За кулисами «Сибири»: Сергей Гудов о кризисах, инсайдах и работе пресс-службы
Сергей Гудов прошёл путь от пресс-атташе «Сибирских Снайперов» до руководителя пресс-службы «Сибири», признанной в 2025 году лучшей в КХЛ. В большом интервью Клубу Болельщиков он рассказывает о внутренней кухне клубных медиа, сложных решениях, работе с хоккеистами, отношениях с болельщиками и о том, что обычно остаётся за кадром.
01 / Телефон — полработы
– Сергей, ещё в сезоне 2018/19 ты работал пресс-атташе «Сибирских Снайперов», а сегодня руководишь пресс-службой всего клуба. За эти восемь лет был момент, когда ты окончательно понял, что хоккейные медиа — уже не временная работа, а твоя профессия?
– Наверное, какого-то конкретного щелчка, такого переломного момента за время моей работы в «Сибири» не было. Я просто работал и наслаждался своей работой.
В какие-то моменты даже удивлялся, что попал в профессиональный хоккей именно в таком качестве.
Хоккей ведь был со мной практически половину жизни. Я и сам немного занимался, потом уже в Новосибирске катался, постоянно смотрел хоккей. Его и так было очень много в моей жизни.
А когда он ещё и стал работой, я этого перехода особо не заметил. Хоккей просто органично влился в мою жизнь и остаётся в ней по сей день.
– После перехода на руководящую должность было сложно перестроиться? Насколько изменился формат твоей ежедневной работы?
– Думаю, как и для любого человека в любой сфере, переход на руководящую должность — серьёзное изменение в карьере.
Конечно, поначалу было тяжело. Наверное, весь первый сезон. У меня ещё оставались обязанности, которые я выполнял раньше, и параллельно приходилось вникать в руководящие процессы: взаимодействие с другими отделами, бюрократию и так далее. До этого я такими вещами вообще не занимался.
С командой тоже, понятно, стал проводить больше времени. Так что изменения были ощутимые, особенно в первый сезон.
«Знаешь, как в хоккее говорят, что вратарь — полкоманды? Вот у нас телефон — так же, полработы»
– А как вообще выглядит обычный рабочий день руководителя пресс-службы?
– Давай лучше расскажу на примере игрового дня, когда у нас хоккей.
Прихожу на работу, занимаюсь регламентными вопросами. Готовлюсь к пресс-конференции, вместе с ребятами работаем над организационными моментами, согласовываю заявки на разовые аккредитации. Связываюсь с пресс-атташе гостевой команды, обсуждаем формат работы, какие-то детали. Особенно если у нас тематический матч.
В течение дня с ребятами обсуждаем нюансы предстоящей игры. За пару часов до начала вместе с коллегами идём на репетицию в чашу арены, прогоняем предматчевое шоу, представление составов и другие элементы программы.
Параллельно постоянно на связи со своей командой из пресс-службы. Наполняем социальные сети предматчевым контентом. Если игра тематическая, очень важно ничего не упустить: какие-то специальные активности, информационные поводы, детали оформления.
Во время домашних матчей чаще всего я сам веду онлайн в нашем Telegram-канале. И одновременно поддерживаю связь с коллегами, которые отвечают за другие социальные сети.
А вот после игры начинается, наверное, самая оперативная, быстрая и ответственная часть работы.
Нужно выложить все итоги, послематчевые материалы. Параллельно организовать общение журналистов с хоккеистами в раздевалке, а затем провести пресс-конференцию.
И в этот момент голова буквально должна разделиться на две части.
Одна часть реагирует на всё, что происходит непосредственно на арене. Ты находишься в раздевалке, смотришь, как журналисты общаются с хоккеистами, потом следишь за тем, как проходит пресс-конференция.
А вторая часть головы находится в телефоне. Потому что одновременно идёт согласование материалов, публикация контента, послематчевых мемов, хайлайтов, видео из победной раздевалки и всего остального.
Вообще, для нашей сферы смартфон — это, наверное, даже больше половины работы.
Знаешь, как в хоккее говорят, что вратарь — полкоманды? Вот у нас телефон — так же, полработы.
02 / Когда шутки не спасают
– Где, на твой взгляд, заканчивается спортивное медиа и начинается PR? Может ли официальная пресс-служба быть по-настоящему честной со своей аудиторией? Например, «Сибирь» проводит откровенно плохой матч, болельщики на эмоциях. Как найти правильную интонацию между корпоративным «двигаемся дальше», самоиронией и признанием того, что команда действительно сыграла плохо?
– Интересный вопрос. Я бы даже сказал, сложный.
Если разбирать конкретно плохой матч или серию поражений, то для нас это действительно тяжёлые периоды. Мы постоянно ищем, варьируем, пытаемся подобрать правильную интонацию для общения с болельщиками.
Ты правильно упомянул самоиронию. Иногда именно она нас и выручает, помогает смягчить эмоции болельщиков.
На различных маркетинговых и PR-семинарах, вебинарах тоже говорят, что нужно уметь, во-первых, признавать сложную ситуацию, а во-вторых, иронизировать над собой. Даже в непростые моменты нужно уметь немного расслабиться.
Но бывают ситуации, когда становится уже совсем тяжело. Тогда мы переходим к более официальной риторике, каким-то комментариям.
Понятно, что мы не можем рассказывать аудитории абсолютно всё. Есть корпоративная этика, какие-то вещи из избы не выносятся.
Наша задача — правильно всё подать. Где-то смягчить ситуацию, где-то сгладить острые углы, а где-то, наоборот, поделиться информацией. Причём именно правдивой.
Это как сёрфинг, наверное. Нужно уметь держаться на волне.
– Какая кризисная ситуация за всё время твоей работы была самой сложной именно с точки зрения коммуникации с болельщиками?
– Наверное, серия поражений в ноябре прошлого сезона.
Это действительно был сложный период. Было очень много негатива, сильных эмоций со стороны болельщиков.
Мы тогда очень сильно напрягали мозги, старались искать какие-то решения. Где-то использовали самоиронию, шутки, какие-то приколы. Но в определённый момент они уже переставали работать.
Потому что люди просто жаждали победы. Болельщики очень тяжело переживали эту серию.
И здесь я хочу отметить наш проект «Горячая линия поддержки».
Мы организовали горячую линию, на которую могли звонить болельщики. Разговаривали с ними, выслушивали, старались успокоить.
«Это как сёрфинг, наверное. Нужно уметь держаться на волне»
– Насколько пресс-служба «Сибири» автономна в своей работе? Есть ли в клубе человек, который в любой момент может сказать: «Нет, это мы не публикуем»?
– Если говорить именно про контент, то основным человеком, который принимает решения, являюсь я.
Я согласовываю весь контент, прежде всего развлекательный, который выходит в наших социальных сетях.
И, честно скажу, многое зарубаю.
Ребята у нас очень здорово умеют пользоваться информационными поводами, но периодически предлагают какие-то довольно острые вещи. Такие, на которые болельщики могут неоднозначно отреагировать.
У меня за время работы появилось определённое внутреннее чутьё на такие моменты. И, по-моему, оно меня ещё ни разу не подводило. Поэтому какие-то идеи я действительно отклоняю. Но мои сотрудники работают так, что умеют любую идею подать так, что её можно беспрепятственно выложить и получить большой отклик.
Но это касается именно контента.
Если говорить об официальных новостях, здесь уже совершенно другая история. Существует строгий регламент публикации информации о трансферах, переходах, расторжении контрактов и так далее.
В этих вопросах я непосредственно взаимодействую с руководством клуба, спортивным и генеральным директорами. С ними согласовываются такие новости, публикации, а также комментарии наших первых лиц.
– Бывали ситуации, когда ты считал, что клубу нужно объяснить что-то болельщикам более открыто, но руководство придерживалось другой позиции?
– Нет, таких ситуаций не было.
У нас с руководством клуба всегда был одинаковый взгляд на подобные вещи. Если возникали какие-то ситуации, мы выходили с пояснениями.
Именно конфликтов по этому поводу, сколько себя помню, вообще не было.
У нас было примерно одно видение того, как нужно действовать и что говорить. Соответственно, мы выходили в информационное поле с теми материалами и комментариями, которые полностью устраивали клуб.
03 / Люди в кадре
– Наверняка за годы работы встречались игроки, которых болельщики воспринимали одним образом, а внутри раздевалки они оказывались совершенно другими. Кто удивил тебя сильнее всего?
– Тут нужно понимать, что хоккей — профессиональный спорт, это работа.
И за всё время, что я работаю в клубе, я не вспомню ни одного хоккеиста, который не понимал бы, насколько сильно в Новосибирске любят хоккей.
Бывают, конечно, разные ситуации. Например, игрок после матча очень сильно устал, а ему нужно выйти к болельщикам. Или у него какое-то повреждение, он хочет побыстрее попасть к врачу.
Он может на меня косо посмотреть: мол, я устал, мне надо к врачу, а ты меня ещё куда-то ведёшь.
Но это абсолютно нормальная история.
А вот такого, чтобы хоккеист на публике был одним человеком, а в раздевалке совершенно другим, я не припомню.
В Новосибирске хоккей — это, наверное, жизнь. И ребята, которые приезжают сюда играть за «Сибирь», очень быстро этим проникаются.
– А кто из нынешнего состава «Сибири», на твой взгляд, наиболее недооценён как медийный персонаж? Не как хоккеист, а именно как человек, которого аудитория ещё толком не знает.
– Команда в межсезонье сильно поменялась. Плюс был довольно тяжёлый старт сезона, поэтому какие-то медийные активности мы, возможно, немного придерживали.
Но сейчас в «Сибири» такой подбор игроков, что нам точно есть с кем работать.
Бывает, что клуб в медийном плане выезжает на одном-двух хоккеистах. У нас же ребят с хорошим потенциалом гораздо больше.
Навскидку могу назвать Сашу Мирзабалаева, Никиту Смирнова, Стёпу Никулина.
Мы уже перекидывались с ними парой слов по поводу участия в различных активностях. Ребята готовы, им это интересно.
Ещё Миша Абрамов. Он играл у нас и в прошлом сезоне.
Не знаю, когда именно выйдет это интервью, но могу немного приоткрыть тайну: скоро у нас должен выйти выпуск подкаста с Мишей Абрамовым.
Примечание КБ: к моменту публикации интервью подкаст с Михаилом Абрамовым уже вышел, 21 октября 2026 года.
Сейчас он восстанавливается, так что, пользуясь случаем, пожелаем ему скорейшего выздоровления.
– А кого назовёшь самым лёгким игроком для пресс-службы за всё время работы? Из тех, кому достаточно было включить камеру и просто не мешать.
– Я бы не стал выделять именно одного самого лёгкого игрока.
Скорее, есть целый список ребят, которые выручали нас в сложных ситуациях.
Например, когда нужно было срочно пригласить хоккеиста на съёмку или к участию в каком-то проекте. Может быть, команда только что проиграла, ситуация непростая, а нам всё равно нужно делать контент.
Точно могу сказать, что сейчас это Антон Косолапов. Он очень часто нас выручает.
До этого были Никита Шашков, Тимур Ахияров, Саша Шаров. Женя Чесалин тоже.
Боюсь кого-нибудь не вспомнить и обидеть. Но вот эти ребята сразу приходят на ум.
04 / Сезон лучшей пресс-службы
– В 2025 году, в первый сезон твоей работы руководителем, «Сибирь» признали лучшей пресс-службой КХЛ. Ты сам тогда понимал, что вы провели действительно сильный сезон, или награда стала неожиданностью?
– Честное слово, не ожидал.
Мы подали заявку, я её сформулировал так, что, на мой взгляд, она выглядела вполне достойно.
Но в моём понимании очень большую роль в оценке пресс-службы играет работа с видео. И мне казалось, что у клубов с большими бюджетами, которые могут позволить себе сотрудничество с топовыми продакшенами, шансов на победу больше.
Но Лига, видимо, оценивает не только это.
Думаю, что нашу работу рассматривали в совокупности, в том числе в контексте смены руководства клуба.
Это был переходный период, и мы с ним справились.
Мы были открыты для прессы, для СМИ, много взаимодействовали с журналистами. Старались развивать хоккеистов с медийной точки зрения.
Поэтому, скажу честно, награда, наверное, заслуженная. Но при этом действительно неожиданная.
– Если убрать официальные формулировки премии, какое конкретное решение или проект твоей команды в том сезоне сильнее всего изменил медиа «Сибири»?
– В том сезоне с результатами команды тоже не всегда было легко. Иногда тяжело было привлечь хоккеистов к каким-то активностям.
Как мы любим шутить, выезжали на Снеговике.
И здесь, конечно, нашим флагманом стал проект «Снег в большом городе».
Думаю, он очень сильно выделился своей эксклюзивностью. До этого никто не делал сериал про маскота, про его внутреннюю кухню.
Сам сериал получил много наград. И я думаю, что он сыграл свою роль в получении награды за лучшую пресс-службу.
Это действительно была свежая, новая история.
Но мне всегда хотелось больше работать именно с хоккеистами. И сейчас мы стараемся двигаться в этом направлении, делать больше видео с игроками.
Если же говорить конкретно про тот сезон, то главным проектом я бы назвал именно «Снег в большом городе».
«Как мы любим шутить, выезжали на Снеговике»
– Год спустя лучшей пресс-службой КХЛ стал «Авангард». Если оценивать профессионально, без дипломатии: в чём сегодня Омск сильнее «Сибири» с медийной точки зрения?
– Думаю, как бы банально это ни звучало, в бюджете на медийную работу и на видеопродакшен.
Если коротко, то именно в этом.
– Есть ли клуб КХЛ, на медиа которого ты смотришь и думаешь: «Круто, вот этого нам не хватает»? Что хотелось бы перенять, не копируя саму идею?
– Я подписан на очень многие клубы КХЛ в Telegram, смотрю, что делают коллеги.
Не могу выделить какой-то один клуб, от которого у меня постоянно было бы «вау». Но периодически отмечаю интересные кейсы, которые делают другие команды.
Например, мне очень понравилось, как «Торпедо» переснимало «Иронию судьбы».
Мне вообще нравится, когда клубы делают отсылки к известным фильмам, переснимают какие-то сцены.
Мы тоже пробовали подобное. Например, сделали классный ролик по мотивам «Один дома». Мне он очень нравится. Там у нас Богдан со Стёпой были липкими бандитами.
В целом стараюсь следить за такими историями.
Понятно, что в современном спортивном медиапространстве очень многое копируется. В том числе идеи из-за рубежа. Иногда клубы перерабатывают и идеи друг друга.
Но здесь очень важно не просто скопировать.
Можно вдохновиться, взять какие-то пять процентов от чужой идеи, а дальше раскрутить её совершенно по-своему.
Вот это, мне кажется, и есть правильный подход.
05 / Свобода «Снайперов»
– Ты сам когда-то занимался медиа «Сибирских Снайперов». Сейчас молодёжная команда выглядит уже не приложением к клубу КХЛ, а самостоятельным медийным продуктом. Что изменилось в отношении клуба к «Снайперам»?
– Скажу так: на уровне молодёжной команды всегда было немного больше свободы в медийной работе. Такой определённый карт-бланш по сравнению с основной командой.
Можно даже провести аналогию со взрослыми и молодыми людьми.
Взрослый человек обычно более серьёзный: у него дела, заботы и так далее. А молодёжь легче, веселее, свободнее в каких-то вещах.
Примерно так же и с хоккеистами.
Когда я работал в «Снайперах», тоже старался двигаться в этом направлении. Помню, что нашу работу отмечали, в том числе со стороны Лиги, правда, тогда ещё без наград.
Сейчас у меня в отделе за медиа «Снайперов» отвечает их пресс-атташе Сеня Савкин.
Он вообще молодец, безусловно.
У него есть собственные идеи, и при этом он очень здорово работает со студенческим ресурсом.
Привлекает различные студенческие движения, ребят, которые помогают ему во время матчей. Таким образом закрывает много потребностей, у него появляется больше рабочих рук. И он всем этим процессом здорово руководит.
Поэтому я бы не сказал, что изменилось именно отношение клуба к «Снайперам». Их всегда любили.
Другое дело, что сейчас всё это работает в комплексе.
Я во всех интервью говорю: медийная работа — это не только пресс-служба.
Это и пресс-служба, и отдел по работе со зрителями, и маркетинг.
Ребята из маркетинга очень здорово работают над привлечением аудитории именно на молодёжный хоккей.
И всё это вместе двигает такой локомотив молодёжного хоккея. Хоть мы и в «Сибири».
– Молодёжному хоккею объективно сложнее бороться за внимание. Что важнее: сначала познакомить аудиторию с самими игроками и их историями или убедить болельщиков воспринимать МХЛ как серьёзный хоккей?
– Слушай, тут, наверное, всё вместе.
Во-первых, работа с молодёжной командой в медийном плане заранее знакомит аудиторию с хоккеистами.
То есть потом в составе основной команды появляется не просто какой-то непонятный молодой парень.
Болельщик уже знает: «Так это же Саша Першаков! Он здорово играл в «Снайперах», забивал голы, участвовал в разных мероприятиях, проектах, не против был где-то повеселиться».
Таким образом мы заранее знакомим аудиторию с игроками.
Но одновременно подготавливаем и самих хоккеистов.
Они ещё с молодёжной команды привыкают к тому, что нужно участвовать в маркетинговых мероприятиях, съёмках и других активностях.
Когда такие ребята переходят в основную команду, с ними уже гораздо проще работать. Они понимают, что это за процесс, и охотнее соглашаются.
А если говорить о серьёзности самого молодёжного хоккея, то здесь опять можно вернуться к сравнению молодых и взрослых.
Молодёжный хоккей быстрее, более безбашенный. Может быть, в чём-то даже более техничный, потому что молодые парни хотят показать свою технику, попробовать забить лакросс-гол.
Он отличается от взрослого хоккея, но именно в этом и заключается его особенность.
Можно сравнить с чемпионатами мира. Все любили смотреть взрослый чемпионат мира в мае, когда участвовала наша сборная.
Но молодёжный чемпионат мира на январских праздниках — это ведь вообще было что-то с чем-то!
Примерно та же история. У молодёжного хоккея своя привлекательность.
– А где проходит правильная граница в медийной раскрутке молодых игроков? Для клуба это дополнительная возможность показать талантливого хоккеиста, но не становится ли такая активность лишним давлением на него?
– Мы, естественно, стараемся это контролировать.
Даже ведём определённую статистику, если можно так сказать.
Например, если парень сегодня поучаствовал в какой-то активности, то завтра мы не будем снова его привлекать к съёмкам или мероприятиям.
Стараемся распределять нагрузку, разгружать ребят.
Конечно, важно не оказывать на них лишнего давления.
Хотя, мне кажется, вряд ли участие в медийных активностях само по себе может серьёзно ухудшить игру хоккеиста. Может быть, один из ста так отреагирует.
Всё-таки ребята уже достаточно взрослые и понимают, для чего это делается.
06 / Открытый разговор с фанатскими медиа
– Насколько регулярно ты читаешь фанатские каналы и сообщества о «Сибири»? Следишь за ними как за отдельной информационной средой вокруг клуба?
– Слушай, я тут отвечу так.
Ты мне вопросы прислал 23 сентября, а отвечаю я на них 17 октября.
Не всегда хватает времени. Точнее, его практически нет, чтобы читать все остальные каналы в Telegram.
Потому что голова и так кипит от собственного контента, от канала, который ты ведёшь.
Я не сижу специально и не выискиваю какую-то информацию в других сообществах.
Но если вижу яркий пост, интересный инфоповод, то, конечно, читаю. Бывает, что коллеги что-то присылают.
– Может ли критика от «Клуба Болельщиков» или другого сибирского сообщества реально подтолкнуть пресс-службу пересмотреть какое-то решение? Или хотя бы ещё раз обсудить его внутри клуба?
– Мы всегда стараемся очень адекватно реагировать на критику. На объективную, естественно, когда она аргументирована.
И могу в этом интервью даже немного приоткрыть нашу внутреннюю кухню.
У вас были замечания по поводу того, как мы публикуем расшифровки пресс-конференций. Какие-то формулировки, где-то сокращения.
Я абсолютно точно после этого пересмотрел работу нашего отдела в этом компоненте, ведь расшифровкой пресс-конференций занимался почти каждый сотрудник пресс-службы.
Мы всегда старались как можно достовернее доносить информацию, но после ваших замечаний действительно ещё раз обратили внимание на эту часть работы.
Поэтому, если критика аргументирована, мы берём её на вооружение, работаем над собой и стараемся быть лучше.
«Я абсолютно точно после этого пересмотрел работу нашего отдела в этом компоненте»
– А где, по-твоему, заканчивается конструктивная критика клуба и начинается погоня фанатских медиа за охватами за счёт негатива?
– Тут сложно провести какую-то чёткую границу.
Хотя иногда действительно очень наглядно видно, что начинается именно погоня за хайпом.
Но мы и на такие вещи стараемся реагировать с юмором, с самоиронией.
Потому что чаще всего подобные мнения формируются без наличия внутренней информации о клубе.
У фанатских ресурсов просто нет доступа к каким-то деталям, и это совершенно естественно.
Но если у них нет этой информации, а мнение уже сформировалось, ну что поделать?
Мы стараемся относиться к этому спокойно.
– Представим, что тебе на пару недель отдали функции главного редактора «Клуба Болельщиков». Что бы ты первым делом изменил в нашей работе?
– Тут тоже сделаю оговорку: я смотрю ваши обновления, но не всегда есть возможность пристально следить за всем контентом.
И знаешь, что я скажу?
Я бы на вашем месте возобновил любительскую хоккейную команду.
Чтобы она снова участвовала в новосибирском любительском хоккее, как это было у вас в 2016 году.
– А был за последний год материал, пост или статья от «Клуба Болельщиков», которые тебе особенно запомнились? Необязательно в положительном смысле, может быть, просто чем-то зацепили.
– Опять же, у нас через голову проходит невероятное количество информации, и такие вещи не всегда удаётся удержать в памяти.
Точно помню, что у вас были какие-то забавные приколы. Даже, по-моему, совсем недавно мы что-то смешное с ребятами обсуждали. Но конкретный пост сейчас не вспомню.
А вот что мне действительно нравится, так это то, как вы готовите информацию о лидерах соперника перед матчами.
Мы, понятное дело, не можем у себя в официальном ресурсе давать какие-то такие детали. Например, сколько голов забил Рэмпал в очных встречах с «Салаватом».
А вы подобные вещи публикуете.
Мне это бросается в глаза. И я даже скорее у вас посмотрю такую информацию, чем пойду искать её на сайте КХЛ.
07 / Правда, которую пока нельзя публиковать
– Что сильнее раздражает пресс-службу: ложный инсайд или настоящий, который появился раньше официального объявления?
– Иногда инсайды триггерят.
Сейчас такое время, что инсайдерская деятельность очень сильно развита. И к этому уже нужно относиться как к части своей работы.
Наверное, в 30–40 процентах случаев инсайды могут не совпадать с официальной информацией.
И здесь иногда даже внутри себя усмехнёшься лишний раз. Как говорится, поспешишь — людей насмешишь.
Но в целом мы уже привыкли, что существуют разные пути, по которым информация доходит до аудитории не через официальные ресурсы.
И всё-таки, пользуясь случаем, хочу сказать болельщикам: самая надёжная информация — это информация на официальных ресурсах клуба.
– Бывают новости, которые болельщики уже практически знают, но клуб пока не может их подтвердить. Насколько сложна такая ситуация для пресс-службы, когда приходится делать вид, что ничего не происходит?
– Да, такое бывает.
Например, как я уже говорил, существуют регламентные вещи, связанные с публикацией контрактов, переходов и так далее.
Пока информация не подтвердится в Центральном информационном бюро КХЛ, мы не можем опубликовать новость.
Допустим, к нам приезжает новый хоккеист в Новосибирск, чтобы подписать контракт и уже на следующий день приступить к тренировкам.
Кто-то видит его в городе.
Потом появляется комментарий: «О, я видел Иванова в Новосибирске. Он приехал контракт подписывать!»
А ты это читаешь и прекрасно знаешь, что да, он действительно приехал.
Ну что поделать?
Как я уже говорил, источники информации бывают разные. Ничего страшного в этом нет, для нас это уже вполне рутинная история.
08 / Не ради красивой картинки
– В 2024 году ты говорил, что крупное медиа должно использовать своё влияние для решения социальных проблем. Где проходит грань между реальной помощью и ситуацией, когда благотворительность превращается просто в красивый контент для клуба?
– Да, я даже помню интервью, в котором об этом говорил.
И абсолютно не изменил своего мнения.
Контент, который мы делаем на благотворительных мероприятиях, в первую очередь нужен не для красоты.
Его задача — привлечь внимание к проблеме, помочь найти людей, которые захотят поучаствовать в её решении, оказать помощь.
И я могу со стопроцентной уверенностью сказать, что во всех благотворительных историях, в которых участвовал клуб, он действительно помогал.
Это сто процентов.
09 / Технологии и медиаформаты
– Насколько сильно за последние два-три года искусственный интеллект проник в работу пресс-службы «Сибири»? Есть ли задачи, которые вы уже готовы доверить нейросетям, и те, куда их принципиально нельзя пускать?
– Скажу честно, здесь нам ещё нужно сделать шаг вперёд.
Не буду скрывать, что это одно из направлений нашей работы, в котором нам необходимо развиваться.
Искусственный интеллект сейчас проникает практически во все сферы. Мы с ним тоже работаем, но, наверное, пока находимся на начальном уровне.
Он очень сильно влияет на контент, на тренды. Нам приходится подстраиваться, и мы сами учимся уже в процессе работы.
Не могу сказать, что мы сейчас какие-то конкретные задачи полностью отдаём нейросетям.
Но мы, конечно, пользуемся этими инструментами. В первую очередь в каких-то трендовых историях, связанных с видео и подобным контентом.
Пытаемся развиваться в этом направлении, работаем над этим.
– Представим, что тебе дают неограниченный бюджет на один медийный проект «Сибири». На что бы ты его направил?
– Могу точно сказать, что единолично такое решение я бы не принимал.
Обязательно выслушал бы пожелания всех коллег — и из пресс-службы, и из других отделов.
Но мы действительно хотели бы запустить какое-нибудь разговорное шоу.
Для этого нужны серьёзные ресурсы. И речь не только о деньгах, но и о человеческих ресурсах.
У нас такая идея уже есть в работе, мы хотим воплотить её в жизнь.
– А что в медиа «Сибири» прямо сейчас можно улучшить без значительных финансовых затрат?
– Вот так навскидку не скажу, что именно можно улучшить.
Но могу рассказать, что мы уже точно улучшили. Причём начали этим заниматься с моего первого сезона в качестве руководителя.
Это работа с коротким видеоконтентом, с монтажом роликов, различных трендовых рилсов, хайлайтов и так далее.
Кстати, думаю, что это тоже один из параметров, который повлиял на получение награды за лучшую пресс-службу.
Сейчас мы очень уверенно движемся в этом направлении.
Мне самому нравится работать с таким типом контента.
Потому что тенденция сегодня такая: людям нужно посмотреть всё быстро, на ходу.
Во многих социальных сетях уже появилась возможность смотреть ролики на скорости 2x, чтобы ещё быстрее получить информацию.
Поэтому на коротких видео мы и делаем большой акцент.
10 / Невидимая сторона хоккея
– За восемь лет внутри системы «Сибири» ты видел клуб с совершенно разных сторон. Что о нём понимают сотрудники, но зачастую не понимают болельщики?
– Здесь очень много разных нюансов, даже сложно что-то одно выделить навскидку.
Но мне почему-то сразу приходит в голову такая немного романтизированная история — выезды с командой.
Со стороны это ведь выглядит интересно: команда ездит по разным городам, путешествует, играет в хоккей.
Но физически это очень тяжело. Даже для сотрудников пресс-службы, для ребят из медиа.
Персонал вообще работает очень-очень много.
Ну и, естественно, на вершине этой пирамиды находятся хоккеисты.
Они прилетают в другой часовой пояс, должны перестроиться, сыграть матч, потом восстановиться. Где-то поспать в самолёте, а дальше уже может быть совершенно другой часовой пояс.
И я на себе тоже прочувствовал, насколько это тяжело.
Хотя прекрасно понимаю, что мои ощущения — это, наверное, процентов тридцать от того, что испытывает хоккеист во время таких выездов.
Вот именно эта сторона жизни команды меня очень впечатлила.
11 / Взгляд вперёд
– Сергей, спасибо за содержательный диалог. Ещё один вопрос в качестве заключения. Какие новые зоны роста и развития в деятельности пресс-службы «Сибири» ты для себя видишь сейчас? Возможно, есть те или иные новые проекты, которые болельщикам стоит ждать в ближайшее время?
– Вам спасибо за интересные вопросы. Что касается зон роста, в качестве основного направления для развития, пусть это будут видеопроекты. Но не те короткие ролики, о которых я говорил выше, а именно серьёзные, более длинные форматы.
И мы над этим уже работаем.
У нас вышел первый выпуск подкаста, который мы снимали в нашей новой точке продаж атрибутики в ТЦ «Аура». Далее будет ещё один подобный выпуск. Был выпуск с Сергеем Широковым и премьером НОВАТа. Также выходит сюжет с Сашей Мирзабалаевым, связанный с Театром кукол.
В наших планах есть ещё такая история: возить хоккеистов в разные интересные места Новосибирска, знакомить их с другими видами деятельности, показывать, чем живёт наш город.
И пусть ещё одной зоной роста для нас будет то, о чём мы уже говорили выше, — работа с искусственным интеллектом.
В общем, в ближайших планах делать подкасты, а также мы продолжим знакомить игроков с разными сферами деятельности в Новосибирске и трансформировать это в интересный контент для наших болельщиков.
И, как я уже упоминал выше, мы хотим сделать своё разговорное шоу. В общем, вот такие планы на ближайшее будущее.
