доисламский обряд в южной Аравии

A Pre-Islamic Rite in South Arabia

Werner Daum

Source: The Journal of the Royal Asiatic Society of Great Britain and Ireland, No. 1 (1987),pp. 5-14

…В центральной части Тихамы, примерно в 70 км к северо-востоку (по дороге) от главного морского порта Северного Йемена Аль-Худайда, расположен город Баджил, находящийся на дороге в Сан'а. Баджил - первое крупное поселение на равнине Тихама, расположенное сразу после выхода из гор. Примерно в 4 км. к юго-западу от Баджила находится гробница известного святого (уали), недалеко от деревни Дайр аль-Хадама. Имя святого - "аш-Шамси", Солнце, или, правильнее, "солнцеликий или солнечный". Он считается святым Баджила и большой племенной конфедерации al-Qahra .

Ежегодное паломничество (зияра) к этой гробнице было великим событием года и до сих пор многими считается таковым. Обряды, связанные с зиярой, очень странные. Под тонким формальным слоем ислама они явно указывают на древнюю религию, вытесненную учением Пророка. Конечно, это не единственное явление такого рода в Йемене; подобные обычаи зафиксировали Гарольд Ингрэмс, Р.Б. Сержеант и другие. Что делает зияру аш-Шамси поистине уникальной, так это связанная с ней история. Эта легенда действительно настолько подробна и точна, что позволяет нам получить исключительное представление о материальной структуре доисламской религии Южной Аравии. Это тем более приятно, потому что о древних сабейцах не сохранилось ни одного мифа, а тысячи надписей представляют собой по большей части формальные посвящения, в которых упоминаются боги пантеона, но не проясняются связи между ними. Прежде чем перейти к обрядам и легенде об аш-Шамси, я рад выразить двойную благодарность Фрэнсин Стоун за обсуждение стены и зияра в ее восхитительных "Исследованиях о Тихаме" (1985).

Тихама ( араб . تِهَامَةُ Tihamah ) относится к прибрежной равнине Красного моря Аравийского полуострова от залива Акаба до Баб-эль-Мандaб.

Во-первых, именно благодаря соответствующей главе в ее книге я узнал о сокровищах, которые нужно искать в Дайр аль Хадаме; во-вторых, именно собранные ею данные позволили мне задать "правильные" вопросы местным жителям, которые из религиозного страха крайне неохотно рассказывали о своих убеждениях чужаку. Если бы я не приехал в это место с информацией, собранной Франсин Стоун, я бы не смог собрать полную историю в том виде, в котором она будет представлена сейчас.

Могила святого находится в центре обширного кладбища. Весь участок земли покрыт большими речными камнями; из этих камней собраны меньшие могилы, из них же построен аш-Шамси wali . Здесь растут деревья и кустарники акации, столь характерные для высохших русел вади в Южной Аравии. Святость места и благоговение местных жителей, вероятно, защищала эта растительность. На мой вопрос, был ли это древний водоток, сначала ответили отрицательно, но позже сказали, что это действительно так, что "много веков назад" здесь был большой вади (ширина русла около 200 м), который сейчас проходит в нескольких километрах к западу и который идет с гор к юго-востоку от Баджила, то есть в продолжение линии от Дайр аль-Хадама до Баджила и в горы. Наконец, было предложено и название водотока: Ши'ба Джурайния. Буквально ши'б означает "горный обвал" и используется для обозначения очень похожего явления у (доисламской) гробницы пророка Худа в Хадрамуте. Когда я был на месте аш-Шамси в конце мая 1986 года, а это период сезона дождей в Тихаме, боковое ложе на самом краю бывшего водотока было мокрым от дождевой воды, которая, очевидно, стекала туда несколько дней назад. Поэтому первым и удивительным фактом является то, что стена была возведена в центре большого водотока, а не в деревне Дайр аль-Хадама, которая находится примерно в 100 метрах за пределами вади, примерно в 200 метрах к западу от стены.

Святилище в центре очень мощного и в былые времена явно проливного русла вади - очень странная вещь, и, должно быть, оно было помещено в это место специально. Конструкция четырехугольная, причем не углы, а стены ориентированы на четыре кардинальные точки. Оно состоит из внешней стены, увенчанной кренами. Внутри, в центре, находится четырехугольное сооружение с небольшой целлой внутри. Это сооружение, которое я теперь для удобства буду называть Ка'ба (куб) , также имеет кренели и центральную "башню". Внешняя стена имеет два входа, один на южной, другой на западной стороне. На внутренней стороне северной стены находится кибла, а напротив киблы небольшое отверстие, похожее на дверь, ведет в Ка'ба. Помещение внутри Ка'ба очень узкое. Ниша в южной стене, вся покрытая воском, по преданию, служит для свечей во время зияра.

Считается, что церемония зияра проходит следующим образом : паломники входят с юга, обходят Ка'ба против часовой стрелки (как это делается в Мекке), берут горсть пыли изнутри Ка'ба (эту пыль бросают обратно, а иногда оставляют себе) и покидают место через западный вход. Два небольших купола за стеной с северной стороны, как говорят, являются гробницами двух сыновей святого.

Небольшая деревушка Дайр аль-Хадама является домом "хранителя" святыни и его расширенной семьи. Название этого места, Дайр аль-Хадама (место служения), выражает эту связь. Хранителя зовут Каййим. Можно упомянуть, что в западной части Южного Йемена это слово звучит как quyyum, в других местах Тихама - mansub, а в Хадрамуте - mansab. Слово мансаб было известно самому Каййиму. Его зовут 'Усман Ибрагим Каййим, его отца звали Ибрагим Мухаммад Сирайн, и в прежних поколениях Сирайн всегда был фамилией семьи, так он сказал. Мы постараемся объяснить это слово в конце данной статьи.

Самая интересная часть обряда зияра происходит в хуторе, а не у самой стены. Нижеследующее описание основано на рассказе семьи Каййима. Сам он лишь время от времени, и очень нехотя, подтверждал то, что рассказывала его семья, да и то по крупицам и очень неохотно. Если бы не священное арабское гостеприимство, Каййим непременно выгнал бы меня. Его семья призналась мне, что он боялся мести стены, если её секреты будут раскрыты чужаку. Я не могу не предупредить и не умолять иностранцев, живущих в Йемене, не исследовать ее из любопытства. Это непременно погубит этот драгоценный и редкий цветок, к которому, как я чувствовал и слышал, светские и религиозные власти относятся с большим недоверием.

Центральная церемония заключается в возведении двух деревянных столбов, один длиннее, другой несколько короче (Франсин Стоун говорит о 8 и 7 метрах в высоту). Подготовка столбов начинается вечером, после захода солнца. Сначала шесты моют водой, а затем наносят хну. Каждый столб называется сиру, (а вышеупомянутая фамилия явно двойная, два сиру). Более длинный представляет аль-Шамси, святого, как было сказано без колебаний, когда я спросил, а более короткий - "женский". Я настойчиво спрашивал, была ли это жена аль-Шамси, но мне ответили, что он никогда не женился. Оба столба украшены свёртком ткани. Было прямо сказано, что это одежда аш-Шамси и что это - также одежда в случае второго столба. Когда два столба установлены, мальчики взбираются на них, обычно подвешенные на веревке, закрепленной на вершине столба. Затем они сползают вниз, снова поднимаются и так далее. Я не ожидал ответа, когда спросил, в чём смысл этой "игры", но мне сказали, что она призвана обеспечить изобилие детей. Если дети будут играть с усердием, то в следующем году родится много мальчиков. В прежние времена, теперь уже довольно редко, Каййим предлагали паломникам мясо - dhaba'ih ; сами паломники приводили быков, овец и коз. Животных закалывали "для бедных и для Бога". Этот общинный банкет, уалима, очевидно, был важной частью ритуала.

Теперь я перескажу историю аш-Шамси. Есть две версии, которые немного отличаются друг от друга: одна рассказана Кайимом и его семьей, а другая - шейхом аль-Маша'ихом из племени Кахра племени Баджиль и знатными людьми Баджиля, которых я встречал в его компании. Обе версии были сформулированы неформально, и их арабский язык был довольно приземленным, в отличие от моего «Marchen aus dem Jemen». Поэтому я ограничусь содержанием рассказа. В обеих версиях говорится, что героя звали не аш-Шамси Ахдал (как об этом пишет Франсин Стоун), а просто аш-Шамси. Легенда в изложении Каййима выглядит следующим образом. Аш-Шамси пришел издалека, с запада, с другого берега Красного моря, из Эфиопии. У него был только один глаз, в середине лба, но этот глаз был мощнее твоего или моего глаза, мощнее любого человеческого глаза. Он мог видеть им все горы, до самого Хадрамута и дальше. Ничто не могло укрыться от него. В то время могущественный демон жил в горах вон там (указывает в направлении Баджила и гор, возвышающихся над ним, то есть в направлении водотока), далеко, в шести часах езды на машине, посреди гор. Каййим использовал для демона слова джинни, марид, шайтан. Когда я спросил, могло ли имя демона быть 'африт (я знал это слово из моего «Marchen aus dem Jemen»), Каййим так яростно отрицал это, что стало совершенно ясно, каково настоящее имя демона. Каждый год демон требовал от жителей деревни Дайр аль-Хадама девственницу в качестве невесты. Зная от своего «Marchen aus dem Jemen», что это делается для того, чтобы обеспечить воду (паводок) в вади, я спросил о причине этого подношения, не потому ли, что иначе демон удерживал бы воды. Но было сказано, что это не так. Он просил девушку, потому что был злым. Деву одевали как невесту, сажали в верблюжью упряжку (махмал, как говорили) и после захода солнца отправляли верблюда на гору. Демон выходил из своей обители навстречу ей и убива девушку. Но в тот год, когда аш-Шамси увидел бедствие людей и ужасное деяние демона, он пошел за девушкой; немного в стороне от деревни (там, где сейчас стоит стена) аш-Шамси встретился с демоном, отрубил ему голову мечом и таким образом освободил деревню от этого бедствия. Труп демона лежал там же и был выброшен. Аш-Шамси до конца своей жизни жил в деревне как почетный гость, джар. В ответ на мой вопрос было повторено, что он не женился на освобожденной девушке, он вообще не женился. У него было трое детей. (Как это произошло без женитьбы, не было объяснено.) Два маленьких, за северной стеной гробницы - это два его старших сына; третий, самый младший, является предком Каййима в настоящее время. Гробница и праздник возникли следующим образом: Через некоторое время после своей смерти аш-Шамси явился во сне одному из членов ученой семьи саййидов аль-Ахдаля и попросил его построить стену и установить зияру. Исламский слой этого объяснения слишком очевиден.

Теперь я перейду к тому, что можно назвать более профанной версией, рассказанной знатными людьми из окружения шайха и им самим. Святой был родом из аль-Маравикa, небольшого городка в 20 км к юго-западу от Баджиля, где проживают саййиды аль-Ахдаля. Его звали Абдуррахман б. Аби Бакр, его фамилия, лакаб, была аш-Шамси, а другая его фамилия была Одноглазый, а'вар. Он отправился в Дайр аль-Хадаму, где поселился в качестве аджара (защищенного чужестранца). Эта деревня в те давние времена была городом, который назывался аль-Джита. Каждый год, fi ras al-sana (несмотря на кажущуюся идентичность с ивритским рош ха-шана, это означает "в конце года") жители аль-Джиты готовили невесту для демона (слово 'африт было известно только как общий термин для коранических джиннов). Этот демон жил в колодце деревни, который находился за стенами деревни, не очень далеко. Девушку одевали как невесту, mulabisa al-'urs , приносили после захода солнца к колодцу и клали на край колодца. Ночью демон выбрался из воды, хватал девушку и тащил её вниз. В первый год, когда аш-Шамси увидел это, он спросил об этом. На следующий год он спрятался рядом с колодцем. Когда демон вылез из воды и вышел из колодца, аш-Шамси схватил его и убил своим копьем - харбой. У него было несколько сыновей, но он так и не женился. Старшим из них был Хасан б. Абдуррахман с фамилией муфтий аль-дияр аль-ямания. Племя Авлад Хасан (ал-Хасания) - его потомки (в деревне ал-Канания). Два захоронения за стеной - два его младших сына. В память об этом замечательном деянии ежегодно отмечается праздник в день, когда это произошло, и на том месте, где это случилось. По случаю этого зияра жители деревни закалывают быков для гостей, а гости едят мясо.

На данном этапе представляется целесообразным подытожить эти две истории и ритуал. Возможно, будет позволено включить некоторые наблюдения из моего «Тура по Йемену». Африт - это могущественный водяной демон. Он живет в горах, в том направлении, откуда идет вади, где разгружаются облака муссона. Их вода была основой существования древних цивилизаций Йемена, которые жили в восточной пустыне, за горами, орошая поля водами вади, стекающими с возвышенностей. В версии шайха Африт - это "бог" колодца, расположенного в середине вади. В моем «Туре…» Африт еще более четко квалифицируется как сверхъестественный повелитель темных облаков, ливня и вади: Он "более высок, чем возвышающееся небо", он "надвигается на людей, как черная туча"; солнце зашло и появилось "черное облако, черное как дым" (= Африт); он "великан, он приходит как всепокрывающая черная туча, затем он меняет свой облик на человеческий, ростом в десять человек"; когда он спит, "он испускает пук, такой сильный, что весь замок начинает трястись и что он раскачивает деревья леса". Раз в год этому демону приносят в жертву невесту. Несколько моих опрашиваемых прямо говорят о том, что также лежит в основе истории аш-Шамси, что это делается для того, чтобы обеспечить приход воды в вади. Если девушка не была предложена, Африт задерживал воду. Убийство темного старого демона молодым светлым незнакомцем обеспечивает приход воды (об этом ещё раз прямо говорится в нескольких моих "Турах..."). Затем молодой незнакомец женится на девушке (которая оказывается дочерью правителя деревни), утверждается в деревне и после смерти султана становится новым правителем и родоначальником правящей династии. Это объясняет ритуал аш-Шамси более полно, чем слова, использованные Каййимом: убив чудовище, аш-Шамси женится в деревне (это происходит с помощью шеста аш-Шамси и "женского" шеста). Обращение с двумя шестами в точности соответствует брачным ритуалам Йемена: купание в воде и нанесение хны. Не обошлось и без важного банкета (уалима, всегда упоминаемого также в «Туре…»). В ритуале аш-Шамси этот банкет устраивает Кайим и его семья, а в моем «Туре..» это свадебный банкет, который устраивает правитель деревни по случаю замужества своей освобожденной дочери. Целью ритуала, конечно же, является плодородие земли (через освобожденные воды) и семьи (дети, поднимающиеся по столбам).

Прежде чем продолжить, я должен объяснить дату fi ras al-sana. Поскольку смысл этой формулы был мне неясен, я долго обсуждал ее с шайхом и его помощниками. Сначала было разъяснено, что она действительно означает "конец года", но что на самом деле она означает время сразу после конца года, "когда год завершен и конец уже позади". Не было сказано, что это начало нового года, но это именно так, в переводе на наш образ мышления. Затем мне сказали, что это был не мусульманский год, а «сельскохозяйственный». Конец" наступал после мавсим аль-хариф (окончание сбора основного урожая с последующим отдыхом). Это объяснялось следующим образом: основной сезон дождей - это сайф, двухмесячный сезон, который мы сейчас проходили (был конец мая). Конец года наступит примерно через три-три с половиной месяца. Если перевести это на наш календарь, то это означает "начало-середина сентября". Тогда говорили, что убийство демона произошло в ночь полнолуния, и поэтому ежегодный праздник поминовения предпочтительно праздновать именно в эту ночь, то есть в первую после окончания года. « Это было правилом, и все это знали". Но на самом деле зияра могла быть назначена по любому практическому соображению, в любое время в течение праздного и климатически приятного зимнего времени, но обязательно в четверг или пятницу, потому что это был праздник; по возможности в полнолуние, но также в четверть или три четверти луны. Эта датировка - еще один интересный момент ритуала аш-Шамси. Она подтверждает то, что обычно предполагалось, т.е. что сабейский (или химьяритский) календарь был солнечным, а не лунным. Я не хотел бы здесь углубляться в проблемы химьяритского календаря. Сержеант, которому я благодарен за комментарий по этому вопросу, согласится с тем, что химьяритский год начинался в октябре, тогда как Бистон (Arabian Studies I, 1974, 1) говорит о мае, а Робин - об апреле. У меня есть довольно много заметок о народном календаре, и я думаю, что в разных регионах Йемена было два Новых года, но это не может быть подробно описано здесь. Самое странное в этой датировке одновременно является и самым важным с точки зрения сравнительного анализа.

Мы видели, что формулировка "конец года" на самом деле означает "начало года", а настоящая дата Нового года - это не первый день месяца, а день полнолуния, то есть пятнадцатое число. Именно об этом говорит Библия, когда рассказывает о празднике Кущей: "в конце года" (Исход 23, 16), "в пятнадцатый день седьмого месяца» (Левит 23, 34 и 23, 39), "после жатвы" (Второзаконие 16, 13) и "при перемене года" (Исход 34, 22). Попытки библеистов согласовать эти две даты ("смена года", то есть первый день месяца, и пятнадцатый день этого месяца? "Седьмой" месяц легко объясняется как первый месяц второго семестра или сдвигом Нового года с осени на весну) заполнили библиотеки. Из идентичного явления здесь, в Южной Аравии, становится ясно, что здесь нет никакого противоречия, если мы понимаем эти формулы не с помощью математического подхода, а через идею, которую они должны передать.

Теперь пришло время вернуться в Йемен и кратко упомянуть еще два этнологических наблюдения, касающихся ритуала аш-Шамси. Сержеант в своей новаторской работе "Доисламские пророки Хадрамаута" показал, что великое ежегодное паломничество хадрамитов, посвященное пророку Худу, имеет доисламское происхождение и что оно заключается в подношении невесты пророку. "Предложение Худу невесты и брачной церемонии... напоминает о древней семитской религии и, вероятно, указывает на прекращённые церемонии, память о которых закреплена в этом странном стихе", - говорит Сержеант.

Другая параллель была описана Майерсом в 1947 году, и он явно чувствовал, что за его наблюдениями стоит нечто большее. Он описывает женского демона "аль Ма'агиз", самого главного джинна региона Малый Аден. Один рыбак замуровал её в дереве. У нее был муж, которого звали "Мушаиба" (в дополнениях Майерс упоминает, что это может быть и ам-Шаиба), также замурованный в дереве. По случаю ежегодного зияра в их память воздвигали два столба, одеждой им , как говорят, служили их тюрбан и фута. Зияра проводилась в день полнолуния зимой. Следует отметить, что в большинстве районов западного Южного Йемена определенный артикль (арабское "аль") - это am. Am является общепринятой формой в стране Шубайлиль, к которой относится Малый Аден. Часто am полностью ассимилируется с последующим существительным. Поэтому два демона - это не что иное, как ам-'Аджиз и ам-Шайба, "старая женщина" и ее муж "старик". Таким образом, церемония Малого Адена в основном идентична ритуалу аш-Шамси.

Я не могу в ограниченном пространстве этой статьи рассматривать различные аргументы, выдвинутые в моей работе "Ur-semitische Religion", для приравнивания трёх основных фигур "этнологического ритуала к трем центральным богам древнего сабейского пантеона, т.е. Алмака (который теперь определенно должен быть переведен как IL muqahh(w) Бог IL, который обильно поливает), Аттар и женщина Шамс (солнце). IL - это старый демон в горах, Аттар - молодой герой, Шамс - невеста. Мы знаем имена этих божеств; теперь мы можем связать их с мифом. Я смог показать, что первоначальная форма мифа выглядела следующим образом: ИЛ сдерживает воды, если ему не приносят невесту. Аттар приходит издалека (с востока), убивает IL и женится на Шамси матрилокальным способом в её деревне. Это происходило в ночь полнолуния весной. На более позднем этапе весь миф переносится на полнолуние осеннего равноденствия, акцент делается на обеспечении дождя, молодой герой (который теперь приходит с запада) принимает черты девушки (он становится солнцем), в то время как она становится гораздо более реальным воинственным партнером, и действительно женщиной Аттара. Матрилокальный брак остается прежним. Именно этот второй (осенний) этап мы можем наблюдать на празднике аш-Шамси. Одной из удивительных особенностей праздника аль-Шамси является матрилокальная система брака. Она, конечно, не арабская, но все же может быть прослежена путем тщательных этнологических наблюдений в стране Махра, в Хадрамуте, в северо-йеменском Джауфе, в нашей истории аш-Шамси и, можно сказать, в одной из центральных формул древней сабейской религии. Эта формула, dhat Himyam 'Athtar yajur, (например, в Ja 618;, корень - jar, термин, который мы видели примененным к аш-Шамси!) существует также в катабанском языке, где глагол - yaghul. Сабайская, как и катабанская формула может означать либо "Горячий один (= Солнце), в который входит Аттар", либо "Солнце, на которое нападает Аттар". Сложность перевода заключалась в том прискорбном факте, что мы не знали, каковы мифологические отношения этих двух божеств. Мария Хофнер первоначально предпочитала интерпретацию "атакует" (стр. 284), но теперь считает, что это должно быть "входит". "Входить" (дахала, иврит: бо'а) - это общее семитское выражение, означающее женитьбу. Таким образом, формула означает "Солнце, на котором Аттар женится матрилокально".

В заключение можно отметить, что Бистон совсем недавно продемонстрировал, что уксорилокальный брак был если не обычной структурой, то, по крайней мере, довольно частым явлением в сабейском обществе. Поэтому мы можем сказать, что матрилокальный брак был обычаем среди древних сабеян, что они представляли себе брак своих богов именно таким образом, что они повторяли его через ежегодный матрилокальный священный брак, и что мы всё ещё можем видеть, как этот фестиваль проводится в Дейр аль-Хадаме.

Смысл нашей церемонии в йеменской Тихаме теперь ясен: это ежегодное представление великого события, которое произошло in illo tempore, обеспечивая плодородие земли и династии. Два столба - это аш-Шамси и его невеста (вопреки словам Каййима); невеста была приносима в жертву за воду (воду вади или колодца); омовение и помазание столбов соответствует брачному обряду, как это происходит и в наши дни: день омовения - yawm al-ghasl , день хны - йаум аль-хинна, трапеза - великий банкет, уалима, брачный союз. Но как представлено убийство бога IL : в слове siru ! Сабейское sirw означает «походный отряд», арабское sara سري (исра) - "путешествовать ночью", "отряд против врага ночью". К молодому герою в одном из моих "Туров..", следующему за невестой, которую приводят к старому демону, обращаются как yd sari al-layl.

Если перевести этот ритуал на язык храмовой архитектуры, то в сабейских храмах мы должны были бы ожидать увидеть бассейн с водой и две колонны. Если мы внимательно прочитаем предварительное исследование, проведенное Й. Шмидтом в районе Мариба, мы обнаружим, что это действительно так (стр. 75, стр. 137, стр. 154). Это, конечно, напоминает нам о "море бронзы" и бронзовых столбах Якин и Боаз (I Царств 7, 15-26) в храме Соломона, значение которых не раз становилось загадкой для экзегетов. Иакин и Боаз (ивр. ‏בועז‏‎ и יכין), — два медных, латунных или бронзовых столба, которые, согласно Библии, стояли в притворе Храма Соломона — Первого Храма в Иерусалиме.

Когда я впервые услышал об аш-Шамси, мне стало досадно, что я не знал этого раньше и не смог включить его в свою книгу "Ur-semitische Religion", первая часть которой претендует на звание "заново открытой древней сабейской религии". С другой стороны, кажется не разочаровывающим обнаружить столь полное доказательство тезиса, который до сих пор основывался на комбинации нескольких выводов. Наконец, можно упомянуть, что сабейский праздник проливает новый свет на два доисламских праздника в Мекке ('Умра в самой Мекке и Хадж в Арафат). Ученые давно задаются вопросом, почему Ка'ба была построена в центре мекканского вади, в "батн Макка". История Ка'ба - это история разрушительных наводнений. Теперь мы знаем, почему. Также мы теперь можем понять слово عُمْرَةٌ « 'умра», которое в самой Мекке действительно означает то, что словари называют общим значением этого слова, а именно "матрилокальный брак" (в отличие от патрилокального عُرْسٌ "урс").

Умра и Хадж идентичны по многим аспектам, включая дату и даже название, с двумя древнееврейскими праздниками - Песах и Праздником кущей (Хагг). Кажется удивительным, что ответ на извечный вопрос об объяснении (не о происхождении, которое, однако, лежит на Севере ! ) двух центральных библейских праздников следует искать в Южной Аравии, как и объяснение праздника Мекки.

в суре 27 идёт описание народа царицы Савской, которые поклонялись аш-Шамси , как посланник царя Сулеймана рассказал ему.

********************************************************************************************************************