Юнга сурового моря

В деревне Залесная над одним из домов сегодня развевается венно-морской флаг СССР. Его хозяин по праву носит тельняшку и часто вспоминает юность, проведённую на море в северных широтах.

Как попасть на фронт?

Геннадий Дмитриевич Торчков родился в 1928 году в деревне Казённая Кировской области. Его родители были медиками. Отец в Первую мировую окончил в Чернигове медицинское училище, там и служил. Затем перебрался ближе к Вятке (Кирову). Мама работала в аптеке. Позже отца направили руководителем туберкулёзной больницы, и семья переехала, а потом предложили строить аптеку в посёлке Юрья той же Кировской области. На первом этаже была аптека, а на втором – их квартира.

Когда началась Великая Отечественная война, Гене было всего 13 лет. Отца направили в медсанбат под Ленинград. Он служил в госпитале всю войну, а в 1945 году его перевели на Дальний Восток, где началась война с Японией, и закончил боевой путь в Стране Восходящего Солнца. Мама с госпиталем тоже была на фронте. Старший брат служил на Дальнем Востоке в морфлоте. Дома остались Гена и его младший брат. С ребятишками осталась сестра отца.

Гена вместе с друзьями с первых дней войны просились на фронт. Им говорили, что надо подрасти... На станцию прибывали эшелоны с эвакуированными, и ребята на лошадях перевозили детей из Ленинграда в детский дом, который здесь был организован, а раненых бойцов – в госпиталь. Война продолжалась, и мальчишка предложил друзьям сбежать на фронт. План был доехать до Ленинградской области, но понимая, что в воинскую часть могли не принять, он планировал пробираться в Белоруссию и там присоединиться к партизанам. И однажды сел в поезд, идущий на Запад, добрался до Шахуньи (граница с Горьковской областью), но там его задержали и доставили обратно. Но Геннадий всё равно продолжал думать о побеге на фронт.

Морская форма

Прошло время. Как-то Гена в райкоме комсомола увидел офицера – военного моряка. И тот спрашивает:

– А Вы в Школу юнг не хотите?

О морях и флоте Гена не думал. Но тут предлагали настоящую службу. И он без долгих раздумий согласился. Соловецкая школа юнг Северного флота была создана в 1942 году. Решили поступить в неё и четверо его одноклассников. Прошли медицинскую комиссию, собрали документы об образовании и отправились в путь. Сначала – с сопровождающими в Киров, потом – в Архангельск. Но друзья передумали и вернулись домой, а Геннадий остался. Дальше были Соловки. В школе изучали системы кораблей и другие дисциплины. Предметы были сложные, но вчерашний школьник справлялся. Получил специальность артиллерийского электрика. Научился обслуживать орудия.

На крейсере

После выпуска его встретило Баренцево море. Главная база Северного флота находилась в Ваенге (Североморск). Распределили юнгу на крейсер «Мурманск». В экипаж входило 1800 человек. Построили его в США, а достался он нам от итальянцев. На корабле – кругом автоматика. Находились на нём и американцы – они помогали освоить корабль светским морякам. Крейсер поддерживали миноносцы, их было 3-4 вблизи, и они выполняли боевую задачу – делали всё, чтобы корабль не торпедировали.

Юнга Торчков отвечал за одно из орудий. У каждого орудия команда – заряжающий, горизонтальный и вертикальный наводчик. Электрик обслуживает всю электрическую часть. При наводке учитывались скорость ветра, скорость корабля, расстояние до противника. Наводили орудие по вертикали и горизонтали.

Торчков получал команду и по приборам передавал данные, какой именно снаряд подавать на орудие. Было довольно шумно, и, чтобы расслышать команды, матросы находились в наушниках.

Крупные корабли выходили в море не часто, а крейсер «Мурманск» относился именно к таким. Выходили обычно эскадрой, в которую входили крейсер, линкор, миноносцы, тральщики, катера. Предварительно командиры кораблей совещались, как действовать. Если штормило, то могли дать какие-то другие задания. Ходили и в шторм при сильной качке. Задача – встретить противника, обстрелять и разбить в конечном итоге. Участвовали в этом и торпедные катера, и самолёты. У каждого корабля было своё задание, а эскадра выполняла общую задачу.

– Корабль – это «подставка» для артиллерии, – шутит Геннадий Дмитриевич.

Когда эскадра выходила в какой-то район, то и это становилось известно немцам благодаря разведке, и они старались или уйти, или скрыться. Торпедные катера и подводные лодки брали на прицел корабли противника и попадали в них.

«Мурманск» находился в 4-х километрах от Мурманска у посёлка, который немцы разбомбили и сожгли. Рядом стоял завод. Около него была стоянка на якоре. По любому сигналу с якоря снимались и выходили в море. Было это около 10 раз. Вражеские корабли обстреливали в пределах 20 километров. Разведка сообщала, где находились вражеские корабли. Вели стрельбу и по невидимым целям.

Когда противник был рядом, шли к этому берегу. Подбиралась команда, вооружали её автоматами или карабинами, и небольшой десант занимал место на шлюпках и катерах шли к берегу и начинался бой. В десантники брали опытных моряков, которые не один раз участвовали в подобных операциях. Юнга Торчков оставался на борту. Высаживали десант и на финскую территорию, освобождая её.

В Баренцевом море зимы жестокие. На палубе сурово. Сполна их испытал парнишка, но любую погоду выдерживал. На корабле на каждой палубе – свой уровень. На нижней палубе хранится боезапас. На верхней – камбуз. А питались на второй снизу палубе. На верхней палубе находились и жилые помещения – кубрики. Располагали их так, чтобы члены экипажа по сигналу «Боевая тревога» могли быстро прибыть на боевой пост и выйти наверх.

Трижды в день объявлялась приборка, и тогда драили палубу и другие помещения. Наводили блеск и на приборы. Вахту несли постоянно на верхней палубе. Личным оружием были автоматы и карабины. На сон времени оставалось мало. Постоянно была боевая готовность. Хоть и тяжело было, но Геннадий нисколько не жалел о своём выборе.

На охране границы

Об окончании войны на «Мурманске» узнали ещё 8 мая 1945 года. Радости не было предела.

Через некоторое время Геннадий с большого крейсера перешёл на тральщик. Началась его пограничная служба. Как-то пришли на норвежскую территорию, и там наших моряков доброжелательно встретили рыбаки. Сказали, что немцы ушли недавно. Общались с переводчиком. Норвежцы угостили большим кругом сыра и караваем хлеба. Затем по приказу ушли от этого берега. Охраняли границу между Норвегией, Финляндией и Советским Союзом. Курсировали 25 миль в одну сторону и обратно. Проникнуть в эту акваторию пробовали и нарушители, и рыбаки.

Военно-морская служба Торчкова, в конце которой он получил звание старшего лейтенанта, продолжалась до 1951 года. Вернулся домой. Сначала пошёл на железнодорожную станцию. Выполнял разные работы, в том числе и вагоны разгружал. Но, по примеру родителей, поступил в медицинское училище и стал зубным техником.

Переехал в Уржум Кировской области, где и работал много лет. А жена была зубным врачом. В семье появились два сына, затем пришло время внуков и правнуков.

Один из сыновей сейчас живёт в Залесной, к нему не так давно и переехал юнга Северного Флота.

Лидия РАКИТИНА