Сердце Горы

Давным-давно могущественный горный дух взглянул на небо и возжелал посетить Небеса. Приросшая к земле, она подняла свой горный дом высоко в небо, чтобы самой увидеть царство богов. Её гора стала могучей, видимой даже тем, кто жил выше облаков.

Госпожа Солнце, разгневанная дерзким поступком духа, послала своего сына, Повелителя Пламени, чтобы защитить тайны Небес. Он сражался с горным духом, но когда Повелитель Пламени поднял свой огненный меч, чтобы нанести смертельный удар, импульсивный бог остановил свою руку. Он не мог убить горного духа из-за ее любопытства. Вместо этого они вдвоем вошли внутрь горы, и Повелитель Пламени поделился своими историями о Небесах. Вскоре они полюбили друг друга и поженились.

Теперь, живя скорее в вулканическом кратере, чем на горной вершине, пара кует из расплавленного металла чудесное оружие несравненного мастерства для богов. С тех пор огонь в сердце горы никогда не затухал и не угасал.

Именно плоды этой страсти привлекли Ёритомо, Капитана Капитанов, в темные и таинственные недра горы. С этого и начинается наша история.

“В любое время, дорогая жена!” Внимание Ёритомо было сосредоточено на драке вокруг него. Он уклонялся от ударов монахов с черными поясами и ударил кулаком в ближайшего из них. Линьмэй, Владычица Островов Пряностей и Шелка, изучала большой черный камень в центре комнаты и злилась без ответов.

“Ками беспокойны” Предупредила Кудака Ткачиха Бури, стоявшая рядом с ним. Её гибкие руки были столь же эффективны в драке, как и в почитании духов. “На карте Линьмей они карабкаются, как крабы на тушу. Не могу сказать, что мне это нравится.”

“Перестань волноваться, жрица.” Ёритомо не смог сдержать улыбку, когда свалил последнего монаха с хрустом ударив коленом в лицом. Они справятся с любой проблемой, которая встанет у них на пути. Прилив приходит и уходит, когда ему заблагорассудится, и именно тогда Ёритомо больше всего обрадовала мысль о том, чтобы взять искру из внутреннего пламени горы.

“Путеводная звезда моего неба? Есть успехи?” Ёритомо обернулся и увидел, что его жена внимательно изучает свиток.

“О, я тебя кое-куда приведу.” Проворчала Линьмэй. “Тише, я думаю!” В течение нескольких часов они следовали по её карте, написанной на языке Островов, на котором говорили до Падения Ками — родовом языке кумори. В течение нескольких часов тайны острова загоняли ее в тупик: ворота волнорезы, запечатанные для входа, древние дороги, заросшие травой, и множество тупиковых туннелей, ведущих в горы. Затем на них напали стражи острова, и гнев Линьмэй действительно начал закипать. К тому времени, как они добрались до этой комнаты, знойная погода казалась приятной по сравнению с ней.

В центре комнаты лежал черный валун, широкий, как речная лодка, и блестящий, как полированное серебро. На его плоской поверхности были вырезаны изображения двух больших ками и третьего поменьше. Их окружали две дюжины сфер с незнакомыми символами, организованными без малейшего смысла. Наверху, под прозрачным кварцевым куполом, виднелось озеро кипящей магмы. Болезненно-оранжевое свечение магмы освещало каменные столы, прилавки и сундуки, скудно расставленные на гладком мраморном полу. Но обстановка не имела значения: этот камень был единственным, что стояло между Ёритомо и его добычей.

“На твоей карте есть какой-нибудь ключ, чтобы открыть его?” Ёритомо был рад присутствию своей жены, потому что ее дар к загадкам и шифрам уже привел их так далеко. В самом сердце горы скрывались тайны огня и земли, которые могли открыть только самые смелые.

“Что-то вроде ключа. Это звездная карта из самых дальних путешествий наших предков. Мы не можем видеть эти части неба с Островов Пряностей и Шелка, поэтому я не знакома с этими звездами.” объяснила Линьмэй, отводя руку Ёритомо от сфер. “Но я проследила точки на карте, чтобы представить созвездия на камне, и это не работает.”

“Разве это не Небесный Столп Мвенеты?” Предположила Кудака, глядя на созвездия.

“Ну конечно!” Глаза Линьмэй расширились, потом сузились. Ёритомо видел этот взгляд много раз за последние несколько лет. Скоро она вскроет печать. “Конечно, юг на самом верху!”

Линьмэй перевернула карту вверх ногами и начала деловито вычерчивать новые созвездия.

“Фу-Мо-То! Фу-Мо-То! Фу-Мо-То!” новая группа монахов появилась из пещеры позади них. Один из них шагнул вперед — гора а не человек, по сравнению с которым, даже огромный Ёримото который казался карликом.

“Вам здесь не место.” проревел он.

Это был их чемпион!

Ёритомо ухмыльнулся своей самой пугающей улыбкой. Кудака закатала зеленые льняные рукава. Линьмэй даже не отвлеклась от своих дел с черным камнем. Монах глубоко присел в лошадиной стойке. В комнате воцарилась тишина.

Кудака прошептала молитву, затем вытянула вперед руки. Штормовой ветер пронесся мимо Ёритомо к монахам, которые закричали и разлетелись, как чайки, прогнанные с палубы корабля.

Однако Фумото остался невозмутим.

Ёритомо сделал два шага и скользнул к монаху, позволяя ветрам Кудаки нести его. Проскользив между ног монаха, он нанес удар, который большинство сочло бы бесчестным — или, по крайней мере, неприличным— и проворно перекатился, чтобы нанести удар по задней части ноги, который заставил монаха упасть на колени. Ветры Кудаки внезапно прекратились, и руки Ёритомо обхватили голову и горло монаха, сжимая их с силой бушующей реки.

Секундой позже, огромный монах лежал без сознания на каменном полу.

“Не могу поверить, что это сработало.” Ёритомо ухмыльнулся. Он повернулся к остальным монахам, которые вздрогнули при виде его безупречных боевых навыков. Кудака жестом подняла бурю, и монахи немедленно обратились в бегство. Теперь комната была пуста, но, подобно назойливым морским птицам, монахи скоро осмелеют и вернутся, чтобы попытаться снова.

“На некоторых из нас это не подействовало бы так хорошо.” Фыркнула Кудака.

“Я прекрасно понимаю, когда рядом со мной женщина, Кудака.” - ответил Еритомо. “Вот почему меня никогда не застают в расплох!”

“Мы знаем, что ты не можешь устоять перед красивым лицом, муж.” Линьмэй закатила глаза.

“Никто не сможет превзойти меня, жена, какой бы красивой она ни была.” Нахально ответил Ёритомо.

“Даже так называемая Принцесса Пиратов?” Насмешка Линьмей оказалась сильнее, чем ожидалось.

“Это было дело!” Ёритомо запнулся, с потрясением, написанным на его лице.

Он подошел к ней так близко, что их разделяла только карта. Он осторожно смахнул сажу с ее лица, позволив ее непревзойденной красоте вновь засиять. Они встретились взглядами и на мгновение обменялись тайной улыбкой. Затем она отстранилась, возобновив работу с циферблатом.

“Мы просто выпили, чтобы отпраздновать соглашение.” Продолжил Ёритомо. “Немного хвастовства о том, как мы захватили корабль Саамраджья, затем короткая прогулка в Киртинарамто, чтобы доказать это хвастовство, затем еще немного спиртного, которое мы украли, охота на акул, а затем немного праздничного ликера. Остальное — после этого...туманно, но я знаю, что между нами ничего не было.”

Так называемой Принцессой Пиратов была Дамаянти из Королевства Слоновой Кости, также известная как Дамаянти Рыжая. Некоторые утверждают, что она обладает флотом больше, чем у Ёритомо, но это зависит от того, какие корабли считать, и они вряд ли могут претендовать на то, чтобы соперничать с храбростью Богомола!

“Ёритомо, сердце—”

“Да, сердце может сбить с пути истинного, но если бы что-то случилось, ты бы об этом знала.” Еритомо взглянул на нее своим самым искренним взглядом. Она закатила глаза, как привыкла это делать.

“Ты просто дурак. Смотри!” Линьмэй схватил его за широкий подбородок и повернул голову к мандале. Там, где стояло изображение ками земли, в его скалистом торсе открылась полость, открывая рычаг. Глаза Еритомо загорелись.

Линьмэй протянула руку к груди фигуры и потянула за рычаг. Гигантский тюлень на валуне развернулся и изрыгнул гневную волну жара по краям. Он открылся, чтобы показать нефрит небесной памяти: Сердце Горы.

Оно было прекрасно — плоский диск из красного нефрита, отполированный до прозрачности, почти такой же большой, как развернутый свиток. С этим сокровищем доблесть, храбрость и честь Клана Богомолов больше нельзя будет игнорировать. Богомолов будут знать не как преступников и пиратов, а как равных в глазах Императора. Это исправит все обиды, нанесенные предкам Ёритомо, и они больше не будут забыты как бесчестные изгнанники.

Ёритомо протянул руку и взял Сердце.

“Ёритомо, подожди! Не хватай …”

Но предупреждение Кудаки опоздало! Тошнотворный хруст привлек все взгляды к кварцевому куполу над головой, где медленно начала расползаться большая трещина. Линьмэй и Кудака в унисон раздраженно посмотрели на Ёритомо, и даже Капитан Капитанов вздрогнул — но только слегка. Ёритомо сунул Сердце в сумку.

“Нам нужно бежать, сейчас же.” Линьмэй указала вниз по туннелю. Ёритомо кивнул и побежал за ней, а Кудака всегда был рядом. Через минуту бега по пещере они достигли развилки туннеля.

Линьмэй остановилась и посмотрела на карту, которую, как ей показалось, она точно помнила. К сожалению, так оно и было. “Этого туннеля даже нет на карте!”

“Свежий воздух, сюда!” Кудака махнула рукой вправо. Громкий грохот эхом разнесся по туннелю, и под ногами у них пробежала сильная дрожь, как будто под ними пронеслось что-то большое. “Пошли!”

Позади них вспыхнуло жуткое оранжевое свечение. Через несколько мгновений густой черный дым заполнил туннель, и вскоре все трое кашляли и хрипели. После нескольких сложных изгибов и поворотов они достигли воздушной шахты.

Отверстие было небольшим, но Линьмэй и Кудака пролезли достаточно легко. После немалого количества рывков широкоплечая фигура Ёритомо тоже пролезла сквозь него. Они искали убежища на скалистом выступе, который простирался над водой залива, где их ждал Яростный Ветер. Внезапно из воздушной шахты вырвался взрыв лавы, проложив огненную дорожку к воде.

Свежий, прохладный воздух никогда еще не был таким сладким. Ёритомо ничего так не хотел, как мирно лежать рядом с этими двумя женщинами, держа в руках их добычу. Они могли любоваться узкой бухтой, огибающей западный склон горы, и пить чистую воду, пока не лопнут желудки. К несчастью, у них оставалось всего несколько минут до того, как сбежавшие монахи обойдут их и догонят. По обе стороны волнореза, вдоль входа в бухту, уже суетились другие монахи. Внизу, слева от Ёритомо, Яростный Ветер был на половине паруса. Через несколько мгновений он миновал бы выступ, на котором они стояли.

“Линьмей, как ты себя чувствуешь?” Гора изрыгала черный дым. Скоро ворота из бухты закроются для них.

Она глубоко вздохнула и посмотрела на него.

“Как будто ты всё это не продумал.”

“Но нам нужно пройти через эти ворота.”

Кудака указал на столб дыма. “Я думаю, что эти ворота — наименьшая из наших проблем.” Она выплюнула комок черного пепла на камни. “Дети Теняма, Кагу-цучи и Рюдзин'ре воют именно так. Ни один из них не прислушается ко мне.”

Ёритомо затянул завязку на своей сумке. Его стремление возвысить свой клан до более высокого статуса вело его вперед, и он с радостью взял бы на себя любой риск, чтобы привести свой народ к этому будущему. Но если они не доживут до этого, будет ли победа стоить такой цены? Стоила ли эта тайна, которую он теперь хранил в своей сумке, жизни Линьмэй или Кудаки?

Линьмэй облокотилась на камень, все еще выкашливая пепел из легких и стряхивая пыль с кимоно. Кудака закрыла глаза и пыталась успокоить дыхание. Ёритомо держался так, словно побег из взорвавшейся горы был не более чем легкой пробежкой, но его мышцы сильно болели. Его решимость и храбрость помогли им получить сердце в свои руки, но его жена была права: он никогда не думал об этом. Теперь им нужен был план. “Моя бесстрашная и хитрая жена, как ты думаешь, как нам лучше всего покинуть эту скалу?”

“Почему бы тебе не попросить Дамаянти Рыжую решить эту проблему за тебя?” Прошипела Линьмэй.

“Что? Ничего не было! Это было деловое соглашение!” Сказал Ёритомо.

“Я знаю, черт возьми! Линьмэй затаила дыхание и поднялась на ноги, чтобы предстать перед ним. “Вот из-за этого я и злюсь! Как ты позволил ей снова обвести себя вокруг пальца на таких плохих условиях? Ты должен был посоветоваться со мной!”

“А что плохого в наших условиях? Они согласились о совместном рейде на Бухту Сварамар. Оставить им Пролив Кайлаш было более чем справедливо!” Ёритомо ответил на том же тоне.

“Совместные рейды означают, что мы будем сражаться с ними так же часто, как и без них! А Пролив Кайлаш дает им прямой доступ к Венкарским Островам, которые являются землей их предков — мы могли бы получить гораздо лучшую сделку за доступа к ним! Линьмэй сердито посмотрела на мужа. “Именно так мы и оказываемся в подобных ситуациях.”

Так они продолжали спорить, в течение нескольких минут. Когда эти двое ссорились, как говорила Кудака, лучше всего было просто сидеть сложа руки и позволить им выплеснуть свой конфликт. К счастью, такие ссоры обычно не происходят на разгневанной горе.

“Линмей, прошу.” Наконец взмолился Еритомо. “Можем мы разбираться с одной проблемой за раз?”

Вздох Линмэй был громким и полным разочарования.

“Хорошо. Я могу провести нас через ворота, только не выпускай корабль из бухты.” Она ткнула пальцем ему в грудь. “В следующий раз, когда будешь вести дела, сначала веди их со мной. Я не хочу, чтобы ты потерял весь флот из-за своей бравады.” Она повернулась к горам и юркнула в одну из пещер.

“Ты не можешь указывать мне, что делать!” Крикнул ей вслед Ёритомо, уперев руки в бока. “Я даймё!” Но Линьмэй уже ушла. Ёритомо и Кудака стояли рядом, ожидая, когда Яростный Ветер пройдет под скалистым выступом.

“Не говори ничего.” Предупредил Еритомо. Долгие мгновения прошли в молчании, пока их великолепное судно не показалось в поле зрения. Яростный Ветер был чудесен — гибрид гайдзина и Рокугани, построенный по собственному проекту Ёритомо. Его киль уходил в воду глубже, чем у большинства кораблей Рокугани, но Ёритомо получил устойчивость и маневренность, которым позавидовал бы любой капитан. Пять широких зеленых квадратных парусов могли превратить легкий бриз в невероятную скорость, особенно с помощью Кудаки.

“Почти как пересекать Залив Темной Воды в безоблачную погоду.” Она ухмыльнулась про себя, но он заметил.

“Мне так повезло, что в моем браке есть такой адвокат, как ты.”

Кудака сделала утрированный поклон.

Корабль проплывал прямо под ними. Ёритомо помахал рукой своему любимому кузену, лихому Бёки, который помогал румпельной команде на корме корабля вести его вдоль скал.

“Твои старые кости выдержат этот прыжок, или мне придется нести тебя?”

Кудака плюнула под ноги Ёритомо и спрыгнула со скалы. Ёритомо последовал за ней, тяжело приземлившись и покатившись по палубе. Кудака приземлилась через несколько мгновений после него, легко, как будто сошла с повозки. Вдвоём они подошли к Бёки, верному товарищу по команде крепкими руками, умело управлвшему кораблем в их отсутствие.

“А где Линьмэй?” Спросил Бёки. “И что мы будем делать с волнорезными воротами? Они уже закрываются, мы ни за что не успеем вовремя.”

“Просто держи нас подальше от скал, кузен, и двигайся как можно быстрее.” Ёритомо хлопнул верного Бёки по плечу. “Линьмэй раскроет ворота.”

Кудака встала за ними, глядя поверх Яростный Ветер, общаясь с ками, воющими по ту сторону залива. Теперь, когда она снова оказалась в воде, она выглядела гораздо сильнее. Ёритомо осторожно положил руку ей на спину, не желая прерывать ее движения пальцев и бормотание молитвы. Вода в заливе была более бурной, чем следовало бы, словно длинная полоса шипастой брони.

Кудака посмотрела на Ёритомо широко раскрытыми от страха глазами.

Через мгновение гора взревела, как тигр! Из её вершины вырывались оранжевые и черные дуги. Валуны и брызги лавы посыпались вниз, как залп огненных стрел. Вода разбивалась и брызгала перед кораблем, когда валуны размером с замок врезались в бухту и заполнили ее дымом, огнем и камнем. Сквозь дымку небо сияло, как мрачный закат.

“Кудака!” Крикнул Ёритомо, когда корабль накренился под ним. Оставшись без видимости, корабль несся навстречу новым каменным опасностям, сбивая экипаж с ног и разрывая затвердевшее дерево корпуса. Кудака обернулась и отчаянно двигала руками в надежде привлечь внимание ками, но никто не ответил. Команда изо всех сил пыталась подняться на ноги. Они выглядели испуганными. Что бы Кудака ни попыталась сделать, это сработает не достаточно быстро.

“Команды корпуса вниз!” Ёритомо выкрикивал приказы с непререкаемым авторитетом командира. “Главный парус на полную мощность, остальные спустить!” При звуке его голоса команда перестала бояться и подчинилась приказу Ёритомо. Он вскочил на кормовую мачту, надеясь подняться над туманом и определить направление движения.

Со своего возвышения Ёритомо мог видеть ворота, уже закрывшиеся на треть. Они всё ещё были в три раза дальше, чем полёт стрелы, которую Еритомо мог выпустить. Линьмэй нужно было торопиться. Корабль содрогнулся, отскочив от очередной скалы, и Ёритомо чуть не ослабил хватку. Он осмотрел то, что мог видеть в воде. Если они будут держаться левой стороны, то скоро выйдут из скал и тумана.

“Бёки! Тридцать градусов по левому борту!” Крикнул внизу Ёритомо.

Яростный Ветер повернул по его команде под послушной рукой Беки. Затем гора снова взорвалась. Поток лавы рванулся по воздуху к кораблю, и на мгновение все, что мог видеть Ёритомо, были красные полосы над ним.

“Спускайтесь вниз!” Крикнул Ёритомо. “Всем немедленно спуститься вниз!” Он перестроился, укрывшись за мачтой, в то время как расплавленная жижа облила палубу, а воздух наполнился паром. Вихрь ветра вокруг Кудаки разогнал едкий дым; она была в безопасности, и теперь Ёритомо мог ясно видеть. Корабль шел свободно, без контроля на румпеле. Расплавленный огонь запятнал палубу, и грот-мачта была охвачена пламенем. Крики мужчин и женщин, не успевших укрыться, заполнили уши Еритомо. Он знал, что нужно делать, поэтому схватил веревку и спустился на палубу.

Но оранжевая струя заполнила его поле зрения, и лицо наполнялось болью. Трос оборвался, и Ёритомо рухнул на палубу, схватившись за лицо, когда его охватила агония.

Бёки крикнул капитану, выходя из относительной безопасности внизу. Кудака плеснула в лицо Ёритомо ведром воды, и тонкая полоска лавы на его правом боку вспыхнула и исчезла. Он стер шелушащуюся корку и попытался моргнуть с болью в голове. Кожа натянулась и онемела, а зрение затуманилось.

“Насколько все плохо?” Спросил Ёритомо у Кудаки.

“Ты просто стал немного красивее.” Кудака помогла ему подняться. “Жить будешь?”

Ёритомо поморщился, но кивнул. Кудака взяла обгоревшую веревку из его рук. “Хорошо. Я займусь этим позже. Твоя жена убьет тебя, если мы не выберемся отсюда. Вернемся к делу, капитан.”

Свежий шрам только усилил усмешку Ёритомо. Все еще пылая, корабль наконец-то вынырнул из тумана, но их сбило с курса, и они неслись к краю бухты. Если кто-то немедленно не возьмет на румпель, они разобьются. Корабль свободно покачивался, как разъяренная змея, объятая пламенем.

“Всем занять свои места!” Приказал Ёритомо. “Пожарные команды, дайте воды на румпель! Погасите грот, пока мы его не потеряли, и дайте полную скорость!” Бёки схватил пустое ведро Кудаки и бросился его наполнять. Но Ёритомо знал, что ждать некогда.

Он перепрыгнул через остывающую лаву, едва не обжегшись, схватился за дальний конец румпеля и рванул изо всех сил. Стараясь не обращать внимания на жгучую боль в ладонях, он наклонился вперед, напрягая все свое тело, чтобы выровнять корабль. Но руль не поддавался. Ёритомо закричал от боли и напряжения, направляя все свое самолюбие, гордость, хитрость и все остальное против мятежного течения.

Румпель шевельнулся.

Корабль начал выпрямляться, но затем ударился о скалу, и ноги Ёритомо заскользили по палубе. На мгновение румпель начал поворачиваться назад, чтобы следовать за течением. Перед ними вырисовывалась громадная скалистая стена. Но пока его руки кровоточили на румпеле, к ним присоединилась еще одна пара — Бёки положил свою руку рядом с капитанской, и их плоть горела вместе. Потом еще одна пара рук, и еще одна.

“Это еще не конец!” Крик Ёритомо был обращен не только к экипажу, но и к самому себе. Он глубоко вздохнул и постарался сосредоточиться на шуме отчаявшейся команды позади него. Он сделал один шаг, бросая вызов самодовольным Льву, Журавлю, Фениксу и даже самураям Скорпиона, которые стоял над ним, насмехаясь над Богомолом, говоря ему, что он недостоин. Он бросил вызов убийцам, захватившим его семью, самозванцу, которого много лет называл отцом. Он бросал вызов тем, кто посягал на честь его народа. Движимый преданностью своей команды, он заставил румпель подчиниться его воле. Он бросил вызов всем тем, кто стоял на его пути и говорил ему, что нельзя делать. Затем он увидел Линьмэй, краткий облик своей жены, кормящей ребенка и изучающей старую книгу. Ёритомо крякнул от напряжения, делая последний шаг к ней, и румпель выровнялся.

Корабль снова вышел на ворота волнореза. Кудака вернулась с мокрыми одеялами, чтобы потушить оставшееся пламя на румпеле, а свежие матросы сменили тех, кто возился с Ёритомо. Ноги капитана подкосились, и он сел на палубу в мгновенном изнеможении. Он уставился на свои руки, почерневшие и обожженные, и почувствовал, как на лице появился шрам. Он сжал кулаки, позволяя боли питать его волю к жизни. Чтобы увидеть, возвышение Богомола.

“Кузен, мы возле волнореза!” Крикнул Бёки.

Ёритомо вздохнул и встал. Ворота были почти закрыты, и они запрут их задолго до того, как они доберутся до них. Монахи зажигали свои стрелы и высовывали их — ряды крошечных огоньков, похожих на свечи в святилище. Они будут в пределах досягаемости в течение нескольких минут.

“Поднимите паруса.” Крикнул Еритомо. “Я хочу, чтобы мы двигались как можно быстрее!”

“Кузен, а что насчет этих ворот?” Бёки был искренне обеспокоен. “Возможно, мы могли бы вернуться в пещеру и переждать извержение.”

“Линьмэй придёт.” Еритомо стоял и смотрел, как волнорез приближается. Теперь он мог разглядеть в деталях лица отдельных монахов, не закрывая заплывшего глаза.

Ворота были в нескольких секундах от закрытия, когда вход внезапно наполнился тысячью пронзительных криков. Черное облако вырвалось из-за склона горы и потянулось к волнорезу, двигаясь слишком быстро, чтобы быть дымом. Команда дружно ахнула.

“Кудака, что это?” Бёки указал на неестественное черное облако.

“Это не я.” Пожала плечами Кудака, снова обратив свое внимание на воду.

“Это моя жена.” Ёритомо улыбнулся так сильно, что кожа на его правой щеке потрескалась. Она была великолепна. Их дети наверняка будут править всем Рокуганом.

Бёки с удивлением уставился на него.

Облако-которое-не-было-дымом ударило, как хлыст, расширяясь, сжимаясь, изгибаясь, поворачиваясь. Оно хлынуло через ворота волнореза, и монахи закричали и прыгнули в воду, чтобы избежать его. Оно пронзительно завизжало в небе, как миллион обреченных сердитых душ — летучих мышей. А потом по Бёки ахнул от узнавания. “А, комори!”

“Да!” Ёритомо рассмеялся, забыв о своей боли. “Как и в сказках, ёкай, которые помогли нашему предку Кайметсу-уё выжить на островах.”

Ворота теперь были очищены от монахов, так что летучие мыши, прогнавшие их, рассеялись по окрестным скалам. Все, на середине корабля притихли на палубе, где густой рой тварей кружился подобно водяному смерчу. Ёритомо сбросил с румпеля обгоревшее одеяло и вошел в облако. Когда летучие мыши рассеялись, Ёритомо стоял, обняв жену. Экипаж был в ужасе, но все же у них хватило здравого смысла поблагодарить женщину, которая помогла им спастись.

“Приготовиться к столкновению!” Крикнул Беки. Ёритомо схватился за веревку и вцепился в жену. Яростный Ветер ворвался в незапертые ворота. Корабль содрогнулся, но ворота открылись. Они были свободны. Среди команды раздались радостные возгласы.

“Линьмэй.” Начал Ёритомо, убирая с ее лица выбившуюся прядь волос. “Я был не прав, ведя наши дела с Дамаянти без твоего совета.”

Линьмэй отвернулась и посмотрела на юг.

Ёритомо прижался лбом к ее лбу. “Это больше не повторится. Я клянусь в этом.”

Линьмэй посмотрела на него и подняла бровь.

Глаза Ёритомо были полны озорства. “В конце концов, как ты собираешься доказать, что ты хотя бы наполовину такой же хороший переговорщик, как я, если все дела останутся за мной?”

Линьмэй притянула к себе Ёритомо и поцеловала его.

“Знаешь, самка богомола съедает голову самца после спаривания.” заметила Кудака.

Ёритомо ухмыльнулся. Они собирались выбраться отсюда живыми. Во всяком случае, большинство из них.

“Давай-ка наполним ветром наши паруса, Кудака.”

“Это еще не конец.” Предупредила Кудака.

Печальный звук наполнил бухту позади них, хотя Ёритомо не мог сказать, был ли это рог из деревни монаха или сама гора, когда она бушевал до небес. Затем снизу донесся глубокий, оглушительный, раскалывающий землю треск. Ёритомо наблюдал, как их скорость, проходя мимо берега замедлилась, они остановились, а затем, как это ни странно, они начали двигаться назад.

“Кудака?” Ёритомо надеялся, что он ошибается.

Её глаза расширились. “Водоворот!”

“Нам нужен ветер!” Крикнул Ёритомо, натягивая веревку, чтобы расправить паруса пошире. “Поднять паруса, держи нас впереди прилива!”

Паруса Яростного Ветра раздувались, когда силы Кудаки наполняли их, противодействуя обратному притяжению водоворота. Корабль медленно полз вперед. Ёритомо и Линьмэй работали как один разум, подгоняя паруса и поворачивая их, чтобы поймать самый сильный ветер, отчаянно пытаясь удержаться против течения, тащившего их к верной гибели. Бёки стоял у руля, поддерживая их на плаву, насколько это было возможно, пока море поднималось против них. Даже грот-мачта, испещренная дырами от брызг лавы, сделала свое дело. В течение долгих минут они трудились, ориентиры по обе стороны корабля оставались неподвижными.

Снова раздался вой, деревья затряслись, камни покатились вниз. Затем течение изменилось, и резкий ветер рванулся вперед, как стрела из лука. Аплодисменты раздались рано, когда корабль задел скальное образование. Потом еще один камень. Они двигались слишком быстро, чтобы избежать всех опасностей!

Но внезапно скалы исчезли под водой. Приказы Ёритомо были заглушены треском ломающихся деревьев и журчанием воды. Ёритомо оглянулся. Он не мог видеть остров. Вода за его спиной была выше, чем корабль.

“Цунами!” Крикнул Ёритомо, перекрикивая рёв воды. “Спустить паруса, как в штормовых условиях! Вытяните леера!” Пока Ёритомо повторял свои инструкции, Линьмэй связала его, себя и Кудаку. Тенкиндзя прошептала молитву морским богам, чтобы они благополучно добрались до дома.

Когда волна проходила под ними, она раскачивала и раскачивала Яростный Ветер, как будто он был сделан из бумаги. Корабль качался в яме позади волны, погружаясь, пока у Ёритомо не заложило уши. Его желудок переворачивался, пока он не почувствовал тошноту. Затем они начали подниматься, так быстро, что даже его опытные морские ноги болели, просто стоя прямо. Затем море наконец выровнялось, и они оказались в Заливе Чёрной Воды, остров позади них был уже маленьким. Даже гора казалась вдвое меньше, чем несколько мгновений назад. Тонкая струйка дыма и светящиеся полосы лавы по бокам делали его похожим на тигра. Того, от которого они едва спаслись.

Ёритомо стоял рядом с Кудакой на корме, и они вдвоем смотрели на горизонт. “Эту волну не могло вызвать землетрясение, не так ли, Кудака?”

“Трудно сказать.” Она слегка поникла. “Никогда не бывает легко увидеть, к чему приведут твои действия. Это все равно что пытаться увидеть рябь от камня, брошенного в неспокойную воду. А ты любишь бросать камни.”

Линьмэй подошла к Ёритомо, и он крепко обнял ее. После долгой паузы она разорвала объятия, чтобы провести по краю ожога на его правому глазу и щеке. Он криво улыбнулся ей. Он надеялся, что шрам был таким же ярким, как он себе представлял. Ощущался он, конечно, ужасно.

Затем Линьмэй открыла свою сумку и достала нефритовый диск. Она расправила карту, разложила ее и повернула под углом, чтобы поймать свет. Отфильтрованные через специфический красный цвет уникального нефрита, появились совершенно новые символы и изображения. Когда Кудака присоединился к ним над картой, возникла новая загадка. Вместе они разгадают эти загадки и откроют тайны всех одиннадцати миров. А дальше, кто знает? Возможно, они даже завершат свои поиски, чтобы возвысить Богомола и присоединиться к Великим Кланам Рокугана!

Дети, сидевшие возле скамейки, с минуту сидели молча. Но мгновение прошло, и один из них разразился вопросом, прорвав плотину для остальных.:

“Разве Ёритомо не получил свой шрам на дуэли с Уминеко?”

“Насколько больно было обжечься?”

“А где сейчас этот диск из красного нефрита?”

Глаза детей блестели от возбуждения.

Бёки крутанул блюдо, которое держал в руках, как диск из красного нефрита, и изобразил, как бросает его в море, мягко раскачивая взад-вперед, когда оно погружается под невидимые волны. “Мы потеряли его, когда сражались с морским пауком. Кудака бросила его в глаз, чтобы ослепить его, помнишь? Он упал в водоворот и утонул вместе с чудовищем. Я думаю, что он все еще там, внизу, сокровище, ожидающее, когда какой-нибудь новый герой найдет его. Может быть, это будешь ты! А теперь займитесь своими делами.”

Дети разошлись шумной толпой, и Линмэй подошла к Бёки. “Это была отличная сказка, которую ты сочинил для детей. Они будут просить, чтобы я превратилась в облако или летучую мышь в течение нескольких дней, и я не буду благодарить за это.”

Бёки улыбнулся, потирая огненный шрам на его ладони. “Ну, они нуждаются в такого рода историй. Разжигает огонь в их животах, заставляет их хотеть найти свое собственное сокровище. Палубный тральщик не становится капитаном за год. Кучка пиратов не становится самурайским кланом за десять лет. И это легко расслабиться на этом пути. Даже наш чемпион любит хорошую сказку, напоминающую ему, за чем он гонится. В конце концов, мы не можем опозорить память всех, кто не сделал этого, расслабившись сейчас, не так ли?”