Море и Тень Солнца

Ясуки Огури, прищурившись, смотрел на воду впереди, неловко прикрывая глаза от лучей восходящего солнца, ползущих по стене Кайю и по палубе Ядовитого Прилива. Команда вокруг него изо всех сил старалась подавить нервные зевки, стараясь вести корабль к месту назначения так, словно он — а возможно, и они сами — был сделан из стекла. Огури едва ли мог винить их за то, что они были обеспокоены окружающей обстановкой: хотя воды Реки Последнего Боя использовались для защиты Рокугана от вторжения Теневых Земель столетия назад, это не мало утешало, при взгляде на запад, при виде этой ужасной земли сразу за берегом. И судя по тому, что он заметил, взгляды окружающих были частыми, особенно в это раннее утро.

Огури вздохнул и протёр глаза, словно пытаясь прогнать сон, со всех сил стараясь подавить зевок. Он изо всех сил подталкивал свой эскорт к Сторожевой Башне Тени Солнца, ускоряя их выезд из Деревни Дружественной Путешественникам и вверх по реке, храбро держась за слабую надежду, что отсутствие связи с аванпостом было просто ошибкой, а не признаком гораздо более серьезной ситуации. Команда Богомолов ворчала на такую поспешность, но при виде свирепого взгляда своего лидера — грозной сюгендзя, известной как Кудака — они быстро прикусили языки и встали в строй. И напряжение становилось все сильнее и сильнее по мере того, как они удалялись от берега, нервы натягивались, как тетива лука. Огури надеялся, что они доберутся до места назначения раньше, чем оборвутся все нити.

Его взгляд скользнул по бортам корабля, где два протеже Кудаки, Фуу и Уми, сидели друг против друга, глядя поверх борта и медленно двигая руками над поверхностью воды. Его отец видел их на флагмане чемпиона Богомолов и рассказывал о близнецах, которые легко соединялись с Ками, их молитвы духам делали воду вокруг корабля гладкой, как стекло. Однако путешествие сюда, по-видимому, сильно утомило их: и без того бледная кожа туго обтягивала тонкие черты лица, глаза затуманились от усталости, и даже с того места, где Огури стоял на корме корабля, было видно, как они борются.

“Значит, вы тоже это видите?” Огури изо всех сил постарался не вздрогнуть от неожиданного замечания и, повернув голову, увидел рядом с собой Кудаку. Хотя женщина перестала использовать свою связь с духами воздуха, она продолжала двигаться с осторожностью, которой могла бы позавидовать даже кошка. “Близнецы в последнее время немного вялые.”

Огури вспомнил отцовские уроки дипломатии и изо всех сил старался изобразить небрежную улыбку. “Честно говоря, я почти ничего не заметил. Я знаю, что все немного осунулись и нервничают. И кроме того, мы неплохо проводили время.”

Кудака, на которую такт никогда не производил впечатления, громко фыркнул. “Мы бы гораздо лучше провели времени, если бы у них не было так много проблем.” сказала она, несколько скрывая серьезность своего тона, лениво выковыривая кусочек завтрака из заднего зуба. “Говорят, что ками не слушают должным образом. Говорят, напуганы.”

Натренированная маска Огури треснула, и он нахмурился. “И что вы об этом думаете?”

Кудака повернулась и с кислым лицом плюнула на палубу. “Я знаю, что в Теневых Землях случаются странные трюки. Но я точно никогда не слышала, чтобы ками были "напуганы". Я бы сказала что они менее охотны, конечно, но...” - она нахмурилась еще сильнее. “Если вы понимаете, что я имею в виду, то не все мы произносим одну и ту же просьбу. Я обращаюсь к ним, они знают мой возраст, они знают, насколько я близка. Эти двое ...” - она покачала головой. “Если я водяное колесо в ручье, то они у большого вонючего водопада. Я могу отмахнуться от заразы этих Теневых Земель и просто чувствовать себя так, как будто я наступила в тюленье дерьмо — но они?” В ее глазах появилось выражение сострадания. “Наверное чувствуют что тяжело дышать.”

Огури открыл было рот, чтобы расспросить ее поподробнее о том, что она имела в виду, но тут со смотровой площадки на носу "Ядовитого Прилива" донесся короткий свист. “Заметили Сторожевую Башню ,” сказал он и быстро спустился с верхней палубы, бросившись к носу корабля, чтобы попытаться получше её рассмотреть. Он напряг зрение, вглядываясь в длинные тени рассвета и пытаясь как следует рассмотреть это место, прежде чем вспомнил о подарке, который первый помощник подарил ему, когда они отправлялись в путь. Он порылся в мешке на боку, вытащил медную трубку, растянул ее и поднес к глазу подзорную трубу. Приятный настолько, насколько может быть утренний свет, золотой луч скользил по окрестностям и делал пустыню поблизости почти прекрасной, трудно представить как раньше выглядела эта местность.

Рядом с ним усмехнулся и покачал головой буси Краб. “Не так уж плохо. Стены выглядят надежными. Настоящая атака Царства Теней снесла бы все здание, ещё и они бы потоптаться на обломках. Ни одного демона в поле зрения!”

“Стены - это одно.”сказала другая, скрестив руки на груди и указывая на строение, маячившее вдали. “На стенах даже есть часовые, видишь? Весь этот путь в пустую.”

Огури продолжал возиться с подзорной трубой, поднимая ее и фокусируя взгляд на стенах, что-то зудело в его мозгу.

“Не говори так.” усмехнулся первый Буси. “Может быть, у них есть немного сакэ. После всего этого времени, проведенного в боевой готовности, я, бы с радостью выпил, а ты?”

“Это ты сказал. Почему бы и нет—”

Внезапно изображение в подзорной трубе сфокусировалось, и глаза Огури расширились от шока. Он резко повернулся к Кудаке, которая от неожиданности даже сделала шаг назад. “Стой! Мы должны остановить лодку немедленно!”

Не теряя ни секунды, Кудака кивнула, затем развернулась и направила порыв ветра на парус, который заскрипел от внезапной силы порыва, заставив содрогнуться весь корабль. “ПОЛНАЯ ОСТАНОВКА!” сказала она громко, но не перейдя на крик. “Ни ярда дальше, или я сама вас выпорю!”

Негромкий гул разнесся по палубе, как перевернутый мешок с желудями, перекатываясь от группы к группе. Огури постарался выбросить эту мысль из головы и продолжал смотреть в подзорную трубу, от яркого света все становилось яснее. Я прав, подумал он про себя. Черт возьми, я прав.

“Чего ждем?”Кудака наклонился к нему поближе, чтобы разговор не прерывался. “Мне кажется всё в порядке.”

Огури сдержал свой испуг от близости Кудаки и протянул ей подзорную трубу, затем указал на стены сторожевой башни вдалеке. “Видишь край этих стен?” сказал он. “Прежде чем покинуть Кюдэн Хида, я изучил планы всех сторожевых башен, построенных вдоль стены, и правила их содержания. Каждая из них должен иметь две баллисты и две катапульты в рабочем состоянии.”

Кудака пожала плечами, все еще щурясь сквозь стекло. “И что же? Я вижу их прямо там, на углах.”

“В этом-то и проблема. Они должны быть в центре.”

Кудака фыркнула. Я уже немного устал от этого фырканья, мельком подумал Огури. “Так из-за чего весь сыр-бор? Может быть отошли от этих правил?”

Он решительно покачал головой. “Я бы меньше волновалась, если бы их просто не было. Но вон та баллиста направлена по диагонали. Это не идеальное положение против кого-либо, идущего через реку, но—”

“...всякий, кто движется вверх по реке, будет идеальной мишенью.” Кудака захлопнула подзорную трубу и облизала зубы. “Черт, хорошо, что ты заставил нас остановиться. Как я уже говорила, баллисты Кайу на корабле — сущий мусор, но они наверняка пробьют в нем дыру.” Она дернула подбородком в сторону фигур на стенах впереди. “А как насчет часовых?”

Огури подвигал челюстью. Хотя фигуры были одеты в доспехи Краба и стояли на своих постах, как и положено, подзорная труба показала ему, кто они на самом деле... что-то такое, что было заметно даже на расстоянии из-за опущенных плеч и легкого покачивания. “Они не часовые — по крайней мере, не наши. Это нежить.” Зомби-солдаты не были лучшими в наблюдении, но они были в изобилии везде, где распространялась Порча, превращая силы защитников в новые ужасы. “Это почти наверняка означает, что внутри самой сторожевой башни есть более опасные существа.” Он сглотнул, его голос был хриплым. “Может быть, даже Потерянный самурай.”

Кудака смерила его оценивающим взглядом. “Ну и что теперь, баклан?”

Огури разочарованно вздохнул. “Пока точно не знаю. Соединим это воедино. Мы не можем идти дальше вдоль реки, это точно. Давайте попробуем причалить здесь как можно ближе к отмели и высадить основную часть сил. Зомби гораздо лучше обнаруживают большие угрозы, так что мы могли бы выдвинуть разведчика или двух ближе к башне, чтобы понять ситуацию.”

Женщина Богомол кивнула, и вскоре команда направила корабль на мелководье, осторожно бросив якорь, прежде чем лодка увязла в илистом дне реки. К ужасу Огури, Кудака решила, что разумнее и целесообразнее не спускать шлюпки, а просто спустить веревочные лестницы, отправив всех—за исключением Кудаки и ее учеников—близнецов, которые спустились с палубы на сушу,-вброд по пояс в воде на берег. Разведчики были посланы, когда экспедиционные силы отжали мокрую одежду, пристегнули ремни к доспехам и осторожно приблизились к основанию стены, расположившись как можно ближе к сторожевой башне, чтобы их не заметили.

Огури неловко ерзал в своей кирасе, когда вернулись разведчики, свет истинного дня превратил небо из розового в голубое — я мог бы найти этот вид прекрасным, если бы не обстоятельства.

“Докладывайте.” быстро произнес он, отмахиваясь от их поклонов.

“Как и следовало ожидать, в стене есть брешь.” мрачно сказал низкорослый. “Северо-западная сторона. Размером примерно с шесть буси плечом к плечу.”

“Или один они.” проворчал более крупный разведчик. "Мы не смогли подсчитать сколько их, но болтовня бакемоно была громкой...пока мы не услышали громкий, глубокий голос, говорящий им заткнуться.”

Огури с трудом подавил дрожь. Гоблины и огры. Именно этого я и боялся.

“Есть еще что-нибудь?” спросил он. Оба разведчика выглядели обеспокоенными.

“Господин...” начал низкорослый разведчик, почесывая за ухом, словно у него был нервный тик. “Мы вдвоем могли бы приблизиться незамеченными, но более крупные силы... преодолев расстояние отсюда до пролома, мы остались бы незащищенными, даже на полном ходу. С их численностью и осадным снаряжением, я полагаю, они могли бы уничтожить по крайней мере треть наших людей, прежде чем мы бы достигли сторожевой башни.”

“Не говоря уже о том, что брешь похожа на горлышко кувшина сакэ.” проворчал более крупный разведчик. “Если мы не прорвемся в спешке, то попадем в ловушку и будем разорваны на куски.”

Огури нахмурился. “Значит, нам нужно их отвлечь. Что-то такое, что заставило бы часовых спуститься во внутренний двор и держать всех там занятыми достаточно долго, чтобы мы могли пробраться через брешь и вступить с ними в бой.”

Кудака издала грубый, горький смешок, заставив разведчиков бросить на нее мрачные взгляды, которые она полностью проигнорировала. “Жаль, что сторожевая башня не получила никакого предупреждения до того, как они потерпели поражение.” криво усмехнулась она. “Думаю, сейчас нам не помешает еще несколько солдат.”

Огури резко втянул воздух, когда ему в голову пришла неожиданная мысль. “Ты права. Ты права! Они не получили никакого сигнала.”

Кудака, Близнецы и разведчики смотрели на него как-то странно, но он этого почти не замечал. Мозг Огури уже складывал все воедино — мешанину из поучений отца и Хида Кисады, которыми, как он надеялся, гордились и его дайме, и чемпион клана.

“Сторожевая башня Тени Солнца была обследована незадолго до того, как с ними был потерян контакт, и в отчете говорилось, что все их запасы товаров и оборудования были заполнены. Если они не получили сигнал, это означает, что весь запас сигнальных стрел все еще нетронут.”

Разведчики выглядели озадаченными. “Но, милорд ...” тот, что поменьше, снова почесал за ухом. “Даже если бы мы использовали их, помощь не могла бы прийти вовремя, чтобы помочь нам взять сторожевую башню.”

Огури покачал головой. “Нам не нужно стрелять из них в воздух, чтобы сделать их полезными. Каждая сигнальная стрела упакована с ярко-красным порошком... я могу сказать вам из первых рук, что это кошмар, чтобы иметь дело. Когда я был ребенком, я пробрался в комнату оборудования в Ясуки Ясики, чтобы поиграть с оружием. Я случайно сломал один из тростников, в котором лежал порошок, и он разлетелся повсюду. Даже одной стрелы было достаточно, чтобы покрыть почти все в этой комнате, включая меня самого.- Он резко рассмеялся при этом воспоминании. - Я видел красное в своем видении в течение нескольких часов после этого и чихал большими сгустками малиновых соплей. Придворные испугались, что я умираю.”

Разведчики по-прежнему выглядели растерянными. - Милорд ... что…”

Кудака опередила их, гулко рассмеявшись и хлопнув в ладоши. “Кажется, я поняла!” усмехнулась она. “Достань стрелы, выбрось пыль во двор и беги, пока там царит хаос. Мне это нравится.” Ее улыбка потемнела. “Я сделаю это.”

Огури вдруг испуганно заморгал. Я ... на самом деле не думал о логистических последствиях этого плана, подумал он с тревогой. “Я...я не имел в виду, что ты ... —”

Кудака отмахнулась от него, и Огури подумал, не был ли ветерок, который он чувствовал на своем лице, частью этого действия. “Не будь идиотом. Конечно, это я. Вы знаете кого-нибудь еще, кто мог бы просто вскочить на эту стену, не поднимая шума, найти запас стрел и перевернуть кучу красной пыли повсюду? У Фуу и Уми было мгновение, чтобы выглядеть уязвленными, прежде чем Кудака повернулся к ним.

“Перестаньте дуться, вы двое. Ваша задача - держать эту самую пыль подальше от дерущихся сил, чтобы они могли начать колоть и крушить, а?” Близнецы выглядели слегка успокоенными.

Тон Кудаки немного смягчился, когда она положила руки им на плечи. “Вы мои ученики и гордость Богомола. Вы прекрасно справлялись всю дорогу, но сегодня вы действительно должны показать, на что способны, да?” Она нежно сжала их плечи. “Пусть наш клан гордится вами. И я тоже.”

Близнецы торжественно кивнули, и Огури мог поклясться, что на их бледные щеки вернулся румянец, когда Кудака повернулся к нему. “А где же эти пыльные стрелы?”

“В угловых аванпостах, на вершине стены.” сказал он, осторожно указывая. “Правила гласят, что в каждом из них должен быть свой склад, но основной запас должен быть в юго-восточном углу, дальше всего от Стены Кайу.” Кудака кивнула, и Огури нахмурился. “И все же я не думаю, что тебе стоит это делать.”

“Попробуй остановить меня, баклан.” рассмеялась женщина, вставая и потягиваясь. “Это смерть здесь или на палубе, и мне кажется, что это хороший способ. Просто жди моего сигнала — он будет включать в себя много криков!”

Он открыл рот, чтобы высказать еще один бесполезный протест, когда Кудака побежала, бесшумно, как тень, добежав до основания сторожевой башни, затем прыгнула вдоль стены, перепрыгивая с одного гладкого кирпича на другой, когда под ней засвистел столб ветра. Он испытал мгновенный страх, когда Немертвый часовой над ней наклонился, чтобы посмотреть на то, что быстро взбиралось по стене, а затем в ее руке сверкнуло серебро — взмах камы — и голова ходячего трупа слетела с шеи своего владельца и ударилась о землю с далеким мягким стуком. Еще один воздушный прыжок, и облаченная в бирюзовую мантию фигура перемахнула через край башни и скрылась из виду.

“Ух ты.” прошептал разведчик рядом с ним. Огури поймал себя на том, что молча соглашается.

Он повернулся к воинам, собравшимся вокруг него. “Все, приготовьте оружие и приготовьтесь бежать. Разведчики, вы со мной во фронте. Моряки, вы позади нас — помните, что нужно либо использовать дробящее оружие, либо остерегаться брызг крови. Если ваш нефрит запятнан, немедленно возвращайтесь на корабль — у нас нет времени разбираться с теми, кто страдает от Порчи.” Он рефлекторно пощупал под воротником доспеха и с облегчением почувствовал нефритовые бусины на шее. “Фуу и Уми — оставайтесь рядом со мной и делайте, как сказал Кудака: с этой пылью страшно иметь дело. Я хочу, чтобы это был кошмар наших врагов, а не нас.” Близнецы кивнули, бледные глаза посерьезнели, и Огури вцепился в свой араребо, радуясь его весу.

Внезапно вдалеке раздался треск, пронзительный вой штормового ветра, а сразу за ним — хор других воплей, ужасающих и нечеловеческих, как и предшествовавший им шум. “Сейчас!” Крикнул Огури, и он вместе со своими солдатами бросился вперед со всей скоростью, куски речной грязи летели у них под ногами. Они завернули за угол сторожевой башни и пробрались сквозь завалы пролома, чтобы увидеть полный хаос внутри.

Красная пыль кружилась, как смерч алой пыльцы, словно одержимый дух, взрывая все внутри стен. Немертвые солдаты лежали как мешки с мясом там, куда их швырнул первый взрыв, согнувшись над мишенями для стрельбы из лука и прижавшись к стенам, большинство из них были раздавлены и обмякли, но некоторые все еще дергались. Гоблины цеплялись за любую поверхность, за которую могли ухватиться, их когти глубоко вонзались в землю, в то время как другие кричали, когда ветер бил вокруг них. Даже пара огров, высоких и ужасных, выронили свои массивные канабо, чтобы протереть глаза, ослепленные алой пылью. Силы Краба и Богомола закричали, и шторм внезапно прекратился, грубо сбросив все на землю. На какое-то мгновение вражеские войска растерянно заморгали, прежде чем Фуу и Уми обрушили на них двойные порывы ветра, заставив их отшатнуться назад в красной волне.

Потом снова хаос и снова красный цвет. Огури обнаружил, что едва справляется с паникой битвы, его сознание отступает, как будто на безопасное расстояние, наблюдая, как он сокрушает черепа гоблинов и пробивает грудные клетки нежити — не думай о них как о людях, они просто пустые раковины — своей дубинкой, слыша дикие вопли вокруг себя. Внезапно перед ним замаячил огр, и он, не раздумывая сильно ударил по ноге, отчего тот упал на одно колено. Удар так сильно вернулся его рукам, что сам Огури споткнулся и, вероятно, был бы раздавлен следующим ударом скрюченного существа, если бы не буси, который внезапно оттолкнул его, его последний крик оборвался, когда оружие огра раздавило ему грудь. Когда дубинка поднялась, как в тумане, Огури увидел фигуру — фигуру в цветах Богомола... моряка, верного до конца. Спасибо, что спас мне жизнь. Жаль, что ты не погиб в океане - тупо подумал он.

Время резко вернулось, когда внимание огра обратилось к нему, и прежде чем Огури успел что-то спланировать, он снова ударил, раздавив руку существа и заставив его выронить дубинку. Зверь взревел, протягивая к нему свою непутевую руку, и он в панике попятился назад, пытаясь опередить неумолимое продвижение гигантского существа —

Внезапно яростный рев огра сменился замешательством, и он задрожал, когда под его ногами образовался ледяной покров. Огури посмотрел налево и увидел одного из близнецов с растрепанными волосами на лице и выражением яростной сосредоточенности. Другой оказался слева от него, и жестом направил порыв ветра, который опрокинул огра на спину. Зверь попытался встать, и двое сюгендзя, взявшись за руки, свободными руками потянулись в стороны, образуя в воздухе длинные ледяные кинжалы. Порыв, и они полетели вперед, врезавшись в тело огра, превратив его рев в предсмертное бульканье, пар поднимался от льда вокруг него, когда тело рухнуло на землю.

Огури уставился на парочку, которая вдруг обессиленно повалилась друг на друга. Водопад — вот что говорила Кудака, вспомнил он. Такая невероятная сила, но так утомительно ее высвобождать.

“Вы в порядке?” Крикнул он им, подбегая и помогая подняться на ноги. Оба выглядели измученными, но кивнули — еще один крик отвлек их внимание, и трое снова погрузились в хаос боя.

Казалось, прошла тысяча лет, прежде чем битва закончилась, но вскоре туман рассеялся, и Огури обнаружил, что перед ним нет врагов, а двор покрыт запекшейся кровью, красной и черной кровью, смешанной с коричневой грязью и красной пылью. Он закашлялся и был потрясен тем, как сильно саднило его горло, внезапно осознав, что громкий крик, который он слышал на протяжении всей битвы, принадлежал ему.

“Ну и драка.” прохрипел голос позади него, и он обернувшись увидел Кудаку, спускающуюся по ступенькам со стены, осторожно пробирающуюся среди тел и хаоса.

“Ну и отвлечение внимания.” возразил Огури. “Я не хочу думать о том, как все могло бы пройти без твоей помощи.” Кудака фыркнула — так фыркнула — и махнула рукой.

“Просто немного развлеклась. Только не проси меня...убирать...” — она внезапно застыла, напряженно глядя через двор. Сбитый с толку, Огури проследил за ее взглядом и увидел, что Близнецы снова прижались друг к другу, не двигаясь; но, в отличие от прежнего, выражение их лиц было не усталым, а восторженным и мечтательным, с расфокусированными глазами. Пальцы одного из них — он никогда не мог сказать, который из них какой, — начали шевелиться, как будто его дергал любопытный ребенок.

“Нет!” Внезапно закричала Кудака, выбегая вперед, как огонь по сухой траве. Она схватила мешочек, висевший у нее на боку, открыв его, схватила вещество, находившееся внутри, и бросила его в воздух перед близнецами. К удивлению Огури, оно повисло в воздухе, словно приклеенное к чему-то невидимому, и тихое шипение, казалось, исходило откуда-то поблизости. Кудака выкрикнула какие-то слова, которых он не знал, и вещество, казалось, расширилось, как сеть вокруг чего-то в воздухе: странный клубящийся вид дыма и пыли, смутно гуманоидный. Оно повернуло лицо — Лицо? И это все? — в сторону Кудаки, его темные мутные глаза и рот расширились в беззвучном крике.

“Соль и пепел, кости и песок связывают тебя!” Закричала Кудака, ее глаза были полны ярости. “Ками земли и воздуха, я призываю вас помочь мне и изгнать эту мерзость!” Она хлопнула в ладоши, заставляя всех во дворе отшатнуться назад, когда порыв ветра рванулся во все стороны от этого удара, и вещество вокруг... этого нечто... сгустилось еще больше, как нити рыболовной сети.

“Изыди!” раздался последний крик, и когда Кудака развела свои руки, путы существа натянулись и разорвали его на куски, призрак крика исчез в воздухе. После этого наступила тишина, она тяжело дышала, а потом близнецы растерянно заморгали — и Кудака рухнула на землю. Огури успел подхватить женщину, прежде чем она упала на землю, и быстро подвел ее к перевернутой бочке, чтобы она села и отдышалась. Фуу и Уми тут же подбежали к ней, рассыпаясь в извинениях. Наверное, я впервые слышу, как они разговаривают — рассеянно подумал Огури.

“Перестаньте волноваться и извиняться.” простонала Кудака, махнув рукой своим протеже. “Дайте мне воды, если хотите быть полезными — и сакэ, если у нас есть. Это возвращение сторожевых башен — мучительная работа.” Близнецы убежали, и Огури серьезно посмотрел на старшую тенкинджа.

“Что это была за штука из Дзигоку?”

Её смех был сухим и горьким, почти кашлем. “Никогда не видел кансен? Они пытаются соблазнить и вселиться в сюгендзя. Я слышала их шепот здесь и там во время поездки, конечно, но все еще удивляюсь, что кто-то осмелился появиться.” Ее голос стал низким. “Я бы предпочла, разумеется, больше никогда больше их не видеть.”

Желудок Огури скрутило узлом. “Кансен?” Ахнул он. “Я надеялся, что они не появятся так близко к границе. Если позволите спросить ... когда вы его видели?”

Ее взгляд потемнел. “Иногда ты получаешь новичка сюгендзя, который хочет быть могущественным в спешке, творит какую-то запретную магию и вызывает его.” Она поджала губы, думая о прошлом. “Так сделали мои товарищи — подмастерья, когда я была еще совсем юной. У меня почти все получалось лучше, чем у них, и они хотели наказать меня за это. Кансен схватил меня, точно так же, как это было с Фуу и Уми там, и, к счастью, мой учитель увидел это и избавился от него прежде, чем он избавился от меня.” Она поморщилась, закашлялась и сплюнула в кровавую грязь. “Прихватил с собой другого ученика. Мастер научил меня, как изгонять их, но никогда не думала, что мне придется это делать.”

“А зачем он сюда пришел?”

Кудака пожала плечами и застонала от напряжения. “Уф, я определенно не так молода, как раньше... легко догадаться, что он учуял талант в близнецах и не смог удержаться, чтобы не вцепиться в них когтями — они искусны, но им никогда не нужно было защищать себя от таких угроз. Тем не менее, так близко к границе, как ты сказал...” Она начала качать головой, но остановилась, поморщившись. “Может быть, что-то их сюда позвало. Что-то очень сильное.” Она пристально посмотрела на Огури. “ Я думаю, он был здесь задолго до того, как мы появились.”

Фу и Уми вернулись с водой и саке, и он оставил их вдвоем заботиться о своей наставнице, а сам отправился оценить цену битвы. Им повезло, если это слово действительно можно было употребить. Их численность не сильно пострадала, в то время как число убитых врагов было впечатляющим. Даже без двух огров, количество присутствующих гоблинов было пугающим. Огури проинструктировал солдат, как правильно избавляться от вражеских тел, и вскоре за сторожевой башней взревел погребальный костер, готовый принять мертвых и отправить их души — или то, что за от них осталось — обратно в Дзигоку.

Прошло несколько часов, когда последний труп был брошен на угасающее пламя, посылая рябь света на темнеющую поверхность реки. На борту "Ядовитого Прилива" Фуу и Уми продолжали протестовать, споря с Кудакой, даже когда небольшая группа матросов подняла якорь и начала разворачивать паруса для путешествия на юг. С вершины разрушенной сторожевой башни Огури наблюдала за препирательствами учителя и учеников, пока, наконец, Кудака не уладила спор порывом ветра из своих рук, послав корабль на юг, чтобы донести весть о падении сторожевой башни и ее восстановлении до аванпостов на обратном пути в Кюден Хида. Огури перевел взгляд на происходящее внизу, во дворе, и с радостью увидел, что большая часть обломков в проломе была расчищена, а один из каменщиков — больше везенье, что смог найти того, кто мог этим заняться, подумал он с облегчением — набрасывал планы ремонта в тусклом свете фонаря.

На этот раз он услышал шаги Кудаки, тяжело ступавшей по лестнице позади него. “У тебя все в порядке?” С беспокойством спросил он, но тенкинджа отмахнулась от него.

“Со мной все будет в порядке.” проворчала она. “Не кудахтай надо мной, как наседка. За все эти драки приходится платить немалую цену, а я не так молода, как эти двое.” Она указала на исчезающую форму Ядовитого Прилива и вздохнула. “Ненавижу отсылать их прочь, но здесь им небезопасно.”

Она криво усмехнулась. “На самом деле не так, как всем.”

Огури хмыкнул в знак согласия, затем вздохнул, глядя, как тени растягиваются по двору, прежде чем заговорить снова. “Бакемоно были в доспехах.”

“Разве это не обычно для гоблинов?”

“Только не так.” Огури закусил губу. “Это выглядело почти как униформа. На ней были нацарапаны какие-то мелкие каракули, все один и тот же символ. Огры тоже были в ней.”

“Хм. Организация, да?” Кудака откусила кусочек ногтя и выплюнул его за край стены. “Звучит не очень хорошо. Это и то, что ками были на взводе... плохой знак.” Она серьезно посмотрела на него. “Ты уверен, что мы должны были послать гонцов? Я имею в виду, что уход Ядовитого Прилива было достаточно плох, но это нужно было сделать. А как насчет отправки уведомления по суше?”

“Выбор невелик.” Он вздохнул. “Другие посты должны знать, что произошло на Сторожевой башне Тени Солнца. Они должны быть готовы ко всему, что может произойти.”

“Да?” Кудака взглянула на него, ее беспокойство было заметно даже в сгущающейся темноте. “А что насчет нас?”

Огури глубоко вздохнул, наблюдая за последними лучами света, распространяющимися по Теневым Землям. Всю свою жизнь он знал, что она где-то там, вездесущая угроза, ожидающая своего часа. Это был первый раз, когда он по—настоящему почувствовал, что она надвигается — и смотрит прямо на него.

“Будем молиться.” Тихо сказал он, и солнце скрылось за горизонтом.