Сибирские финны
В XIX и начале XX века в Омском уезде Тобольской губернии существовало несколько поселений финнов. Кроме ссыльных в них жили и работали финские служители лютеранской церкви. О судьбе одного из них мы расскажем вам в этой статье.
«Сибирь, деревня Бугень, 2 марта 1906 года
Дорогая родня!
Так мы справили свадьбу в прошлое воскресенье… Церковь сняла с себя наряд обыденности и украсилась ветвями сосны и цветочными букетами… После собрались в нашем доме, куда были приглашены лейтенант, инженер, церковные служители из нашей деревни и несколько старых разбойников и убийц».
Так писал из Сибири в родную Финляндию Юхо Лехто, жених на той самой свадьбе. В письме он также поведал, как была сделана свадебная фотография. После венчания трех других пар в церкви никого не осталось, и его с невестой запечатлели на долгую память. Юхо пообещал отослать фотокарточку в Финляндию, если снимок получится.
Эта фотография была обнаружена при подготовке материала о сосланных в Сибирь финнах. Она размещена в базе данных Finna и входит в коллекцию Музейного ведомства. В описании значится только то, что на снимке запечатлена свадьба катехета Юхо В. Лехто и Ээвы Кетонен в Сибири, в финской колонии Бугень. Фотография датирована 11 марта 1906 года.
Выяснилось, что фотографию получили родственники Юхо Лехто и впоследствии передали ее в Музейное ведомство. А сами Ээва и Юхо вернулись из Сибири в Финляндию, долгое время прожили в Сортавала, а после войны обосновались в Весилахти, неподалеку от Тампере. Их история описана в книге «Сын Тампере в Сибири» (Tampereen poika Siperiassa).
Финские колонии
Старые разбойники и убийцы, о которых писал Юхо в письме родным, были финскими ссыльными и их потомками. Высылать в Сибирь из Финляндии прекратили в 1888 году, за двадцать лет до свадьбы четы Лехто. Но сосланных не вернули на родину, а оставили доживать свой век за Уралом, в Бугене и других финских поселениях.
По данным профессора Алпо Юнтунена, который изучал историю сибирских финнов, лютеран в Сибири селили неподалеку друг от друга. Это были финны, эстонцы, латыши и немцы. Одна из таких лютеранских территорий располагалась на берегах Енисея, другая – неподалеку от Омска. Деревня Бугень находилась в трехстах километрах к северу от Омска.
Старейшим финским поселением была колония Рыжкова, куда в начале XIX века сослали крепостных ингерманландцев, взбунтовавшихся против своего хозяина, барона Унгерна-Штернберга. Рыжкова, однако, выгорела при пожаре в середине века, и ее жителей переселили в Бугень, который уже тогда называли большой финской деревней.
Когда Юхо Лехто приехал в Бугень в 1905 году, в деревне насчитывалось 70 домов. Число жителей доходило до 700. Большинство были финнами, но встречались и эстонцы. Быт был налажен. Деревня стояла на черноземных почвах, так что зерновые росли без удобрений. Пахота тоже проблем не вызывала, потому что камней в земле почти не было. Жители Бугеня держали много скота и активно торговали своей продукцией в ближайших городах. Особенно ценились молочные продукты, в первую очередь масло.
Никаким эльдорадо, однако, финские поселения не были: ссыльные нередко устраивали драки и напивались. Грамотой владели единицы. Слухи об этом дошли до Финляндии, и в Сибирь отправили финского священника. Пастор Йоханнес Гранё обосновался в Омске, но постоянно ездить в Бугень было далеко, и ему понадобился помощник на месте.
В то время Юхо Лехто было около двадцати лет. Сирота из Тампере, бедный, как церковная мышь. Богословию он обучался в Сортавальской учительской семинарии. После ее окончания молодой человек пошел работать в психиатрическую лечебницу Питкяниеми, но вскоре к нему приехал директор семинарии и предложил работу учителя в Сибири. Ответить надо было до следующего утра.
«Сибирь. Плохая репутация у этого слова. Туда попадают воры, разбойники, убийцы и отщепенцы».
Но энергичный юноша жаждал приключений, а в Финляндии его ничего не держало. Ему удалось уговорить на долгое путешествие свою семинарскую подругу Ээву Кетонен, и в сентябре 1905 года они оба сели в поезд на восток.
В воспоминаниях Юхо и Ээва описывают Бугень как деревню, где болота защищали от бандитов и диких животных, а распространенные в Сибири зверства происходили довольно редко. Основными проблемами жителей были пьянство и неграмотность. Имелась в деревне и школа, но здание было таким обветшалым, что зимой внутри приходилось сидеть в тулупе и валенках. Юхо довольно скоро после приезда заболел ревматизмом.
Сфера деятельности Юхо и Ээвы была обширной: они отвечали за обучение жителей Бугеня, за их лечение и за проведение религиозных обрядов от крещения до похорон. Кроме всего этого Юхо еще возглавлял местное общество трезвости, что среди любивших выпить финнов было крайне непросто. Иногда церковные обряды приходилось совершать в соседних деревнях.
Юхо с Ээвой деревенские очень дорожили, их труд был неоценим для местных. Об этом свидетельствуют многочисленные подарки, которые жители Бугеня подарили им на свадьбу: свинья, теленок, петух с курицами и пара гусей. Впоследствии чета Лехто держала уже внушительный скотный двор.
Не раз Юхо спасали его ухоженные и быстроногие сибирские гнедые. На дороге в Омск путников нередко караулили бандиты, а зимой к ним присоединялись голодные волки. Но повозка Юхо не единожды уходила от преследования и тех, и других.
В воспоминаниях Юхо и Ээвы можно встретить описание многих ярких личностей, живших в Бугене. Одним из таких колоритных персонажей был кузнец Херманни Ронкайнен, известный под прозвищем «ужас Иисалми». Он был неплохим работником, но очень любил заложить за воротник. Когда у него умерла жена, на похоронах произошел странный и курьезный случай. Когда гроб опускали в землю, с него слетела крышка, и тело упало в могилу. Херманни, уже в стельку пьяный, прыгнул в могилу, схватил свою умершую жену за талию, затолкал ее обратно в гроб и в сердцах выругался: «Да оставайся ты уже там, черт тебя подери!».
Дорога домой
Конец затянувшемуся на 16 лет путешествию Ээвы и Юхо Лехто в Сибирь положила революция. Отголоски гражданской войны доходили и до отдаленного Бугеня, а красные и белые попеременно проходили через деревню, забирая с собой еду и лошадей.
Однажды отряд белых решил забрать лошадь у семьи Лехто, а их 14-летнего сына Эйно посадили править кобылой. Родители испугались, что больше никогда не увидят своего ребенка, но мальчик вскоре умудрился сбежать от напившихся солдат, а лошадь сама нашла дорогу домой.
В 1921 году семья Лехто окончательно решила вернуться в Финляндию. 26 мая они отправились в путь с 40 другими жителями деревни. Часть деревенских осталась на насиженном месте, да и не все получили разрешение покинуть советскую Россию. Эстонцам, например, позволили вернуться на родину лишь годом позже.
Дорога длилась семь недель. До Омска доехали на лошадях, а там пересели в вагон товарного поезда. Большую часть времени отняли не переезды, а ожидание различных виз и разрешений на проезд. На сортировочной станции в Москве они прожили три недели, варя похлебки и давя клопов. К счастью, путешественники были запасливы и взяли с собой достаточно провианта. Купить они ничего бы не смогли, потому что старые деньги к тому времени обесценились.
Когда компания пересекла разделявшую Россию и Финляндию реку Сестру, то была сразу определена на две недели в карантин. Каждый день им было предписано ходить в сауну, чтобы вытравить вшей и блох. Два мальчика попали в госпиталь из-за чесотки.
Карантин был для семьи Лехто самым неприятным эпизодом всего их сибирского этапа жизни. Они вплотную приблизились к свободе и родным, но все равно пришлось ждать две томительные недели. В то же время все вокруг казалось новым и удивительным. Письма в неспокойное время не ходили, поэтому чета Лехто грешным делом думала, что Финляндия пала и ее уже нет. А на месте оказалось, что родина стала независимой.
На вокзал Тампере Ээва и Юхо Лехто с пятью детьми прибыли утром 12 августа 1921 года. И сибирская страница в истории их жизни оказалось окончательно перевернута.
Деревня Бугень, стоявшая на реке Буген, известна также под названием Бугене. В разное время она называлась Чухонская, Больше-Чухонская и Финны. Сейчас это деревня Фины Знаменского района Омской области. Колония Рыжкова тоже одно время называлась Чухонская, а сейчас это село Рыжково Крутинского района Омской области.
Подробнее о говоривших по-фински жителях Сибири можно прочитать по-русски в статье Дарьи Сидоркевич «Ингерманландцы в Сибири: этническая идентичность в многоэтничном окружении».
Разница в датах свадьбы четы Лехто в письме Юхо и в описании к фотографии в коллекциях Музейного ведомства (2 и 11 марта) связана с тем, что Юхо указал день по старому стилю, то есть по использовавшемуся тогда в России юлианскому календарю.