появление одомашненного верблюда в южном леванте, вади Арабаh.
The Introduction of Domestic Camels to the Southern Levant: Evidence from the Aravah Valley
Lidar Sapir-Hen and Erez Ben-Yosef
Недавно было высказано предположение, что появление верблюда в южном Леванте произошло в раннем железном веке (конец II – начало I тысячелетия до н. э.). Наше исследование останков фауны из стоянок железного века в Тимне, вместе с предыдущими исследованиями стоянок позднего бронзового и железного веков в Тимне и Вади Файнан, позволяет нам более точно определить это событие. Новое свидетельство указывает на то, что первое значительное появление верблюдов в долине Арабаh было не ранее последней трети X века до нашей эры. Эта дата согласуется с данными из Негева и заселенных земель дальше к северу, когда низкая хронология применяется к IIA раннего железа.
Появление верблюда- (Camelus dromedarius) в качестве вьючного животного на юге Леванта знаменует решающий момент в истории региона; он существенно облегчил торговлю через обширные пустыни Аравии, способствуя как экономическим, так и социальным изменениям (например, Kӧhler 1984; Borowski 1998: 112–116; Jasmin 2005). Это, вместе с изображением верблюдов в патриархальном повествовании, вызвало широкие дискуссии относительно даты появления самого раннего домашнего верблюда на юге Леванта (и за его пределами) (например, Albright 1949: 207; Epstein 1971: 558–584; Bulliet 1975 ; Zarins 1989; Köhler-Rollefson 1993; Uerpmann and Uerpmann 2002; Jasmin 2005; 2006; Heide 2010; Rosen and Saidel 2010; Grigson 2012). Большинство ученых сегодня согласны с тем, что дромадер использовался как вьючное животное когда-то в раннем железном веке (не ранее XII века до нашей эры) (Uerpmann and Uerpmann 2002; Horwitz and Rosen 2005; Heide 2010). Недавнее исследование Зоны 30 Тимны в сочетании с новым набором радиоуглеродных дат подтверждает этот широкий вывод (Ben-Yosef et al. 2012; Grigson 2012).1
Однако наблюдения до сих пор не позволяли получить разрешение датировки в лучшем случае более точно, чем столетний уровень. В этой статье мы дополнительно ограничиваем точное время этого события на основании новых данных из хорошо изученных центров производства и торговли меди в долине Арабаh. Эти места, расположенные между пустынями Аравии и заселёнными землями Средиземноморья и требующие перевозки большого количества меди, представляют собой отличный пример для определения времени появления домашних верблюдов в качестве вьючных животных на всем юге Леванта.
Идентификация домашних верблюдов.
Датировка использования верблюдов как вьючных животных обычно основывается на зооархеологических исследованиях, а также на художественных изображениях и текстовых свидетельствах. В художественных изображениях всадники на верблюдах появлялись в 8 веке до нашей эры (Эпштейн 1971: 566; Heide 2010: 341) или в конце 10 - 9 веков, самое раннее (рельеф Телль Халаф [Гузана], Причард 1969a: Рис. 188), и в текстовых свидетельствах еще в IX веке до нашей эры (Курхская стела Салманасера III, повествующая о том, что царь Аравийский Гиндибу послал 1000 верблюдов на битву при Каркаре, Притчард 1969b: 279).
Идентификация и датировка более ранних фигурок и рисунков верблюдов является спорной (Эпштейн 1971: 559–561; Heide 2010: 340–342) и в лучшем случае представляют собой знакомство древних людей с дикими верблюдами. Таким образом, нельзя сделать вывод, основываясь на ранних артефактах и рисунках, что верблюды использовались как вьючные животные до железного века 2. Это наблюдение подтверждается зооархеологическими исследованиями, в которых определение статуса верблюда (домашнего или дикого) является на основе относительной частоты животных (например, Horwitz and Rosen 2005) и диахронических изменений размеров (например, Uerpmann and Uerpmann 2002; von den Driesch and Obermaier 2007). Определение способов его использования (охота, доение или верховая езда / погрузка) основывается на профилях смертности, определении пола стада (например, Wapnish 1984; Horwitz and Rosen 2005) и поражениях костей (Grigson 2012). Основываясь на вышеуказанных критериях, предыдущие исследования показали, что домашний дромадер, вероятно, появился на юго-востоке Аравии где-то в первой трети I тысячелетия до нашей эры, а более ранние останки верблюдов из Аравии все идентифицированы как дикие (Uerpmann and Uerpmann 2002; von den Driesch и Обермайер 2007; Хайде 2010). Считается, что в южном Леванте самые ранние свидетельства существования домашних верблюдов были с сайта Тимна 30 (Grigson 2012), который теперь датируется ранней фазой железного века (11–9 вв. до н.э.), и см. предложения по более точной датировке этих верблюдов и верблюжьих костей ).
Предполагается, что движущим фактором одомашнивания верблюда является либо его молоко (например, Bulliet 1975; Zarins 1989), либо его преимущества в качестве вьючного животного (Clutton-Brock 1987; Uerpmann and Uerpmann 2002). Однако исследования профилей смертности и повреждений костей показали, что самые ранние задокументированные домашние верблюды (на сегодняшний день) использовались как вьючные животные (Uerpmann and Uerpmann 2002; Grigson 2012); другие соображения также делают маловероятным раннюю фазу использования исключительно молока (Uerpmann and Uerpmann 2002: 250).
Новые данные из долины Арабаh.
Недавние исследования на участках производства меди в долине Арабаh (например, Ben-Yosef 2010; Levy et al. ) дали значительное количество радиоуглеродных дат для стратифицированных контекстов поздней бронзы и железа. (Леви и др., 2008; Бен-Йосеф и др., 2010; Бен-Йосеф и др., 2012). Это позволяет проводить исследования хронологического фона останков фауны с высоким разрешением, используя при этом абсолютные даты, а не относительную и спорную терминологию культурно-керамических периодов для южного Леванта железного века (например, Levy and Higham 2005). Даты на этих участках показывают, что производство меди в долине Арабаh началось еще в конце XIV - XIII вв. до н.э. и прекратилось к концу IX века до н.э. (например, Бен-Йосеф и др. 2010 г.), охватывая период в который домашние верблюды были завезены в регион. Следовательно, диахронические сравнения сообществ фауны (на уровне между участками и внутри участков) с этих участков являются ключом к точному определению времени этого события. Более того, поскольку все эти стоянки имели одинаковую природу, связанную с плавкой и транспортировкой меди, появление останков верблюда в стратиграфической последовательности, скорее всего, будет отражать его ввод в качестве вьючного животного, а не изменение образа жизни (т.е. верблюда в качестве пищи в рацион работников ).
Изучение наших недавних исследований фауны в Тимне (участки 30 и 34, Сапир-Хен и Бен-Йосеф) вместе с предыдущими исследованиями в Тимне и Файнане (таблица 1) (Lernau 1988; Grigson 2012; Muniz and Levy в печати; Bar -Oz and Erickson- Gini unpublished), обнаруживает четкую закономерность: кости верблюда в значительных количествах появляются только в контекстах, датируемых последней третью 10-го и 9-го веков до нашей эры. Это наиболее очевидно на обширном плавильном предприятии Хирбет-эн-Нахас (КЕН) в районе Вади-Файнан, Иордания, которое представляет собой непрерывное производство металлов с 13-го по конец 9-го веков до нашей эры. Кости верблюда были обнаружены почти исключительно в слоях II - III, которые датируются концом X - IX вв. до н.э. . Они демонстрируют внезапное появление верблюдов на месте после серьезного изменения в организации производства во всем регионе . До сих пор единственные другие кости верблюда из ранних фаз железного века долины Арабаh были зарегистрированы на единственном участке в Тимне, который также имеет оккупационную фазу конца X – IX веков до н.э. - Участок 30 (Таблица 1, Григсон 3 A одиночный фрагмент кости был найден в контексте XI века до н.э. (слой M4, слой VI), 2012 г., включая остеологические показания к эксплуатации транспорта). Хотя это место представляет собой место непрерывной плавки еще с конца XII века до нашей эры (Ben-Yosef et al.2012) и несмотря на то, что Григсон (2012) относит кости к более ранним слоям, мы утверждаем, что первоначальная стратиграфия, представленная Ротенбергом (1980) запуталась в том, что все кости происходят из последней фазы заселения этого сайта , а именно из конца X – IX веков до нашей эры (слой I). Сложный характер археологического накопления в плавильных лагерях делает латеральные стратиграфические корреляции чрезвычайно трудными (Rothenberg 1980: 189–192), и для каждой раскопанной области требуется независимая, абсолютная датировка, чтобы установить точную хронологию. Наше исследование фаунистического сообщества из раскопок 2009 г. на Зоне 30 , которые зафиксированы в абсолютной хронологии на основе радиоуглеродного датирования (Бен-Йосеф и др. 2012 г.), не выявило верблюдов на более ранних этапах. . Более того, прямое радиоуглеродное измерение верблюжьей кости, недавно опубликованное Григсоном (2012: 84), также предполагает более позднюю дату . Это наблюдение подтверждается отсутствием верблюдов с более ранних стоянок в Тимне (таблица 1), включая египетский храм позднего бронзового века (объект 200, Лернау, 1988 г.), лагерь плавильщиков поздней бронзы на участке 2 ; одна верблюжья кость, о которой сообщает Hakker-Orion [1984], не может быть отнесена к определенному периоду) и недавно раскопанная Зона 34. Последняя была исследована с акцентом на зооархеологический аспект , а новые радиоуглеродные датировки показывают, что сайт был заброшен к концу 10 века до нашей эры . Синхронное появление верблюдов в Файнане и Тимне в последней трети X века до нашей эры совпадает с серьезным изменением в организации производства в долине Арабаh, включая закрытие большинства плавильных заводов, централизацию рабочей силы и значительное улучшение плавильных технологий (Ben-Yosef 2010). Улучшение транспортных средств теперь следует рассматривать как еще один фактор в этой существенной трансформации отрасли, которая связана с кампанией фараона Шошенка I в регионе (или / и ее последствиями) .
Останки верблюдов из других мест на юге Леванта
Предыдущие исследования также подтверждают дату появления домашних верблюдов в южном Леванте в железном веке II. В то время как остатки верблюдов от неолита до железного века I были зарегистрированы с нескольких мест (обзор в Horwitz and Rosen 2005; Grigson 2012), находки скудны (и в некоторых случаях их датировка сомнительна) и, скорее всего, представляют собой диких верблюдов (там же. ) .4 Сборник Хорвица и Розена (2005: Таблица 2) показывает, что верблюжьи останки стали обычным явлением только в контексте Железного II (Horwitz and Rosen 2005: 126) 5.
таблица 1
Если сосредоточить внимание на стоянках Негева (таблица 2), эта закономерность становится более ясной: верблюды отсутствуют в контекстах железного века I в Беэр-Шеве (Strata IX ‒ VIII, Hellwing 1984) и Телль-Масосе (Stratum III, Tchernov and Drori 1983), что расположены прямо на главном торговом пути из долины Аравах к побережью Средиземного моря. Верблюды впервые появляются в Негеве во время железного в. II, и их эксплуатация постепенно увеличивается. Они стали обычным явлением в «крепостях Негева» IIA раннего железного века (Cohen and Cohen-Amin 2004; керамическую фазу см. Herzog and Singer-Avitz 2004: 225–226), которые недавно были связаны с производством меди в Араве ( Мартин и др., 2013 г .; Мартин и Финкельштейн, 2013 г.). В Iron IIB верблюды встречаются почти во всех изученных контекстах (за исключением культового памятника Китмит, таблица 2).
таблица 2
Выводы.
Данные по вводу нахождения домашних верблюдов в южном Леванте . Данные с медеплавильных заводов в долине Арабаh позволяют нам более точно определить введение домашних верблюдов в южный Левант на основе стратиграфических контекстов, связанных с обширным набором радиоуглеродных дат. Данные указывают на то, что это событие произошло не ранее последней трети X века до нашей эры и, скорее всего, в это время. Совпадение этого события с крупной реорганизацией медной промышленности в регионе, приписываемой результатам кампании фараона Шошенка I, повышает вероятность того, что эти два события были связаны, и что верблюды были введены как часть усилий по улучшению эффективности за счет облегчения торговли (транспортировки).
Наблюдения из долины Арабаh соответствуют сообщениям из Негева и заселенных земель, которые демонстрируют высокую частоту верблюжьих останков только начиная с железного в. IIA. Более того, поскольку верблюды на стоянках в Негеве появляются в ассоциации с керамической фазой раннего железного IIA (Herzog and Singer-Avitz 2004), данные из Арабаh подтверждают низкие хронологические даты этого периода (Finkelstein 1996; Finkelstein and Piasetzky 2010) ( для обсуждения см. Levy and Higham 2005). В дополнение к новому пониманию животноводства на ранних этапах железного века, наши результаты имеют прямое значение для датировки начала аравийской торговли и многих связанных экономических и социальных явлений (например, Groom 1981; Finkelstein 1988; Artzy 1994; Singer-Avitz 1999; Jasmin 2005; 2006; Rosen and Saidel 2010). Поскольку наиболее вероятно, что значительная торговля между южной Аравией и Левантом была невозможна до использования верблюдов в качестве вьючных животных (см., Например, Jasmin 2006), она не могла начаться до последней трети X века до нашей эры…
****************************************************************************