышнем Волочке лучше, чем в родном Баку. Может быть, и потому, что русский мороз как следует проветривал мозги?»».
Видимо, счастливо сошлись звезды над маленьким городком и две родственные, творческие души нашли друг друга. Эта дружба сохранится надолго. После окончания 4 класса в школе № 6 в 1953 году Муслим Магомаев покинул Вышний Волочёк, но общение с любимой учительницей не закончилось с его отъездом. Отовсюду, где бы пришлось бывать, он писал ей трогательно добрые письма, рассказывал о своих первых успехах, интересовался новостями дорогого ему городка.
Вот строки из одного из писем, которое Муслим писал из Италии в 1964 году: «Здравствуйте дорогая Валентина Михайловна!
Как видите, я не из тех людей, кто забывает любимую учительницу и прекрасного человека. Поверьте, я никогда не забывал о Вас и всём, что Вы мне сделали в последний давний приезд в Вышний Волочёк… Очень захотелось поговорить с Вами, узнать о Вашем здоровье, работе… Очень захотелось заехвать в Волочёк во время гастролей в Москве…
…Я так-же с грустью вспоминаю Волочек, не знаю, что он так впал мне в сердце, есть города и лучше, а так тянет к Вам. Что хорошего в Волочке? Такой же он или строится? Неужели снесли дом, где жили мы с мамой. Так не хотелось бы этого. Хочется ещё посмотреть на него.
Целую крепко, крепко свою дорогую Валентину Михайловну... Ваш Муслим никогда не забывающий и всегда любящий. 6
III 1964 год Milano.Italia».
Представляем Вам и полный текст данного письма:
А вот строки из более позднего письма, которое хранится в семейном архиве сына В.М. Шульгиной, В.В. Лебедева: «Как я уже писал, В-Волочёк я считаю родителем таланта, который в большей или меньшей степени содержится во мне. Я считаю (пусть это выглядит как чтение дифирамба) что только благодаря Вашему руководству я обрёл какие-то познания в музыке, ибо у себя в Бакинской 10-летке я этого не получал. Как Вы замечали, наверное, тогда у меня не было особой любви к музыке, но уже тогда начинала зарождаться у меня музыкальность, когда я с увлечением импровизировал на ф-но и наигрывал песенку “Вей ветерок”».
Блестящий педагог Валентина Михайловна умела высмотреть талант, развить способности, поставить голос, а то и вернуть его, как это случилось с Муслимом Магомаевым через несколько лет. Нетерпимая в фальши в музыке, эмоциональная, она могла и по пальчикам ударить обучающегося на фортепиано. Но зато боготворила таланты, горой за них стояла на конкурсах и могла высказать самые нелицеприятные слова тем, кто подстраивался под начальство. Были у Валентины Михайловны дочь и сын Валерка. Следы дочери затерялись где-то в Ленинграде, а сын после окончания военного училища служил в армии. Гены матери, видимо, сработали в сыне, и Валерий закончил Ленинградскую консерваторию по классу хорового дирижирования.
В годы пребывания Муслима в Волочке Валерке было примерно столько лет, сколько и Муслиму, и они дружили, поскольку жили на соседних улицах, да и Валентина Михайловна привечала Муслима. Муслим Магомаев присылал Валере свои фотоснимки и письма.
_______________
В последующем Муслим Магомаев несколько раз посещал Вышний Волочёк уже знаменитым певцом.
Об одном из таких визитов летом 1965 года в Вышний Волочёк рассказал Борис Рапопорт в своей книге «Песочные часы»:
Этот июльский день 1965 года пролетел, как единый миг. Уже ни числа не помню, ни многих тех впечатлений. По горячим следам надо было записывать, но молодость беспечна... Утром бежал на работу по Ленинскому (ныне Казанскому) проспекту и встретил Шульгину.
– Боря приходи сегодня к часу дня в Дом учителя, Муслима послушаешь, я всё-таки зазвала его к нам…
– Не может быть!
К часу дня сломя голову бежал на Первомайскую улицу (нынешнюю Ванчакову линию) к Дому учителя, Дому работников просвещения – профессиональному учительскому клубу с библиотекой. Книгохранилище размещалось на первом этаже, а на втором располагались кабинеты и небольшой актовый зал со сценой, где устраивались совещания педагогов, а иногда и концерты. Сегодня, когда само «просвещение» в нашем лексиконе заменено «образовательными услугами», только моё поколение и помнит о том Доме учителя, помещения которого в лихие девяностые прочно заняли магазинчики и офисы. А тогда… Тогда у парадного входа стоял горбатый «Запорожец» тёмнозелёного цвета и дежурил милиционер в белом кителе. Толпа горожан, уже узнавших по сарафанному радио о дорогом госте, прибывала и прибывала.
– Увидите вы его ещё, увидите, – успокаивал земляков милиционер, – а может, и услышите…
Прорвавшись через толпу, я козырнул редакционным удостоверением, сказал стражу порядка, кем приглашён, и он открыл двери. На втором этаже в актовом зале сразу увидел Магомаева. Высокий, подтянутый, черноволосый, в чёрных брюках и белой рубашке с распахнутым воротом и закатанными рукавами, в остроносых лакированных туфлях, он расхаживал среди многочисленных поклонниц (в основном это были знакомые мне учителя, библиотекари, артисты). Смеялся, давал автографы. Когда положил карандаш на рояль, Валентина Михайловна подвела и меня к дорогому гостю, представила:
– Это мой соавтор, юный поэт, мы с ним вместе песню сочинили. А ещё, Муслим, почти твой однокашник, тоже в шестой школе учился…
– Давай лапу, однокашник, - улыбнулся кумир и протянул руку. Потом сел за рояль. И – началось. Такого больше я не видел и не слышал нигде. Одно дело слушать и видеть великого вокалиста из кресла концертного зала или по телевизору, совсем другое – рядом с ним. Вот он, перед тобой, без всякого микрофона, «живьём». И ты не только слушаешь – ты словно поёшь вместе с ним. Перевоплощаясь из образа в образ. Из весёлого хитреца Фигаро в сурового, словно наступающего на клавиши рояля итальянского партизана – «Белла чао…». А потом уже «свадьба пела и плясала», и ты пел и плясал с ней вместе, а после разудало вышагивал «вдоль по Питерской»...
Почти час шёл этот необыкновенный концерт. Окна, из-за жары, были широко распахнуты. Голос Муслима слышал весь Вышний Волочёк. Столько народу вместе в нашем маленьком городе можно было видеть только в Октябрьские праздники. Людские потоки заполонили прилегающую к Дому учителя улицу, даже Ленинский (теперь Венециановский) сквер. И при этом никто не молотил друг друга локтями, пытаясь протиснуться поближе к благословенному дому, не орал и тем более не дрался. Всю суету человеческую разом отключил, запретил этот льющийся из высоких окон человеческий голос высочайшей пробы. Голос Муслима Магомаева.
Валентина Михайловна и Андрей Евграфович Волховской уговорили-таки изумительного гостя по-настоящему порадовать провинциальный городок своим столичным талантом. Вечером он пел на берегу Цнинского канала в городском саду – в летнем театре. В той самой деревянной, раскрытой к зрителю раковине, где обычно выступали самодеятельные артисты, а также местные и приезжие стихотворцы - на традиционных в 60-70-е годы для Вышнего Волочка (да и для Москвы) Днях поэзии. Обычно вечером в горсад на танцы нужно было купить в кассе билет за десять копеек. Чтобы увидеть и услышать Магомаева, местная публика в тот тёплый летний вечер платила столько же, причём все деньги шли в доход горсаду. Народный певец пел для народа бесплатно. «Слушатели сидели и на лавочках, и на деревьях, и на заборе». Последнюю фразу я позаимствовал у самого Муслима Магомаева из книги его воспоминаний…
Известен и более ранний приезд Муслима Магомаева в Вышний Волочёк в 1960 году. Он приезжал повидаться с матерью, когда впервые оказался в Москве с дядей…
«В тот вечер я уговорил дядю отпустить меня одного в Вышний Волочёк: мне захотелось побывать в городке, где я жил в детстве, и встретиться с матерью. К тому времени у неё уже была новая семья, она жила и работала в Барнауле. Мы давно не виделись, потому что мама не хотела приезжать в Баку. Когда она узнала, что я приеду в Москву, то решила специально приехать издалека в Вышний Волочёк, который в нескольких часах езды от столицы, увидеться со мной и заодно увидеть городок, в котором мы когда-то с ней жили.»
И, конечно, была встреча с любимой учительницей.
«… И вот однажды, в 1960 году, ко мне неожиданно нагрянули гости – А. Кинжалова с сыном. Это был уже совершенно взрослый, красивый юноша. И каково же было моё удивление, когда я узнала, что Муслим… поет! Это был замечательный вечер. И хотя слушателей было только двое – я и его мать, он пел сильно и щедро. Пел песни, оперные арии. Тогда же мы услышали каватину Фигаро из оперы «Севильский цирюльник». - Это моя любимая вещь, - сказал Муслим».
А вот что рассказывает бывший директор школы искусств Александра Александровна Горечева о приезде Муслима Магомаева в Вышний Волочёк. Она в свое время училась в одном классе с ним, хотя была на год младше. В тот год она приехала на летние каникулы: училась в Калининском музыкальном училище.
– Муслим в тот год приехал в наш город и находился здесь очень долго. Похоже, у него был академический отпуск. Во всяком случае, всё лето был в Вышнем Волочке. Собирались мы обычно у тех, у кого было фортепиано. Однажды бывшие ученики музыкальной школы пришли ко мне домой. Муслим пел, как всегда, арию Фигаро из «Севильского цирюльника» и много других партий. Пел так звонко, что пришлось открывать окно. И вот через какое-то время, а наш дом стоял на улице Кирова, в перерыве между ариями раздалось за окном шуршание. Я выглянула со второго этажа, а там мальчишки забрались на деревья и заглядывают: «Кто это там так здорово поет?»
Голос у Муслима был ох как звонок! Однажды пел в Доме учителя, и его «Бухенвальдский набат» услышали даже на пляже водной станции, расположенной за сквером и каналом. В купальниках, подхватив в охапку платья, представители прекрасного пола сбежались под окна Дома учителя аплодировать певцу и прокричать «бис».
Последний раз Муслим Магомаев посетил Вышний Волочёк в июле 1966 года, приехав на празднование юбилея к В.М. Шульгиной.
В Доме работников просвещения Муслим Магомаев 18 июля 1966 года даёт концерт. О том визите сохранилось оргинальное фото с подписью Муслима Магомаева:
_____________
Естественно, знаком был Муслим Магомаев и с уроженкой Вышнего Волочка Екатериной ФУРЦЕВОЙ, которая занимала пост Mинистра культуры СССР с 1960 по 1974 год.
В марте 1963 года в Москве проходила Декада культуры и искусства Азербайджана. Концерты, в которых участвовал Муслим Магомаев, проходили в Кремлевском Дворце съездов (ныне Государственный Кремлевский дворец).На концерте находилась и министр культуры Екатерина Алексеевна Фурцева. Министр культуры была в восторге от нового молодого исполнителя. Повернувшись к своему соседу по ложе, народному артисту СССР Ивану Семёновичу Козловскому, советскому оперному певцу, обладавшему тенором, она громко сказала:
— Наконец-то у нас появился настоящий баритон. Баритон!
Кстати, познакомившись с товарищем министром лично — сначала по случаю фуршета в знак окончания вышеназванного мероприятия, а затем уже и по работе, Магомаев составил свой личный портрет руководительницы всесоюзного ранга, ведавшего вопросами советской культуры.
— …с Екатериной Алексеевной Фурцевой мне довелось общаться много. Я узнал её достаточно хорошо, поэтому могу сказать, что была она человеком незаурядным и на своем месте. Она любила своё дело, любила артистов. Многим она помогла стать тем, кем они стали. Но почему-то сейчас считается чуть ли не за доблесть бросать одни лишь упрёки в её адрес. Мне представляется это недостойным. Да, она была частью той системы, но, в отличие от многих, работала в ней со знанием порученного ей дела. Сейчас всем уже стало ясно, что лучшего министра культуры после Екатерины Алексеевны Фурцевой у нас не было. И будет ли?
Помогла Екатерина Фурцева Муслиму Магомаеву с выездом из СССР во Францию в 1966 году.
ЦК тормозило решение. Что делать? Пошел к Фурцевой. Опеку Екатерины Алексеевны сейчас можно вспоминать по-разному, в том числе и с улыбкой. Но тогда мне было не до смеха. Е.А.Фурцева понимала меня, а если сказать верней, то относилась ко мне по-матерински: она позволяла мне то, что позволяла не каждому. Возможно, у нее были в этом случае свои соображения. Когда бросают камни, «зажимают» мэтра, это одно: у него есть защита — его имя. А когда начинают покусывать начинающего артиста — это другое: его могут «съесть» в самом начале творческого пути.
И вот я сижу в кабинете министра культуры СССР. Уже ночь, а мы всё никак не можем соединиться с Вели Юсуповичем Ахундовым. Удалось дозвониться только до Шихали Курбанова. Вдруг слышим:
— Нет, мы не можем разрешить! Мы должны его наказать!
Только часов в двенадцать ночи мы дозвонились до главы республики. Фурцева возмущенно заговорила:
— Вели Юсупович! Что же это вы делаете? Нам Магомаев нужен — он объявлен в Париже красной строкой!
Если он не будет представлять Советский Союз, нас не будут приглашать престижные площадки! У нас же одна страна! — В голосе Фурцевой зазвучал металл. (Это у неё получалось. «Железная леди» — это и про неё.)
Ахундов, словно впервые услышав о той проблеме, по поводу которой ему среди ночи звонила министр культуры СССР, вынужден был сказать:
— Екатерина Алексеевна, я разрешаю ему. Пусть едет.
Истории известен и другой случай, когда в Ялте на закрытии фестиваля «Крымские зори» после банкета Екатерина Алексеевна идти сама не смогла. Рядом оказался Магомаев, которому пришлось нести «всесильную Екатерину».
_________________
В Вышнем Волочке не забыли Муслима Магомаева. 29 июня 2013 года ко дню города была открыта мемориальная доска (берельеф) великому оперному и эстрадному певцу, композитору Муслиму Магомаеву.
В 2017 году году к 75-летию Муслима Магометовича состоялось открытие памятной доски на стене бывшей школы искусств на углу Ванчаковой Линии и ул. Вагжанова, которая теперь официально носит имя Муслима Магомаева.
В Вышнем Волочке сохранился и рояль, на котором играл Муслим Магомаев. Как знать, быть может, выдающийся, непререкаемый авторитет Валентины Михайловны, воспитавшей не один десяток талантливых музыкантов, педагога, среди учеников которой такая ярчайшая звезда, как Муслим Магомаев, великое уважение к ней нескольких поколений учеников, охраняло и сохраняло этот рояль, подобно тому, как добрый ангел хранит от невзгод и ненастий. Рояль не забыт, и его голос по-прежнему звучит тепло и чисто. В просторном, светлом здании городской школы искусств (бывшем Доме пионеров), на сцене актового зала, на самом почётном месте стоит ныне он.
В 2019 году в Вышнем Волочке вышел буклет «Вышний Волочёк. Живут во мне воспоминания», подготовленный редактором издательства «ИСТОКИ» Ольгой Копьёвой. В буклете собраны фотографии Муслима Магомаева в Вышнем Волочке. Настоятельно советуем Вам приобрести данный буклет на память. Его можно найти в Музее стекла (ул. Муслима Магомаева, д. 17, второй этаж) и Музее валенок в Вышнем Волочке (ул. Парижской Коммуны, д. 37/26).
К сожалению, здание школы № 6, в которой учился Муслим Магомаев находится в полуразрушенном состоянии.
В плачевном состоянии находится и дом, в котором жил Муслим Магомаев в Вышнем Волочке. А ведь красивый резной домик в Вышнем Волочке Тверской области мог бы стать музеем великого певца - https://vk.com/wall-61125714_105743
Как сказал Муслим Магомаев в одном интервью — «Ничего из своей жизни, ни одной минуты отнять не могу. Все мои». Так и мы не можем отнять мгновения настоящей жизни в Вышнем Волочке. Но теплится надежда, что дом где жил Муслим Магомаев не канет в Лету, а гости города смогут посетить его на благоустроенной и чистой улице в маленьком, провинциальном, но любимом Вышнем Волочке.
________________
При написании данной статьи использовались следующие источники:
1) Письма и фотографии, представленные внучкой Валентины Михайловны Шульгиной - Еленой Валерьевной Гарибовой.
2) Песочные часы. Рассказы по памяти. Избранные стихи / Б.А. Рапопорт. — Вышний Волочек: Истоки, 2017. — 232 с.
3) Тверецкий З. «Муслиму Магомаеву в Вышнем Волочке вернули голос», газета «Древний Волок» №39 от 28 сентября 2001, стр. 3, газета «Древний Волок» №40 от 05 октября 2001, стр. 3, газета «Древний Волок» №41 от 12 октября 2001, стр. 3.
4) Александр Жутиков. «Щедрость души».
5) Е.В. Гарибова «В.М. Шульгина: Штрихи к портрету». СГИИ, Смоленск, 2015.
6) Муслим Магомаев «Живут во мне воспоминания», ООО «Издательство АСТ», 2017.
7) Муслим Магомаев «Любовь моя - мелодия», Издательство «Вагриус», Москва, 1999.
8) Софья Бенуа «Муслим Магомаев и Тамара Синявская. Преданный Орфей», Алисторус, 2015.
9) Фотографии с сайта http://www.magomaev.info/, фотографии одноклассницы М.Магомаева — Светланы Буровой.
10) Документальный фильм «Муслим Магомаев. Нет солнца без тебя...». Режиссёр: Александр Тяпов. Производство: OOO «Медиа Конструктор»