Он изменил экшн навсегда (не в лучшую сторону): обзор фильмографии Пола Гринграсса

Больше всего режиссерская карьера Пола Гринграсса напоминает творческий путь другого модного фильммейкера, добившегося успеха приблизительно через 10 лет после того, как это удалось Гринграссу. Речь о Дени Вильнёве. И тот, и другой были малоизвестными нишевыми фильммейкерам; один снимал малозаметное кино в Великобритании, второй - в Канаде. Оба находились в рамках своих ниш, долго, 12-15 лет, пока не сняли ставшее фестивальным хитом кино. Для Гринграсса таким прорывом было «Кровавое воскресенье», для Вильнёва - «Пожары». После чего оба получили предложение поставить голливудский проект второго эшелона, для британца им стало «Превосходство Борна», в карьере Вильнёва аналогичное место заняли «Пленницы». После чего всё завертелось…

Ключевым отличием Гринграсса от Вильнёва является то, что первый действительно изменил киноиндустрию и переписал правила съемки экшна в Голливуде. В этом отношении британец гораздо ближе другому уроженцу Альбиона, Кристоферу Нолану. Первый сделал для прямолинейного боевика то же, что второй для супергероики. Два десятилетия спустя стало очевидно, что влияние, которое оба фильммейкера оказали на киноиндустрию, было далеко не «спасительным». Но в отличие от Нолана и Вильнёва, Гринграсса я могу назвать хорошим ремесленником и интересным автором, который действительно принес в Голливуд что-то новое (пусть это новое оказалось на долгой дистанции сомнительным), а не скомпилировал существующие ранее визуальные стили.

Середина 2000-х была кризисным временем для голливудского боевика. С одной стороны, «большой стиль» а-ля Джон Ву или Майкл Бэи ощутимо выдохся, публика подустала от пиротехники и рапида, хотя сказать, что бигбадабум куда-то исчез с экранов мультиплексов было бы очень сильным преувеличением. Но в «серьезном экшне» наметилась тенденция поиска нового киноязыка, нового стиля, который сделал бы боевик если не Great Again, то хотя бы кинематографически интересным и более натуралистичным. По этому пути пошлю классики жанра, начавшие свою карьеру еще в 80-х. Так, Майкл Манн сделал на ставку на естественное освещение, обеспечивающие невиданный ранее реализм картинки при сохранении голливудского сторителлинга («Соучастник», «Полиция Майами»). Тони Скотт пошел иным путём, изобретя эстетику «кислотного экшна» в «Гневе» и «Домино», поставив на рекордное количество монтажных склеек и избыточное применение светофильтров. Где-то посередине между ними оказался Пол Гринграсс, который хоть и уступал талантами и Манну, и Скотту, причём существенно, смог тем не менее создать новый язык голливудского боевика, поддававшийся копированию. Он взял эпилептический монтаж и светофильтровое безумие фильмов Скотта и объединил его с натурализмом Манна, хоть и добился последнего иными средствами, чем автор «Схватки» и «Соучастника». Его ноу-хау стала съемка экшна ручной камерой максимально крупными планами, что вместе с бодрым монтажом вернуло боевику ощущение реальности и жесткости. К сожалению, несмотря на то, что за Гринграссом в 2000-х и первой половине 2010-х пошли многие, включая продюсеров и режиссеров бондианы, чего-то столь же естественного и впечатляющего, как у режиссера «Превосходства» и «Ультиматума», не получилось ни у кого.

Это еще один обзор, написанный при спонсорской поддержке читателя «Справочника кинопижона» Ильи Параскуна, за который я хочу его искренне поблагодарить. Признаться, ждал реквест на обзор фильмографии Гринграсса почти два года, начиная с того момента когда пошли «заказы» на Нолана, Снайдера и прочих Гаев Ричи. Всё-таки для Голливуда 21 века Гринграсс - фигура не менее важная, чем перечисленные выше акторы.

Ниже полный обзор кинотеатральной фильмографии Пола Гринграсса, состоящей в настоящий момент из 12 полнометражных лент. Четыре снятые им для телевидения фильма рассматриваться не будут.

Воскресшие (Resurrected), 1989

Полнометражный дебют Гринграсса, попавший в конкурсную программу Берлинского кинофестиваля, представляет собой скучную драму о ПТСР и дедовщине в британских вооруженных силах на фоне событий Фолклендской войны. Снято всё просто и, я бы даже сказал, под очевидным влиянием кинематографа Кена Лоуча. Вот только, в отличие от последнего, умевшего расставлять акценты не самым очевидным образом, дебют Гринграсса ощущается настолько типовой драмой, что найти в неи хоть что-то авторское оказывается задачей нетривиальной. Главный плюс ленты - исполнивший центральную роль Дэвид Тьюлис, который здесь еще очень молод, но уже демонстрирует могучую актерскую игру.

Теория полета (The Theory of Flight), 1998

Девять лет и три телефильма спустя Гринграсс получает возможность снять второй полнометражный фильм для кинотеатров. Увы, но «Теория полета» оказалась даже слабее дебюта. От британского кино не ждёшь чисто голливудской воодушевляющей истории о нестандартной дружбе/любови с участием неконвенциональных персонажей. Да, на «Оскаре» такое любят(ли) и не скупятся(лись) на номинации для актеров, играющих персонажей с серьезным физическими недугами, превознемогающих свою ограниченность, но от британского кино обычно ждёшь чего-то прямо противоположного. Как и дебюте, в «Теории полёта» главным аттракционом и единственной причиной смотреть это конъюнктурное недоразумение стал актерский перфоманс: на этот раз отличилась Хелена Бонэм Картер. О её партнере по съемочной площадке, Кеннете Брана, подобного сказать не получается.

Кровавое воскресенье (Bloody Sunday), 2002

До 2002-го Пол Гринграсс был британским режиссером второго, если не третьего эшелона, снимавшим низкобюджетное телекино для BBC, но его третий фильм, «Кровавое воскресенье», вывел постановщика на новый уровень и фактически открыл его миру. Нельзя сказать, что у него получился шедевр на все времена, но тот факт, что «Кровавое воскресенье» - это, пожалуй, первый авторский фильм в карьере режиссера, стоит принять во внимание. Его фирменный визуальный стиль только начал формироваться, но в сравнении с первыми двумя кинотеатральными проектами можно сказать, что он есть. Конечно, «Кровавое воскресенье» вряд ли привлекло бы к себе много внимания, если бы фильм не получил главный приз Берлинского кинофестиваля в 2002-м, что, в свою очередь, вряд ли было бы возможным, не возьмись режиссёр за постановку ленты об очередном трагическом эпизоде британо-ирландских отношений (такое на фестивалях в 2000-х любили). При всём сказанном снят третий фильм Гринграсса на порядок интереснее первых двух.

Превосходство Борна (The Bourne Supremacy), 2004

Голливудский дебют британского режиссера, который вряд ли бы стал возможным, если бы не предшествовавший ему фестивальный триумф «Кровавого воскресенья». «Превосходство Борна» - один из редких сиквелов, превзошедших оригинал, что, впрочем, было делом не таким уж трудным, так как кино Дага Лаймана было не только случайным хитом, но и посредственным фильмом, успех которого остается для меня большой загадкой. Гринграсс добавил в формулу оригинала стиль, определивший в будущем облик франшизы, сделав ставку на погружение зрителя в события с помощью съемки ручной камерой, многочисленных монтажных склеек, а также стилизации визуала под документальную съемку в том виде, в котором последняя воспринималась в середине 2000-х. Данный подход сработал, и «Превосходство Борна» сделало для зашедшего в тупик голливудского экшна, примерно то же, что и «Бэтмэн.Начало» Нолана для супергероики годом спустя.

Потерянный рейс (United 93), 2006

В 2006-м к пятилетию событий 11-го сентября 2001-го было снято сразу два фильма. Если «Башни-близнецы» Оливера Стоуна оказались совсем уж беззубыми, то «Потерянный реис» Гринграсса был гораздо более внятным зрелищем. Другое дело, что это лучшее, что можно сказать о фильме. В Голливуде не очень любят кино о провалах, поэтому, даже снимая о событиях 11 сентября, выбрали истории личного героизма. Гринграсс остановился на истории рейса 93, не долетевшего до своей цели и, по официальной версии, упавшего из-за восстания пассажиров против захватчиков. Проблема в том, что в качестве воодушевляющего кино, каким задумывался «Потерянный рейс», данный фильм не работает. Гринграсс максимально стилизует происходящее под докудраму, что становится и самым слабым место фильма. Он точно фиксирует события (или их публичную версию), добиваясь высокого эффекта погружения, но при этом получившееся зрелище не вызывает совершенно никакой эмпатии. Голая констанция фактов (или «фактов»), где все заранее предрешено, и никто из персонажей не вызывает никаких эмоций.

Ультиматум Борна (The Bourne Ultimatum), 2007

Если уж речь ранее зашла о Нолане, то трудно не провести следующую параллель: если «Превосходство Борна» было «Бэтменом: начало» Гринграсса, а «Потерянный рейс» - «Престижем», то «Ультиматум Борна» - его «Темный рыцарь». Самый крупный хит в карьере, самый сильно повлиявший на кинопроцесс фильм, а также лучшая его работа с точки зрения режиссуры. Существенным отличием снятого Гринграссом от супергероики Нолана является то обстоятельство, что «Ультиматум Борна» действительно хорош. Не шедевр, но экшн в котором сюжетный материал и фирменный стиль режиссера достигли того уровня синергии, шанс добиться которой составляет один из тысячи. «Ультиматум Борна» - далеко не умное шпионское кино, хоть и воспринимается таковым значительной частью зрителей; Гринграсс, в отличие от упоминавшегося выше Нолана, и не пытается умничать. Вместо этого идёт ва-банк, снимая ультимативный экшн (простите за каламбур) в своем стиле, полностью полагаясь на последний. И это сработало.

Не брать живым (Green Zone), 2010

В отличие от Нолана, которому удалось закрепить успех и стать фильммейкером, каждый фильм которого независимо от жанра и сценария собирает свои сотни миллионов в прокате, Гринграсс не смог воспользоваться триумфальным «Ультиматумом». Провал случился уже на его следующем фильме, где он распоряжался почти аналогичным бюджетом, что и тремя годами ранее, а главную роль вновь исполнил Мэтт Деймон. Зритель, как и критики, «Не брать живым» не приняли. Проблема оказалась в том, что Гринграсс снял очень несвоевременное кино. Несвоевременное потому, что с середины 2000-х Голливуд активно снимал кино о вторжении Ирак и лжи администрации Буша, и к в 2010-му подобный контент всем поднадоел. Во-вторых, в 2010-м состав тел в белом доме полностью сменился, и вспоминать былое стало уже не актуально. Были проблемы и у самого фильма, в котором по-прежнему энергичный стиль Гринграсса вступил в противоречие с откровенно наивным сценарием, где ставшие уже мемами истории об оружии массового поражения воспринимается персонажами всерьез, а отсутствие последнего воспринимается, как откровение. Для боевика маловато экшна, для военной драмы слишком банально и наивно.

Капитан Филлипс (Captain Phillips), 2013

«Капитан Филлипс» оказался в коммерческом смысле более успешным проектом, чем «Не брать живым», но при этом даже более слабым фильмом. Гринграсс повторил трюк с «Потерянным рейсом»: взял реальную историю (на этот раз о захвате американского судна сомалийскими пиратами) и на её основе поставил относительно бодрый экшн-триллер. Проблема в том, что в «Капитане Филлипсе» гораздо более остро и очевидно, чем ранее ощущается диссонанс между стилем и сценарием. Если первый остался тем же, то и в борниане и «Рейсе», то скрипт на этот раз настолько неправдоподобен и типичен для воодушевляющих голливудских фликов, основанных на реальных историях, что закрыть на это глаза уже не получается. Такое кино должен был снимать Спилберг, у него могла бы получиться хорошая сказка о личном героизме. Гринграсс выдал сюжетно-визуальное месиво.

Джейсон Борн (Jason Bourne), 2016

В 2016-м Гринграсс возвращается во франшизу, сделавшую его режиссером первого эшелона, и лучше бы он этого не делал, поскольку «Джейсон Борн» оказался его худшим фильм в принципе. Более того, это один из тех «блокбастеров» 2016-го, благодаря которому общеупотребимым стало слово «сиквелит». Понятно, что студия Universal очень не хотела отпускать столь прибыльную франшизу, а после неудачи со спин-офом, единственным разумным решением казалось вернуть Гринграсса и Деймона, но вот дать им хоть сколько-нибудь внятный сценарий продюсеры не смогли. Получился усталый выход на бис, где режиссер выдал почти то же, что и раньше, но откровенно безвдохновенно и «на автомате».

Утёйа, 22 июля (22 July), 2018

Серия творческих неудач Гринграсса продолжилась и в следующем фильме. На этот раз режиссер решил снять что-то серьезное, вернувшись в эпоху «Кровавого воскресенья» и «Потерянного рейса» и поставив реконструкцию терактов Брейвика. Однако, не получилось. Снятый для Netflix фильм оказался не просто максимально скучен и безыдеен: Гринграсс в очередной раз воссоздает на экране «официальную» хронологию событии, но делает это так, что никаких эмоций ни Брейвик, ни его жертвы не вызывают, но еще и жертвует своим фирменным стилем. Итогом стали бессмысленная трата ресурсов и кино не менее провальное, чем предшествовавший ему «Джейсон Борн», хотя и по совсем иным причинам.

Новости со всех концов света (News of the World), 2020

После трех откровенно слабых и бессмысленных фильмом подряд Гринграсс постепенно возвращается в форму. Первой ласточкой карьерного ревайвала стал явно вдохновленным «Искателями» Джона Форма вестерн с Томом Хэнксом. Режиссер слегка упрощает свои стиль, делая его более спокойным и менее рваным, но не отказывается от акцента на создание эффекта присутствия, который в рамках вестерна неожиданно работает очень неплохо. Если в «Капитане Филлипсе», другом совместном проекте Гринграсса и Хэнкса, был явный передоз «документальности», вызывающий желание не досмотреть фильм, а прочитать что ли статью в википедии или найти репортажи о событии (всё толку больше), то в «Новостях со всех концов света» у Гринграсса получилось гармонично совместить жанровый сценарий со своим стилем.

Школьный автобус (The Lost Bus), 2025

Аналогичное можно сказать и в отношении следующего, двенадцатого фильма Гринграсса, последнего на момент написания данного обзора. Режиссер вновь вдохновляется реальной истории и снимает простое кино с отличным эффектом погружения. На этот раз он выбрал отличную историю (не сценарий, к которому есть вопросы относительно схематичности и упрощения, а именно историю), оптимально подходящую под его фирменный стиль. «Школьный автобус» - фильм-катастрофа, но фильм-катастрофа приземленный и максимально натуралистический. Гринграсс погружает зрителя в эпицентр лесного пожара в пригородах Лос-Анджелеса, добиваясь того эффекта опасности, который практически покинул городо- и континето-разрушительные кинокатастрофы последней четверти века. У масштаба есть обратная сторона - отсутствие ощущения реальности, которое Гринграссу в этом фильме удалось вернуть в жанр.