Одиночное лыжное пересечение плато Анабар 2022

Анабарская галка за 33 дня через 600 км ценой 14 кг: останцы Эмяхсин-Юрях, идолы и изумрудные всполохи горы Тугуттур-Салата, старец Котуйкан, высшая точка Анабара и тяжёлые кони беспредела.

Содержание материала по разделам (кликабельно):

Общая идея похода, подготовка
Маршрут похода, километраж, цифры, безопасность
Режим движения, погода, ориентирование
Путевые заметки
- к верховьям реки Эмяхсин-Юрях
- гора Тугуттур-Салата
- к высшей точке Анабарского нагорья
- долгий путь домой
После маршрута
Благодарности
Итого
Замечания для буйных:
- одежда, снаряжение
- продуктовая раскладка
Ещё немного (много) фотографий

Общая идея похода, подготовка

Последние лет десять я смотрел в сторону плато Путорана (2013, 2015, 2016, 2017 зима, 2017 лето, 2018, 2019, 2020, 2021 - путоранские и другие длинные походные отчёты доступны в разделе Лонгрид/отчёты меню сообщества «В поисках Мангазеи»). По инерции взгляд проносился чуть дальше и натыкался на ещё более дикий, далёкий, безлюдный и неприступный край, который ждал своего часа. Анабарское плато (нагорье/плоскогорье) расположилось на Северо-востоке Средне­сибирского плос­ко­горья, к северо-востоку от плато Путорана, на территории Красноярского края и Якутии.

По времени маршрут планировался гораздо меньше, чем пересечение плато Путорана в 2020 году. Но основная часть необходимой подготовки была обеспечена именно сольными Путоранами. Планирование стало ещё более хитрым ребусом, чем путоранская нитка 2020 года. Подготовка свелась к длительному обдумыванию нитки, поиску контактов, тестированию одежды и снаряжения в правильных местах.

Главным камнем преткновения была необходимость быстро и надёжно становаться и ночевать в близких к арктическим тундровых условиях. Путоранский опыт 2020 года потребовал полного отказа от строительства стенок. Ставку сделал на крепкую однослойную палатку и снежные якоря. Кроме того, в корне пересмотрел набор для утепления рук.

С информацией по зимним анабарским условиям всё оказалось просто: в 2011 г. по Анабару был пройден первый спортивный лыжный поход высшей 6-ой категории сложности под руководством Антона Чхетиани – линейное пересечение со стороны села Хатанга в село Оленёк за 35 дней. Зимнее описание местности в отчёте столь же полное, сколь единственное. С тех пор лыжных туристов на Анабаре не было, иных зимних описаний найти не удалось.

За старт из Хатанги была анабарская роза ветров и возможность быстрого захода на плато с минимальной зоной леса. Дерзкие планы пересечения ограничивались скудным выбором окрестных посёлков с долгими лесными километрами и сложностями логистики. Проверенный выход в Оленёк был бы полным повтором маршрута 2011 года, а душа робко желала новизны и первопроходного куража. Внутренне склонялся к выходу в сторону села Саскылах, но готовил оба варианта. Решение планировал принимать на маршруте.

Лететь в Хатангу через Норильск не решился ввиду регулярных задержек по погоде. Выбрал полусекретный получартерный рейс авиакомпании Сапсан из Красноярска.

Мысль именно о пересечении Анабарского плато витала изначально, но сильно кусалась. Надёжно и с запасом времени на погоду маршрут не получался. Только по краю и на тоненького. Знающий и опытный после необходимой мудрой критики по итогам маршрута высказался, что в области рекордов и подвигов всегда так.

В маршрут помимо высшей точки нагорья (в.908 м) хотелось включить что-нибудь этакое. Интерес к верховьям реки Эмяхсин-Юрях был подсказан фото- и видеоматериалами по итогам пеше-водного маршрута под руководством Константина Серафимовича летом 2021 года. Красоту, глубину и величие горы Тугуттур-Салата и её окрестностей высмотрел по картам самостоятельно. Не ошибся. Высшая точка Анабара расположилась не очень удобно в южной части плато. В результате мучительных раздумий на свет появилась дерзкая анабарская галка.

Маршрут похода, километраж, цифры, безопасность

Нитка маршрута: с.Хатанга – п.Кресты – р.Котуй – р. Эриечка – р. Хара-Тас-Сулуда – р.Урюнг-Тас-Сулуда – р.Бугристый – г.Нямакит 535м – р.Бастах-Сала – р.Ортоку-Сала – р.Тыкы-Бастах – р.Эмяхсин-Юрях – р.Арбын-Унгуока – г.Тугуттур-Салата 618м – р.Уоран-Юряге – р.Котуйкан – р.Суруктах – р.Капрал – в.908м – р.Алысар – р.Сыаламмыт – р.Алын-Халбы – оз.Чонно-Кюёле – р.Чёнгёлёх-Попигай – возв.Бурустах – р.Попигай – р.Арбангда – р.Дохоютта-Хочото – р.Край-Пастага – р.Фёдор – г.Кыстык – с.Саскылах.

Пройденный километраж активной части маршрута составил практически ровно 600 км (по треку навигатора, без коэффициентов). На активном маршруте провёл 33 дня (10.03-11.04.2022 г.). На карте-схеме показан пройдённый маршрут, номера ночёвок соответствуют дням маршрута. Красным показана активная лыжная часть, чёрным пунктиром – заброска и выброска на снегоходе. Синим пунктиром показан вариант окончания маршрута с выходом на зимник.

Основные анабарские достопримечательности, регулярно посещаемые летом, находятся в нижнем течении реки Котуйкан: заброшенная база геологов на Кугдинском месторождении ювелирного хризолита, столбчатые останцы долины реки Котуйкан и скальный водораздел рек Котуйкан и Дёгдё (Джогджо). Петля Дёгде и столбы Котуйкана интересны, но не влезают в пересекающий маршрут. Нижнее течение Котуйкана – самое посещаемое в летнее время место Анабара. Вертолёты, коммерция, лодки и моторы… скоро будут ларьки с пирожками и сахарной ватой, как на озере Лама (надеюсь, нет).

Планы были очень плотные. На прогулки в верховьях р.Эмяхсин-Юрях выделил 2 дня, на гору Тугуттур-Салата – 1 день. Остальные 30 дней предполагались ходовыми и требовали ежедневно делать в среднем 21 км. Запас на ожидание погоды уже не влезал. Плановая длительность в 33 дня как-то заранее был известна свыше, нитка маршрута подгонялась под неё. Если шлось – спешил, дабы сделать задел уверенности (на первой части) или нагнать отставание от графика (на второй части).

Точкой возможного разворота и вынужденного возврата была гора Тугуттур-Салата. После тропления до 30-40 см даже по верхам плато уходить в сторону 200 км-ой зоны леса на 4-ой неделе маршрута выглядело не очень бодро. Поэтому примерно на 13-ый день на общем собрании участников похода единогласно был утверждён выход в Саскылах. Сразу после этого запросил связного купить билет из Саскылаха в Якутск и зарегистрировать меня на сайте якутской службы МЧС.

Первая часть маршрута до высшей точки плато находится в Красноярском крае, регистрировался привычным образом в МЧС г.Дудинка. Вторая часть маршрута лежит в Якутии, регистрировал связной по моему сигналу. На четвёртой и пятой неделях связной транслировал предостережения МЧС Якутии об активизации волков в республике.

Не весь маршрут был досконально отсмотрен по космоснимкам, поэтому на финальной тундровой части часто натыкался на зону леса, которой нет на картах. Это отнимало много сил и заметно задерживало.

Совокупный вес всего снаряжения на старте составил около 56кг. При движении на лыжах выходит что-то около 51 кг. Плановая раскладка была дифференцированной (450 гр, 500 гр, 550 гр, описана ниже), но таила нюанс. Из спецсредств для дружбы с животными был свисток на груди и сигнал охотника.

Режим движения, погода, ориентирование

В целом на маршруте было стабильно холодно: от -25 до -34 с локальными потеплениями. Первая четырёхдневная оттепель со снегопадом некстати случилась в верховьях р.Эмяхсин-Юрях (-10…-20). Позднее были и другие, не столь критичные. На пятой неделе маршрута пришла весна, днём мокрый снег раскисал, а градусник на солнце мог показывать +3, что не мешало к вечеру иметь привычные -26..-28. В первую неделю временами был нехарактерный южный ветер, который противоречил местной розе ветров и пытался задуть моё уверенное лицо полувстречным курсом. Последние две недели полувстречный ветер был следствием курса на северо-восток. От ветра на обед пытался укрыться за любыми доступными неровностями рельефа. В пургу за выступом ламинарные потоки стремительно засыпают снегом, не забалуешь.

На обширных плоских участках были предсказуемые сложности ориентирования. Куда ни повернись, кругом – снежная пустыня, скрывающая полигональные тундры. Ясным вечером хорошо опираться на звёзды и луну. Часто приходилось идти в молоке, без видимости, звёзд и ветра – непросто, хоть и привычно.

Начиналось всё за здравие – первую неделю спал по 7-8 часов. После оттепели и снегопадов быстро стало понятно, что для выполнения графика спать нужно не больше 5-6 часов. Под конец всё пошло в разнос: за последние 4 ночи поспать получилось совокупно около 10 часов.

По утрам всё примерно так: просыпаешься, вошкаешься, готовишь, завтракаешь, встаёшь на белое крыло (Саган-дайля в пер. с бурятского), собираешься и выходишь. Выбираться из тёплого дремотного кокона в холодную выстуженную палатку с изморозью на стенках непросто. Шутка ли – 4 спальных слоя с тремя молниями.. Бывало, просыпаешься и оперативно придумываешь, почему можно перевести будильник. Случалось и проспать плановый подъём. Тогда – публичное порицание и ускоренные сборы. Перед завтраком обычно хотелось вылезти наружу и осмотреться, глянуть температуру, сделать пару кадров с палаткой. Палатка ставилась в сумерках или в темноте, поэтому утренний осмотр окрестностей – это ново и интересно. И идёшь себе: борешься с немощами, пережёвываешь пороки, ждёшь свой маленький комочек счастья. В походе им может стать мешочек с салом и сухарями, который дарит ещё немного сил и терпения. Или внезапный просвет на горизонте, в котором вдруг стали видны золотые вершины. Мешочек случался каждый день, а просветы – нет.

Начиная с какого-то момента (примерно через три недели) планировать время подъёма и дневные переходы можно только на договорной основе. Лучше с вечера, перед ужином (в конце готовки), когда в палатке ещё чуть-чуть тепло и уже вот-вот появятся признаки лёгкой сытости и общей удовлетворённости анабарской жизнью. В этот момент нужно успеть подписать с собой договор – время подъёма и примерный километраж. Утром вставать тяжело. И если с вечера договор не был подписан, начинаются виляния и ужимки: поспать лишнего, посидеть подольше, отдыхать почаще и пройти поменьше. На каждую поблажку легко находятся объективные причины: снега стало больше, ветер стал злее, рельеф – сложнее, а километры – длиннее. И только договорные отношения спасают положение. Это про ответственность, тут без шуток. Если человек не выполняет договорённости с самим собой, что можно ждать от него в отношениях с другими людьми? Ничего хорошего. Уговор – дороже денег. Так с детства учили родители.

Приятно удивило питательное здравомыслие. Видимо, сказался опыт и удалось правильно настроиться. На 10-ый день о еде не думал или думал спокойно: сникерс – это просто сникерс (не чудо). До 20-го дня пищевые мотивы оставались сдержанными: утренний батончик был просто очень вкусным, а мешок с едой на ближайшие дни не стал мешком Деда Мороза. Трансформации начались на 4-ой неделе, когда утренний Кит-Кат стал прекрасен, а обеденный Сникерс c чаем – умопомрачителен. Сало с сухарями на обед стало просто жизненной необходимостью.

Карманное питание поначалу было просто приятным бонусом к обеду. Но на четвёртой и пятой неделях запахло жареным, пришлось решать тактическую задачу рационального расходования быстрых углеводов между ходками во избежание полной остановки.

После обеденных сала и сухарей хочется жить, творить, дерзать и копать картошку. После завтрака и утренних сборов хочется ничего, можется примерно столько же. К четвёртой неделе за время утренних сборов организм предательски быстро успевал куда-то сунуть съеденное на завтрак, чтобы подлатать дыры, поэтому к моменту впрягания в сани на ход ничего не оставалось. Приходилось уповать на углеводы и надеяться на белое крыло, которое чудным образом работало и давало немного сил из ниоткуда.

В последние дни маршрута было так: если перед первой ходкой не съесть что-нибудь жирное/углеводное (орехи/инжир/курага/козинак/аскорбинка), первую ходку можно не дойти. Это усугублялось активным ярким солнцем и связанным с ним дневным потеплением, в результате чего первые 2-3 ходки были мучением: на отдыхе между ходками по несколько раз просыпался от постоянно безвольно падающей головы или от выскальзывающего из руки и повисающего на шейном шнурке навигатора. Чуть разойтись удавалось к обеду. Зато сразу после обеда полученные от сала с сухарями калории оперативно перехватывались и принудительно направлялись на активное движение: шлось бодро как минимум 2 ходки.

Тревожно было наблюдать, как организм постепенно теряет способность себя обогревать. Сначала утепление среднего слоя под рюкзаком мешало и давало перегрев, надевал только на отдыхе. После 20-го дня стал замечать, что утепления в активном режиме почти не ощущаю, а без него очень некомфортно. Старался много пить горячего чая, от души добавляя иммуностимулирующие супер-травки, но в течение дня влага с потом практически не уходила, заставляя просыпаться до 3-4 раз ночью. 32-ой ночью за 3 часа сна на себе даже не высохло термобельё, подмерзал, утренние -28 сильно отличались от таковых в начале похода.

Путевые заметки: к верховьям реки Эмяхсин-Юрях

Накатанный зимник от села Хатанга до посёлка Кресты на р.Котуй сменился занесённым снегоходным следом – повезло. По морозному Котую ехали местами до 60км/ч. Везло и дальше: буранка шла в верховья долины р.Эриечка. В 18:00 выгрузился, снегоход уехал, перепаковался. Вышел в 19:00. Дальше – сам, примерно на 5 недель. Весной 2020 г. стартовать в долгую автономку было тревожно из-за наступающей пандемии ковида. Весной 2022 г. нашлись ещё более тревожные причины.. Поздним вечером первого дня были морозные -28, а скромное сияние на небе скромно встречало. К северным сияниям привык, зелёное было чуть не каждую ночь.

На старте было много открытых камней на склонах, обходил, в паре мест – переносил санки. Вспоминал восточную часть плато Путорана версии 2020 г., было волнительно.

С сублимированной индейкой от Гала-Гала что-то не так. Или со мной. Или с нами обоими. Привычной и многократно проверенной чудесной говядины в нужном количестве не оказалось, пришлось почти на весь маршрут закупить индейку, второпях даже не попробовал. В первый вечер вкус индейки показался странным. Утром стремительно выяснилось, что индейка мне совершенно не подходит. Всякое бывает – акклиматизация, перелёты, резкая нагрузка, злые духи Эриечки.. За пару дней восстановился (сухари, батончики, таблетки) и ещё три дня ужинал говядиной, вошёл в режим и дал индейке второй шанс. Но нет. Вывод был довольно грустным: основной вечерней белковой еды (говядины) оставалось всего 6 порций. Возникла вынужденная схема: вечерами есть 1/3 порции говядины, а каждое утро экономить 1/3 порции утренней кашки. Этим покрывалось ровно 6*3+27/3=27 оставшихся дней. Индейка по чуть-чуть добавлялась на ужин с постепенным аккуратным увеличением дозы. К концу похода тушка была рада любой еде, даже индейке с мерзким привкусом. Реальная средняя раскладка составила примерно 475 гр вместо плановой средней 497 гр. Рассчитывать реальную дифференцированную чуть-чуть лень, плановая дифференцированная подробно описана ниже (450 гр, 500 гр, 550 гр).

В долине р.Урюнг-Тас-Сулуда встретились первые на маршруте скалы – ждал и радовался. Старался закрепиться с графиком 5-6 ходок до обеда и 4-5 после. На подходе к верховьям р.Эмяхсин-Юрях обедал у скального массива на фоне известного останца Кадарчан.

Верным признаком неправильных мыслей служило внезапное падение лицом в снег. За плохие мысли в хороших местах сразу раздают по голове. Очень удобно.

Приход к останцам в верховьях р.Эмяхсин-Юрях нехорошо совпал с приходом четырёхдневной оттепели, утром всё затянуло и пошёл снег. Оттепель и снегопад – не повод не гулять и не радоваться, но радости могло быть (и планировалось) больше. После стоянок на плоском и продуваемом рельефе разместиться в укромном каменном закутке – прекрасно. Дует не со всех сторон и не очень зло.

За первую бодрую и холодную неделю появились некоторые вопросы по поводу старых травм. Кроме того, возникла необходимость подремонтировать дуги палатки. Возможность постоять в одном лагере 3 ночи и погулять разгруженным была очень кстати. В ветер и мороз ничего сверх необходимого делать не хочется, поэтому на чуть более спокойные дни накапливаются дела по хозяйству. Утром второго пасмурного дня зашивал рукавицу, а вечером пришивал на анорак липучки (не заниматься же этим в городе до похода, ну..). Подклеить втулку дуги палатки в -10 тоже было куда приятнее, чем в -30.

Первым радиальным днём сходил в долину р.Арбын-Унгуока. Наст засыпало, повсеместно приходилось подтрапливать, а в долине честно тропить. Характерная ладная шеломоподобная вершинка в узких околоанабарских кругах получила название Пирамиды. Очутившись рядом, узнал её не сразу. Погоды с окрестными видами не случилось, так хоть потрапезничал по соседству.

Первым вечером были грустные -12. Второй день тоже решил быть тёплым, снежным и невидимым. Гулял, на обед приютили две группы останцев, успокоили, взбодрили. Среди останцев на душе обычно тихо и спокойно. Вот и ходишь от одних к другим. Вечером второго дня были те же грустные -10.

Утром третьего дня пробудился в 5:10 и не ощутил холода, это было верным признаком так себе погоды, но за окном было солнце. Удалось немного полетать с квадрокоптером на восходе и поснимать окрестные останцы. К полудню всё, конечно, затянуло, а снежок продолжился, вышел на маршрут в 13:00, потратив полдня из суточного опережения с недельного подхода к р.Эмяхсин-Юрях.

При наборе высоты на ближайший хребет повсеместно был свежий снег и тропёжка местами до 20-30см. Шёл в молоке, цеплялся за ориентиры или совсем по компасу. Когда раздувало и появлялась видимость, отводил глаза от Кадарчана. В другой раз. Вечером дразнящие верховья р.Эмяхсин-Юрях звали и манили.

Путевые заметки: гора Тугуттур-Салата

Как-то повелось вставать рано, в 5 с копейками. Если не проспать, так милое дело. Предыдущие три дня снегопадов стали проверкой желаний и намерений на прочность. Наст за одну ночь не встал, хотя утро было прохладным. По свежему снегу вышел ломовой денёк, тропёжка местами до 40см, неритмично и не музыкально, и это по верхам плато. Что же будет в зоне леса? В такой лес не хотелось..

Прикинув замедление из-за снегопадов и обильное тропление на плато, наметил возможный вариант сокращения маршрута. В самом плохом случае можно было миновать высшую точку и закруглить анабарскую галку. Это выглядело крайней мерой, прогибом и позорной капитуляцией. Ну не возвращаться же в Хатангу, в самом деле.. (если прямо нужно, то, конечно, возвращаться).

За день не дошёл 7 км до заветной горы. С вечера она призывно светилась. На подходе к горе погода налаживалась (холодало), а наст становился твёрже. Утром летел к горе на энтузиазме, граничащем с эйфорией. Тексты к будущему видео проговаривались дословно, а маршрут виделся цельно и в красках. На склоне соседнего скального массива нашлась уютная гостеприимная полочка под палатку с прекрасным видом на гору.

Тугуттур-Салата – гора непростая. На её склонах живут многочисленные идолы, а на вершине стоит огромный белый слон. Окрестные ансамбли останцев подсвечивались заходящим солнцем и куда-то протяжно тянулись тенями. После заката посидел на вершине, подышал, подумал и душевно подкрепился. Получился редкий по глубине и содержательности вечер (самый). Очутившись в таком удивительном месте, достаточно заранее сформулировать тезисы и вопросы, а потом просто посидеть в тишине и спокойствии. И проявляется кристально ясное понимание, что же в твоей жизни не так, где повернул не туда на стрелке и в какую сторону тебе нужно выбираться. И вот морозной анабарской ночью ты ещё спускаешься с горы, а жизнь твоя уже начала меняться.

Вернулся к полочке, поставил палатку, собирался было ужинать да не тут-то было.. Сорвало на горе пробку и забил в звёздное небо изумрудный поток добра и гармонии. Очень может быть, что после первопроходцев-топографов здесь и не было никого, зимой-то уж точно. А это без малого полвека… Может быть, поэтому, истосковавшись по благодарным зрителям, местные духи с обилием чудес безжалостно набрасываются на редкого гостя и показывают больше, чем можно унести с собой. Дивился, жал на кнопочки, прыгал вокруг штатива и пытался отогреться. Закончил только к 01:00, да и то волевым усилием, было -30 и ноги давно замёрзли. С хмельной головой отбился в 03:00.

Маршрут лепится и складывается не только заранее, но и в процессе. Гуляя по хорошим местам, можно что-нибудь поправить в себе, или в маршруте, или в прошлом, или в будущем. Этим чудесным вечером зримо ощутил и понял, что всё получится. Наказал связному брать билет из Саскылаха и регистрироваться в Якутском МЧС. Точка невозврата была пройдена.

Утром полетал с квадрокоптером над скалами, увлёкся и на пределе батареи не дотянул до дома. Порядком заметённый, коптер всё же был найден по координатам. После обеда стало облачно – зрители расходились. Своё уже отсмотрел. Переваливал в долину р.Уоран-Юряге, моё погодное окно закончилось, гору затянуло, вокруг хорошо мело. По пути потерял в клапане рюкзака батончик на перекус, загрустил, а вечером внезапно нашёл – вот так счастье на ровном месте появляется из ниоткуда. После перевала ветер стих, начинались какие-то новые места.

Путевые заметки: к высшей точке Анабарского нагорья

К началу третьей недели в течение дня потел всё меньше, а вентиляцию в палатке с вечера всё чаще хотелось подприкрыть. Бодрости на первых ходках уже нет, ощущалась некоторая вялость. Вечернюю смесь из сухофруктов пришлось передвинуть на утро.

Котуйкан – могуч. Заранее долго выбирал по карте место пересечения его долины. На подходе получился обед с видом на лесистые батоны меж притоков. В лесной долине Котуйкана был глубокий свежий снег, корка не держала. Челночил – сначала спустился с санями, потом вернулся за рюкзаком. Поздним вечером пересёк Котуйкан под звёздным небом при лёгком сиянии и встал лагерем на другом берегу. Морозным утром на древней реке было -30. Выбирался из долины Котуйкана неспешно, вдумчиво, челноком по глубокой траншее. При пересечении Котуйкана потратил полдня опережения с первой части. На плато был тихий вечер, пастельные тона, полное безветрие и живописные долины притоков. После 19:00 идиллия закончилась – видимость пропала и поднялся ветер.

После долгих плоских переходов долины притоков Котуйкана взволновали и забудоражили воображение своей лесистой таёжностью, которой так не хватало при движении по приборам без видимости. Котуйкан на маршруте пересекал дважды. Тяга к лесным притокам Котуйкана оказалась взаимной: в первый раз старец Котуйкан бережно придержал глубокими снегами, подарив возможность переночевать на морозном берегу главной анабарской реки. Через нижнее течение Котуйкана и петлю Дёгдё в западной части плато пройти не удалось, посему древнейшие строматолиты над долиной Котуйкана не посмотрел.

Второй раз Котуйкан пересекал уже в верховьях. От любителей моторной техники нынче скрыться сложно, даже на Анабаре – по Котуйкану на снегоходах кто-то доехал до самых верховий. Буранка на Котуйкане чуть расстроила, но не подпортила атмосферу тонкой сопричастности. Дружить с природой можно по-разному: камусные лыжи и скрип морозного снега или рёв мотора и пары бензина. Каждому своё.

Соблазн пройти через заброшенную базу Института литосферы РАН на Котуйкане был побеждён ещё до выхода на маршрут. Там пришлось бы отогреваться, сушиться и без меры угощаться вероятными крупами, теряя драгоценное время. Между Котуйканами почти весь день шёл по плоскому и однообразному плато, подтрапливал до 10-15см. На обеде припекало до -5, но к вечеру резко холодало до -25…-28.

Экватор похода на перевале в долину реки Капрал ознаменовался сиянием и небольшим комфортным ремонтом волокуши. Это нормально. Если ремонту быть, пусть он будет таким – вечером в палатке и под северным сиянием.

Утром в долине реки Капрал с самого начала что-то пошло не так: почти выспавшийся, почти сытый и почти бодрый не смог одолеть даже первую ходку на спуск. В долину набежал морок. Сил не было: усталость, апатия, хотелось прилечь под жарящим солнцем и уснуть. Доходил ходку буквально по 50 м. Вторую примерно также. Это не родные Путораны.. Плохих мест видел много, но такого ещё не встречал. Экстренный чай с белым крылом и перекус слегка подправили положение. А с обеда хорошо запуржило и ходить ещё долго пришлось вслепую, по компасу.

Следующим утром нещадно дуло и мело, в этот день должен был дойти до высшей точки, но уже крепко опаздывал. После завтрака пару часов скоротал за домашними хлопотами, но больше сидеть было нельзя. Собрался и вышел на ветру. Ориентирование – то по солнцу, то по застругам, то по компасу. Чуть присядешь передохнуть за кочкой, на глазах заметает, становится прохладно. Подгоняемый снегом и ветром, придумал вариант раннего отскока: без кардинального отставания от графика сходить на вершину успевал теперь только радиально. Впервые встал лагерем пораньше (в 19:15), чтобы поспать перед радиалкой к высшей точке плато Анабар.

В утреннем анабиозе плановый будильник с 4:35 несколько раз переводился, что привело к подъёму в 7:00. Зато утро выдалось ясным и безветренным. За две долгие ходки по пологим фирновым склонам добрался до вершины. Чтобы ни у кого не было вопросов, куржак на триангуляре вершины могучего Анабарского нагорья намёрз в виде буквы А. В этом знаковом месте требовалось и неспешно глубоко подумать, и с чувством плотно пообедать. С собой нужно было унести важный камень, откопать его оказалось непросто (415 гр).

Информация о высшей точке Анабарского нагорья противоречива: на картах ГосГисЦентра и Генштаба значится высота 908 м, измерения первопроходцев 2011 г. показали 906 м, мой навигатор выдал 914 м. Что не очень принципиально.

Обратно брёл по своим следам, по возможности отключая голову и не думая об ориентировании. Хорошо, когда тебя кто-то ждёт, даже если это заиндевевшая палатка. Это – маленький и ветхий, но дом, островок защиты и спокойствия, куда в предвкушении стремишься. Возвращаться домой всегда хорошо. Ко времени возврата в палатку голова устало гудела, а местность пела музыкальными голосами. Шутка ли – целый день на самой крыше могучего древнего района..

Путевые заметки: долгий путь домой

При спуске в долину р.Алысар пришлось обходить каменные полки без снега и спускаться руслом. Зато в русле была бодрая катуха с ветерком, почти как на горных лыжах. В долине был очень плотный наст, на окрестных склонах чернели камни, а воздух на обеде прогрелся до 0С. Волновался за оставшиеся 250 км.. В минуты малодушия на жёстком фирне среди камней прикидывал, что делать, если дальше снега будет мало: раньше времени соскакивать на восток к зимнику было неудобно – 50 км по горам, а потом 70+ км лесная зона.. Севернее долины р.Алысар снега чуть прибавилось и стало поспокойнее. На жёстком насте бывало непросто с якорями при фиксации палатки: глубже 10 см ямку сделать не удавалось.

Утром 22-го дня было -22, а в обед +3, раздевался до среднего слоя. К вечеру всё подзатянуло и наползла зефирная меланхолия. Вокруг были спокойные места, по которым было приятно идти и размышлять. Иногда хотелось назвать это ходьбой по пупырям.

Дальше рельеф всё больше сглаживался к тундровому, наста становилось меньше, приходилось подтрапливать. После поворота в сторону дома (север, северо-восток) преобладающие ветра стали полувстречными. В пургу это заметно мешало, но шлось бодро, хотелось нагнать график. Как-то незаметно прошёл мимо оз.Чонно-Кюёло, через самые истоки могучей реки Попигай.

Временами от души пуржило, приходилось ходить без пауз часами – сидеть на ветру было так себе. Чтобы пообедать, нужно было издалека присмотреть хоть какой-то камушек или кустик. Такой режим даёт +1 слой усталости к усталости.

Под конец маршрута мысли про еду были всё больше не о том, что именно есть, а с кем и куда пойти есть. 25-ый день вышел ломовым и очень нервным в части головных метаморфоз.

После дневных оттепелей стало непривычно, когда вечером похолодало до -29. Средний слой утепления ощущаться перестал. Некоторые ходки пролетали в забытьи: внезапно обнаруживал, что иду на автомате, а ориентир направления потерян.

В районе возвышенности Бурустах стали попадаться перешейки нового леса, которых нет на карте. А потом застрял на странной поляне с перемороженным настом, который ломался пластами на глубину 50 см. С трудом выбравшись на седло возвышенности, с испугу велел связному купить запасной билет из Саскылаха на более позднюю дату.

В последние дни маршрута весна окончательно вступила в свои права – днём на солнце снег раскисал и совсем не держал. Внезапные лесные полосы приходилось обходить, временами – штурмовать. График трещал по швам: стал готовить термос с чаем с вечера, а на сон широким жестом выделял 3 часа.

На спуске к р.Попигай было непросто: челночил на склоне через полоску качественного глубокого леса, да и дальше на болоте без леса тоже челночил.

32-ым днём голова была вполне себе дурная: всю ночь (все 3 часа как бы сна) очень сильно мёрз, термобельё на себе так и не высохло. Привычные утренние -28 ощущались непривычно – организм отказывался обогреваться. На долгом спуске к р.Арбангда в течение каких-то 10-15 минут пришло осознание, что идти финальные плановые 30 км к зимнику не нужно. Зимник вот-вот должен был закрыться, что сулило сложности ожидания попутки и вероятное опоздание на рейс из Саскылаха в Якутск. Кроме того, вдруг резко и нестерпимо захотелось домой, на Урал. Рубиться по весенней тундре было незачем, маршрут уже сложился. Быстрые мысли оказались верными: связной в течение нескольких часов через надёжных людей из Оленёка дотянулся до бодрого охотника Кирилла из Саскылаха и договорился о выброске уже на следующий день.

Линию подъёма по лесному склону от р.Арбангда наметил на подходе. Внизу у реки оставил сани и рюкзак, уже в темноте начал подъём налегке. Снегоход подтвердился окончательно, но так уж сложилось, что в отличие от карты западная часть хребта к северу от р.Арбангда оказалась хорошо залесённой и с глубоким снегом.

В 7 км от точки выброски вытоптал площадку, но рюкзак и сани оставались далеко внизу (туда-обратно ещё 7 км). К назначенному времени нужно было успевать. Стало ясно, что спать участники крайней ночью не будут, а будут чертоломить до утра и дальше, чтобы не опаздывать к снегоходу. Не всем это нравилось, но опаздывать к снегоходу не хотел никто. Выброску довольно лихо оговорили с точки планового отворота на зимник. Белое крыло и другие иммуностимуляторы работают, но всему есть предел. Когда заканчиваются зубы и брови, ноздри, сопли и слюни, а белое крыло перестаёт держать, самое время запрягать коней беспредела. В такие моменты можно вспомнить, например, про Манаслу Рустама Набиева, чтобы осечься и поработать ещё немного (много).

Пока челночил, ночь и закончилась. Удалось выкроить под утро 50 минут на крепкий здоровый сон, площадка отлично смёрзлась. Поспать чуть-чуть – это сильно лучше, чем не поспать вообще. Рубиться к снегоходу утром 33-го дня похода было сильно проще, чем рубиться где-то на маршруте. Согласившись с картой, лес на хребте почти закончился. Несмотря на тяжёлый режим последних дней (ночей), навстречу снегоходу шлось легко. С Кириллом нашлись и встретились вовремя: будучи вежливыми мужчинами, оба прикатили чуть раньше. Отзвонились в якутский МЧС (там довольно серьёзно отслеживают туристов, работали со связным), пообедали. Кирилл вырос в этих местах, поэтому вместо подъезда с крюком через зимник предпочёл проехать 100 км напрямую по тундре параллельно зимнику.

Даже всадником ехать 100 км на снегоходе в Саскылах было очень холодно. Налупился привезённым салом, чувствовал себя комфортно полчаса, потом опять начал мерзнуть. В ход пошло всё, Кирилл отдал свою накидку (традиционные напевы в современном обличии), но она не помогала. Каждый час просил его остановиться, чтобы поесть и помахать руками, он смеялся, но мы останавливались. Организм уже совсем отказывался себя обогревать, поэтому число слоёв и толщина утепления роли практически не играли.

А дальше был прекрасный Саскылах: гостеприимный домашний ужин с Кириллом, тёплая беседа с погранцами, уютная гостиница с вкуснейшей столовой (где мясо=оленина), отсутствие мобильного Интернета да и просто сложно объяснимый уют северного якутского посёлка, где русских называют приезжими. Провёл там благословенный день перед самолётом в Якутск.

После маршрута

На маршруте потерял примерно 14кг. Как обычно, в городе вес отъедается предательски быстро. И сразу же прилипает лишнее. После похода предсказуемо наступила мешочная фаза: хотелось отменить лестницы, поменьше и помедленнее двигаться, побольше спать и почаще принимать пищу. В часы вынужденного бодрствования хотелось (моглось) просто сидеть и думать о своём. Прилетев с похода 15 апреля, смог заставить себя разобрать походный рюкзак только к концу мая.

В общении пришлось обойтись без нетривиальных мероприятий, не пошёл на встречу одноклассников. Там же надо было что-то рассказывать, отвечать и спрашивать.. Не хотелось, не моглось. С удовольствием встретился и познакомился с первопроходцем Анабара Антоном Чхетиани (разумеется, в хинкальной): нам было о чём поговорить.

Постоянно усталым, сонным и жирным плюшевым мишкой быть не классно. Когда становилось совсем стыдно и невмоготу, представлял глобус с пройденной ниткой. Это слегка оправдывало рыхлость, вялость и очередной фастфуд. Резкие движения с ограничением в питании – опасны. Опыт говорит, что следует дождаться естественного пресыщения и угасания гипер-аппетита с появлением естественного желания перестать быть жирненьким. Через силу повышать активность и двигаться – можно и нужно, но не сразу (когда – точно никто не знает). Ограничивать себя в питании первые 3-4 месяца – нельзя. Иначе можно сорваться. Возвращаться в бодрую форму нужно плавно.

Некоторые привычки уходили очень неохотно: ежедневные шаурма перед ужином или обеденный яблочный штрудель (найденная недалеко от работы высшая форма существования вкусной булочки). В один прекрасный день настал тревожный момент, когда шаурма перестала быть потрясающей, а штрудель стал просто вкусным. Это был звоночек к выходу из уютного мира, в котором вкусно всё, в реальный и жестокий мир (где не всё). Волнительно и непросто.

Отпуск был с лихвой потрачен весной, поэтому предстояло жаркое и унылое рабочее лето в большом городе из стекла и бетона. Вселенная всё видит и сочувствует, поэтому на работе наконец-то удачно организовалась месячная командировка на самый-самый край карты, где сливается вода и можно украдкой взглянуть на ту самую черепаху. По пути были следы Арктической Трои, мыс Дежнёва, древний посёлок Наукан, родная Аляска из-под ладони через Берингов пролив, киты, моржи, сонный белёк и чукотский колорит (ссылка на отчёт). Словом, развеялся и взбодрился. Только после этого ожил, в конце июля начал постепенно возвращаться к регулярным физическим нагрузкам. Окончательно был доволен собой только к началу декабря.

Благодарности

Благополучие по итогам этой слегка авантюрной затеи в значительной степени связано с надёжным снаряжением.

Спасибо компании BASK за качественную одежду и снаряжение для лютых условий. Доверяю, рекомендую.

Спасибо компании Satila (ныне Aswery) за весомый вклад в используемый набор одежды.

Спасибо компании Satellite-rent за помощь со спутниковой связью на маршруте.

Итого

Поход получился в стиле «шкура на кону». Вероятно, это апогей моего одиночного туризма. В голове многое переменилось и новое начало входить в жизнь ещё на маршруте.

Фотосъёмка, разумеется, была по остаточному принципу (мало что осталось). Тот ещё не фототур.

Видеоматериалы в скором времени грозят превратиться в небольшое видео нового для меня формата. Короткий трейлер опубликовал ранее (Youtube, VK).
Upd.: полное видео Анабарская галка (Youtube, VK).

Из удивительного: за весь маршрут видел одного странного оленя (я не о себе), да и тот был на Котуе во время снегоходной заброски. На плато Анабар оленей не оказалось, даже следов практически не было. Тогда как в 2011 году первопроходцы видели на плато целые стада.

Не столь пересечённый, как на Путорана, анабарский рельеф интересен и притягателен. Скалы, вершины, останцы, лесные и тундровые речные долины – всё тут разделено огромными расстояниями. Здесь другой масштаб, хотя размеры Анабарского нагорья и плато Путорана сравнимы. Если кто-то назовёт Анабар однообразным, то такого разноликого однообразия я ещё не встречал.

Замечания для буйных: одежда, снаряжение

Почти весь комплект был протестирован заранее и многократно. Чем дольше и злее маршрут, тем больше хочется дублировать/резервировать и тем жёстче весовые ограничения. По сравнению с путоранским маршрутом 2020 г анабарский дублирующий резерв ощутимо изменился. Непростым решением был отказ от снегоступов, чуть проще – отказ от кошек и совсем просто – отказ от длинного камуса. Полноценный резервный навигатор с учётом анабарского рельефа и дополнительный лёгкий спальник с учётом длительности похода – выглядели необходимой необходимостью.

Ходовой комплект
Самосбросы: Bask Hike V2 (тестовый прототип).
Ветрозащитный анорак: верх костюма Полярный от Век.
Носки-паробарьер: Exped VBL Socks (сильно прочнее и серьёзнее, чем Ferrino VB Socks).
Обувь: Baffin Selkirk.
Ходовой комплект носков: Satila Alba, Satila Duven.
Термобельё: Satila кинетическое (Moffen, Svalbard, Trosa).
Средний слой: уставший лёгкий софтшелл от Alpine Pro.
Шапки: Bask Vertex (на потеплее), Satila Kennet E (на холод и ветер).
Шейная повязка: Bask Neck Gaiter V2, лёгкий шарф-труба Buff.
Рюкзаки: Bask Anaconda 130 V4 (к отличиям от 120 V3 привык быстро), рюкзак для радиалок Bask Unibag усиленный.

Утепление
Пуховка: Bask Asgard MJ (в палатке не бывала, жила на улице).
Чуни Baffin Base Camp (сон и лагерь, при необходимости – как сменные вкладыши в обувь).
Бахилы Bask Leggins (практически всегда как слой усиления коврика).
Утепление среднего слоя: Sivera Фарис (лидер по универсальности в моём походно-городском гардеробе).
Спальный комплект носков: носки из шерсти монгольского яка, Bridgedail Summit, пуховые носки Bask Down Foot.

Ручное
Ручной комплект существенно поменялся. Полностью отказался от перчаток*. Основным оружием стали двухслойные флисовые рукавицы (полар флис 100г/м2 внутрь + полар флис с мембраной Windstopper наружу, подсмотрел у Сергея Романенкова весной 2021 г в лыжной 6-ке по плато Путорана), поверх которых надевались рукавицы Bask BROOKS-D V4 или Satila North Pole. Также в наличии были флисовые рукавицы из полар флис 100г/м2 и полар флис 200г/м2. И до кучи – рукавицы Сплав Thermal Primaloft. Применялись всевозможные комбинации разборных слоёв комплекта.
*Шерстяные перчатки Norveg с сенсорной зоной на пальцах использовались только при управлении квадрокоптером.

Лыжно-санное
Лыжи: Fischer S-bound 112 (слегка раздумывал между моделями 98 и 112, обилие тропёжки полностью оправдало решение в пользу 112).
Крепления: доработанные тросиковые Бойцовские (Екатеринбург) с доработанной расширением стропой.
Камус: короткий под колодку Fischer Easy Skin Mohair Mix 65.
Палки: горнолыжные Salomon (выбрал за неделю до выхода вместо многократно проверенных телескопических BD Expedition 3).
Сани (волокуша): Snow trek от Экструзион с объёмной тканевой крышкой и доступом типа тубус (Вещь! Золотая середина по объёму и весу между Сноупланом и Арктикой c прочностью Арктики).

Кухня
Горелка MSR XGK EX, котелок с теплообменником Fire-Maple FMC-XK6 1л, титановая складная подставка под горелку Primus Stove Paw Ti, для снижения теплопотерь: алюминиевая фольга + титановая фольга + кусок стеклоткани (ещё и как страховка открытого пламени на старте горелки). Все готовки в палатке.
Насос: три зимних насоса MSR Arctic (возможно, погорячился).
Миска Wildo Fold-a-cup Big, нож Morakniv Companion, мягкая фляга Platypus Duolock Bottle.
Термос: Montbell 0.9л (Блеск! Простая и надёжная крышка, меньший вес. Литровый термос фирмы Thermos серии FBB переехал на почётное второе место пьедестала. Upd: уже в городе появились некоторые вопросы к крышке..).
Бензин: 6л АИ-95.

Палатка+
Ключевым требованием к палатке для Анабара была возможность надёжно стоять на ветру без снежных стенок. Решение нашлось в виде комбинации однослойной высотной мембранной палатки и системы оттяжек на снежных якорях.
Палатка: мембранная однослойная Ferrino Monster Lite 2 (серия High Lab, довольно старая модель). Тестировалась на Северном и Южном Урале вместе с якорями. Выбрана с учётом опыта пересечения плато Путорана весной 2020 г. Также рассматривал палатки Bask Глеба Соколова Neoshell (не успели пошить на заказ) и Sivera Одрина Про (опробовал).
Снежные якоря: двух видов – пластиковые из бутылки 5 л и тканевые. Уверенную и доверительную дружбу с якорями отрабатывал в январе 2022 г. на Северном (плато Кваркуш) и Южном (плато г.Круглица) Урале. Якоря выглядят чуть-чуть легкомысленно и ничего не весят, но отменно работают даже в бетонном насте, где никакими средствами не удаётся сделать ямку глубже 10 см.
Оттяжки: открыл для себя кламклиты (clamcleat, щелевой стопор) для регулирования и фиксации длины оттяжек. Тип CL260 Line-Lok отлично фиксировал оттяжки тканевых якорей из световозвращающего паракорда диаметром 2.2 мм, можно работать в рукавицах. На пластиковых якорях были оттяжки из комплекта палатки MSR Hubba NX c гнутой узкой алюминиевой пряжкой с двумя круглыми отверстиями – в зимних условиях очень неудобно.
Лавинная лопата Black Diamond Deploy 3, снежная пила лайт (98гр, как страховка на случай стенки, проскучала в санях и не использовалась).

Спальное+
Гибридный спальник Bask Sayan, конденсатник из мембраны Tyvek Soft, спальник Сплав Quilt 50 в качестве дополнительного внешнего слоя.
Основной коврик Thermarest Ridgerest Solar, укороченный лёгкий металлизированный 4мм коврик от Сплав, квадратный кусок фольгированного теплоизоляционного материала 3 мм Penoterm НПП ЛФ.

На время утренней готовки выносил спальник на улицу для вымораживания всегда, если позволяла погода.

Важные мелочи
Компасы жидкостные: основной Moscompass, резервный Silva Metro.
Мультитул Leatherman Skeletool.
Очки-маска – однослойная ужасная запотевающая за 600 рублей (ужасно запотевает).

Электроника
Фото: Canon 5D Mark II + EF 17-40 + EF 24-105, видео: GoPro 7, штатив Sirui T-024X+C-10KS.
Солнечная панель: Allpower 21Вт.
Собранная на заказ аккумуляторная сборка на четырёх элементах 18650 с двумя выходами (USB и специальный для аккумуляторов квадрокоптера DJI Mavic Air) и входом для солнечной панели.
Спутниковый телефон Motorola Iridium 9555 с двумя батареями, спутниковый трекер SPOT GEN3 (отработал впритык, в апреле оплата с карты уже не прошла).
Спутниковые навигаторы Garmin GPSMAP62 (основной) и Garmin Etrex 20x (резервный).

Замечания для буйных: продуктовая раскладка

По итогам путоранского маршрута 2020 года раскладкой был доволен, поэтому в 2022 году почти полностью её повторил. Плановая средняя 497 гр, реальная средняя 475 гр, нюанс с индейкой описан выше. Плановая раскладка:

450 гр в сутки (первые 10 дней):
Утро: кашка 45 гр с чудо-смесью 50 гр, утренний батончик 40 гр, сухари 15 гр (=150 гр);
Обед: сало 40 гр, сухари 40 гр, обеденный батончик 50 гр, карпит голодный 20 гр (=150 гр);
Ужин: сублимированное мясо 50 гр с регидроном 5 гр, чудо-смесь 35 гр, вечерний батончик 60гр (=150 гр).

500 гр в сутки (с 11 по 25 дни = 15 дней):
Утро: без изменений (=150 гр);
Обед: то же + карпит жирный 30 гр (=180 гр);
Ужин: то же, но чудо-смесь 55 гр (=170 гр).

550 гр в сутки (с 26 по 33 дни = 8 дней):
Утро: то же + смешанная пайка разного 50 гр (=200 гр);
Обед: без изменений (=180 гр);
Ужин: без изменений (=170 гр).

Кашка (45 гр): Ясно солнышко;
Утренний батончик (40 гр): Kit Kat или Snickers;
Обеденный батончик (50 гр): Corny big, Snickers или козинак;
Вечерний батончик (60 гр): Protein Effort;
Карпит голодный (20 гр): скрутка с 7 большими таблетками аскорбинки с сахаром;
Карпит жирный (30 гр): мюсли-батончик Musler или Фрутилад;
Сухари (15 гр или 40 гр): Бородинский хлеб, сушка при комнатной температуре;
Сало (40 гр): шпик по-домашнему от Микоян;
Сублимированное мясо (50 гр): варёная и копчёная говядина, филе индейки от Гала-Гала;
Чудо-смесь (35 гр или 55 гр): фундук, цукаты, инжир, курага, изюм, финики – по 4 компонента в равной пропорции.
Пайка разного (50 гр): инжир/сухари/козинак/орехи и пр.
Чай и супер-травки вне расладки: 130-140 пакетиков травяного чая, саган-дайля 20гр, чабрец 10гр.

Ещё немного (много) фотографий

Отчёт в 2022 году был опубликован в ЖЖ и на Риске, текст не менялся.