Поминальная речь по Франческо Рози
Настоящий текст написан для кинопоказа х/ф «Сиятельные трупы» (1975) реж. Франческо Рози на «Складе №3» 26.07.24 по просьбе организаторов показа. Первоначальное название статьи: «Франческо Рози и итальянский политический кинематограф».
Владимир Айгистов попросил меня рассказать о режиссёре Франческо Рози (1922–2015), узнав, что я смотрел большинство его фильмов. Это действительно так, но есть небольшая проблема. Фильмы я смотрел в пору своего алкоголизма. Проглядывая фильмографию, я с большой уверенностью могу сказать, что я смотрел конкретный фильм, но совершенно ничего о нём не могу вспомнить. Либо самый общий мотив… Тем не менее, Франческо Рози – один из моих любимых режиссёров, так что отказаться было нельзя. Он снял два идеальных фильма, которые я помню очень хорошо. Это «Люди против» и «Дело Маттеи».
Хотя бы, я успел немного подготовиться. Дома у меня лежала книга про Франческо Рози 1977 года издания, которую я также читал и также абсолютно не помнил. Ну и в голове сохранялись общие впечатления и идеи об итальянском кино, которое я годами смотрел запоем, посмотрев около тысячи фильмов. Не все из которых, правда, запомнил.
В пантеоне любимых режиссёров впереди Франческо Рози для меня стоит Дамиано Дамиани. Оба они занимались политическим кинематографом, наследуя школе неорелизма. Но я не смотрел неореализм, и итальянскую классику типа Феллини, Бертолуччи и Антониони я тоже не смотрел. Вместо этого я смотрел эксплуатационное кино – спагетти-вестерны, джалло, хорроры, краймы. Итальянский политический кинематограф, главным лицом которого является актёр Джан Мария Волонте, стоит как раз на границе краймов. Как вы поняли, мой взгляд довольно субъективен, и подчеркну тут напрямую, что не претендую на объективность. Но всё же у меня есть аргументы в пользу моей позиции. Я считаю, что именно итальянский политический кинематограф второй половины 60-х и 70-х является наивысшим достижением итальянского кино. Тут сложилось много факторов.
Но сначала о моей исходной позиции. Я всегда для себя разделял литературу и кино. Литература – это вдумчивое чтение и погружение, у неё есть один автор, с которым ты как читатель ведёшь диалог. Развлекательная литература кажется мне излишне шаблонной и поверхностной, хотя исключений хватает. Но к развлечению больше располагает кино. Это коллективная работа, это коммерческая работа – а писать книги можно и без денег – странно требовать от кино отсутствия развлекательности, оно должно окупаться. Нудные фильмы, снятые из умной позиции, мне смотреть трудновато. Смотреть в экран мне сложнее, чем читать, бегая глазами по строчкам. Поэтому я не смотрел неореализм и далее. Меня он не захватывает.
Перечитывая советскую книгу о Рози, я хорошо это почувствовал. По подробным описаниям фильмов я что-то вспоминал. По информации из интернета, неореализм – направление в итальянском кинематографе с середины сороковых до середины пятидесятых годов. Рози снял свой первый фильм «Вызов» в 1958 году, то есть он был уже продолжателем, переосмысляющим традиции, а не представителем направления. Но мне как зрителю XXI века трудно провести грань. Ранние фильмы Рози мне естественнее воспринимать как примеры неореализма. «Вызов» я не видел, второй фильм, «Вязальщицы» 1959 года, я не могу точно вспомнить, видел или нет. Но третий фильм Рози, считающийся, судя по советской книге, признанным шедевром, я уже хорошо помню. Это «Сальваторе Джулиано», 1962 год, про сицилийского бандита с образом Робина Гуда. Рози хотел развеять миф и показать его антинародный характер, так как Джулиано сражался против левых и расстреливал крестьян. По тексту книги логика фильма, его сюжетное построение, политический и социальный анализ, работа с непрофессиональными актёрами и операторская работа – всё это по описанию выполнено на высочайшем уровне, и описание звучит логично и убедительно. Но я помню, как смотрел этот фильм, и мне было невыносимо скучно. Ну или сносно скучно, я всё-таки досмотрел, но намного более скучно, чем хотелось бы. Та же ситуация повторилась с «Руками над городом» 1963 – хотя там играл Род Стайгер, дорогой мне по «Пригоршне Динамита», и фактура была более знакомой, и в «Альдо и Альдо» от «Записок Таффури» он вошёл. Это фильм о городском строительстве, аварийных случаях и сомнительной экономической подоплёке процесса, власти денег, внутренних политических интригах и человеческих жертвах. То есть тематически вроде бы уже всё как надо (Сальваторе Джулиано был о деревне и прошлом времени), но всё равно смотреть мне было скучно…
Я понимаю, что скучность зависит от зрительской привычки к восприятию кинематографа, но всё-таки динамика фильма – понятие объективное. И, я думаю, что эксплуатационное кино сыграло решающую положительную роль для последователей неореализма. Школу эксплуатационного кино прошли актёры, композиторы, операторы, иногда и сами режиссёры. Они научились драйву. Рози снимал только серьёзные фильмы, тут речь может идти только о его зрительском опыте. Но два его следующих фильма – фильм о корриде как социальной и личной трагедии «Момент истины» и сказка «Жила-была…», 1965 года и 1967 года соответственно – по описаниям показались мне неудачными и заведомо сложными для восприятия, я не собрался их посмотреть. Но к фильму «Люди против» 1970 года всё изменилось. Как я уже говорил, для меня это совершенная работа. Психологическая убедительность, социальная актуальность, глубина социального анализа, выстраивание конфликта, актёрская работа, музыку из фильма не помню, но возможно и она – всё безупречно. Армейские будни Первой мировой, где генерал-самодур не щадит солдат, а главного героя-офицера Джана Марию Волонте в конце расстреливают за отказ расстреливать своих солдат. Много красивых и запоминающихся сцен. Эксплуатационной составляющей тут даже нет, но внутренняя динамика фильма на том же уровне. Столь же совершенным было и «Дело Маттеи» (1972), фильм-расследование и биография итальянского инженера нефтяника, погибшего в авиакатастрофе, которая не выглядела случайной. Смелый для левого режиссёра выбор героем фильма бизнесмена, не предстающего отрицательным персонажем, делает эту работу уникальной. В советской книге есть ожидаемое обвинение в реформистских иллюзиях. Затем был «Лаки Лучиано» (1973), биографический про итальянского гангстера в США, третий подряд с Волонте – но на фоне первых двух для меня он стёрся, показался слабоватым… Все элементы удачного политического кино там формально есть, но нужно что-то ещё, чтобы фильм сложился. Ну а затем – «Сиятельные трупы» (1975), которые мы увидим сегодня. Это девятый фильм Франческо Рози. Советская книга была выпущена в 1977 году, но там про него ещё кратко, без отдельной главы.
Собственно, фильм я помнил смутно и он показался мне менее проходным, слишком рваным и без погружения в персонажей, герои мельтешат. Перед показом я успел пересмотреть минут 30, впечатления подтвердились. И ещё помнил, что есть красивые сцены – и действительно, такой фильм и открывается, сцена на кладбище впечатляет. Фильм есть в советском дубляже, этот вариант мы сегодня увидим. Но из книги я понял, что в «Ситяельных трупах» есть ещё элемент абсурдистской фантасмагории – это, значит, нечто в духе Элио Петри, при просмотре сам даже не уловил, трудно было следить. Возможно, я ошибся, и в фильме есть своя цельность, скоро проверим.
Дальше Рози снял «Христос остановился в Эболи» (1978 год), классический фильм, вновь с Волонте, с элементом этнографии, крепкая драма, экранизация книги о политическом ссыльном в горную деревушку. Хоть уже не такой динамичный, как самые хитовые его работы, но другим образом он сложился. Заслуженная крепкая работа. К концу семидесятых итальянское кино пошло на спад, как эксплуатационное, так и вообще. Тогда или пораньше кинотеатры стали заменяться массовым телевидением, которое диктовало свои законы, и режиссёры старой школы просто в них не вписались. Многие перестали снимать, хотя занимались этим десятилетиями. Те, что на умняке, конечно, остались, но Рози был где-то между. Общий драйв из итальянского кино ушёл. Хорошим примером тут будет Дарио Ардженто, резко растерявший свой визуальный стиль. Последним оплотом всё равно осталась традиция, основанная на достижениях политического кино – речь идёт о сериале «Спрут», начатого в 1984 и законченного вялыми сезонами в 2001. Основной фигурой, похоже, стал Микеле Плачидо, сыгравший комиссара Катани. Рози опередил тренд, сняв Плачидо в 1981 году в своём фильме «Три брата». Однако этот фильм, как и все последующие его работы, я совершенно не помню. Хотя казалось бы! «Три брата» – это экранизация Платонова, актёрский состав солидный и вообще. Я точно видел «Забыть Палермо» (1989), это ещё политическая работа. Последним фильмом Рози стало «Перемирие» (1997), на тему второй мировой войны. Не помню. Очень возможно, что моя память выбрасывала знание необъективно, хотя яркие работы всё же в ней почти всегда оставались. После этого Рози прожил ещё почти 20 лет – умер в 2015 году. То есть когда я уже был хорошо знаком с его работами. Можно считать эту речь поминальной по нему. Пусть и с запозданием произнесённую, да ведь мёртвые не торопятся.
Поговорю ещё о нём. По всей фильмографии я пробежался, теперь о личности. В советской книге Рози представлен как пламенный коммунист и серьёзный политический деятель. В этом плане для меня огромный интерес представляло бы знание – как обстояли дела с его взглядами после 1975 года? Что он думал о политике в нулевые? Чем он занимался в старости? Как он смотрел на свой путь? Уж не знаю, есть ли его биография на итальянском. А даже если есть, то в биографиях дурным образом любят описывать старость скомкано, делая упор на разбор самых известных работ. Могут вообще по сути проигнорировать всё самое интересно. Но даже если вдруг чудо, и биография есть, и написана должным образом – ждать её перевода на русский не приходится. Так что вопросы останутся висеть в воздухе. Вряд ли я узнаю на них ответы… (позже я подумал, что можно просто поискать его поздние интервью, используя гугл-переводчик – прим. И. Щ.)
Закончив имеющую сомнительную ценность историю о моём знакомстве с творчеством Франческо Рози, я перескажу ещё кое-что из книги, интересное дело.
Я представлял себе фильмы Рози как нечто редкое, интерес к ним как маргинальный, и не встречал людей, которые бы мне рассказывали о своём знакомстве с Франческо Рози, если это не были заядлые киноманы из моего круга общения с тем же кругом интересов. Книга демонстрирует скудность моего воображения. В момент выхода эти фильмы имели огромный резонанс. Рози был реальным политическим деятелям, его фильмы будоражили общество, власти или силы противоположного лагеря мешали из съёмкам. В предисловие к книге помещена статья мэра города Неаполя. Журналиста, который мог поделиться информацией для фильма «Делло Маттеи», убили вскоре после общения с Рози. Цитата из книги про фильм «Сальваторе Джулиано», рассказывает некий писатель Шаша:
«В кинозале, где я смотрел фильм, находились в основном одни крестьяне, не привыкшие посещать кинематограф, а тем более быстро реагировать на происходящее на экране. Однако на этот раз всё было иным: зрители узнавали себя в этих крестьянах, в этих пастухах, в этих обвиняемых…»
«Сложный по проблематике и кинематографической структуре (и правда – И. Щ.) фильм Франческо Рози был принят широким зрителем, был принят простыми людьми Сицилии, всей мыслящей Италией (помню, как я перенял из советской публицистики приём утверждать своё мнение таким соминительным аргументом – И. Щ.). Кассовые сборы составили около полутра миллиардов лир – это гигантская цифра, она говорит о способности художника соединить зрелищность и проблемность, о том, наконец, что политический кинематограф Италии 60-х годов становится общественной силой, с которой нельзя не считаться».
Социальная работа шла ещё во время съёмок, при общении с актёрами массовки или при организации через чиновников. В качестве социальной темы Рози выбирал, по своим словам, «нерешённые проблемы прошлого, больные и неизжитые вещи». Другая цитата: «Говорить о действительности, критиковать её равносильно защите политических позиций. Да… мой фильм родился от бунта и стыда за современный курс итальянской политической жизни. Известно, что меня считают коммунистом. Каждого, кто снимает не оппортунистический, а честный фильм, считаю коммунистом. Меня упрекают в том, что я показываю левых лучшими, чем правых. Но это так и есть, и я в этом убеждён».
Ещё в юности Рози придерживался антифашистских взглядов, будучи призванным в армию саботировал службу, в 1943 году был арестован за политические дела, бежал, скрывался, поддерживал связь с Сопротивлением. После войны пошёл в театр и кино, но не растерял протестный дух. Впоследствии власти пытались срывать работу над его фильмами… Впрочем, в Италии тогда вообще была лихая атмосфера, что отражено и в кинематографе, вспомнить хотя бы «свинцовые семидесятые».
Франческо Рози. Художественный талант реалиста, знание психологии, динамика и глубокий социальный критический анализ – таков для меня один из рецептов идеального кинематографического полотна! Глубину проработки, кстати, показывает тот факт, что к «Делу Маттеи» и «Люди против» Рози издавал книги, основанные на подготовительных материалах и исследованиях. Идеал на конвейер не поставить, но выдавать такие работы далеко не единичным порядком – это итальянцам удалось. Франческо Рози создал две-три таких работы, но это огромный вклад! Жаль только, что в кино он таким образом оказался в тени Джана Мария Волонте – ведь свои лучшие фильмы Рози снял именно с ним, а в обратную сторону это не работает. У Волонте были и другие отличные работы. По количеству же шедевров обогнать Рози из коллег смог только Дамиано Дамиани. Хотя эта соревновательность ни к чему, Рози остаётся огромным оригинальным художником. Пожелаю ему упокоиться в мире!
Последнее, что хотел бы сказать – это параллели с отечественным кино. У меня самого такой вопрос встаёт в первую очередь, так что ответ на него я искал долго. Какие-то работы, похожие по уровню совершенства и общему подходу на итальянское политическое кино мне удалось найти. С долей условности, но я легко бы поставил в один ряд: первые работы Абдрашитова-Миндадзе, в особенности «Поворот» (1978), фильмы Расима Оджагова «Допрос» (1979), «Перед закрытой дверью» (1982), снятые в Азербайджанской ССР, возможно, фильмы Динары Асановой – хотя они мягче, но не менее глубоки. Далее в отечественном кино традиция не была продолжена. Следующие фильмы, даже имеющие социальную критику, были сняты совсем в другой традиции. Недавний расцвет сериалов дал мне надежду, что что-то подобное появится, но все конкретные работы оставляли привкус разочарования. Единичные большие удачи были, но в другом ключе. Наверное, самым близким к рассматриваемой традиции оказались недавние работы Натальи Мещаниновой, но в общем это уже было бы предметом для отдельных обсуждений и аргументаций, основная идея про психологизм и раскрытие личного как социального. При выстраивании параллели я учитывал цитату из Рози: «Я считаю, что рассказывать историю двух героев – это значит не достичь цели. Этот путь неминуемо ведёт к частному. Я же искал пути вне экзистенциальности». Хотя я знаю примеры идеальных фильмов, снятых в русле экзистеницальности, спорить с Франческо Рози тут нет смысла – на примере своих работ он показал, что для себя выбрал верный путь. И у него есть, чему поучиться.
П.С. Кинопоказ состоялся при наличии нескольких зрителей в зале. Речь я читал плоховато, если публично петь песни я наловчился, то формат чтения для меня непривычен. Тем не менее, событие прошло приятно. Сам фильм «Сиятельные трупы» соответствовал воспоминаниям. Мне было неловко перед зрителями за эту работ Франческо Рози. Сам я как человек, знающий логику итальянского кинематографа, мог уловить происходящее и получал удовольствие от просмотра. Но было понятно, что без контекста смысл во многом ускользал. Дёрганый резкий монтаж, содержащий излишние сцены, резко контрастировал с обличительным сюжетом. Элемент абсурдизма в духе Петри был, но реализован он был не явно. Гипертрофированные персонажи-судьи, отражающие болезнь власти, казались просто неудачными шаблонами. Попытка создать атмосферу растерянности общества перед лицом хитросплетений политической лжи и игр казалась простой невнятностью и застянутостью для остросюжетного кино. Убийство главного героя в конце выглядело не напряжённой неожиданностью, а предсказуемым итальянским шаблоном. В общем, Рози двинулся в интересном направлении, но не смог пройти по нему достаточно далеко… Спасал разве что ряд ярких сцен и диалогов и задумчивый главный герой-детектив. Впрочем, после показа организаторы добавили определённой конкретики, прочитав живую лекцию о Европе и международных политических заговорах второй половины прошлого века и «стратегии напряжённости».
Несмотря на малолюдность, на показе присутствовал ещё Сергей «Кудр» Курдявцев, автор лучшей статьи про Джана Марию Волонте. После показа мы все вместе пошли съесть по бургеру и выпить по стакану чая.
Иван Щеглов, 26–28.02.24