50 субъективно лучших военных лент со всего мира. Часть 3

Предфинальная часть топа лучших (анти)военных фильмов.

25 место: Пятая печать (Az ötödik pecsét), 1976, режиссер - Золтан Фабри

Моральная дилемма, становящаяся из спекулятивной приложимой к реальности. Фильм Золтана Фабри не зря напоминает своим названием одну из самых известных лент Бергмана, так как режиссер следует за последним в постановке морально-этических вопросов. Однако, на мой взгляд, в этом фильме заметно превосходит очень многое из снятого шведом. Во многом потому, что помещает абстрактное в реальный военно-исторический контекст.

24 место: Иди и смотри (1985), режиссер - Элем Климов

Интересный факт: «Иди и смотри» долгое время занимал первое место в рейтинге лучших фильмов по версии Letterboxd (потом там изменили формулу подсчета рейтинга, и сейчас кино Климова переместилось на третье место, уступив «Харакири» Кобаяси и «12 разгневанным мужчинам» Люмета). Величайшим достижением кинематографа «Иди и смотри» назвать не могу, но в сравнении с другим вечным «номером один», «Побегом из Шоушенка», фильм выглядит действительно выигрышно. Ставка на погружение в военный контекст в шоковых аспектах сработала на 10 из 10.

23 место: Самый долгий день Японии (Nihon no ichiban nagai hi), 1967, режиссер - Кихати Окамото

Уникальный суперпродакшн из Японии. Название отсылает к прославленному голливудскому фильму 62-го, но Окамото снял кино о большом историческом событии с множеством сюжетных линий, но сделал это настолько камерно, насколько было возможно. Действие происходит в августе 45-го накануне капитуляции Японии, когда группа офицеров-милитаристов планирует coup d'etat, целью которого является продолжение войны. Естественно, неудачный. Окамото снял фильм о событии, которое могло серьезно повлиять на судьбу Японии, но которому осуществиться было не суждено.

22 место: Магазин на площади (Obchod na korze), 1965, режиссер - Ян Кадар, Эльмар Клос

Чехословацкая абсурдистская комедия, поднимающая совсем не смешные вопросы. Начало Второй Мировой, Словакия, местному плотнику от немцев достается небольшой магазинчик, конфискованный у евреев и переданный немецкой администрацией расово подходящим гражданину. Проблемы две. Во-первых, предприятие оказывается «чемоданом без ручки», глубоко убыточным и никому ненужным, особенно в военное время. Одновременно с этим он обнаруживает в магазине прячущуюся хозяйку, старую еврейку, очевидно с синдром Альцгеймера. Учитывая природную мягкость и трусливость антигероя, значительная часть нарратива превращается в черную комедию о человеке, пытающемся (безуспешно) использовать «исторический шанс», пока в финале кино не делает разворот в сторону душераздирающей (без иронии) драмы.

21 место: Судьба человека, 1959, режиссер - Сергей Бондарчук

Перед тем как увлечься кинематографическим движением масс и превратиться в главного мегаломана советского кино Сергей Бондарчук снял свой лучший фильм, которому удалось стать одновременно народным и эстетским. В первом качестве «Судьба человека» известна в местных широтах, в то время как на Западе фильм воспринимается скорее как крупное эстетическое достижение. Добиться столь разнонаправленного успеха позволило режиссерское решение сосредоточиться на частной истории (название оказалось удивительно точным), хоть в её рамках и есть место обобщениям, аккумулирующим военный опыт тысяч, если не миллионов, но не пренебречь доступными ему техническими возможностями кино.

20 место: Тонкая красная линия (The Thin Red Line), 1998, режиссер - Теренс Малик

В 98-м Голливуд «вернулся» в эпоху Второй Мировой, на экран вышли сразу два военных фильма, ставших крупными хитами. И если спилберговское «Спасти рядового Райана» оказалось посредственной голливудской историей, пусть и упакованной в непривычно брутальный и грязный визуал, из-за чего дисгармония формы и содержания стала ощущаться особенно сильно, то кино вернувшегося после двадцатилетнего Малика - совсем иное дело. Жаль, что в будущем режиссер свернул в сторону вульгарного пантеизма и не смог снять ничего настолько же завораживающе поэтического, как «Тонкая красная линия». В этой ленте ему удалось пройти по очень тонкой линии (простите за каламбур), не скатившись в напрашивающуюся тривиальность.

19 место: Лес повешенных (Padurea spânzuratilor), 1965, режиссер - Ливиу Чулей

«Лес повешенных» - шедевр румынского кино, посвященный, для разнообразия, не Второй, а Первой Мировой Войне. Время действия - 1916-й год, главный герой, этнический румын и офицер австро-венгерской армии, оказывается в состоянии внутреннего конфликта. С одной стороны, им движет лояльность армии, в которой он служит. С другой, национальная идентичность. Апофеоз конфликта достигается в тот момент, когда его назначают в военный трибунал, где судят дезертиров-румынов, смертный приговор которым заранее предрешен, с чем герой согласиться не может. «Лес повешенных» - настоящий визуальный шедевр, которого не ждешь от не самой мощной румынской киноиндустрии, операторская работа в котором равновелика, я почти не преувеличиваю, «Андрею Рублеву».

18 место: Комиссар (1967), режиссер - Александр Аскольдов

«Полочный» фильм, полномасштабная премьера которого состоялась только спустя 20 лет после выхода. Фильм Аскольдова снимался к 50-летию революции, но, мягко скажем, не попал в госзаказ. Режиссер снял кино, сосредоточившись на тех аспектах гражданской войны, которые его коллеги-цензоры сочли неподходящими: «еврейский вопрос» и антисемитизм на территории Украины в период гражданской войны, а также очевидные отсылки на холокост, которые Аскольдов сделал в финале. Вместе с тем у Аскольдова получилось мощное кино, поднимающее целый ряд «пограничных» тем, характерных как для конкретной гражданской войны, так и для аналогичных конфликтов вообще.

17 место: Джонни взял ружье (Johnny Got His Gun), 1971, режиссер - Далтон Трамбо

Далтон Трамбо был выдающимся сценаристом и одной из самых трагических фигур Голливуда 50-х, чья отмена и тюремное заключение были во многом следствием его нарочито дерзкого общения с американскими властями. Вернуться в кино он смог только в конце 60-х, когда политическая система США находилась в состоянии бифуркации. Учитывая его бэкграунд, неудивительно, что единственный его режиссерский проект оказался ультимативным антивоенным фильмом. И если к тому, получилось ли у него реализовать все свои соображения относительно войны вообще, вопросы есть, то нельзя отрицать, что «Джонни взял ружье» - мастерский фильм. Чтобы настолько круто визуализировать поток сознания, лишенного большей части органов чувств, и сделать это так кинематографично, надо быть настоящим мастером кино.

16 место: Летят журавли, 1957, режиссер - Михаил Калатозов

Признаюсь, «Летят журавли» - не самый любимый фильм Калатозова (предпочитаю более поздние «Неотправленное письмо» и «Я - Куба»), но в исторической перспективе это его главный успех. Не только в СССР, но и на Западе, где «Летят журавли» стали настоящей сенсацией, показав Войну с той стороны, которая ускользала из фокуса американских кинематографистов. Последних особенно впечатлила невообразимая для Голливуда 50-х чувственность (фильм даже обвиняли в «распространении порнографии»), которая роднит кино Калатозова с итальянским неореализмом.

Завершение следует…