Тяжело быть рыцарем. Часть 2
Глава 4. Сборы или, последние славные деяния в замке.
Рыцарь всегда достойно несёт назначенную ему кару и становится лучше, хотя бы в рукопашном бою и красноречии, не забывая благословить монархов за дарованный шанс искупления. (Книгус Рыцарус)
Рыцарь всегда должен сразу отправляться выполнять задание монарха. Неважно, готов он или нет, ведь часто так бывает, что самый подготовленный, оказывается под конём. (Книгус Рыцарус)
Стража королевского дворца встревожено наблюдает за человеком в лёгком доспехе, громко бранящимся чернейшими словами, при этом раздающем пинки по мягким местам и подзатыльники всей прислуге. Солдатам, не сумевшим удержать смешок, приходится встретиться с гневным взглядом слегка седовласого мужчины, а после нервно сглотнуть и поднять щит на уровень лица. Не успевшим вовремя это сделать, предстоит познакомить своё лицо с железной перчаткой разгневанного мужчины, рысью сблизившимся. Стены содрогались от мужского голоса, полного негодования и гнева:
- Твари! – гаркнул мужчина, отвесив пинка сутулому мужичку, от чего тот подскочил. – Сволочи! – стукнул он по столу у стены коридора, заставив мебель жалобно скрипнуть. – В гробу я видал их приговор! – разгневанный выхватил меч из ножен стражника, после чего согнулся пополам и рухнул на пол выпустив оружие. – Проклятущие душегубы! – выдавил из себя уже лежащий на полу мужчина и стал лупить Древом Искупления по полу.
- Бертольд. – подошёл капитан стражи подавая руку лежащему. – Не расстраивайся так. Скажи спасибо доброте монархов. Могли бы и казнить.
- Пошёл ты! – прошипел рыцарь, но руку помощи принял, кряхтя встал и продолжил. – Вручили мне эту палку. – презрение так и чувствовалось в словах Дидфита. – И я должен победить этого трижды выдранного во все… - рыцарь извергал поток сквернословия, а спокойный Динвар слушал и кивал головой, запоминая чудесные словосочетания на случай важных переговоров. - …вот так я запихну эту палку дракону, а потом королеве! – закончил горячую тираду Дидфит неистово тряся своим названным оружием перед лицами капитана и прислуги, а после глубоко вдохнул.
- Сэр Бертольд. – испуганно обратился выглянувший из-за угла Овива. – Не нужно так сквернословить. Кто-то из правителей услышит – разгневается.
- Женьен! – гаркнул воин. – Иди сюда. - юноша подошёл, и рыцарь тут же его схватил за ухо выкручивая его в разные стороны. – Думаешь мне есть дело до твоих нравоучений?!
- Нет, мой рыцарь! – жалобным голосом ответил оруженосец, держась за руку своего господина. – А-а-й! Молю вас, не надо! – получив крепкую затрещину завыл парень.
- Молчать! – отвесив подзатыльник приказал воин.
- Бертольд, хватит избивать молодёжь. Ему явно хватит. – снисходительно сказал капитан стражи.
- Динвар, как говорит Книгус Рыцарус: рыцарь не избивает оруженосца, он воспитывает достойную замену посредством, э-э… – призадумался воин, - рукоприкладных примеров.
- Рукоприкладных примеров. – саркастично повторил капитан, то ли насмехаясь, то ли переспрашивая. – А такое слово есть, “рукоприкладных?”
- Динвар, давай ты не будешь меня донимать по пустякам. Есть конечно! Наш язык велик и могуч, как и королевство, тут всё есть и всё возможно, раздолье! – поучительно объяснил воин.
- Понятно. – едва сдержав улыбку ответил капитан.
- Ваше рыцарское могущество, сжальтесь, молю! – стал умолять фратрис-недоучка, чувствуя, как его ухо сейчас сгорит от жара.
- Бертольд, отпусти его, хватит. – попросил Динвар.
- Идём, Женьен. – отпустив юношу сказал Дидфит. – Нам нужно подготовиться к путешествию.
Возле королевского дворца как обычно стояла тишина и благоденствие. Солнце ярко светило, согревая собой тела стражников под холодным металлом. Конечно, в броне было не так холодно, как многие думают, но так легче рассказывать басни и кружить головы доверчивым девкам, набивая себе цену и повышая свои шансы на тёплую постель с объятиями, а возможно и горячей похлёбкой утром. Кто ж откажется от дармовой еды? Только последний дурак!
Рядом с дворцом располагался пышный сад для монархов и дворян. Садовники ухаживали за ним, по своему усмотрению отстригая ветки высоких густых кустарников, высотой в три человеческих роста. У людей имелись лестницы, столь ненадёжно стоявшие на земле, что свалиться можно запросто. Но опытные садовники и люди, имевшие дело с этими самыми лестницами, знали, как балансировать между землёй и небом, потому, это было редкостью.
Везде стояла тишина, изредка раздавались зевки стражников и негромкие проклятия садовников, уколовшимися о кусты или от испуга, вызванного пошатыванием лестницы. Также в саду находился королевский пруд, где разводили угрей и другую рыбу для королевского стола. За прудом ухаживал королевский разводчик рыбы, сейчас он возился на берегу, перебирая снасти, изредка при этом харкая в воду и благословляя власть трона.
Внезапно, двери королевского дворца резко и с силой распахнулись, как бы их тараном ударило, при этом толкая в спину как раз упёршегося на них солдата. Последний, коротко ругнувшись плашмя развалился на мощёной дорожке. Резко встав, насколько это позволяли доспехи, и обернувшись, стражник увидел уверенно и поспешно шагающего слегка седовласого мужчину. За ним следовал капитан стражи, ему и отдал честь охранник.
- Бертольд! – крикнул капитан. – Не следует выбивать дверь дворца ногой!
- К чёрту всё. – буркнул воин в ответ.
- Послушай, рыцарь. Ещё раз такое выкинешь, попадёшь у меня в темницу. Там темнота и нечистоты заключённых, быстро прочистят тебе рассудок. – пригрозил капитан.
- Мой сэр, прошу вас, успокойтесь. – просил оруженосец.
- Динвар, делай что должен. – не поворачиваясь бросил рыцарь. – Женьен, за мной, дел много.
Капитан остановился, покачал головой, мысленно пожелав удачи воину. Решительным быстрым шагом Дидфит покинул территорию дворца, скрывшись за его воротами. Пиная всё что можно пнуть, но сдерживая ругань, потому что проходили милые на вид дамы, рыцарь шёл по улицам. Гнев гневом, но уши дам не следовало будоражить, это Бертольд знал твёрдо. Да и Книгус Рыцарус не одобрял такого поведения. “Рыцарь должен показывать сдержанность при дамах, даже если ему неудобно хоть от торчащей из неожиданных мест стрелы”. – вспоминал воин рыцарскую книгу. “Вот как можно быть сдержанным, когда тебе поручили убить дракона? Палкой!!!”. – Дидфит в сердцах отвесил пинка какому-то спящему, от чего тот лишь проблеял как козёл. “Вот на этого посмотреть – спит себе пьяный, и плевать на всё! А ты, рыцарь, делай добрые дела и важные поступки, тебе ещё и наказание дадут! Королева – проклятая ведьма! Как можно было со мной так поступить? Я же её дочь спас! Кто ж знал, что дракон, снега ему в…глотку, всё-равно заберёт её?! А этот Бакпри, увижу – убью собачьего кашевара!”
- Сэр Дидфит. – обратился оруженосец.
- Да, Женьен. – продолжая идти, дозволил говорить рыцарь.
- С вашего дозволения, хочу спросить: куда мы идём?
- Мы идём в казармы. Точнее в рыцарскую их половину. Кое-что забрать нужно.
- Но королева заборонила брать что-то из арсенала, да и оружие вы не можете носить. – пожал плечами юноша.
- Ты можешь!!! – повернувшись к нему, рявкнул воин. – Нам нужно собрать что нужно и можно. Что не заборонила эта твоя королева, а после уехать искать…даже не знаю куда и где. – растерялся Дидфит, и сел на табурет возле здания с вывеской стоящих в ряд копья, меча и булавы, обхватив голову.
- А ну иди отсюда, пьяница! – из здания вышел мужчина с арбалетом, направленным в рыцаря. – Это моё рабочее место, проваливай! – он выставил оружие перед собой, приближаясь к воину.
- Я не пьяница, а рыцарь. Это тебе стоит проваливать, пока цел. – пригрозил Дидфит.
- Вот как, и где же твой знак? Учти, я сторожу оружейную, так что знаю, как должен выглядеть рыцарской значок.
- А вот! – воин протянул ту самую бляшку с королевским гербом.
- Ладно, поверю. – вздохнул мужчина, опустив арбалет. – Но это всё-равно моё рабочее место. Попрошу тебя пойти своей дорогой. Негоже у дверей оружейной сидеть без дела.
- Кроме её стража вроде тебя? Ладно, страж оружейной. Мне всё-равно там ничего не взять. – рыцарь с досадой вздохнул, встал и пнул тот самый табурет. - Пойдём, Женьен.
Продолжив путь, Дидфит даже не поверил, что сказал такое. “Сапожник без сапог…рыцарь без меча и брони, великолепно!” – ворчал Бертольд в уме, повторяя это снова и снова. Под эти мысли, пара виновников дошла до большого каменного здания, с вывеской вооружённого мечом и щитом человека. Вошли внутрь, в нос ударил запах пота, белья и стали, вкупе с запахами еды и эля.
- Эх, казармы. – почувствовав родную обстановку, слегка приободрился рыцарь. – Бывал здесь, Женьен?
- Нет, ваша милость, не бывал. Я учился быть боевым фратрисом, моё жилье на поле боя или в церковных строениях. – ответил юноша.
- Ладно, оруженосец. Пойдём в мою комнату, там у меня припрятано кое-что на случай важного дела, и когда всё плохо.
Казармы представляли из себя большое помещение с деревянным полом. Под стеной выстроены в ряд кровати с небольшими тумбочками и свечами на них, сундуками для личных вещей без замков. Также здесь гордо стояли оружейные стойки для мечей, алебард, копий и прочего оружия. Возле каждой кровати находилась стойка для брони, за это удобство стража боготворила своего короля. Понятное дело, кому ж удобно спать в броне, так ещё почти не снимая её? Небольшие зарешёченные окна впускали солнечный свет, правда не очень много, но вполне достаточно чтобы нормально видеть. Также здесь находился камин с казанком, небольшой стол с кружками и табуреты. Это для ночной смены, или вернувшихся с неё. Сейчас, казармы почти пустовали, за исключением спящих на своих кроватях ночных дозорных. Бертольд посмотрел на них, и старался ступать как можно тише и молча.
Пройдя по этому залу, воин вошёл в другой через железную дверь, открытую дежурным стражем, сидевшим возле неё за столом. Здесь всё было немного иначе. Два камина, один с вертелом, другой с казанком, пол застелен коврами из оленины, а зарешёченные окна были чуть больше. Столы с посудой, тумбочки и стулья. Оружейные стойки с начищенным до блеска оружием. И в конце несколько отдельных комнат для рыцарей. Конечно, комнаты предоставлялись не за просто так, нужно их заслужить сперва. По стенам развешаны большие щиты с геральдикой, пестрившей красным, жёлтым и коричневым цветом. Линии и фигуры на геральдиках причудливым образом извивались, но всех их объединяло одно, - золотая корона с двумя белоснежными грифонами по бокам от неё. Также посреди зала для рыцарей стоял большой каменный монумент всадника в полном вооружении. В основании монумента табличка, с которой вслух прочитал юный оруженосец:
- Да будет каждый рыцарь, всю свою жизнь при полном вооружении на его теле также, как и при полном присутствии духа в его теле!
- Грамотный. – подметил Бертольд. – Это уже хорошо, не глупый.
- Сир, что значит эта фраза?
- Это тебе и предстоит открыть для себя, мой юный Женьен. – не оборачиваясь ответил воин.
- Но, прошу вас, объясните. – не отступал юноша.
Рыцарь резко повернулся, схватил юношу за шкирку и от души врезал пощёчину тыльной стороной ладони в железной рукавице. Юноша от удара плюхнулся мягкой частью на пол и ойкнув, принялся гладить щеку, при этом с обидой глядя на Дидфита.
- За что? – спросил Овива обиженно. – Я не заслужил этого.
- В тебе нет присутствия духа, потому ты и совершил, то что совершил. – холодно ответил рыцарь.
- Но что я совершил, упал? – недоумевал юноша.
- Это, само собой. А также, всё тобой сказанное и сделанное с не сделанным.
- Не понимаю. – покачал головой парень вставая.
- Тебе предстоит это понять. Надеюсь ты справишься, Женьен. – положил руку на плечо оруженосцу воин и рассмеялся. – Ладно, теперь в мою комнату. А ты думай, что к чему, в том что я тебе преподал. Это не сразу приходит, но к тебе надеюсь придёт.
- Я буду стараться, мой сэр.
- Как говорит Книгус Рыцарус: рыцарь должен касаться вещей и событий не только руками и мечом, но также умом, если не сильно много ударов пропустил по шлему.
Пройдя по большому общему залу, путники заметили одинокого рыцаря, сидящего за столом. Мужчина пил из небольшого деревянного стакана, после каждого глотка тряся гладко выбритой головой, кряхтя и морщась круглым лицом. Его взгляд чёрных глаз уставился в дно опустевшей посуды. Поразмыслив о чёт-то своём, воин потянулся к рядом стоящей бутылке, но неловким движением опрокинул её, после чего та упала на пол и разбилась. Осознав этот факт, рыцарь поднял голову. Уловив двух приближающихся людей, треснул по столу и произнёс в пьяной манере:
- Э! А ну подай мне ещё бутылку!
- Дерван,- ответил Дидфит, узнав его, - тебе явно хватит. Ты совершенно не научился пить. – подойдя, рыцарь поднял бутылку и принюхался. – Что за крестьянское пойло ты вливаешь во чрево своё? – поморщился воин. - Совсем достоинства не осталось, или монет?
- Это я не умею пить?! – возмутился сидящий за столом. – А ты кто вообще такой? – он приглянулся.
- Всемилостивый господь! – развёл руки в стороны слегка седовласый мужчина. – Неужто ты не узнал того, кто всегда выручал тебя из хмельной пучины?
- Бертольд Дидфит, собственной шкурой! Это ты отпинал меня в трактире две недели назад!
- Если бы это сделали те, кто хотел, ты бы уже не являлся боеспособным.
- Мой сир, что?.. – не понимал Овива, но осёкся, когда его господин резко поднял руку.
- Ещё и деньги последние отобрал, сучий потрох. – уже более злобно произнёс Дерван, с трудом вставая со своего места.
- Дерван Иратис, что бы ты не задумал, остановись. Я не враг тебе. – попытался вразумить его Дидфит. – Ладно, раз так, то буду следовать Книгус Рыцарус. Если тебе пытаются набить лицо, то воспротивься, если это достойная драка.
- А вот это я так не думаю. – воин бросился на Бертольда и тут же получил сильный удар железной рукавицы немного выше лба. Усевшись обратно и часто заморгав, рыцарь взял бутылку и снова встал. – Ну сейчас я тебе…
Замахнувшись, Иратис хотел ударить по голове Бертольда сверху вниз, но бутылка встретилась с той самой рукавицей, разбившись вдребезги. Чертыхнувшись, Бертольд вырвал её остатки из руки соперника и снова ударил того в то же место. Приземлившись обратно на свой табурет, не иначе как чудом, захмелевший забияка стал чесать место удара и ворчать:
- Крепкая же у тебя рука, Дидфит. Давно тренировал одиночеством? – после схватил лежавшую на столе ермолку, надел на голову и снова ринулся в атаку.
Металлический звон разразился по залу для рыцарей с великой силой. Ветка Древа Искупления, или просто палка, немного вибрировала в руках Бертольда, а захмелевший рыцарь застыл в стоячей позе опустив руки. Часто моргая, он не мог собрать мысли среди мотающихся в голове снопов искр и крутящихся звёзд среди облачного неба. Бертольд, посмотрев в глаза воина с отсутствующим рассудком, воспользовавшись заминкой, коротко приказал юноше:
- Освободи его от хмеля, как меня вчера. Книгус Рыцарус говорит, а, впрочем, я скажу: пьяного соратника нужно выручать, даже если тебе прилетает от него.
- Сию минуту сир. А-м-м. Как же оно? Заклятие очищения… Пьянус дух покидатус сие тело… - начал юноша сбивчиво, делая непонятные движения, едва шевеля кистями рук.
- Магия?! Ну сейчас я вам, чернокнижники! – внезапно очнулся оцепеневший воин и набросился на рыцаря.
Овива прекратил читать заклятие, закрывшись руками. Бертольд, не растерявшись, ударил ногой вояку в живот отчего тот снова уселся на свой табурет, но не удержав равновесия перевернулся на спину. Дидфит тут же подбежал к нему, и прижал его к полу коленом, не девая встать. Воин сопротивлялся, силился скинуть с себя Бертольда, но тщетно. Не оборачиваясь, рыцарь рявкнул своему оруженосцу:
- Женьен! Читай заклятие! – а после удара в почту чертыхнулся и глядя на своего сослуживца добавил. – Вот так значит, да? Добро пишется на песке, а зло?..
- Очистус эсто тело от скверны и ядов всяких. – закончил юноша и добавил. – Сэр Дидфит, дайте ему встать.
Как только Дидфит освободил рыцаря, тот сразу же вскочил и с диким воплем и руганью стал спрашивать неведомо кого, где тут отхожее место, держась при этом, за причинное. Удовлетворённо хмыкнув, Бертольд пошёл дальше по залу. Его комната располагалась в конце, слева. Юный оруженосец поспешил за своим господином, с интересом рассматривая каменные бюсты разных мужчин. У основания изваяний что-то написано, юноша пытался приглядеться, но безуспешно. Забросив эту затею, молодой человек поравнялся с рыцарем. На дверях комнат изображалась определённая геральдика, что заинтересовало фратриса-недоучку, отчего он сразу спросил рыцаря:
- Сэр Бертольд, а для чего здесь геральдика?
- Это геральдика каждого рыцаря или его дома. Так мы знаем, кому принадлежит та или иная комната, дабы избежать распри. – пояснил рыцарь, и тут же спросил. – Женьен, это было заклятие, точно?
- Да, мой господин.
- Почему слова для заклятий такие…дурацкие? Похоже на бред сумасшедшего и прокажённого, снасилованного дикой болью.
- Как говорит Манускриптис Волшебнис: не суть сами слова в заклятии, суть смысл, вкладываемый в них заклинателем, даже если это кажется бредом. – пояснил оруженосец.
- Так ты ещё и одарён магически выходит, так? – поинтересовался рыцарь.
- Да, мой господин. Помимо аббатства, я обучался ещё и у чародеев. Как бы там ни было, но церковь соблюдает условия Реклюзис Санктум, как и коллегия науки.
- Реклюзис Санктум, договор из-за которого инквизиция не сожгла чародеев, и чародеи не истребили церковь? – рыцарь открыл дверь своей комнаты.
- Да, сир. Двери открыты? – округлил глаза юноша. – А воры?
- Не беспокойся. – махнул рукой рыцарь. – Воры сюда не лезут, ибо стража здесь неусыпная, в виде павших предков наших, защищающих сие место. Память ратного дела. – поднял воин указательный палец. – А друг у друга не принято воровать, ибо дурное дело это.
Молодой оруженосец осматривал комнату своего сэра. Просторное помещение, устланное коврами и тканями с геральдикой в виде той же короны с грифонами, а под ней стального цвета перчатка, сжатая в кулак. На перчатке вышита надпись: “Дом Дидфит. Отвага. Верность. Честь”. Юноша восхищался количеством книг, в красивом и явно дорогом книжном шкафу у стены слева, в конце помещения. Справа же от шкафа, располагалась небольшая тумбочка с простым арметом, на макушке его гордо торчала свеча. Дальше двуспальная кровать, заправленная зелёным покрывалом с той же геральдикой владельца комнаты. Над ней два зарешеченных окна с витражами рыцарей. Справа от ложа – оружейная стойка с мечом, булавой и рапирой. Дальше комплект лат, явно требующих ухода за собой, рядом лежал треугольный щит, в таком же состоянии. Возле брони, также на специальной стойке висели стёганные одежды под неё, - плотный жилет, штаны и кожаная шапка-ушанка под шлем. Ближе к выходу стол со свечами, пергаментом и чернилами, напротив небольшого зарешеченного окна. У самих дверей осадный щит, огромный, во весь рост человека. Большой канделябр висел над головами рыцаря и оруженосца, с новыми свечами, ухоженный. В целом, здесь очень чисто, нигде не видно даже пыли или намёка на грязь. А слева у входа стоял шкаф для одежды и небольшой бюст короля с надписью: “Достойному дому дарую. Служите верой и правдой короне и королевству”.
Рыцарь открыл шуфляду стола и принялся рассматривать её содержимое. Здесь лежал кинжал, сразу же взятый в руку воином, но тут же выпущенный с громкими причитаниями и словами не для писарей.
- Женьен, - держась за живот сказал воин, - возьми кинжал, да спрячь как следует, пригодится. Эта дурацкая палка не позволяет мне взять даже его! О всемилостивый господь, да придаст мне он терпения и мужества, дабы пережить это.
- Да, господин. – Овива взял оружие, задрал рясу и принялся возиться, пряча железяку. – А ветка Древа Искупления помогла вам разобраться с тем добрым сэром. – слегка с опаской заметил юноша.
- Помогла. Но прежде, я всыпал ему дважды кулаком. – проворчал рыцарь, демонстрируя кулак. – С добрым сэром я разберусь, а вот с драконом? Могу разве что запор прочистить.
С этими словами, рыцарь извлёк на свет кошель с монетами, сразу же закрепив его себе на пояс. “Может это твой последний поход, старина? Победить веткой дракона, - задача невыполнима. Остаётся надеяться на удачу и волю господню”. – думал Дидфит, глядя на перо в столе. – “Детей у меня нет, или я просто не знаю об этом. С другой стороны, у меня есть этот Женьен. Хороший парень, преданный будет, а не как тот сын скотоложца. Сбежал троглодит эдакий посреди ночи, позорище! А этому можно хоть что-то оставить, пусть продаст или возьмёт в пользование. На случай моей гибели конечно. А пока пусть послужит, чего уж тут?”. Под эти мысли рыцарь сел за стол и написал:
“Предъявитель сего пергамента, если назовётся он оруженосцем королевского элитного рыцаря из сотни, или тринадцатого из ста наивернейшего элитного слуги трона и короны, должен получить моё имущество, расположенное в королевском замке, и в городке Эльпей, родине моего батюшки, да будет мир его костям, и моей родине также. Пусть берёт в бессрочное пользование или продаёт всё что посчитает нужным. Если это случится, считать меня погибшим, от хвори или ран. Но лучше от ран, полученных в битве. На сим, заканчиваю своё последнее волеизъявление и прилагаю печать”.
Рыцарь дал чернилам высохнуть, скрутил пергамент в трубочку, зажёг свечу и разогрел печать. После он скрепил свиток своей рыцарской печатью и припрятал в потайной карман за пазухой. Поднявшись из-за стола, воин подошёл к стойке с бронёй, придирчиво осмотрел её и щит, поцокал языком и спросил Женьена обернувшись:
- Знаешь, как ухаживать за бронёй?
- Конечно, мой добрый сэр! – отозвался парень. – Нас обучают этому, ведь мы тоже должны участвовать в бою.
- Отлично. Сколько тебе оставалось до окончания учёбы? – спросил воин.
- Год, совсем немного. – ответил молодой человек, попеременно слегка улыбаясь и пряча глаза.
- Год. – задумчиво повторил рыцарь. – Год из пяти, так? Значит ты знаешь почти всё что нужно в военном деле?
- Ну мы не сколько солдаты, сколько поддержка для них. Наша задача более духовная поддержка и врачевание некоторых ран. Но ухаживать за бронёй и оружием умеем тоже, да. – стал теребить свою рясу парень.
“Это что же, боится, беспокоится? Я же не изверг какой-то, или демон, восставший из адской бездны!” – возмущался рыцарь. “Хотя немного страха и следует нагнать, для дисциплины. Как говорит Книгус Рыцарус: дисциплина нужна в важном деле, ведь у рыцаря все дела важные”.
- Так, парень. Снимай рясу. Теперь ты оруженосец, она тебе ни к чему.
- Конечно господин! – юноша принялся исполнять волю рыцаря.
Почесывая свою бородку и меряя взглядом парня, рыцарь стал рассуждать о его внешнем виде. Очень хорошо, что одежда под рясой всё-же оказалась, пусть и простая. “Неплох парень, худощав конечно, много на него не взвалишь. Да и в бою не знаю насколько сил ему хватит. Но сил можно набраться, а вот твёрдости руки и духа…это нужно воспитывать. Ну ничего, одеяния прикупим новые, а эти пойдут на перевязку ран”. – думал Дидфит, прикидывая сколько у него золота. Не хотелось, чтобы свой оруженосец выглядел как помойная крыса. Всё-таки на службе у Дидфита!
- Женьен, бери оружие, снимай со стойки мои латы. Пригодится в дороге. – приказал рыцарь.
- Да, господин. – отозвался юноша.
Чтобы сгрести оружие со стойки и взять их как охапку дров, парню не понадобилось много времени и усилий. Но с защитой дела оказались посложнее. Поняв это, парень положил оружие на пол, снял шлем, закрепил под мышкой. После стянул нагрудник, зажал его между ног. Бертольд смотрел на это с лёгкой ухмылкой, ожидая к чему это приведёт. Часть поножей, парень кое-как всучил в штаны, благо они завязаны на пояс. “Мы снова отправляемся к свершениям!” – внезапно прилетела рыцарю мысль. “Но надо бы начать подготовку этого юнца. А начнём мы с малого, но важного… ” – воин потёр в душах руки и гаркнул со всей силы:
- Враги!!! – и после этого стал просто неистово орать во всё горло. - А-а-а-а!!!
Парень вскочил на месте, обернувшись к Дидфиту, подбрасывая в воздух латные рукавицы, роняя нагрудник и шлем. Встретившись с выпученными глазами рыцаря, вскинувшим руки вверх и приближавшемуся к нему, как-то неестественно мелкими шажками. “Магия? Яд? Мамочка!” – молнией пронеслось в голове Овивы, одним слово. Тут же вспомнив про оружие на полу, юнец, потеряв голову нагнулся за ним, взявшись за меч, он почувствовал, как что-то давит на его спину, пытаясь опрокинуть, упав на пятую точку, подняв голову и выставив меч перед собой, оруженосец тоже закричал:
- А-а-а!!!
- А-а-а!!! – вторил ему рыцарь, наклонившись, глядя выпученными глазами.
Бертольд рассмеялся, держась за живот и запрокинув голову назад. Пытаясь что-то сказать, рыцарь раз за разом задыхался в накатывающей волне истерического хохота. Перестав кричать, фратрис-недоучка выронил оружие из внезапно обессилевших рук, беспомощно уставился на своего господина и заморгал огромными серыми глазами. Бертольд, закончив смеяться, посмотрел на юношу, приоткрыл рот, и снова во всё горло заорал:
- А-а-а!!!
- А-а-а!!! – вторил рыцарю юноша, дёрнувшись и снова подняв меч.
- Запомни, оруженосец. – вытирая слёзы многозначительно сказал воин. – Ты, как мой преемник, если выживешь конечно, должен быть готов ко всему не только на уровне тела, чтобы справляться с тяжестями, и ума, чтобы знать, как справляться с тяжестями. Но также духа, чтобы оставаться всегда спокойным и трезво оценивать ситуацию, не поддаваясь страху или другим эмоциям.
- Ваша милость, это было неожиданно и так страшно! – вставая ответил юноша жалобно.
- Как и любая встреча с врагами, Женьен! – веселым тоном объяснял воин. – Потому, будь всегда готов! Даже когда ты не готов. Хм, - рыцарь задумался над последней фразой слегка теребя бородку, – надо будет предложить записать это в Книгус Рыцарус, великолепно же! – Дидфит развернулся к столу, обдумывая фразу.
- А-а-а-а!!! – заорал парень не своим голосом бросаясь на спину мужчины.
- А-а-а-а!!! – вторил ему рыцарь, обернулся и влепил кулаком по лицу.
Юноша рухнул как мешок с картошкой, при чём звук раздался похожий. Бертольд, осознав ситуацию, почесал подбородок и хмыкнул. “Теперь точно не будет так шутить, паршивец”. – подумал воин, оборачиваясь обратно к столу. Записав прошение о добавлении его фразы в Книгус Рыцарус, слегка седовласый мужчина принялся приводить в чувства лежащего на полу кучерявого брюнета. Став на одно колено, воин поднял его голову и одна за одно влепил две пощёчины. Юноша очнулся, привстал и захлопал глазами. Снимая свою рукавицу, рыцарь стал отдавать распоряжения:
- Собирай всю ратную справу, и беги в конюшни. Скажи этому тупому конюху Ржеканскому, пусть его дармоеды подготовят лошадей. Не забудь сказать, что это будут мои лошади: боевой скакун Топчило и кобыла Безшапка.
- Безшапка? Что за странное имя? – поинтересовался юноша.
- Потому что такая быстрая, что остаёшься без шапки. – проворчал рыцарь. – А теперь иди.
Минуты три юноша стоял в нерешительности. Он понимал, что всю справу ему не нагрузить на себя в одиночку. Всё-таки собравшись, оруженосец попытался это сделать...не получилось. Всё снаряжение с диким лязгом упало на пол. Под изучающий взгляд рыцаря, Женьен стал снова собирать всё в кучу. Результат тот же. Слегка седовласый воин, повиновавшись внутреннему позыву, помог загрузиться юноше, и даже открыл входную дверь в комнату.
- Благодарю. Господин. – благодарно сказал Овива, переступая порог.
- С Богом. – отозвался воин. – Не забудь сказать, что ты от меня, это важно.
Бертольд, оставшись наедине, прикидывал свои шансы на победу. Стоит ли говорить, что ему не нравилось отсутствие оружия, опытного оруженосца, отсутствия знания места обитания чудовища? Под эти мысли воин переодевался в походную одежду. Крепкие парусиновые штаны, рубаха, кожаные ботинки. Поверх всего этого, рыцарь надел одежду со стойки, благо середина весны не такая жаркая, несмотря на светящее солнце. Собрав нужные мелочи в свою походную сумку, снятую со шкафа для книг, рыцарь открыл дверь. Вместо общего рыцарского зала, перед ним оказалось просветлевшее лицо Дервана Иратиса. Слегка улыбнувшись, лысый воин радостно изрёк, заключая Дидфита в объятья:
- Ты мой спаситель! Снова освободил меня от пьяных позорищ!
- Ага. – чувствуя, как дыхание покидает тело ответил рыцарь. – Всегда пожалуйста.
- Бертольд. – Иратис отпустил своего спасителя. – Давай без обид. Ну с кем по пьяному делу не бывает? Сам же знаешь, как оно! – воин с силой хлопнул по плечу Бертольда, выбив пыль из одежды.
- Знаю. – кашлянув ответил Дидфит. – Потому и не прибил тебя на месте. А за спасение не меня благодари, хотя меня тоже. – махнул рукой воин.
- Вот и отлично! Если станется что буду рядом на просторах королевства, обязательно помогу! – пообещал бодро Иратис.
- Дерван, - обратился Бертольд, наклонив к нему голову, - мне нужно убить дракона. К тому же, его надо найти.
- Так, королевские чародеи! – сразу же предложил лысый рыцарь.
- Не могу. Запрет королевы на помощь дворца. Ни оружейная, ни коллегия чародеев, ни даже аптека! Ничем из этого не могу пользоваться, пока со мной вот это! – Дидфит поднял ветку Древа Искупления.
- Серьёзное дело… - почесал подбородок коллега Бертольда. – Обратись к колдуну на болотах, он живёт к северу от деревни Зудики. Она за четыре версты к югу от замка.
- Благодарю, мой сослуживец. – поджал губы слегка седовласый мужчина. – Думал, ты присоединишься ко мне, разделим славу на двоих.
- Нет, Бертольд. Ты уж не обессудь, но у меня свой долг перед короной. – затряс головой, собеседник Дидфита.
- Вижу. Опустошать бутылки смрадного пойла. – проворчал рыцарь.
- Ну Бертольд, я правда не могу. Прошу, не принуждай. Слишком тяжело это для меня, тем более вот так. – лысый опасливо косился на ветку Древа Искупления.
- Вот как? – язвительно переспросил Дидфит. – Это?! – воин поднёс палку под нос собеседнику. – Эх ты! – рыцарь в сердцах стукнул деревяшкой по лбу рыцаря.
- Бертольд. – Иратис взялся за ушибленное место. – Мне к королю надобно. Ещё увидимся.
- Увидимся, может быть. – вздохнул Дидфит, покачав головой.
“Проклятая ведьма! Это же надо было всучить мне эту палку! Теперь даже соратники меня чураются! Никто не желает помочь в свершении подвига. Запретила почти всё что нужно для рыцаря! А я мог бы из королевской оружейной взять осадный доспех! С ним, вероятность успеха возросла бы многократно! А оружие?! Наверняка у них там и реликвии есть чудодейственные. Вмиг дракона сумевшие победить! Служи потом этим монархам и короне. Ладно, не все подвиги совершаются во всеоружии видимо”. – под эти мысли, рыцарь добрался к конюшням на первом круге. Сами почивальни для лошадей напоминали большой сарай, высотой в три человеческих роста, меньше чем пол версты в длину и куда-то неопределённо в глубину. Запах стоял ещё тот, но для опытного вояки, постоянно где-то странствующего или с вечно забитым носом, - никаких проблем. Войдя внутрь, воин бодро поздоровался с сидящим за столом у входа, сероглазым седым толстяком:
- Здоров будь, королевский палец для почёсывания лошадей под хвостом! Пахнешь всё так же, как и это место! – рыцарь глубоко втянул носом воздух, после чего скривился.
- Бертольд Дидфит. – проворчал толстяк, поворачиваясь к пришельцу. – Смотрю не сгинул ты, дабы этот мир облегчился. Твои лошади готовы. С тебя тридцать монет.
- Что?! – изумился воин. – За эти деньги, я мог бы самого советника Блинуже попросить снарядить коней.
- Господина Блинуже здесь нет, а платить людям надо. Тридцать монет. – твёрдо ответил королевский конюх.
- Ну ты шкуродёр. Надеюсь, индейка в горле, таки удавит тебя. – сказал рыцарь, положив монеты на стол.
- Куда мы идём, господин? – поинтересовался вошедший в конюшни Овива.
- Женьен! Ты где был? – спросил Бертольд.
- Заходил кое-куда. Попрощаться, так сказать. – ответил парень, явно стесняясь.
- А справа вся где? – требовательно спросил рыцарь.
- Всё запряжено на мою лошадь, сэр.
- Будут люди. – улыбнулся Дидфит, глядя в глаза юнцу.
- Выведите лошадей! – гаркнул конюх, своему подчинённому.
Спустя две минуты, из глубоких недр конюшен вывели две запряженные лошади. Одна из них имела коричневый окрас с белой грудью и гривой. Сильное тело, бугрилось мускулами, большие чёрные глаза сверкали запалом. Вторая же, раскрашена природой в серый цвет с чёрными полосами, подобным молниям среди дождливого неба. Бертольд подошёл к своему коричневому скакуну, погладил по белой гриве, прильнул к телу лошади головой, смеясь и сверкая глазами как дитя. В этот момент вошли двое мужчин, в красных кожаных плащах с капюшонами. Один из них уважительно и деловито сказал:
- Сэр Бертольд Дидфит, вам запрещено выводить своих лошадей, имущество в виде брони и щита за пределы города.
- Это как это? – опешил Бертольд. – Мне же добираться до дракона невесть сколько верст!
- Королева заборонила. И не верст, а километров, уважайте научный прогресс. – учтиво, но назидательно ответил собеседник.
- Да я тебе твой прогресс!.. – кинулся Дидфит к говорившему, но отпрянул, когда второй протянул к нему клинок и в ворота конюшни вошли арбалетчики. – Ладно. Ладно. – осадил свой пыл рыцарь. – И как я должен это победить?
- Как хочешь. – пожал плечами посыльный с клинком.
- Покажите лица, посыльные псы. – прошипел воин.
- Тебе это ни к чему. Оружие можно взять, королева смилостивилась над твоим оруженосцем. Возблагодари её. Пока ты не покинул замок, будешь под нашим пристальным наблюдением.
- Но королева же приставила за мной ещё соглядатаев. – поочерёдно глядя в тёмные провалы капюшонов сказал Дидфит.
- Это тебя пусть тоже не волнует. – бросил посыльный с мечом и презрительно добавил. – Делай что велено.
- Женьен, бери оружие. Уходим. – приказал воин, распихивая перед собой солдат. – Чёртова королева захотела свести нас в могилу поизящнее, чем казалось.
“Глупая, знатная овца! Неимоверно зря кудахкающая курица! Глупый король койот, и сын койота! Вернусь, каждую грань короны по очереди проверну им в их…” – продолжал на свой лад благословлять монархов Сэр Бертольд Дидфит, ступая по подъёмному мосту. Так два провинившихся странника покинули королевский замок.
Глава 5. Оружие, еда и суд или, начало путешествия.
Рыцарь обязан учить и тренировать своего оруженосца, но должен помнить: не все терпят побои, запах изо рта и муштру. Потому рыцарь должен быть сдержанный как монах, красноречив как бард, и конкретным как учитель, показывая на ошибки своего преемника, желательно, не только лицом в эти самые ошибки. (Книгус Рыцарус)
Рыцарь не всегда использует традиционные методы решения стратегических, или не очень, задач. Не всегда принимает популярные решения, но всегда идёт намеченным путём, пусть и приходится время от времени ползти, или того хуже, бежать. Главное, - не побить ноги и не счесать честно наеденное пузо! (Книгус Рыцарус)
Быстро ступая по подъёмному мосту, Бертольд гневно матерился на потеху стражникам, стоящим на стенах замка. Простой люд в страхе разбегался, чуть не падая в ров, завидев как слегка седовласый мужчина нещадно лупит случайных прохожих длинной, около метра, палкой с одним листочком, по самым мягким местам, только женщин не трогал. Детей воин тоже не трогал, но привилегию гневно зыркать, взглядом бешенного медведя, не упускал.
Пора уже ближе к обеду. Люди сами, или с помощью скотины, даже тех же коров, доставляли в замок корзины и ящики с овощами, фруктами, рыбой, рулоны ткани и прочие блага цивилизации. Это обычный сбор в кладовую и замковый амбар для продуктов. Перед замком в этих ваших метрах двухстах, располагался городок, где сосредоточена обработка продуктов, к примеру: мельница, пекарни, пивоварни, кухня для путников, где готовились разные блюда для путников, или кому лень готовить, но брюхо набить охота. Конечно, продукты, - не только еда, но и дары природы, позволявшие производить одежду, инструменты, оружие и прочее. Да, проще говоря здесь вам и кузница, и кожевница, мастер-стрельник, изготавливающий луки и арбалеты, да и прочее, прочее. Куда же без рынка? Тут, родненький! Одни приезжают, другие уезжают, все торгуются, дерутся и душат друг друга экономически, а иногда и руками. Деревенские жители, за определённую пошлину, да и не только они, имеют право продавать свои товары. Для них даже обведённые мелом места сделали, чтобы не толкались между собой, хвала короне за это! Такая она, жизнь городка, цивилизация!
Но городок хорош не только этим. Также здесь тебе таверны, дом для свиданий и прочие радости земной жизни. К тому же, следует сказать, что пахло в городе так же не слишком хорошо, как и в замке, но никуда не деться, чего уж тут. В любом случае, город всегда лучше, чем ничего. Так все говорят, - народная мудрость.
Двое путников, слегка седовласый мужчина, размахивающий палкой, бьющий придорожную траву, и юноша с охапкой оружия в руках, шли по протоптанном широком дорожном тракте. Дорога настолько широка, что вполне представлялось возможным толкать три осадных тарана. К слову, осадные тараны разнятся между собой в размерах, но наши монархи используют широкие, удобные для осаждающих, по два метра в ширину и десять в длину, с крышей…загляденье! Проходящие люди косились на парочку, кое-кто уважительно наклонял голову, узнав благородного сэра, хотя чаще, заметив бляшку на его поясе. Как ж не заметить сверкающую серебряную железяку с золотой окантовкой и размером в ладонь настоящего рыцаря! Тем более на фоне простых одежд последнего. Конечно, от таких знаков почтения владельца рыцарского знака стало немного отпускать, что тут же заметил его спутник и спросил:
- Сэр, что будем делать теперь? У нас ни оружия, ни брони, ни лошадей.
- У меня, Женьен! У меня! – вспылил мужчина, но тут же собрался и продолжил говорить сдержанно. – Ни оружия, кроме этого вот. – он раздражительно потряс палкой перед лицом юноши. – Ни брони. – слегка седовласый взялся за свой тёмно-синий жилет и оттянул его. – А единственные лошади, - наши ноги.
У вас есть план? – поинтересовался Женьен, с надеждой посмотрев на рыцаря.
Дидфит задумался. Стал пересчитывать золотые монетки, и прикидывать на что хватит. “На хорошую броню рассчитывать не приходится”. – подумал воин, насчитав восемьдесят монет с изображением грифона. “Восемьдесят жадиков, а ещё подготовиться надо. Провианта купить, не помирать же с голоду!”
- Господин? – чуть настойчивее повторил оруженосец, с тревогой глядя на застывшего воина.
- Да, Женьен. – вынырнув из своих мыслей подал голос рыцарь. – Мы идём на рынок, прикупим чего-нибудь в дорогу, подыщем всё необходимое.
- Конечно. – улыбнулся и закивал юноша. – Купим всё что нужно.
На том и порешили. Бертольду немного отлегло от осознания, того что юноша следует за ним даже в трудностях. “Неплохо, Женьен, неплохо”. – подумал воин, улыбнувшись себе в бородку. “Уверен, мы преодолеем трудности, если выживем вообще. А пока, нужно бы опробовать его умение обращаться с оружием”. У входа в город стояли двое стражников, щурясь от солнца. Увидев рыцарскую бляшку, к слову именуемой “рыцаркой”, выпрямились и отдали честь её владельцу. С рыцаря и его сопровождения, в отличии от простого люда и торговцев, не взымалась пошлина за вход. Как же взымать деньги за вход с благородного сэра? Это тебе не деревенский мужичок, размахивающий вилами или лопатой в куче навоза, или делающий другой труд на благо королевства. Войдя в городок, воин сразу же свернул возле указателя, с изображением монеты и весов. Самое оно, зачем медлить?
На рынке как всегда людно. Чего следует ожидать от таких мест? Всем всегда что-то надо и зачем-то. Первым делом, воин нашёл кузницу, со стоящим возле неё прилавком оружия и снаряжения. Также здесь стояла и тренировочная цель, деревянный крест, как подобие человека и с железным горшком вместо головы. За прилавком стоял крепко сложенный мужчина, брюнет. Своим измученным жаждой горлом, мужчина заговорил, глядя на рыцаря:
- Клинки, шлемы, броня и пояса. Всё что нужно для подвигов или войны.
- Нужна броня, латная. – ответил рыцарь, разглядывая клинки на деревянном столе.
- Олуик! – гаркнул брюнет, и из кузницы вышел измазанный сажей мальчик лет семи. – Постой за прилавком, цены помнишь? – мальчик кивнул. – Хорошо. Прошу вас, зайдите внутрь. – отец мальчика поманил двоих путников за собой.
Войдя внутрь, перед ними предстала обычная кузница. Вымощенный камнями колодец для углей со стоящими возле него большими мехами для раздувания жара, отчего становилось ещё жарче. Рядом возле места для жара, или ещё можно сказать, горна, расположилась монолитная наковальня, высотой до пояса. На ней располагался молот, что же ещё? В целом, обстановка здесь вполне обычная: вёдра с водой и маслами для закалки, клещи, орудия труда уже готовые, слитки металлов, постели для жильцов у стен, тумбочка, стол и прочие нужные вещи стояли, лежали и находились на каменном полу.
- Я не слишком богатый кузнец, но цены у меня божеские. – заверил их мужчина. – Смотрите. – он отодвинул в левом углу помещения, плотную ткань.
Перед путниками предстали три комплекта защиты: латный, кольчужный, и смешанный. Всё это воплощение кузнечной мысли навешено на стойку для брони. Осмотрев товар, потрогав кольчужные кольца, рыцарь спросил:
- Сколько за каждый из них?
- Латы будут вам стоить сто двадцать монет. Смешанная защита из кольчуги, нагрудника, рукавиц и сапог - семьдесят монет. А хауберк, кольчужные поножи, рукавицы и койф – пятьдесят монет. Поверьте, господин, это не слишком дорого. Качество отличное, сам всё кую и плету. – заверял кузнец.
- Господин, дозвольте вам напомнить, что королева заборонила вам броню. – шепнул на ухо рыцарю Овива.
- Лишь взять из пределов замка. – не стесняясь ответил воин. – А мы – за пределами стен. Не бойся, Женьен.
- Как скажете, сир. – наклонил голову парень.
“Так мы истратим все деньги только на защиту. На оружие деньги тратить не придётся, благо Овива имеет три. Надо бы посмотреть на что он годен”. – подумал рыцарь, и после поманил за собой парня, направляясь к выходу. Оказавшись на улице, рыцарь приказал положить всё оружие на землю, кроме булавы. Указав на тренировочную стойку, мужчина произнёс, указывая на неё:
- Бей.
Парень широко замахнулся, и ударил по стойке. Оружие достигло цели, но и сам юноша стал заваливаться вслед за ним, не удерживая равновесия. Рыцарь подошёл к нему, дал крепкий подзатыльник и сказал:
- Мой дед, мир его праху, даже после самой развратной ночи бил лучше. - отвесил ещё один подзатыльник и поучительно начал говорить. - Как говорит Книгус Рыцарус: булава, - оружие сотрясания умов. Нелегко контролировать свой ум после удара булавы, как и бить самой булавой. Уловил суть?
- Нет, ваша милость. – съёжившись ответил парень. – Надо не пропускать ударов?
- Это, само собой. – кивнул рыцарь. – Имеется в виду, что это оружие обладает центром тяжести в конце. Удары должны быть рубящие, можно колющие, но это редкость. Каждый удар сильный, за счёт этого, способный даже лошадь убить! Но контролировать такой удар, - нужна не менее сильная рука. Замах делай более короткий. – рыцарь подошёл к юноше сзади, и взял его чуть ниже локтя, выполняя движение. – Замах короткий, удар чёткий, ногу во время удара — вот так. – рыцарь подал правую ногу вперёд, толкая ногу парня. Это обычный рубящий удар по голове или телу. Эта рука здесь. – Дидфит отвёл правую руку немного назад. – Бьёшь и делаешь шаг вперед – одновременно. После, возвращаешь руку и ногу или уклоняешься в случай промаха. Усёк? Бей. – приказал воин, ставая возле стойки.
Юноша нанёс удар по железному горшку. От силы удара рука отпружинила, и юноша скривился от усилия, пытаясь удержать контроль над оружием, совершенно позабыв о возвратных движениях. Бертольд тут же молниеносным движением сорвал горшок и съездил им по лицу Овивы. Окончательно потеряв контроль над оружием и телом, юноша упал на землю. Рыцарь навис над ним и милосердным, но очень ощутимым ударом, впечатал ёмкость ему в лицо ещё раз, приговаривая:
- Никогда, никогда не теряй контроля. Никогда не теряй контроля. – каждая фраза сопровождалась ударом. – Как только чувствуешь, что не можешь удержать контроль – или закрывайся щитом, или убегай. Делай хоть что-то полезное для защиты. В крайнем случае – доводи оружие до крайней точки, куда оно ведёт тебя, а после быстро собирайся в кучу. Но в таком случае, шансов у тебя немного.
- Не повезло юнцу. – тихо молвил кузнец, наблюдая.
- Не бейте, господин, не бейте! – взмолился Овива, закрывая лицо.
- Это я ещё не бью. – встав и повесив горшок обратно ответил рыцарь. – Это тренировка. Заодно увидим к чему ты склонен. Теперь смотри: делай в воздухе такие движения, трижды сделав восьмёрку, останови оружие в её центре. – рыцарь стал выписывать в воздухе движения. - Знаешь, как Книгус Рыцарус говорит о булаве? Булава – хорошее оружие для слишком умных, оно помогает укоротить их ум одним ударом! Но также им можно вправить кости, ну или отбить мясо. – после этих слов, рыцарь рассмеялся во всё горло, привлекая внимание прохожих.
- Я умею обращаться с древковым оружием. Копьё, посох. – напомнил юноша вставая.
- Да? А я уже и забыл. Но это оружие для бабушек или у кого маленький утютюрник. – махнул рукой воин. Юноша покраснел, явно устыдившись, поняв о какой части мужского тела говорит господин. - Но поскольку ты мой оруженосец, я требую владения ещё каким-либо оружием, одноручным. И сейчас мы определим каким. Выполняй моё требование.
Юноша описал три восьмёрки, выворачивая кисти и морщась от боли. В нужный момент, предплечья и плечи не смогли остановить булаву в середине цифры, уведя руку дальше. Поморщившись ещё больше и покраснев, Женьен опустил голову и сказал:
- Не могу, сэр.
- Хорошо, что хоть голову не раскроил сам себе, или рёбра. – скрестив руки комментировал рыцарь. - Ладно, к чёрту булаву. Оружие для чревоугодников и любителей отбивных. – продолжил воин, махнув рукой. – Бери рапиру. - юноша поднял рапиру с несколькими витушками около рукояти, придающий оружию необычный вид. – Она предназначена для колющих ударов по большей части. Рубить можно, но не по броне, иначе затупишь клинок, да и толку от такого удара немного. Ну-ка взмахни. – юноша повиновался, сделав два коротких взмаха по диагонали. – Чувствуешь? Слушается тебя как захмелевшая девка. – Овива покивал. – Это потому что центр тяжести почти у рукояти. А длинный клинок, как вот эта дери её бабку, палка, - рыцарь гневно потряс ветку Древа Искупления, - почти такой же, как и полуторный меч. Это поможет тебе достать врага на расстоянии, при условии, что против тебя булава или короткий меч. Теперь сделай простой колющий в голову этому истукану. Стань боком к цели, и одновременно выкидывай руку с передней ногой, вот так. – рыцарь снова сзади взял юношу за руку и пнул ногу, насколько нужно. – Не забывай слегка наклоняться корпусом, это прибавит удару силы. Теперь сам.
Юноша выполнил удар, после быстро вернулся в исходную позицию. Бертольд похвально закивал, оценив смекалку парня. “Если ещё потренирую, то сможет за себя постоять. А если не успею научить и убьют, ну что ж, судьба такая”. – подумал рыцарь, пожав плечами.
- Почему пожимаете плечами, сэр? Что-то не так? – спросил юноша и нанёс удар, заставивший рапиру сыграть.
- Вот теперь не так. – нахмурился воин. – Всегда держи кисть в соответствии с ударом, иначе рапира может и неудачно сыграть, или вообще сломаться, оставив тебя безоружным. Вот так надо. – рыцарь показал положение кисти. – Понял? – воин отвесил оплеуху оруженосцу.
- Угу. – почесал юноша ушибленное ударом место и ударил, рапира не сыграла.
- Книгус Рыцарус говорит о рапире: хорошее оружие для драчунов без брони, привыкших удирать от погонь среди улиц и переулков. В походе рыцарю тоже сгодится, её тонкое лезвие идеально подойдёт для жарки мяса над огнём. Сие блюдо ещё именуют – шашлык. А сытый рыцарь – могучий рыцарь. Поблагодарим же создателя рапиры за удобство! – рыцарь снова рассмеялся.
После снова проделал трюк с восьмёркой, и на этот раз получилось. Увидев успех, Бертольд удовлетворённо закивал и похвалил парня, от чего у последнего стало подниматься настроение. Настала очередь меча. Простой меч удобно лёг в руку парня.
- Меч – не только оружие, как говорит Книгус Рыцарус. – стал объяснять Бертольд. - Меч – символ контроля силы, ума и духа, олицетворение величия рыцаря. А хороший меч – символ статуса, и походный алтарь для духовного существа под названием – рыцарь. Тоже важно, меч – всегда в цене, что вполне может выручить рыцаря в трудной денежной ситуации.
- Неплохо сказано. – впечатлялся кузнец.
- Это ещё не всё. – ответил рыцарь. – О мече много сказано.
- Видимо, достойное оружие. – покивал Женьен, глядя на клинок.
- Сделай всё тоже самое. – приказал рыцарь оруженосцу, и дождавшись окончания всех действий, сказал. – У этого меча есть гарда. Возьмись за лезвие, только не сильно. – юноша перехватил оружие за лезвие двумя руками. – Так, ты можешь бить ею, в случае, когда клинок затупился, или если можешь попасть в незащищённые сочленения доспеха. Конечно, это следует делать в рукавицах, иначе ты рискуешь рассечь себе руки. Теперь, когда ты бьёшь гардой, проворачивай корпус — вот так. – рыцарь провернул торс оруженосца. – Это для дополнительной силы удара.
Женьен покивал, и стал отрабатывать удар, но не бить, так как руки оголены. “Главное – чтобы запомнил и применил, когда нужно. А остальное – воля случая, или моя”. – подумал рыцарь, наблюдая за парнем.
- Сила рубящего удара побольше чем у рапиры, но меньше чем у топора. – сказал Дидфит. – Зато контроль над оружием высокий, что позволяет бить по сложным траке…траех… - пытался выдавить рыцарь, - тра-екториям. Со временем научу. Итак, я вижу, что ты хорошо овладел мечом и рапирой. Булава явно не для тебя. Мой выбор падает на меч. Кузнец, - обернулся рыцарь к брюнету, - покупаешь оружие?
- Да, господин. – ответил мужчина. - Оружие обычное, но хорошего качества. За рапиру дам вам двадцать монет, и за булаву так же. Меч я бы взял дороже, но вы его не продадите.
- Нет конечно. Это моему оруженосцу. А теперь, давай мне смешанный комплект защиты. Женьен, теперь ты, как оруженосец, обязан помочь мне надеть его.
Возились долго, рыцарь с кузнецом объясняли, как и где привязывать, поправлять, и подгонять элементы брони. В один момент, когда юноша неосторожным движением дал койфом Дидфиту по лицу, тот сразу же вырвал его и врезал по лицу юноше, не сильно. После чего, койф аккуратно сел на голову воина, а Женьен, с красными отпечатками кольчужной головной защиты на лице, скинул капюшон и поправил его на спине рыцаря. С нагрудником оказалось меньше проблем, там лишь несколько ремешков застегнуть. Сапоги тоже подобрались как нельзя кстати, как раз можно обувать, будучи в сапогах из кожи. Размер – дело важное! Наконец, после не очень многочисленных, но ощутимых побоев, Бертольда одели. После, рыцарь встал, размялся и спросил кузнеца:
- Есть что-то для моего оружия?
- А какое вы носите?
- Это. – воин поднял палку.
- Сию минуту. – после ступора ответил кузнец и порывшись в недалеко лежащем ящике, извлёк оттуда полоску кожи. – Вот, обвяжитесь сами, а к концам привяжите её.
- Его. – серьёзно поправил воин. – Это оно, оружие моё. Оно. И подберите ножны для меча моего оруженосца.
- Его, ваше оружие. – поправил себя кузнец и прочистил горло.
Привязав палку к названным ножнам и рассчитавшись, Бертольд вышел из кузницы. Ветка Древа Искупления болталась, била то по ноге, то по заду, но никуда не денешься! Нужно её носить с собой. “Удивительно, что это пыточное дерево ещё дало выпустить себя из рук”. – проворчал рыцарь в уме. Вокруг копошились люди, выбирая нужные себе товары, торговались, предлагали и отказывались. Матерились на разный лад и угрожали. Бертольду не слишком нравилась обстановка, он считал рынок чем-то вроде денежно-людской сточной канавы, куда стекается золото и разного рода люд и сброд. Не место для ратного мужа и достойного рыцаря. Хоть это не было для него впервые, но каждый раз оказывавшись в таких местах, чувство лёгкой тревоги и неудобства настигали ум рыцаря.
- Лучшие клинки из зачарованной стали. – сказал чернокожий лысый мужчина, глядя на путников.
- Сладкие булочки, орехи! – кричала молодая светловолосая девушка.
- Колбаса! Вяленное мясо! – слышалось ещё откуда-то.
- Осёл! Купите осла! – послышался мужской голос. - Осёл! Купите осла!
- Осёл! – осенило рыцаря. – Нам нужен осёл!
Минуя люд, Бертольд шёл на голос. “Не буду же я тащить всё на себе, для этого есть Женьен. Но на него всё не навесишь”. – с досадой подумал воин. Подойдя поближе к голосу и распихав людей, Дидфит увидел простого мужичка в залатанных серых одеждах из хлопка. Небритое лицо с чёрной щетиной, чёрные глаза, короткие волосы, торчащие в разные стороны. Рядом стоял привязанный осёл, худой с опущенными ушами. Подойдя ближе, Дидфит спросил:
- Сколько ты хочешь?
- Сорок монет, господин. – ответил мужик.
- Да он же еле дышит! – гаркнул проходящий мимо мужик и сплюнул. – Позор о не осёл.
- Это как надо было измываться над ним? Так ещё такие деньги просить? – язвительно спрашивала прыщавая женщина.
- У меня и то дела лучше после проказы. – махнул рукой старик, оборачиваясь и уходя восвояси.
- Это слишком. – подытожил рыцарь. – За полудохлое животное, дам тебе не больше двадцати.
- Хорошо господин! – тут же обрадованно согласился продавец осла, протягивая верёвку.
- Но учти, если он подохнет завтра, я тебя найду и… - рыцарь во всех красках рассказал, что он сделает с его спиной, пятами и лицом с помощью своих кольчужных рукавиц и железных сапог. Куда запихнёт руки и прочие нелицеприятные вещи, не предназначенные для пера скромного писаря. – Понял?
- Понял… - растерянно ответил мужичок сглотнув.
- Женьен, веди животное. – приказал Бертольд.
- Да, господин. – ответил оруженосец, и взял верёвку из рук растерянного и запуганного крестьянина.
- Благослови вас господь. – приняв деньги, сказал крестьянин в спину пришельцам. – Осёл, живи, глупое животное.
- Купите справу на осла. – предложила очень худая девушка. – Недорого, тут и седло и разные ящики, мешочки для грузов.
- Сколько ты хочешь, женщина? – спросил воин.
- Всего тридцать монет. – ответила крестьянка.
- Я рыцарь, не могла бы ты снизить цену? Это для дела королевской важности.
- Рыцарь и без денег, какая жалость. – закатила глаза женщина, но после оценила внешний вид мужчины и добавила. – Могла бы снизить цену, вот только справишься ли ты?
- Конечно, что нужно делать?
- Пойдём ко мне. Мой муж всё-равно спит сейчас, просыпается по ночам, и клепает эту справу. А мне-то ведь холодно одной. Ну как?
Рыцарь смерил женщину взглядом. Высокая, худая на лице, измазанная чем-то, но в целом, вполне себе ничего, у него бывали и кхм…поскромнее дамы. “Не самый благочестивый поступок. Но ещё столько всего нужно купить. Королеве ведь всё-равно как я справлюсь с этим заданием. А господу? Господь всемогущий, да простит же меня твоё любящее сердце! Ты свидетель, нуждаюсь я в уменьшенной цене, как и в справе этой!”.
- Веди. – согласился воин.
- Но сир. – встрял Женьен. – Это не самый разумный…
- Молчи. – перебил оруженосца Бертольд. – Жди тут, я быстро.
- Надеюсь не слишком. – хихикнула продавщица справы, маня за собой рыцаря.
Дидфит последовал по узким улочкам за крестьянкой. Остановившись в одном маленьком переулке, она немного задрала платье и поманила рыцаря к себе. Как только слегка седовласый воин сблизился с ней, из соседнего переулка появились трое мужчин. Один из них положил руку рыцарю на плечо и сказал грубым голосом:
- Это моя сестра, чтоб тебя, железное чучело. За это тебе придётся отдать все свои денежки.
- Постой, уважаемый. – рыцарь повернулся.
- Ты что не понял? Я сказал тебе…
“Прямо передо мной с кинжалом в руке, удар в нос всё решит. Слева от него вообще с камнем в руке, но молодой, может и в лицо попасть, прямой пинок ногой может всё решить, молодёжь этого боится. А справа дед с топором, в крайнем случае буду держать его в поле зрения”. – оценивал обстановку воин, не слыша слова угроз.
- Совсем тупой? Кошель давай, быстро! – услышал рыцарь.
- Я Бертольд Дидфит, рыцарь её величества. Советую отвалить. – с этими слова он нанёс резкий удар кулаком в нос главарю, опрокидывая того наземь. – Даже не думай! – схватил он парня за кисть и пнул ногой в живот от чего у того спёрло дыхание. Как только рыцарь развернулся к деду, в грудь пришёл удар топором. – Проклятие! Новый же совсем! – пошатнувшись гаркнул воин. – Ну дед, хоть Книгус Рыцарус и говорит уважать старших, то я тебе просто сломаю палец. – с этими словами Дидфит взял старика за четыре пальца и сломал их одним махом.
- А-а-а! Ты же сказал, что палец, а не пальцы! – глядя на руку провыл старик.
- Оговорка. Тем более ты хотел меня убить, старая кляча.
- Ты скоро сам будешь таким же, железнозадый!
- Скоро, не скоро, а пока ещё могу отпинать троих дурачков.
И рыцарь принялся пинать их ногами…долго, страстно и чувственно. При этом он использовал самые разные слова, да такие, что люди закрывали окна и смрад улиц становился ещё сильнее. Закончив потеху, раскрасневшийся Дидфит обнаружил – девушки и след простыл, зато осталась справа. Конечно, она сразу же перековала в руки воина. После, рыцарь приказал старику обшарить карманы своих подельников.
- Это не по-божески! – воскликнул старик, извлекая из кармана бессознательного главаря мешочек с монетами целой рукой. – Послушай, отпусти нас. Кто ж знал, что так получится?
- А кто ж знал, что вы разбой творите? Да ещё и под носом их величества! Какое хамство, с вашей стороны, старый человек. Я вправе отвести вас на плаху, но не стану этого делать в обмен на ваше добро. Так полагаю это ваше? – рыцарь потряс справой для осла.
- Да. – кряхтя и выуживая надкушенное яблоко и кармана парня согласился старик. – Сам делаю, а эти… - он ладонью указал на лежащих, - помогают. Оболтусы.
- Я беру всё и ухожу. Твой топор и кинжал этого тоже давай сюда. Только, - рыцарь вспомнил о своей палке-надзирательнице, - всё положи в справу. А теперь, поклянись господом, что вы не будете больше промышлять разбоем.
- Чтоб тебя, железнозадый… - сжал здоровую руку дед и принёс клятву. – Именем господа нашего, Всевышнего и Всевидящего, клянусь его именем что ни я, ни мои сыновья с дочкой, больше не будем промышлять разбоем.
- Давай-давай дальше. – настоял рыцарь.
- В случай нарушения клятвы, да будут ниспосланы им на наши головы, страшные проклятия.
- Очень хорошо. – довольно покивал рыцарь.
Как только сбор трофеев завершился, рыцарь спешно удалился из этого места. Конечно, стоило наказать разбойников, но марать руки не хотелось, к тому же, разбирательства в сторожке тоже не терпел он. Прибавив старику ещё несколько пинков, хоть это и не по Книгус Рыцарус, Дидфит пошёл на рынок. “Не всегда же по Книгус Рыцарус жить. Эти по заповедям не очень хотят жить, вот и я, подкрепил клятву”. – после этой мысли Бертольд заржал как конь, радуясь своему остроумию.
Женьен ожидал там же, где и оставил его Дидфит. Найдя глазами своего господина, юноша несказанно обрадовался его приходу, но смотрел на него исподлобья. Бертольд, уловив этот взгляд, коротко приказал снарядить осла, а после искать его на у прилавка снеди.
- Колбасы! Вяленное мясо! Сыр, творог! – кричал полный усатый мужчина с круглыми как монеты глазами.
- Снаряди мне колбас на двоих, чтобы на пару дней хватило. А также сыра головню.
- Конечно, добрый господин. Значит, четыре колбасы, и головня сыра. С вас двадцать золота!
- Надеюсь, что всё солёное обильно, а то безвкусицу стряпаете. – проворчал воин.
- Попробуйте, попробуйте! – продавец дал Дидфиту блестящей от жира рукой кусок сыра.
- Годится. – отведав постановил слегка седовласый мужчина. – Надеюсь колбаса такая же.
- Точно такая же! – заверял торговец.
- Смотри у меня! Я рыцарь, и прошу достойной еды в путь.
- Да, добрый рыцарь, конечно! – улыбаясь, елейно говорил толстяк. – Всё мясо не очень старой коровы. Уверяю, она не болела!
- А что есть, более рыцарского?
- А-а-а. – хитро прищурился краснощёкий торговец. – Балыка желаете? Есть такое. Тридцать монет за этот…килограмм, во!
- Дорого же как. – изумился в бороду рыцарь.
- Что? Я не расслышал, простите. Как порезать?
- Я сказал, - потряс головой рыцарь и закрыл глаза сбрасывая задумчивость, - отрежь мне половину от этого…килограмма.
- Конечно! – принялся делать дело краснощёкий.
Подошёл Женьен. Его глаза разбегались от такого количества вкуснятины, пахнущей на разный лад, но одинаково вкусно. Ему нравилось, что господин закупает продукты именно здесь и именно такие. Глядя как, рыцарь выбирает то или иное, Овива хотел всего. В аббатстве не позволяли таких яств, за исключением больших праздников, или финансирования короля. После долгих лет овощей и похлёбок, ржаного хлеба и квашенной капусты, наконец хорошая еда. Ощущения после вчерашнего пира улетучились, оруженосцу хотелось ещё. Внезапно, слева от него раздался срывающийся в истерику женский крик:
- Что же вы делаете?! Смотрите, этот осёл жрёт мои овощи!!! А ну иди отсюда, мерзкая тварь!
Рыцарь и оруженосец разом повернулись. Действительно, осёл нахально сунул морду в прилавок, и надкусывал каждую встречную свеклу, морковь, капусту и другую зелень и не зелень. При этом животное отвратно чавкало, а на крики хозяйки прилавка не обращало внимания. Женьен сразу хватился, взяв его за морду и оттащил от продуктов. Глядя на всё это, рыцарь сперва рассмеялся, услышав, как животное издало кишечный вздох, заполнив воздух неаппетитным запахом и вызвав возмущение людей:
- А брюхо у него зловонное! Ещё и пердит, скотина! Хозяева куда смотрят?
- Вы должны заплатить! – взвизгнула беловолосая торговка, топнув ногой.
- Да! Должны заплатить! Заплатите! – поддержал народ.
- А ну цыц! – громыхнул рыцарь, все разом смолкли.
“Заткнуть им рты, я-то заткнул”. – думал слегка седовласый воин, неписательской речью поторапливая Женьена в деле загрузки осла, и рассчитываясь с торговцем мяса. “Так-то они правы, ведь мой осёл испортил имущество. Но деньги мне нужны, для путешествия! Мне же надо убить дракона палкой”. – рыцарь в душах проклял ветку Древа Искупления.
- Чего молчишь? Язык проглотил? – негодовал снова народ.
- Молчать вы, коровьи лепёшки! – повернулся воин к людям, ставшим плотным полукругом за его спиной. – Мне жаль, что так получилось, но в этом моей вины нет. – рыцарь снял с пояса своё оружие и глядя на листочек продолжил. – Я рыцарь, и у меня важное дело, деньги мне нужны для странствия. Я не буду платить.
- Рыцарь он, вы только посмотрите! А на народ, значится, насрать? А ну поколотим его, люди! – негодовал народ ещё больше, и двинулся к паре.
- А ну отошли, козлодои! – рыцарь пригрозил палкой, выписывая восьмёрки в воздухе перед собой.
- Смотри как машет, не подойти! Во чо творит! – раздавалось из толпы.
- Даю вам последний шанс разойтись мирно, пока никто не пострадал! – добавил воин.
- Господин, они не слишком-то хотят уходить. – встревоженно заметил Женьен.
- Прошу, только не возле моего прилавка! – взмолился продавец мясных яств.
- Рыцарь он. Ишь какой! – запричитала светловолосая торговка овощами. – Осёл значит пожрал, а он и бровью не ведёт! Бесчестный! – выпячивая глаза и тыкая пальцем в рыцаря, укоризненно постановила женщина.
- Молчать!!! – взорвался воин и все отшатнулись.
Перестав размахивать палкой, Дидфит повернулся к ней, подошёл к прилавку, взял с него надкушенную свёклу и с силой сунул её в пасть ослу. После, бросил тот самый, всего в несколько монет, отобранный у бандитов кошель на овощи. Раскрасневшись, воин гневно смотрел на неё, от чего у женщины стали трястись колени и руки. С силой втянув воздух носом, да так что аж ноздри раздувались, воин изрёк:
- Накорми моё вьючное животное досыта, здесь больше чем достаточно.
- Угу. – едва слышно выдавила торговка, убрав кошель со стола и принялась накладывать овощи в рядом стоящую возле неё корзинку. – Корзинку вам подарю, только вы не сердитесь. Это же пара овощей, пустяки. – пытаясь улыбаться, сказала светловолосая.
- Накорми! – гневно приказал воин.
- Конечно-конечно! – согласилась она, и стала с руки кормить животное, приговаривая. – Кушай-кушай, мой ослик, кушай.
Осёл хрустел сочными овощами и глаза его блестели от удовольствия. Издавая довольное чавканье, чередующееся со звуками запустившегося чрева, осёл шевелил ушами и поедал любезно подаваемые ему овощи. Люд стал терять интерес к этому, разбредаясь по своим мирским делам. Поняв, что больше никому не интересно, рыцарь приказал привязать корзинку к ослу и двигаться дальше.
Покинув городок, пара виновников, зашагала по наезженному тракту. Вокруг всё цветёт, кое-где есть и урожай, ранний, способный прокормить до основного. Поля, сады, сараи и прочие здания для скота и хозяйства располагались здесь, в круге предзамкового городка. Его ещё называют, как Бертольд помнил, округ. Общинные дома также здесь располагались по обеим сторонам тракта. Это для тех, кто победнее, и неспособен приобрести жильё в городке или замке, помимо прочего, сюда высылались не самые благонадёжные жители, старики, да и просто те, кто никогда не любил ходить на речку, и вообще не имел дел с водой. Хорошо здесь, Бертольду нравилось, несмотря на то что он замковый житель, по большей части. Вспаханная земля, недавно освободившаяся от снежного одеяла, размечена на ровные квадраты участков каждого крестьянина, засеивалась более поздними овощами, такими как наш любимый блюворвот, - сладковато-терпкий корнеплод, основа для противоядий и оказывающий очистительное воздействие на тело и дух, естественным образом, из всех щелей, если так, можно сказать.
Бертольд шёл смотря вперёд, где виднелся очередной поворот тракта. Что находилось за поворотом рыцарь и так знал, его мысли сейчас заняты раздумьями о палках, драконах, чувстве вины. Слева от него шёл Женьен, также весь в раздумьях, лишь изредка поднимая голову, открывая рот в попытке что-то сказать, но видимо отказавшись от этой идеи, опускает голову снова. А немного позади топал на своих четырёх осёл, явно посвежевший, и с интересом разглядывал мир вокруг. Общинные дома, через километр должны уже закончится, дальше лежала более дикая территория, не патрулируема как здесь, редкими стражниками с алебардами. Поют птицы вокруг, позвякивает кольчуга на воине, мелкая мошкара садится на лицо путникам, но тут же отгоняется.
Общинные дома, достаточно большие чтобы вместить в себя двенадцать человек, стояли в десяти метрах от дороги, а также чуть дальше. Сегодня седьмой день недели, как говорят в народе, - леноденье, но это не значит, что не нужно выполнять меньшую норму труда. Те, кто успел уже со всем справиться, сидят дома, на что указывает дым, исходящий из дымохода. Три общинных дома сбиты в подобие двора, благодаря расположению рядом. Из одного, неподалёку, раздался женский вопль:
- Помогите! Помогите!
- Вперёд, Женьен! Мы должны вмешаться! – скомандовал рыцарь.
- Да, господин. – поддержал юноша и последовал за ним.
Быстро достигнув двора, путники стали вслушиваться, откуда же идёт зов о помощи. Мешала этому блеющая овца и хрюкающие свиньи, носящиеся туда-сюда, ещё и собака лаяла в своей клетке. Дидфит взял своё оружие в руки, готовясь к любым неприятностям. Овива последовал примеру своего господина, вооружившись мечом. Осёл же, издав что-то непонятное между обычным “Иа!” и “Хну на!”, испуганно вжал голову, и опустил уши. Что-то разбилось в доме прямо перед ними, и на улицу выбежала женщина с растрёпанными волосами чёрного цвета. Рыцарь сразу же спросил её:
- Что тут случилось, женщина?
- Кто-то украл последний тренчер! А собаке нужно что-то поесть потом! Она помогает охотиться! – подбегая к воину ответила он.
- Из-за тренчера такие страсти? - выпытывал Дидфит.
- Ах, добрый путник, если бы! – хлопнула в ладоши она. – Ещё кто-то подселил клещей в спальный матрас моего мужа. Вот он и беснуется.
- Зови, сейчас устроим суд. Я рыцарь короны, и вполне могу помочь вам. – заверил воин.
Собрались все жильцы трёх рядом стоящих домов. Не все присутствовали, так как кто-то заболел внезапно, а кто-то ещё на рынке или ещё где. Окружив рыцаря со свитой, все с интересом разглядывали его бляшку на поясе, цокали языками и отдавали хвалу господу за столь своевременную помощь. В круг вышли и сами виновники, - один рослый бородатый блондин, а второй не такой рослый и тоже бородатый, но рыжеволосый.
- Это он выкрал и сожрал последний тренчер! – тыкая пальцем в рыжего, твёрдо сказал блондин грубым голосом.
- Нет, это ты! – отрицал рыжий. – А на меня всё повесить хочешь! Только вот тебе! – он сжал руку в кулак, после чего поместил большой палец между указательным и среднем, сразу же тыкнув сопернику в лицо этим жестом.
- Да я тебя… - начал светлый, повернувшись к шутнику.
- Дай ему! Дай! – закричал народ предвкушая.
- Молчать! Разошлись! – вмешался рыцарь, отвесив каждому палкой по лбу, отчего народ взорвался смехом глядя, как мужики потирают ушибленные места. – Лбы здоровые, а тупые как астрологи, с этой их круглой землёй! Продолжайте рассказывать по делу.
- А что тут говорить, господин? – пожал плечами раскрасневшийся блондин. – Дурная кровь, рыжая борода. Что взять?
- Да! Дурная кровь! – поддерживали люди.
- Вот все вы так! – злостно заговорил рыжий, тыкая пальцем в окружающих. – Как что случись, сразу рыжий! Хоть я и работы делаю побольше вашего! Так нет же, надо всё на меня свалить, лишь бы выселить!
- Выселить? Тебя хотят лишить жилья? – спросил воин.
- Да, господин. Этот мужик, - он указал на блондина, - желает поселить тут своего племянника, Деита. Мест нет, но ему очень хочется это сделать. А как? Правильно, выгнать на улицу меня, Рышма.
- Наглая ложь! – запротестовал светлый. – Господин, клянусь вам, не было такого. Мой племянник тут ни при чём!
- Где живёт твой племянник? – поинтересовался Дидфит.
- Он э-э-э… - замялся блондин. – Ну… скитается, где приютят.
- Бедный Деит. Скитается. А ведь ему кров нужен. – загомонил народ вокруг.
- А рыжего, значит, выгнать хотите? – уточнил рыцарь.
- Рыжего прочь! Дьявольское семя! – выкрикивали люди.
- Что же в нём такого дьявольского? – спросил Дидфит, и шёпотом обратился к оруженосцу. – Женьен, можешь проверить его на бесноватость, этого рыжего?
- Да, господин. Это легко. – также шёпотом ответил юноша.
- Он крадёт тренчеры! Клещи из-за него! Ещё беду накличет! – перечислял народ.
- Погодите! – поднял руку в воздух рыцарь и все затихли. – Сейчас мой оруженосец проверит его на бесноватость.
- Как это так? Невиданное! А кто твой оруженосец? Есть у него власть от господа и церкви? По какому праву он будет это делать? – удивлялись и возмущались люди.
- Молчать!!! – громыхнул воин. – Я сказал, что так будет, значит так будет, ибо я есть воплощение закона и морали королевства! Женьен!
- Дайте мне воды в кружке. – попросил юноша, но никто не отозвался.
- Живо!!! – рявкнул воин, и все принялись искать воду.
Юноша принял глиняную кружку, под различные, не самые лестные высказывания, сделал над ней неведомые кругообразные движения, после чего сделал спиралеобразные движения вверх. Овива подошёл к рыжему, посмотрел в глаза, пожал плечами и сказал:
- Благословим воду, брат мой. Повторяй за мной: да будет благословенна вода сия, в день этот господень. Придаст же она сил и смоет скверну зла с тела и души. Да будет так именем бога, Айи!
Рыжий мужчина повторил и…ничего не произошло. Все затаили дыхание, всматриваясь и улавливая каждое его движение. Рыцарь помахивал себе палкой в ожидании, взял у Женьена кружку и отпил глоток холодной воды, после чего, вылил эту воду в лицо испытуемому, а блондин при виде этого жадно облизнулся. Закрыв глаза, тот лишь вытер воду с лица, и поклонился воину со словами:
- Благодарю вас, добрый рыцарь, за воду сию святую.
- Ах! Не может быть! Он чист! Не бесноватый! Не может быть! – изумлялся народ.
- Как видите, он чист. – заключил рыцарь. – Сдаётся мне ты хочешь выселить его, намеренно.
- Нет, господин, что вы? – затряс руками блондин. – Пусть уже живёт, раз так!
- Постой-ка. – рыцарь пригляделся к нему и подошёл, сжал челюсть, заставив открыть рот и стал всматриваться. – Плохо жевать – переводить дары божии. – сказал воин и обратился к людям. – Ваш тренчер меж его зубов! Хлебная тарелка на его совести. – заключил рыцарь, после чего люди бросились смотреть блондину в рот.
- Вот бесовский зад! Выпороть! Вздёрнуть вора! – уже накидывая верёвки на мужика, гласили люди.
- Стойте! – приказал воин. – Не по-божески это. Отпустите, пусть живёт. А на его место возьмите этого вашего Деита.
- Деит свинтус! Не нужен нам Деит! Пусть уже этот остаётся! Нет Деиту! – протестовал люд.
- Молчать, свинопасы! – перекрикнул их воин. – Моё слово: рыжий остаётся, этот вор тренчеров уходит на улицу, а его племянник поселяется на его место!
- Безумие! Рыжего оставлять?! От него все беды! Деита сюда ни за что! – негодовал народ, сжимая кольцо вокруг рыцаря, от чего осёл испуганно икнул.
- Господин, кажется люди недовольны. – шепнул Женьен воину в ухо.
- Я вижу. – кивнул воин и стал раздавать удары палкой, выпучив глаза. – Помогай.
Женьен взял меч обеими руками и стал размахивать им перед собой. При этом он тоже пытался приказывать людям разойтись. Спустя время, люд стал успокаиваться, а Женьен, не соображая от усталости, врезал мечом по спине рыцаря. Дидфит обернулся, удивлённо посмотрел на своего оруженосца и сказал:
- Не выживу с тобой в бою, юнец. – после отвесил Овиве хорошую затрещину.
- Простите, господин. – виновато откликнулся парень.
- Всё, хватит тут негодовать! – приказал воин. – Пока я не разозлился и не взял меч в свои руки. – пригрозил он.
- Нам не нужен такой суд! – воскликнул кто-то.
- А справедливость вам нужна? – спросил воин, но все молчали. – Хотите справедливости, да? Ну вот она! Все живы, никого не казнили и нашли виновника. Что вам ещё надо?
Народ цокал языками, качал головами, разводил руками, но согласился. Нехотя, но согласился. Конечно, тут может и стоило бы действовать более популярными методами. К примеру: мордобой или отрубание конечностей. Но Дидфит не всегда любил так поступать, считая, что есть другие решения. На этом, путников угостили хлебом, как и положено за добрую работу. “Забыл об этом ароматном даре божьем. Балык и осёл совсем вскружили голову”. – отметил про себя Дидфит, доставая из мешочка, закреплённого на осле, колбасы, и тут же принялся его жевать. Но тут же вспомнив об оруженосце, подумал, и взял свеклу, протянул её к юноше со словами:
- Возьми, не один же хлеб жевать!
Юноша лишь покивал головой, и принял дар. Внезапно, с небес опустился большой и чёрный ворон, размером с добрую собаку. Люд разбежался в ужасе по домам, кое-кто пытался тыкать в птицу вилами, но как только та посмотрела на них, как храбрецы тут же бросали своё оружие. Рыцарь выставил своё оружие перед собой, оруженосец также.
- Сейчас мы одолеем тебя, птица зла! – и кинулся в атаку.
Ворон раскрыл клюв, и из него выпал небольшой клочок пергамента. После этого птица улетела прочь. Переглянувшись с оруженосцем, воин приказал поднять бумагу. С опаской, юноша подчинился, и вручил её в руки господина. Рыцарь развернул пергамент и прочёл: “Бертольд Дидфит! Быстрее на болота, жду тебя! Мелвин Дуркан, колдун болот”.
Автор: Нико Чернилов
