Ольга Георгиевна, у вас кипит!
Совершил тут находку, которая вызвала столь ошеломительный поток культурных ассоциаций или воспоминаний о них, так что даже подрастерялся. Но за день утряслось, опишу.
Первое. Илья Кабаков. Он недавно умер, в мае этого года, надо было написать на смерть что-то, но вечность не требует спешки. Уж не помню, откуда я про него узнал, но вряд ли из специальных источников или узких каналов. Тогда мнение сложилось негативное, популярность отпугивала и вызывала подозрение, так что даже коллективные действия в виде похода в Третьяковку, где ещё была большая выставка Кабакова «В будущее возьмут не всех» (2018), не изменили ситуации – отмахнулся от увиденного. Потом, когда в закромах Германа Титова обнаружились залежи книг «Библиотеки Московского Концептуализма» и вся серия вновь попала в магазины, при этом без повышения старого ценника – на фоне инфляции оказалось доступно и как-то решил собрать всю. Собрав, выборочно читал, и вот прочитал там книги Кабакова, а их аж 5. Сначала понравилась книга интервью, потом сборник текстов «Тексты», остальное уже для полноты. Понял, что Кабакова стоит во многом воспринимать как писателя, просто иначе оформляющего свои тексты, и писателя блестящего. Учитывая, что его творчество сохраняло мощнейший след личного опыта, он предстал автором, скромно транслирующим свой мир – и то, что это обрело всемирную популярность, оказалось скорее совпадением или внешним фактором. Опасливый интроверт, питающий острое неприятие агрессии, он был вынужден жить в условиях общежитий и коммунальных квартир – в этом центр его опыта. Постоянный поток бытовых ссор, криков, ругани и проч., от которых некуда было деться, глубоко отпечатался в его сознании и стал главной ассоциацией с СССР. Другой стороной оказались эскапистские фантазии. Его хит «Человек, улетевший в космос из своей комнаты» – ближе к Гоголевской «Шинели», в общем, совершенно вмещающаяся в классические рамки вещь без каких-либо усложнений. Его альбомы «10 персонажей», так и не переизданные доступным тиражом и отсутствующие для просмотра даже в интернете – можно рассматривать как цельное литературное произведение, в плане хитовости готовое встать рядом с «Москва-Петушки» Ерофеева (хотя он мне не особо близок; да и тут при растиражированности можно было бы покритиковать что-то, но в ситуации тотального отсутствия делать это нет смысла). Тогда-то я пожалел, что на выставке упустил возможность почитать альбомы целиком – были представлены все; недавно только довелось встретить в Третьяковке один из десяти прочитать, мнение подтвердилось. Было у Кабакова ещё много всякого отдельного удачного в этом духе, а другим пластом стали как раз постмодернистские тексты. Тут главным хитом оказался «Ольга Георгиевна, у вас кипит!» (1984) – обрывки из подслушанной коммунальной речи. Экспрессионистский коллаж с обилием ругани явно напоминал Сорокина – аналогия с «Здравствуйте, Мартин Алексеевич!» напрашивается сам собой, в моменте эмоционального напора тексты начинают сходиться, но при этом явно и сходство с «Очередью». Отличает текст бессюжетность и отсутствие кульминации, и это не формальность – главной становится созерцательность, «сидеть и смотреть» Д. Данилова. Другим ярким моментом стал рассказ «Николай Петрович» про желудёвую падь, вновь разрешающий сорокинский метод в оригинальном ключе. Другим ярким моментом стало эссе «Два железнодорожника», где Кабаков разобрал плакаты с предупреждениями об опасности на вокзале способом, схожим с разбором смысла экспозиций ВДНХ Андреем Монастырским («ВДНХ – столица мира», в качестве представленных советских архетипов названы «Коротышка, Титан, Колосник, Космонавт, Грузин»); у Кабакова получилось более прямо и не менее блестяще. Или ещё экспозиция, в которой были представлены все возможные реплики зрителей. Это как самые удачные запомнившиеся отдельные работы, а каких-то моментов или ловких находок не счесть. Автор такого богатейшего и разнопланового литературного наследия в контексте литературы не рассматривается и не упоминается, книги из серии «Библиотека Московского Концептуализма», как видим, особой популярностью не пользовались, я никогда не слышал ни от кого отзывов на эти тексты Кабакова, и всё это осталось для меня моим личным открытием и удивлением. Так Кабаков стал мне близок и люб, пожелаю ему упокоиться в мире.
Второе. Сама аудиозапись 1994 года. Участие Владимира Тарасова, джазового музыканта из «Трио Ганелина» сразу напомнило о других коллаборациях между неофициальными поэтами и авангардными музыкантами. Схожие записи: «Пригов-Рубинштейн-Пекарский лайв», «Концерт в ОГИ Летов-Борисов-Пригов» и даже «Битов-Квартет» «Часы печальных иль» с чтением черновиков Пушкина под джаз с участием того же Тарасова (помню, его мне настоятельно рекомендовал послушать Айван, и не зря). Всё это отдельные ценные звуковые артефакты.
Включил «Ольга Георгиевна, у вас кипит!» Под лёгкий перкуссионный индастриал идёт пара слоёв речи из славного текста Кабакова, на заднем фоне ещё радио. Из текстовых ассоциации сразу переходят в музыкальные. «Товарищ Каганович» от «Цыганят и я с Ильича», другие композиции, где Манагер озвучивает диалоги нескольких участников – такие есть и на двух свежих альбомах «Цыганят» «Заклятье Царей» и «Паразиты Мозга», и вроде даже на «Границах Счастья» «Коммунизма». Ну и музыкальная подложка – «Игры в самолётики под кроватью» от «Коммунизма» в старом расширенном составе. Учитывая, как дороги мне в юности были все эти записи – «Цыганят и я с Ильича» и «Коммунизма», и почти полное отсутствие чего-то схожего в то время, факт новой находки был совершенно внезапным! На всякий случай даже уточнил у Манагера, знакома ли ему эта вещь – ответ был отрицательным.
Таким образом, аудиопостановка «Ольга Георгиевна, у вас кипит!» оказалась мостиком, элегантно соединяющим разные сферы и области, где раньше были зияющие пробелы. Можно считать её репликой на заявление Кузи УО: «Открой и посмотри – концептуализмъ внутри!»? Наконец, учитывая, что запись 1994 года, голос (Полагаю, что он Тарасова, раз других участников не указано) интонациями напоминает одноголосых переводчиков с VHC, что забавит.
Ну вот так. А вообще, я думаю, и без учёта какого-либо контекста «Ольга Георгиевна, у вас кипит!» отлично работает как самостоятельная вещь. В трагикомичном тексте произнесение голосом подчёркивает трагичную сторону. Если не прощёлкивать, а слушать целиком, то погружение в атмосферу неминуемо, постепенно появляется сопереживание говорящим, вал голосов и жалоб невольно засасывает в коммунальное угодье… Ольга Георгиевна, у вас кипит!
П.С. Почитать текст произведения "Ольга Георгиевна, у вас кипит!" можно тут, а вообще большинство книг из "Библиотеки Московского Концептуализма" можно взять в пдф с их мёртвого сайта, если воспользоваться веб-архивом. Все 5 Кабаковых там есть, и эссе Монастырского про ВДНХ тоже.