Пустынный острый
Двадцать грамм чёрного рома, двадцать грамм выдержанного вермута, сто грамм сока манго и щепотка порошка чили.
Гер, двухметровый широкоплечий детина с огромными ручищами, в которых широкие барные стаканы казались водочными рюмочками, тщательно перемешал всё в шейкере, вылил коктейль в стакан и понюхал. Запах был неплохой, внушающий надежду. Гер отпил, покатал жидкость во рту и выплюнул. Поставив стакан с остатками неудачного коктейля на стойку под табличкой «Бесплатный плохой коктейль», он достал блокнот и вычеркнул рецепт с номером 34.
Было уже поздно, в баре оставалось всего три посетителя, не считая Кочума — мутанта из пустыни, лидера незаконного мутантского поселения. Одетый в неизменный рыжий кожаный плащ и широкополую шляпу, он всегда сидел в дальнем углу бара, где встречался с покупателями, которым таскал из пустыни разные военные устройства.
Гер сел на свой персональный барменский стул, такой же огромный, как он сам, и нахмурился. Вот уже вторую неделю у него не выходил острый коктейль. Да, он умел готовить известные острые коктейли “Твою мать”, “Контрольный выстрел” или “Перчёная Мэри”. Но ему хотелось сделать свой, а никак не выходило. Во всех не хватало баланса, во всех горечь была каким-то инородным компонентом, как будто в обычный коктейль кто-то случайно сыпанул перцу.
Хлопнула входная дверь. Гер вернулся от своих размышлений и огляделся. Стакан с плохим коктейлем стоял пустым. Видимо, кто-то из ушедших махнул его на посошок. Гер глянул на Кочума, махнул ему рукой. Тот кивнул в ответ и молча вышел.
Коктейльные неудачи повторялись снова и снова. За следующий месяц Гер перепробовал ещё пару десятков разных сочетаний сладкого, кислого, солёного, крепкого и слабого алкоголя с перцем, горчицей, хреном, имбирём. Всё не то.
При этом стакан под табличкой «Бесплатный плохой коктейль» к концу дня всегда кто-то выпивал. И ни разу Гер не слышал ни вздохов, ни кашля, ни тем более ругани в адрес гадкого пойла. Иногда эта мысль донимала Гера, но он был так расстроен неудачами, что обдумать её хорошенько он просто не успевал.
После двух месяцев экспериментов Гер совсем сник. Когда-то он считался лучшим мастером по приготовлению коктейлей в мутантском районе. Так готовить “Одноглазого мутанта” как он, не мог никто. А всё потому что для такого бурного взбалтывания требовалась недюжинная сила. Но неудача с острым коктейлем выбила Гера из колеи. Он перестал шутить, перестал спорить на бесплатные коктейли в армрестлинге, даже, казалось, стал ниже.
Настроение Гера передалось и посетителям. Бар стал пустеть, даже завсегдатаи уже не засиживались допоздна, а выпив свою порцию, уходили. Вот и в тот день, до закрытия оставалось еще часа полтора, а бар уже опустел. Лишь Кочум всё ещё сидел в своём углу и тихо переговаривался с очередным охотником до военных технологий. Когда они закончили, Кочум подошёл к барной стойке и сел, чего никогда раньше не делал.
— Это был я, — сказал Кочум, подняв голову настолько, чтобы из тени шляпы показался лишь его острый подбородок.
— Не понял, — удивился Гер.
— Твои острые коктейли, — пояснил Кочум. — Их пил я.
— Сочувствую, — буркнул в ответ Гер. — Я закрываюсь, ты ведь уходишь?
— Ты не понял, — мягко произнёс Кочум. — Они мне очень нравились, но ты перестал их делать.
Удивлению Гера не было предела.
— Дело в том, — продолжал Кочум, — что моя мутация мало того не даёт мне есть свежую выпечку, которую я обожаю с детства, так ещё и сильно притупила вкусовые ощущения. Для меня все эти обычные коктейли, что вода. А твои острые… — он замолчал, закрыл глаза и мечтательно помычал. — Я их чувствовал, понимаешь?
— Но они же все никуда не годились… — возразил Гер.
— На твой вкус — да, а на мой — в самый раз.
Кочум встал из-за барной стойки, кивнул Геру и молча вышел. А уже на следующий день в баре снова стало шумно и весело, потому что за стойкой вновь был активный душевный Гер, сыпящий остротами и обещающий забороть в армрестлинге любого. И в меню появилась новая позиция: «Пустынный острый» — острый коктейль, собранный из случайных ингредиентов по вкусу бармена.