Солнце

Это потом Дина получит чёрный пояс, научится владеть катаной, окончит юридический и возглавит отряд спецназа, а сейчас ей шесть лет и мама ведёт её в парикмахерскую.

Дина села в кресло и жалобно посмотрела на мастера — сухую пожилую женщину, которая стригла весь азиатский квартал последние сорок лет.

— Может, всё-таки отпустить? — спросила парикмахерша, нежно проводя рукой по пушистому рыжему ёжику на голове Дины.

— Стриги, — ответила мама Дины. — За волосами уход нужен, тебе ли не знать. А я весь день на работе. Кто ей будет эти патлы мыть да расчёсывать? Пусть уж лучше лысая, чем с гнездом на макушке.

— Дело твоё, — вздохнула парикмахерша и включила машинку.

На следующее утро Дину отправили к бабушке в деревню. На всё лето. Три месяца полной свободы, ведь бабушка была постоянно занята в огороде и по хозяйству, и озорная шестилетка была предоставлена сама себе. К концу первого месяца Дина перелезла через все заборы в деревне, а в тех, что были слишком высокими, нашла дыры. К концу второго месяца были облазены все плодовые деревья и продегустированы все ягодные кустарники. К концу третьего не осталось ни одного дома, где бы не встречали приветливой улыбкой рыжий одуванчик, отросший на голове Дины.

До приезда мамы оставалась неделя. Дина смотрела на себя в зеркало и плакала.

— Динуль, что случилось? Уезжать не хочешь? Я бы тебя оставила, да в школу тебе надо, а у нас тут школа такая, что лучше б её не было вовсе.

— Мама опять меня пострижёт, — всхлипнула Дина. — Она говорит, что за волосами нужен уход, а ей некогда.

— Конечно, нужен, — подтвердила бабушка. — Так научись сама.

Когда мама приехала, комната Дины оказалась пуста. На вопрос, куда делась эта хулиганка, бабушка ответила, что она готовит сюрприз и можно пока накрывать на стол. Пока мама расставляла тарелки (по случаю её приезда всегда приходили гости, её школьные подруги, не сумевшие выбраться в город и оставшиеся здесь), мимо кухни, не торопясь, чтобы мама точно её заметила, с важным видом прошла Дина, источая аромат шампуня и придерживая неловко накрученное на голове полотенце.

Ещё через пару минут раздался шум фена. Мама удивлённо посмотрела на бабушку, но та лишь улыбнулась в ответ. К столу Дина вышла в чистом платье и с пушистым шаром мягких рыжих волос на голове. Она, не говоря ни слова, хотя было видно, что она едва сдерживается, чтобы не начать хвастаться, села за стол прямо перед окном, отчего пышная шевелюра буквально вспыхнула на ярком свету.

— Да ты у меня прям как маленькое солнце! — воскликнула мама.

— Так я теперь буду выглядеть всегда, — строго, насколько это могла изобразить шестилетняя девочка, произнесла Дина.