Легенда о капитане «Арнатора». Смерть несущий. ГЛАВА 16: Ночь огня

Штурман и корабельный лекарь вернулись на борт пиратского судна всего получасом позже. Головы их были пусты от мыслей, а звуки окружения приглушены, точно сокрыты опьяняющей дымкой. Гарканлея не следила за тем, как волочится подол её платья, портя ткань, а Ситтери непривычно спотыкался и смотрел исключительно в пол. Лишь краем сознания они слышали обрывок разговора двух матросов, что под светом чадящих масляных ламп перевязывали рыболовные сети.

— Масла для обработки совсем мало осталось, если ещё где слой отойдёт, доски разбухнут от влаги, — с тревогой бормотал один из них.

— У нас должна была быть ещё одна банка, — недовольно отозвался второй. — Где ты всё проворонил, Мик? Признайся, тогда в таверне проиграл?

Губы Гарканлеи тронула неосознанная, почти пьяная улыбка. Как же всё-таки хорошо вернуться домой, где всё так до боли знакомо…

— А лучше, если бы я на золотые встрял?! — вскинул голову всё тот же матрос, отвлекаясь от работы. — Сам-то горазд, в прошлом месяце только так бочонок добротного рома прошляпил. Кто тебе помогал с корабля его вынести, забыл уже? Ещё сидит поучает меня…

Их тихий разговор прервался голосом корабельного боцмана, на несчастье матросов находившегося всё это время за натянутым на палубе малым парусом, который вскоре должны были подлатать.

— Будь я в паршивом настроении, заставил бы вас обоих жрать сырые рыбьи хвосты, — пробасил Дункан, деловито проходя мимо и отвлекаясь на матросов лишь парой слов. — Но сегодня, так и быть, обойдёмся малой кровью. Вот прибудем в Вантариан… погодите-ка. Что вы двое здесь делаете?

Ситтери медленно повернулся к боцману и поднял на него затуманенный взгляд, пока в голове царила тяжёлая пустота. Как же лень было отвечать… Гарканлея же вовсе не отреагировала на вопрос боцмана и всё смотрела куда-то вперёд, на линию горизонта.

Дункан быстрым шагом приблизился к штурману и коснулся его плеча, чуть встряхивая.

— Ситтери! Какого чёрта вы здесь делаете? Почему вернулись так рано?

Штурман вздрогнул от прикосновения и отшатнулся, словно огнём ошпаренный. Взгляд молодого мужчины прояснился и наполнился растерянностью. Ситтери не понимал, как и почему вдруг оказался на корабле.

Возмущённый, громкий голос боцмана привлёк внимание остальной команды. Сквозь группу столпившихся матросов пробрался и капитан, застыв всего в паре шагов от Ситтери и Гарканлеи. Старпом тенью следовал за лидером экипажа и выглядел, как всегда, хмуро и отстранённо.

Нахмурившись, капитан подошёл ближе и внимательно оглядел обоих, но предпринимать ничего не спешил. Ханнан быстро ощутил, что с Ситтери и Гарканлеей что-то не так.

К этой же мысли пришёл и Дункан. Отдав резкий приказ матросам, он дождался, пока те, засуетившись, помогут усадить вернувшихся членов экипажа на небольшую скамью возле ремонтируемого паруса. От первого же прикосновения Гарканлея так же встрепенулась и словно бы пришла в себя, очнулась от сна на ходу. Корабельный лекарь выглядела не только растерянной, но и искренне напуганной. Бледные худые руки женщины мелко дрожали.

— Может, они выпили чего?..

— Так не должны были… хотя в городе вон как гуляют шумно, может, всучили…

— Или головами обо что приложили.

Пока ропот на палубе возрастал, канонир «Арнатора», приблизился к пострадавшим от наваждения и заметил в руках Ситтери маленькое украшение. Йан всегда был падок на всевозможные безделушки, поэтому первым делом заметил этот странный, инородный в руках штурмана предмет. Ловко поддев цепочку пальцами, Йан отобрал украшение, а Ситтери даже не сразу понял, что безделушки в руках уже нет.

Ханнан направился к Йану, заметив его интерес. Однако перед ним встал Ранхва, жестом предостерег капитана и первым протянул руку. Йан, закатив глаза, передал вещь старпому и отступил назад. Ранхва нахмурился, рассматривая чужеродное украшение и слегка поворачивая его на слабом свету. Свет масляных ламп бликами отражался в тёмном драгоценном камне.

— Откуда это у вас? — резко спросил он.

Ситтери растерянно и напряжённо взглянул на подвеску с украшением, а Гарканлея забормотала:

— Я... мы… мы были на площади…

Но ни она, ни штурман «Арнатора», не могли до конца вспомнить и сформулировать, что произошло после того, как они проникли в город и оказались на главной площади.

Ранхва хватило всего нескольких секунд наблюдений, чтобы вывести краткий итог:

— В городе есть маг. Созидатель, ментального воздействия.

На палубе «Арнатора» поднялся взволнованный ропот, однако, как только Ханнан приподнял ладонь, команда в считанные мгновения восстановила тишину.

Гарканлея, едва осознав, что они с Ситтери находятся под чужим воздействием, нахмурилась и опустила голову. Закрыв глаза, лекарь воззвала к своим собственным силам, и сквозь рукава платья засияли тонкие прожилки проклятых вен. Отсвет прокатился по её плечам и растаял в районе лба, отразившись в закрытых веках. Когда Гарканлея открыла глаза, они были ясными, лишёнными растерянности, однако полные напряжения. Лекарь резко подняла голову и устремила отчаянный взгляд на капитана корабля.

— Луанн сбежала с принцем.

Команда никогда не видела, чтобы их лидер так стремительно бледнел. Ханнан не издал ни звука, а Ранхва на всякий случай схватил его за локоть, удерживая на месте.

— Что?.. — едва слышно сорвалось с губ капитана. Он во все глаза уставился на Гарканлею, а та в это время уже принялась за снятие наваждения с Ситтери.

— Луанн и Кэрриндэлл в городе. На нас воздействовала какая-то торговка украшениями недалеко от центральной площади. Ребята были там же.

Ранхва отпустил Ханнана и быстро бросил, прежде чем кто-либо смог избавиться от шока:

— Всем оставаться на корабле.

— Ранхва! — рявкнул капитан, попытавшись остановить его.

Но старпом уже устремился к борту корабля. Капитан нагнал Ранхва почти у края палубы, однако не успел произнести и слова – старпом его опередил:

— Оставайся здесь и будь готов управлять судном. Я вернусь с Луанн мальчишкой. Возможно, придётся уходить от порта быстро и шумно. Поэтому мне будет проще, если присматривать придётся всего за двумя. Дункан, Йан, позаботьтесь о том, чтобы капитан не натворил глупостей.

— Это моя дочь! — резко отозвался Ханнан, дополняя слова жестами. Многие члены экипажа впервые видели его настолько взвинченным, выбитым из колеи, утерявшим контроль.

— Я знаю. — Ранхва остановился и посмотрел ему прямо в глаза, оставаясь непроницаемым. Он тоже принялся дополнять речь жестами: ровными, чёткими и выверенными. — И я сделаю всё, чтобы она вернулась на корабль в целости и сохранности. Ты сам знаешь, что никто лучше меня не справится. Я не подвержен силам магов, слабее меня. А ты человек. Хочешь вернуться на корабль таким же зачарованным?

— Ты почти ничего не знаешь о противнике, — мрачно произнёс Ханнан.

Однако в глубине души он понимал, что старпом прав. Как бы ни было стыдно признавать, сейчас капитан мог оказаться лишней обузой. Ругнувшись, Ханнан нехотя сказал:

— Даю тебе не больше трёх часов. Не вернётесь сюда все вместе к рассвету, и я пойду сам.

Ранхва улыбнулся уголком губ и прищурился. Отвернувшись к борту корабля, он бросил напоследок на языке жестов одну фразу: «засекай время, капитан».

***

Эхайра была городом бродячих торговцев, страстных коллекционеров и искусных шарлатанов. Для последних эта ночь в долгожданное празднование была идеальной возможностью привлечь к себе людское внимание, и, соответственно, заработать побольше звенящих монет. Улицы были усеяны умелыми фокусниками, бесстрашными укротителями змей и прочей опасной живности, ловкими иллюзионистами и даже… магами. Точнее теми, кому хватало смелости выдавать себя за них в погоне за заработком, что обязательно присущ любым зрелищам.

Здесь, в Идеоне, у знаменитого астерийского Ордена, что столетиями истреблял проклятый род магов, не было почти никакой власти, оттого и желающие подзаработать несильно страшились ареста и жестокой казни. Власти Идеона с большей охотой позволят потенциальным магам избежать смерти – исходя из знаний о том, сколько среди них простых граждан, не имеющих реального отношения к проклятию. Получился замкнутый круг обмана и хотя бы относительной свободы для настоящих и фальшивых носителей проклятой крови. Именно поэтому у Идеона уже множество лет наблюдались серьёзные конфликты с лидирующими королевствами, которые всячески давили на правящий дом Идеона, перерезая неугодной стране главные пути развития. «Не видать Идеону мирового влияния, пока в его городах могут спокойно скрываться выродки проклятого рода. А коль вечная деградация Идеон не пугает, пусть напугает война, которая неизменно начнётся, как только наш святой Орден посчитает, что в крови жителей торгового королевства стало слишком много проклятой примеси». Кажется, как-то так говорил некогда король Астерии на всеуслышание.

Война с Астерией не нужна была никому. Оттого правящий дом Идеона нет-нет да и устраивал крестовые походы, прочищая крупные города, словно щёткой с частыми зубцами. В такие времена под кару шли все, кто хоть как-то связан с магами, пускай даже не взаправду. Однако сегодня ночью смелых ребят было так много…

Пожалуй, если бы не «Арнатор», Ранхва прожил бы несколько лет своей жизни именно здесь. Возможно, даже в самой Эхайре. Затеряться где-то среди этих узких улочек с тёплым светом бумажных фонарей... не худшая судьба.

Внимание старпома привлекло одно из уличных представлений. Всполохи пламени отражались на каменных стенах вдоль улицы, а восторженные вздохи толпы смешивались с бойкой, энергичной музыкой. Ранхва незаметно пробрался сквозь толпу, различив там, впереди, между десятком людских спин всё новые и новые потоки огня.

Неужели в самом деле стихийный маг?..

Однако старпом распознал обман ещё до того, как увидел виновника людского внимания. Вблизи зрелище и вправду выглядело впечатляюще: полыхающая с обеих сторон длинная трость, управляемая молодым умельцем ловко и непринуждённо, притягивала взгляд. Молодой парень прокручивал её и над собой, и вокруг туловища, будто бы в смертельном танце. Казалось, что искусник и впрямь обладал властью над огнём, избегая укусов пламени благодаря своему дару. В некоторые моменты его выступление вовсе потрясало: умелец умудрялся вызвать огненную вспышку, которая окутывала его с головы до пят и при этом не причиняла вреда ни ему, ни его одежде.

Его с головой выдаёт всего одна деталь: в воздухе совсем не ощущалось вкуса магии. Простых людей можно было провести зрелищностью и несколькими горстями зажигательных порошков, но вот настоящий маг не мог проигнорировать полное отсутствие чужой энергии.

Но этот юнец всё равно мог оказаться полезным, если обладал хоть какой-то информацией. Нужно лишь дождаться подходящего момента.

Народ остался в восторге после фееричного финала выступления. Люди с охотой скидывали в глубокую шляпу медные и серебряные монеты, благодаря кудесника за показанное чудо. Позади шляпы была установлена бумажная табличка, гласящая крупными буквами: «Редчайший маг огня! Приветствуется щедрое вознаграждение представителю вымирающего рода!»

Ранхва пришлось проявить терпение, скрываясь неподалёку, прежде чем фальшивый маг наконец оказался в одиночестве, собрал пожитки и скрылся на ближайшей узкой улочке – достаточно безлюдной, чтобы не опасаться лишнего внимания. Всего за несколько секунд Ранхва нагнал фокусника и вежливо постучал по его плечу. Издав удивлённое «м?», молодой юноша приподнял брови и обернулся.

И тут же ощутил «ласковое» прикосновение холодной стали к своему горлу. Ранхва сделал шаг вперёд, прислоняя клинок ближе к шее шарлатана, чем и заставил его отступить назад и прижаться спиной к стене. Из-за разницы в росте юный фокусник доставал Ранхва едва ли до плеч.

— Полегче, — выдохнул фальшивый маг, приподнимая руки в знак отсутствия сопротивления. Несмотря на положение, он ничуть не выглядел испуганным или загнанным в угол. — Давай решим дело мирно, приятель?

Ранхва не успел даже прервать эту болтовню. Фальшивый маг решил вдруг рискнуть и рывком подался в сторону, избежав пореза о клинок. Он быстро нырнул вниз и совершил сильную подсечку под колени пирата, сопровождая приём толчком в плечо. Ранхва потерял равновесие и чуть не встретился лицом со стеной, бросив все усилия на то, чтобы смягчить падение на землю. Едко ругнувшись, старпом тут же поднялся на ноги и развернулся лицом к противнику, вовремя парируя мечом молниеносный удар флиссы. Уличный фокусник оказался хорош в бою. Старпому пришлось всерьёз продумывать каждое своё движение. Давно ему не попадалось по-настоящему достойных противников…

Отразив очередной удар клинком, Ранхва воззвал к собственной энергии, позволяя ей волной пролиться по венам и высвободиться на кончиках пальцев. Алые всполохи озарили пространство и устремились к уличному фокуснику, норовя пронзить хрупкое человеческое тело и утянуть за собой огромную часть его жизненных сил.

Уличный фокусник вскинул голову и за мгновение до удара алой энергии успел выхватить с ремня связку из двух костяных амулетов: один на отражение, другой на поглощение. Алые всполохи сузились, притянувшись к амулетам. Юноше с трудом удалось остаться на месте, ведь давление истиной магии было схоже с давлением толщи воды. Один из амулетов, призванный поглощать чужую энергию, разбился в пыль, едва ли аннигилировав одну треть атаки. Второй амулет заставил алые всполохи удариться о невидимую стену и устремиться обратно к своему хозяину.

Ранхва позволил родной энергии вернуться в тело, поморщившись от неприятных ощущений, и с толикой удивления и презрения одновременно взглянул на противника.

— У фальшивого мага настоящие зачарованные амулеты? Ты хоть понимаешь, что с тобой сделают, как только обнаружат при тебе такие вещи?

— Я лучше рискну попасться с ними страже, чем останусь без них при встрече с кем-то вроде тебя, — выпалил уличный фокусник, переводя дыхание.

— Что же будешь делать теперь? — Ранхва сделал несколько шагов вперёд, сокращая расстояние между собой и противником. — Или у тебя припрятана ещё парочка жалких зачарованных игрушек?

— Кое-что получше.

Фальшивый маг поглядел на небо, будто бы ожидая чего-то. Ранхва невольно приподнял взгляд, держа противника в зоне видимости. Небо над главной городской площадью вновь озарилось яркими красками фейерверков.

И тут же Ранхва вернул взгляд на уличного фокусника, раскусив его задумку: паршивец тянул время, ожидая, когда город будет охвачен грохотом небесных вспышек. Ему нужен был шум, чтобы не привлечь ненужного внимания.

Юноша выхватил из-за пазухи крохотную стеклянную флягу, заполненную мутной, тёмно-бурой жидкостью, и швырнул ёмкость в сторону Ранхва. В момент, когда она разбилась о стену прямо над ним, старпом уже догадался, чем является содержимое. Выплеснутая жидкость моментально вспыхнула пламенем от контакта с воздухом и обрушила на Ранхва настоящий огненный дождь.

Старпом успел пригнуться к земле и укрыть голову руками. Горящая смесь въелась в потрёпанный плащ, прожигая ткань, а жар иглами пронзил кожу. В нос ударил резкий запах реактивов. Ранхва издал мучительный вопль, который утонул в грохоте фейерверков так же, как и звон стекла пару мгновений назад. Пират сорвал с себя плащ и откинул полыхающую ткань в сторону. Прожжённая в нескольких местах рубашка всё равно опаляла кожу болью, что злило мага-Разрушителя ещё сильнее. Тёмные вены, полные энергии, вздулись на шее старпома, и теперь, не сокрытые воротом плаща, будто бы лишний раз клеймили своего носителя. Ранхва подобрал с земли меч и успел повернуться лицом к противнику, когда тот замахнулся тростью, один из концов которой был охвачен всё тем же пламенем. Старпом чудом увернулся от удара и отступил на несколько шагов назад, а уличный фокусник направил горящий конец трости прямо на пирата.

— Никакой магии, только наука и механизмы, — усмехнулся юноша.

И зажал пальцами несколько точек на трости. Полыхающий наконечник издал едва слышный щелчок и выпустил сжатый воздух, направивший поток огня прямиком к пирату. Ранхва выставил руки вперёд и воззвал к энергии, заставляя алые всполохи стеной обернуть своего хозяина и защитить его от пламени. Глухая ярость и усталость опасной смесью вскипели в крови мага-Разрушителя. На глазах молодого фокусника Ранхва совершил рывок вперёд, проходя буквально сквозь поток огня, а после ударом ноги выбил трость из его рук.

Уличный маг оказался безоружен. С лица юноши словно волной смыло самоуверенное выражение, а в глазах мелькнул страх. И всё же фокусник был готов биться насмерть. Он не сразу осознал, что пират не предпринял попыток закончить начатое.

— Припас бы свои фокусы для тех, кто в самом деле решит тебя ограбить, — бросил Ранхва.

На лице молодого шарлатана отразилось удивление и растерянность, которые он тщетно прятал за мрачной маской сосредоточенности.

— Раз деньги тебе не нужны, какого чёрта ты устроил всё это? — недоверчиво уточнил он.

— Мне нужна только информация, — кратко отозвался Ранхва. — Кто в этом городе обладает настоящим даром?

Уличный фокусник был явно сбит с толку подобным вопросом.

— Настоящим… даром? — озадаченно повторил он, будто гадая, зачем истинному магу-Разрушителю искать кого-то явно слабее него.

Свободной рукой Ранхва порылся в кармане на груди и резким движением вытащил оттуда позаимствованную у Ситтери безделушку. Драгоценный метал отразил в себе отблеск висящего неподалёку бумажного фонарика, который от малейшего дуновения ветра был готов угаснуть.

— Кто мог создать или продавать такую вещь? — задал старпом новый вопрос. Он слегка отступил от пойманного фокусника, давая ему чуть больше свободы в знак того, что сражение окончено.

Молодой мужчина не попытался броситься бежать – догадался, что затея дерьмовая. Нервно выдохнув, он внимательно осмотрел драгоценную безделушку. Смятение и непонимание в его взгляде сменились вдруг озарением.

— Алеора. — Всмотревшись в украшение, фокусник улыбнулся и едва заметно выдохнул в облегчении. — Узнаю её вкусы… спорные, надо сказать. Несколько дней назад она и мне пыталась это продать, только вот цена…

— Много болтаешь, — перебил его Ранхва, и алые отблески предостерегающе мелькнули в его глазах.

— Привычка. — Фокусник незаметно улыбнулся и решил больше не играть с огнём, поэтому продолжил: — Её лавка среди торговой зоны у главной площади. Вывеска с надписью: «Торговый уголок Алеоры Кромер», тёмно-синяя крыша.

Ранхва кивнул, завершая тем самым разговор. Пират убрал меч обратно в ножны, скривив губы от саднящей кожи на ладонях. Порывшись в небольшой сумке на поясе, Ранхва нашёл в ней две серебряные монеты и бросил их уличному фокуснику. Юноша успел поймать вознаграждение и удивлённо взглянул на пирата.

— Это за славный бой, — пояснил Ранхва бесстрастно. — И за твои умения в обращении с огнём. Может, ты и не маг, но тебе не нужна проклятая кровь, чтобы быть мастером своего дела.

Юноша разглядывал серебряные монеты, а после благодарно кивнул, пряча их в карман. Уже уходя, старпом обернулся и бросил напоследок:

— Если однажды увидишь корабль, который носит имя «Арнатор», подумай о том, чтобы стать частью его команды. Нам нужны люди вроде тебя. Понадобятся все, кто способен дать отпор. Как твоё имя?

— Эсуа. — Уличный фокусник поднял голову, но смотрел вовсе не в сторону пирата, а куда-то вперёд, перед собой. — Меня зовут Эсуа.