Первый год Мексики при АМЛО

Солнечным утром в мае прошлого года мексиканцы прогуливались мимо ряда легковых, грузовых и бронированных автомобилей на территории Лос-Пинос, старой президентской резиденции, которая теперь открыта для публики. Они глазели на Фольксваген Жук и позировали для фото перед Ламборджини Мурсьелаго. Автомобили, принадлежащие мексиканскому правительству (некоторые предназначались для служебного пользования, некоторые были изъяты у преступных организаций), ожидали аукциона. «Не может быть богатого правительства и бедных людей», - повторил Андрес Мануэль Лопес Обрадор (АМЛО) в ходе предвыборной кампании. Теперь он был президентом, и эта продажа символизировала новый порядок. Доходы от продажи предназначались для беднейших муниципалитетов страны. Даже правительственное агентство, ответственное за аукцион, получило новое название: Instituto para Devolverle al Pueblo lo Robado (Институт по возвращению награбленного людям).

Пока машины стояли в ожидании аукциона, они покрывались пылью и грязью, ведь Мехико, расположенное в долине на высоте более 2 км над уровнем моря, притягивает к себе различные загрязнения. Буквально за неделю до этого город практически закрылся на несколько дней из-за чрезвычайной ситуации, когда к обычным для него выхлопным газам и промышленным стокам прибавилась высокая температура, отсутствие осадков и продолжающиеся пожары. На скопившейся на окне Корвета Стингрей грязи кто-то написал гомофобное оскорбление, адресованное последнему президенту Энрике Пенья Ньето. Через несколько дней машины исчезли. Аукцион принес казне более миллиона долларов.

Целью продажи была демонстрация политических амбиций нового президента. Мало кто сомневается в решимости АМЛО преобразовать свою страну. Еще до вступления он представлял свой срок в исторических терминах, назвав его «Четвертой трансформацией», после обретения Мексикой независимости, периода либеральных реформ 1855-1861 годов и Мексиканской революции. Хотя АМЛО никогда не давал точного определения Четвертой трансформации, он использует ее для описания возвращения национальной гордости, политического проекта по координации президентства с народной волей и создания общественного движения, которое могло бы покончить со старой партийной системой, социальным неравенством и экономическим статус-кво.

АМЛО быстро приступил к изменениям. Старые программы и службы были расформированы, а на их место пришла новая социальная политика. Расходы, считающиеся расточительными, были списаны, а освободившееся бюджетные средства перенаправлены. Государственным органам задали новые приоритеты развития. Президентское Движение национального возрождения (МОРЕНА) получила абсолютное большинство в Конгрессе. Популярность АМЛО остается достаточно высокой, даже несмотря на критику: его рейтинг одобрения снизился с 80% сразу после избрания до 65% после первого года у власти.

АМЛО является четвертым президентом (и первым представителем левого фланга) с конца 2000 года, не принадлежащим к Революционно-Институциональной партии, которая правила страной 70 лет. Приблизительно через год после вступления в должность рейтинг одобрения президента незначительно отличается от показателей его более консервативных предшественников. При этом итоги их правления – Висенте Фокса, Фелипе Кальдерона и Энрике Пенья Ньето считаются довольно неудачными. По сути, именно их негативное наследие позволило АМЛО стать президентом. Но чтобы его администрация преуспела, АМЛО должен будет сделать жизнь лучше для большинства мексиканцев. Для этого ему необходимо уменьшить коррупцию, добиться снижения экономического неравенства и обеспечить безопасность. Однако в каждой из этих областей есть основания для беспокойства по поводу способности АМЛО добиться значительного прогресса.

Во время своей предвыборной кампании АМЛО много критиковал самый символичный инфраструктурный проект предыдущей администрации – Новый международный аэропорт Мехико. К тому времени строительство было завершено на 20% и было освоено примерно 60% выделенных средств. АМЛО считал, что проект слишком дорогой и связан с коррупцией, поэтому он предложил несколько альтернатив, в том числе отмену строительства, проведение аудита или приватизацию. Будучи избранным президентом, чуть более чем за месяц до вступления в должность президента АМЛО передал решение народу, организовав всенародный референдум. Хотя опрос за опросом показывал, что большинство мексиканцев хотели, чтобы строительство продолжалось, референдум дал противоположный результат: 70%проголосовали за отмену проекта и строительство меньшего по размеру аэропорта на военной базе Санта-Люсия.

Но референдум был проведен с рядом нарушений. Прежде всего, будучи избранным, но еще не действующим президентом, АМЛО не имел права объявлять референдум. В голосовании участвовал всего 1,1 млн человек – чуть больше 1% зарегистрированных избирателей. Больше всего избирательных участков было открыто в местах, где президентская партия МОРЕНА получила высокие результаты. В течение нескольких недель, предшествовавших голосованию, оно было оспорено рядом исков. Они набирали обороты до середины октября, когда правительство АМЛО приняло решение реклассифицировать голосование как вопрос национальной безопасности, чтобы остановить то, что он назвал «правовым саботажем». Суды были вынуждены согласиться. Председатель Верховного суда Артуро Сальдивар Лело де Ларреа, близкий союзник АМЛО, сразу же уволил одного судью Хорхе Артуро Камеру Окампо, который выступал против референдума. По состоянию на ноябрь, официальное расследование предполагаемой коррупции при строительстве аэропорта, так и не было открыто.

Случай с аэропортом иллюстрирует как центральную роль борьбы с коррупцией в программе АМЛО, так и избирательный характер ее реализации. Вместо того, чтобы полагаться на институциональные гарантии, АМЛО ожидает, что люди будут верить, что его намерения и намерения тех, кто его окружает, являются благими. Он описывает свой подход как «республиканскую экономию» - моральный императив, против привилегий мексиканской элиты, против dispendio (расточительности), против злоупотребления государственными средствами и безудержной коррупции. Он также представлен в качестве альтернативы неолиберальной модели, в которой страна живет с 1980-х годов: приватизации государственных активов, жесткой экономии и недемократической связи между экономической и политической властью, которая сопровождаются неутешительными показателями роста. Предполагается, что республиканская экономия поставит политическую власть на службу обычным мексиканцам, особенно самым бедным. Это означает бережливое, компетентное и честное правительство, работающее над созданием более справедливой и инклюзивной экономики.

Решение АМЛО выставить на торги принадлежащие правительству роскошные автомобили и открыть резиденцию президента для публики является реализацией республиканской экономии на практике. Он также решил продать президентский самолет и летать эконом-классом, сократить свою зарплату на 40%, снизить зарплаты высокопоставленным госслужащим, отменить пожизненные пенсии для бывших президентов и распустить Estado Mayor Presidencial (мексиканский аналог президентской гвардии).

Вопрос в том, являются ли эти жесты скорее символическими, чем содержательными. Критики АМЛО считают, что его наиболее важные решения могут оказаться контрпродуктивными. Отмена строительства аэропорта, по словам исследователя Аны Таис Мартинес, может обойтись мексиканским налогоплательщикам в миллиарды. Сокращение заработной платы государственных служащих может затруднить привлечение талантов, необходимых для эффективной работы правительства. А без институциональных гарантий не ясно, сможет ли антикоррупционная политика действительно сократить коррупционные практики. Решение летать эконом-классом является мощным символом его стремления жить скромно, но это не меняет политическую экономию старого порядка.

Существует определенная ирония в том, чтобы сделать республиканскую экономию альтернативой неолиберализму, учитывая, что экономия была отличительной чертой неолиберальной экономической политики, проводимой предыдущими администрациями. Но правительство АМЛО подчеркивает, что республиканская экономия не означает сокращение государственных расходов, а скорее перераспределение бюджетных средств, чтобы помочь наиболее нуждающимся. В прошлом повышение государственных расходов в Мексике способствовало крайне неравномерному распределению доходов в стране. Для АМЛО сокращение коррупции и растрат - прекращение практики, которая позволяла чиновникам, имеющим доступ к государственным ресурсам, жить по стандартам, значительно превышающим стандарты большинства мексиканцев, - является ключевым компонентом восстановления доверия к правительству.

Когда АМЛО был близок к победе на президентских выборах 2006 года (он настаивал на том, что проиграл из-за мошенничества, но так и не смог доказать это), его оппоненты часто сравнивали его с другими так называемыми левыми «популистами» в Латинской Америке и сразу вспоминали Уго Чавеса, доказывая, что победа АМЛО приведет к будущей экономической безответственности и возможному кризису. Но республиканская экономия значительно отличается от абсолютно неустойчивых методов Венесуэлы. Например, в настоящее время в Мексике не говорится о национализации частных предприятий, а также не наблюдается резкого увеличения государственных расходов. Первый год правления АМЛО характеризовался макроэкономической дисциплиной. Фактически, его правительство по возможности избегало необходимых налоговых и институциональных реформ, которые сделали бы экономическую модель Мексики даже умеренно прогрессивной. В настоящее время его правительство только перемещает существующие ресурсы, а не генерирует новые.

Эти перераспределения не обошлись без проблем. Сокращение субсидий для сектора здравоохранения привело к нехватке лекарств и персонала в государственных больницах. Сокращение заработной платы и увольнение персонала в таких службах как Sistema de Administración Tributaria (мексиканский аналог налоговой службы) ослабили и без того скудные возможности по сбору налогов.

Правительство также преобразовало ряд существующих социальных программ. Оно заменило программы денежных переводов с условиями получения на прямые денежные пособия, особенно для молодежи, пожилых людей и инвалидов. Хотя бюджет на социальные программы был увеличен, по состоянию на третий квартал 2019 года правительство израсходовало свои ассигнования примерно на 2,5 млрд. долларов в таких ключевых областях, как безработица среди молодежи. В других случаях денежные ассигнования были недостаточными для замены утраченных пособий, как, например, предоставление бесплатных детсадов для бедных матерей, которое было заменено выплатой одной семье в размере 42 долларов в месяц.

Денежные пособия являются символом попытки правительства поставить социальное равенство в центр государственной политики. Но они могут потенциально стать новой основой для одного из самых оспариваемых аспектов старой системы: клиентилистской политики. Нет четко определенных и прозрачных реестров получателей пособий. В 2019 году денежные средства были выданы без какого-либо надзора или регулирования, и в 2020 году такие надзор и регулирование всё ещё отсутствовали. И, по крайней мере, на данный момент, имеется мало свидетельств того, что изменения дают результаты. Jóvenes Construyendo el Futuro, ведущий проект АМЛО, направленный на обеспечение занятости среди молодежи, не привел к уменьшению числа людей в возрасте от 18 до 29 лет, которые не работают и не учатся в школе. Через десять месяцев, когда в программе приняли участие около миллиона человек, она смогла помочь найти работу лишь 15 000 человек.

Более позитивным событием на рынке труда в прошлом году стало увеличение минимальной заработной платы в стране с примерно 4,39 долларов в день до примерно 5 долларов. В приграничном регионе, который является более богатым и промышленно развитым, минимальная заработная плата практически удвоилась, почти до 9 долларов в день. Это привело к оживлению среди рабочих. После объявления об увеличении минимальной зарплаты по промышленному сектору прокатилась волна диких стачек, которая привела к заключению новых контрактов и повышению оплаты труда десятков тысяч рабочих. Юрист по трудовым делам Сусана Прието Терразас, ставшая символическим лидером забастовок, сравнила их с «арабской весной»: «Я всегда мечтала, - сказала она, - что рабочие проснутся и начнут бороться, и это произошло». Администрация АМЛО заняла нейтральную позицию в отношении забастовок, что заметно отличается от враждебности предыдущих правительств к действиям рабочих. По всей стране возросла покупательная способность рабочей силы и возросло потребление, что объясняет некоторую устойчивую популярность АМЛО.

В остальном же экономические сигналы довольно тревожные. Темпы роста замедляются и, вероятно, упадут практически до нуля в 2019 году. Столкнувшись с перспективой роста, близкого к нулю, АМЛО сказал: «Даже если нашим противникам это не понравится, рецессии не будет». Указывая на распределение доходов, он сказал, что его администрация заботится о росте, но больше заботится о развитии. Но низкий рост затруднит перераспределение. Карлос Мануэль Урсуа Масиас, известный прогрессивный экономист, который занимал пост министра финансов АМЛО около семи месяцев, выразил обеспокоенность по поводу безразличия президента к технической экспертизе. В своем письмо об отставке он написал: «Я убежден, что вся экономическая политика должна проводиться на основе доказательств…Однако за время моего пребывания в должности такое убеждение не нашло отклика».

И хотя существуют значительные различия в экономическом подходе, есть некоторые отголоски политической ситуации «боливарианских» стран в политике президента. АМЛО долгое время обвинял «властную мафию» в бедах страны, описывая элиты разговорным словом fifi (означает «роскошный»). Но это не помешало ему обратиться за помощью к самым богатым людям страны. Когда в начале 2019 года инвестиции в частный сектор, по-видимому, замедлились, а Трамп выступил с угрозами введения тарифов на мексиканские товары в июне, АМЛО отреагировал обращением к некоторым из самых богатых граждан страны. Мексиканский совет предпринимателей объединился с президентом в оппозиции к возможным тарифам. Карлос Слим и Рикардо Салинас Плиего, двое самых богатых мексиканцев, публично выступили с АМЛО и заявили о своей заинтересованности в сотрудничестве с правительством в реализации крупных инфраструктурных проектов.

Для того, чтобы описать АМЛО, лучше подходит фраза "народный националист, борющийся с технократией и глобализацией", нежели фраза "левый популист" С тех пор как он стал оппозиционным политиком, он неоднократно настаивал на превращении государственной нефтяной компании Pemex в двигатель развития страны. Другие его фирменные проекты - аэропорт в Санта-Люсии, нефтеперерабатывающий завод в Дос-Бокасе и проект железной дороги вокруг археологических памятников майа на Юкатане Tren Maya («Поезд Майа») - все это свидетельствует о ностальгии по «эре стабилизирующегося развития» Мексики, связанной с сильным ростом в середине 20 века. Но условия - и приоритеты - сегодня не те, что были когда-то. Джулия Карабиас Лилло, одна из самых уважаемых экологов в стране, считает «Поезд Майа» моделью «антиэкотуризма»: массивная, высокоинтенсивная, не уважающая природную среду, без социальной функции и не затрагивающая местные сообщества. Со своей стороны, АМЛО уволил тех, кто выразил озабоченность по поводу поезда, в том числе ученых, экологов и представителей коренных народов, назвав их «оторванными от народа».

AMLO выиграл выборы в немалой степени из-за разочарования мексиканского народа предшествующими правительствами. Помимо коррупции и неравномерного развития существующая карательная стратегия милитаризации для борьбы с насилием и организованной преступностью считается провальной. Общественная безопасность в Мексике достигла отчаянного уровня: число убийств, связанных с преступностью, приближается к четверти миллиона с 2006 года, по меньшей мере 40 000 человек пропали без вести. Участие армейских сил в работе полиции привело к серьезным нарушениям прав человека. Во время своей кампании АМЛО пообещал радикальное изменение направления, включая постепенное возвращение военных в казармы, легализацию наркотиков, правосудие переходного периода и выборочную амнистию. Он настаивал на том, что его политика по борьбе с коррупцией в правительстве и экономическим неравенством приведет к снижению уровня преступности.

Однако в течение первого года полномочий АМЛО уровень убийств фактически увеличился. За первые десять месяцев 2019 года было совершено около 30 000 убийств - рекордное количество. Это в значительной степени является следствием провальной политики администраций Кальдерона и Пенья-Ньето. Но со временем АМЛО придется взять на себя ответственность за кризис. Это окажется нелегкой задачей. В частности, одна новая политическая мера создает тревожный прецедент: в июле АМЛО учредил Национальную гвардию. Она представляет собой гибрид военных и полицейских сил, который во многих отношениях выглядит как продолжение военизированного подхода «войны с наркотиками».

В некоторых частях страны преступные группировки достаточно сильны, и мексиканскому правительству не хватает эффективной государственной власти. В октябре прошлого года в городе Кулиакан, штат Синалоа, правительство было вынуждено освободить Овидио Гусмана Лопеса - одного из сыновей наркобарона Хоакина «Эль Чапо» Гусмана - после его ареста вооруженными силами. Сразу после задержания члены организации «Эль-Чапо» картеля Синалоа перекрыли автомагистрали, подожгли автомобили и создали в городе хаос, в результате которого погибли девять человек. Столкнувшись с угрозой картеля, федеральное правительство решило освободить Гусмана. После его освобождения доверие к преступной стратегии правительства упало.

Попытка ареста была, с одной стороны, просто плохо спланированной операцией, но она также поднимает важные вопросы о политике безопасности АМЛО. Случай в Кулиакане повторяет наиболее критикуемые аспекты предыдущей политики: «обезглавливать» картели, убивая или задерживая их лидеров, вместо того, чтобы сосредоточить столь необходимое внимание на менее зрелищных, но, в конечном счете, более эффективных подходах, таких как ликвидация преступных сетей на среднем уровене, развертывание агрессивной финансовой разведки против отмывания денег и, прежде всего, обязательство провести полноценную реформу полиции и системы правосудия.

Это также указывает на проблемы, с которыми АМЛО сталкивается в международной среде, особенно в отношении своего северного соседа. После жестокого убийства девяти членов семьи мормонов в северной Мексике в начале ноября многие как в Мексике, так и в Соединенных Штатах стали называть политику АМЛО «abrazos, no balazos» («объятия, а не пули») неудачной. 5 ноября Трамп написал в Твиттере: «Наступило время для Мексики с помощью Соединенных Штатов начать войну против наркокартелей и стереть их с лица земли». У АМЛО есть основания серьезно относиться к капризам Трампа. При помощи угроз ввести тарифы на мексиканские товары, Трамп смог получить соглашение, в рамках которого Мексика усилила меры по препятствованию нелегальной миграции не только на своих двух границах, но и на всей своей территории. В результате давления Трампа администрация АМЛО отказалась от краткосрочной политики выдачи разрешений на работу мигрантам и заняла более жесткую позицию в отношении миграции, прежде всего путем мобилизации около 25 000 военнослужащих Национальной гвардии для прекращения потока мигрантов и ограничения движения мигрантов на мексиканской территории (например, запрет на пересечение южной границы штата Чьяпас).

Как утверждает антрополог Клаудио Ломниц, это резкое изменение политики стало доказательством необратимого факта интеграции в Северную Америку: Мексика была эффективно принуждена к развертыванию войск против мигрантов из Центральной Америки для обеспечения непрерывной торговли с Соединенными Штатами. Эта интеграция, конечно, асимметричная. Как отметил репортер Иоан Грилло, например, в мексиканских картелях используется оружие, произведенное в США, и было бы гораздо легче бороться с картелями, если бы оружие было менее доступно. Но эта тема едва ли поднимается в Соединенных Штатах, даже среди сторонников более строгого контроля над оружием.

В отличие от Гватемалы, Гондураса и Сальвадора, Мексика неоднократно отказывалась выполнить требование США подписать соглашение «о безопасной третьей стране», в соответствии с котором мигранты сначала должны обратиться за убежищем в первой посещенной ими стране (и получить там отказ), прежде чем просить убежища в Соединенных Штатах. Тем не менее, принятие в январе 2019 года Протоколов о защите мигрантов (MPP) в Соединенных Штатах - так называемая программа «Оставайся в Мексике», согласно которой мигранты, обратившиеся с просьбой о предоставлении убежища в Соединенных Штатах, отправляются обратно в Мексику ждать ответа на их заявления - превратил Мексику в де-факто безопасную третью страну. В результате MPP, около 60 000 мигрантов в настоящее время оказались в мексиканских городах вдоль границы. Большинство из них живут в крайне опасных условиях и являются объектами вымогательства, кражи и похищения людей. Эти условия способствовали всплеску беспрецедентных в мексиканской общественной жизни антииммигрантских настроений.

До сих пор остается только один компонент первоначального набора мер политики АМЛО, направленного на создание альтернативы: продвижение плана регионального развития для Центральной Америки, призванного устранить некоторые из коренных причин миграции. С практической и этической точки зрения такой региональный подход кажется неизбежным; с изменением климата приток мигрантов из Центральной Америки в Мексику и США в долгосрочной перспективе, вероятно, только увеличится. Но общая тенденция ясна: под давлением Мексика стала полноправным партнером агрессивной позиции правительства США в отношении миграции.

АМЛО был избран с восторженной поддержкой большей части мексиканских левых. Что же левого в его политике после первого года у власти? Его наиболее очевидная левая черта — это критика мексиканской олигархии и попытка переосмыслить отношения между политической и экономической властью. В отличие от большинства мексиканских политиков последних десятилетий, АМЛО уже давно критикует концентрацию богатства и ресурсов в элите. Но несмотря на критику социального исключения его подход страдает существенными недостатками. Например, его интенсивное внимание к политической коррупции может создать впечатление, что помимо нее существует ряд экономических отношений, которые, по сути, справедливы. Акцент на коррупции рискует отвлечь левую политическую программу от того, что должно быть ее основной целью: создание эгалитарной политической экономии, способной трансформировать распределение материальных ресурсов. В экономической программе АМЛО отсутствуют основные инструменты для такого перераспределения, включая необходимые налоговые реформы.

Программа АМЛО по социально-экономическому развитию страны страдает от еще одного укоренившегося недостатка: ее акцента на добычу, переработку и потребление нефти, который оправдывается под лозунгом «энергетического суверенитета». Чистые, возобновляемые источники энергии полностью отсутствуют в его планах, в то время как экологически неблагоприятные крупные проекты, такие как «Поезд Майа» и нефтеперерабатывающий завод Дос Бокас, занимают центральное место. Вызывает также беспокойство тот факт, что АМЛО, похоже, не проводит различий между критикой, основанной на добросовестности и недобросовестности, и в качестве политического проекта Четвертой трансформации предпочитает укреплять президентское лидерство как инструмент народной воли.

Хотя его внешняя политика имеет, возможно, прогрессивные элементы – вроде предложения вести переговоры между Николасом Мадуро и Хуаном Гуайдо, когда оба претендовали на пост президента Венесуэлы, или предоставления убежища бывшему президенту Боливии Эво Моралесу после того, как боливийские военные вынудили его покинуть свой пост в ноябре, - АМЛО не продемонстрировал никакого видения мировой политики в таких вопросах, как изменение климата, миграция и экономическая политика. Одной из главных целей внешней политики его администрации была, как это ни парадоксально, борьба за сохранение принципов внешней торговли НАФТА (в настоящее время в форме нового соглашения USMCA). Будет трудно положить конец неолиберализму, если внутренняя политика не будет сопровождаться аналогичным подходом в международной политике. АМЛО неоднократно настаивал на том, что «лучшая внешняя политика — это иметь хорошую внутреннюю политику». Но без левого подхода к глобальным вопросам правительство АМЛО просто унаследовало некоторые из наиболее символичных программ предыдущих администраций, выступающих за свободную торговлю, не предлагая альтернативу.

Когда АМЛО вступил в должность, появилось чувство надежды, энтузиазма и обновления. Спустя год растёт ощущение беспокойства по поводу того, что Четвертая трансформация не обеспечивает перемен, в которых так отчаянно нуждаются мексиканцы. На данный момент политической оппозиции АМЛО, по сути, не существует. У нее нет лидеров, нет идей, нет поддержки. Но МОРЕНА и АМЛО, которые настаивают на том, что планируют долгосрочную трансформацию Мексики, должны быть более смелыми, умными и более ответственными, чтобы добиться успеха. Хавьер Сицилья, поэт и лидер Движения жертв за мир, справедливость и достоинство, чей сын был убит в 2011 году, высказал обеспокоенность многих: «Мы не хотим, чтобы Четвертая трансформация провалилась, и мы не ее враги », - сказал он в ноябре. «Ведь если она провалится, то ничего не останется».

Оригинал: Dissent Magazine

Авторы: Умберто Бек, Карлос Браво Регидор, Патрик Ибер

Перевел: Ян Веселов

P. S. Подписывайтесь на наш канал в Телеграмме. Если Вы хотите поблагодарить и материально простимулировать авторов канала, у нас есть Яндекс кошелёк для пожертвований.