Голоса евангелистов, мозги католиков
Католики составляют непропорционально большую часть интеллигенции религиозных правых. Несмотря на то, что они составляют всего пятую часть населения США (а белых католиков еще меньше – всего 12% населения), католики сохраняют за собой лидирующие позиции в консервативных аналитических центрах, университетах и профессиональных организациях. В Верховном суде США четыре из пяти судей [1], назначенных президентами-республиканцами, являются католиками, несмотря на то, что важной часть электоральной базы Республиканской партии являются евангелисты.
Чтобы понять, почему в Верховном суде так много католиков и как они, в некотором смысле, стали мозгом американского консерватизма, мы должны обратить внимание на историю католического образования в США.
Появление Католической церкви в Америке связано с последовательными волнами миграции из Ирландии, Германии, Польши и Мексики. Мигранты-католики столкнулись со стойким притеснением со стороны протестантского большинства. В 1834 году, толпа протестантов сожгла Урсулинский монастырь [2] возле Бостона, что было лишь одним из крайних примеров народных предрассудков американцев в отношении католиков.
В силу своей европейской ориентации, Католическая церковь, мягко говоря, очень прохладно относилась к либерализму, демократии и разделению церкви и государства. В 19 веке Ватикан чувствовал, что находится под осадой со стороны республиканцев во Франции, где государство отбирало церковную землю и собственность, а также националистов в Италии, где объединение страны привело к утрате влияния Папского государства. Именно в этом контексте стоит понимать Первый Ватиканский собор, на котором Папа Римский был признан непогрешимым. Несмотря на то, что эта доктрина довольно редко использовалась церковью, она символизировала несовместимость консервативного католичества с республиканством и секуляризмом. С 1600-х по 1948 год [3] Ватикан публиковал «Индекс запрещенных книг» для мирян, среди которых были работы Баруха Спинозы, Томаса Гоббса, Дэвида Юма, Джона Локка, Мартин Лютера, Виктора Гюго, Александра Дюма и Никколо Макиавелли. В 20 веке к ним были добавлены и другие авторы, вроде Жан-Поля Сартра и Симоны де Бовуар.
Конечно, многие американские католики зачастую игнорировали эти запреты. И некоторые американские священнослужители считали, что католичество должно адаптироваться к ценностям их новой родины. Но католические иерархи и, особенно, Ватикан, оставались противниками либерализма. В своей энциклике [4] «Testem Benevolentiae Nostrae» (1899) Папа Лев XIII осудил американизм и призвал ошибкой стремление «Церкви в Америке быть не такой, как в остальном мире». Страх республиканства и секуляризма частично привел к тому, что американские католики создали для себя отдельные организации: католические клубы, профсоюзы и благотворительные учреждения.
И что самое важное, они создали систему приходских школ, которая отдельно обучала детей католиков. Некоторые из этих школ стали известны своим высоким качеством образования. Одной из таких является Джорджтаунская старшая подготовительная школа, выпускниками которой являются недавно назначенный в Верховный суд Бретт Кавано и председатель Федеральной резервной системы Джером Пауэлл.
Католические ордена также основали собственную университеты по всей стране. В 1789 году был основан Джорджтаунский университет, в 1842 – университет Нотр-Дам, в 1863 – Бостонский колледж. А в 1870, 1869 и 1929 соответственно, при них были открыты школы права, в которых господствовали консервативные идеи. Сперва католические университеты были известны своими футбольными командами, а не учеными. Но после Второй мировой войны они стали важными центрами интеллектуальной жизни США. Послевоенный акцент на «иудеохристианских ценностях» привел к более толерантному отношению к американскими католикам. А идеи, которые Папа Лев XIII осудил как «Американизм», распространились в этих университетах.
Рождение современного консервативного движения совпало с послевоенным ростом католических университетов. В 1955 году католиком Уильямом Бакли был основан важнейший для этого движения журнал National Review. Его постоянными авторами стали обратившийся в католичество Рассел Кирк, католик Джеймс Бёрнем и получивший иезуитское образование Гарри Уиллис. Разумеется, эти авторы не представляли всех католиков, многие из которых голосовали за Демократическую партию, состояли в профсоюзах и придерживались либеральных идей. Однако группа Бакли отражала идеи, популярные среди католического духовенства, будь то ненависть к коммунизму, противодействие разделению церкви и государства, абортам и сексуальной революции.
Когда в 1970-х произошла политическая мобилизация евангелистов, которые объявили «культурную войну» против секуляризма, они позабыли о своей долгой неприязни к католичеству и обратились за помощью к консервативным католикам. В отличие от евангелистов, они могли использовать исследовательские университеты, правовые, юридические, медицинские и бизнес-школы, а также другие научные институты для борьбы с секуляризмом. Евангелисты же с подозрением относились к высшему образованию (что можно проследить, как минимум, до «Обезьяньего процесса» [5] 1925 года), поэтому у них было очень мало институций в этой сфере. Существовали семинарии и библейские колледжи, но их целью было обращение других в свою веру и обучение священнослужителей и, а не интеллектуалов.
Одним важным исключением была попытка евангелистского теолога Карла Генри в 1950-х создать конкурента Йелю и Гарварду (не говоря уж о Джорджтауне и Нотр-Даме). Но он так и не смог собрать необходимых 300 миллионов долларов. Спонсоры боялись, что университет будет меньше времени уделять миссионерской деятельности, которую они считали более важной. Существовали также споры относительно того, должны ли быть разрешены алкоголь и показ фильмов на территории университета. У евангелистов никогда не была централизованной инстанции, которая могла бы уладить подобные споры, да и строгий надзор над интеллектуальными принципами никогда не был приоритетом для традиции, в которой основные идеи христианства являлись, скорее, делом сердца, нежели ума. Евангелистских школ права и аспирантских программ даже сейчас крайне мало. Иронично, что традиция, столь преданная ликвидации безграмотности, считала образование потенциальной угрозой.
Таким образом, католики предоставили непропорционально большое количество интеллектуалов и профессионалов для движения религиозных правых, а евангелисты обеспечили его массами и электоратом. В отличие от еврейских интеллектуалов, которые группировались вокруг неоконсервативных [6] публикаций, католики были более надежны в культурных вопросах, вроде абортов. Весьма иронично, что католический университет Нотр-Дама стал одним из главных центров исторических исследований евангелизма. В 1994 году влиятельные историк и евангелист Марк Нолл назвал «скандалом» нехватку строгой интеллектуальной активности среди евангелистов. Десять лет спустя он одобрил «растущее взаимодействие между евангелистами и католиками», которое позволило «улучшить использование евангелистами своего ума».
Тяжело сказать, как долго продлится этот альянс между католиками и евангелистами в американской политике, но он остается прочным. Достаточно посмотреть на номинирование католика Кавано в Верховный суд. Получив одобрение Сената, он заменит на этом посту Энтони Кеннеди, другого католика, и сохранит консервативное большинство в Верховном суде. 3 из 4 претендентов на место Кеннеди также являются католиками.
Католическая интеллектуальная жизнь в США не является исключительно консервативной, да и сам католический консерватизм иногда не отражает традиционное разделение на правых и левых (в частности, в вопросах миграции и смертной казни). Но факт остается фактом: католических интеллектуалов непропорционально много в американском консервативном движении. Благодаря своему отделению от других групп из-за гонений и инвестиции в высшие учебные заведения, католики стали мозгом религиозных правых в США.
[1] Вполне возможно, что и все 5, т. к. Нил Горсуч был воспитан в католичестве, но позже стал прихожанином Епископальной церкви
[2] Католическая женская монашеская конгрегация
[3] А официально это практика закончилась в 1966 году после Второго Ватиканского собора
[4] Папское послание мирянам или епископам по важнейшим социально-политическим, религиозным и нравственным вопросам
[5] The State of Tennessee v. John Thomas Scopes или Суд над Скопсом – судебный процесс над школьным учителем Томасом Скопсом, который был обвинен в преподавании теории эволюции, что было запрещено т. н. «Законом Батлера» в штате Теннесси. Скоупс был признан виновным, но позже приговор был отменен. Процесс активно освещался в прессе и привел к большой дискуссии внутри американского христианства
[6] Движение левых (преимущественно, еврейских) интеллектуалов, разочаровавшихся в политике Демократической партии и требующих более агрессивного подхода во внешней политике (противодействия СССР), а позже перенявших более праве взгляды и на внутреннюю политику
Оригинал: Aeon
Автор: Джин Зубович
Перевел: Ян Веселов