Судебная система - взгляд изнутри ч. 1

Мы часто обращаемся за помощью к нашим читателям, когда пишем материалы на специализированную тему. В том числе, и к юристам, благо “юридизмы” - один из наших любимых жанров. Одна из наших читательниц десять лет проработала в системе арбитражных судов, прежде чем уйти на вольные хлеба. Она согласилась ответить на наши вопросы о том, каково это работать в суде.

Есть представление, что арбитражные суды смотрятся выгодно на фоне других элементов нашей судебной системы. И не мудрено, ведь в них решаются споры хозяйствующих субъектов, а не простых смертных. Однако и там хватает хаоса, потогонки и абсурда, вполне достойных произведений Франца Кафки. Сразу оговоримся, что наша собеседница хорошо знакома преимущественно с арбитражной системой, а не судами общей юрисдикции, с которыми у трудящихся шансов столкнуться куда больше.

Мы не питаем никакого сочувствия к буржуазной судебной системе как таковой, но винтиками в этой машине служат живые люди. Среди них далеко не все - цепные псы по убеждению, бессердечные карьеристы и прочие неприятные личности. Многие - обычные трудяги, как и большинство населения нашей страны. Сегодня мы поговорим не столько о букве закона - её можно прочитать и в Консультанте, сколько о том, как это выглядит на практике.

Л. Б. Ты работала 10 лет на низших судебных должностях. Расскажи, пожалуйста, в каких условиях работают специалисты, секретари и помощники судей? Как сложные условия труда сказываются на качестве принимаемых судами решений?

А. Тут надо понимать, что я могу описать внутренности только одного из системы арбитражных судов, зато самого жесткого. Арбитражный суд г. Москвы при наличии более полутора сотни действующих судей объективно плохо справляется с нагрузкой. Посудите сами, в первую очередь Москва самый экономически активный субъект, здесь находятся государственные органы. А еще среди другой части страны ходит странный миф о том, что в Арбитражном суде г. Москвы можно получить беспристрастное правосудие. Ну, или в надежде, что у оппонента не найдется знакомых в Москве.

А еще веселей тот факт, что многие, заключая договор, скачивая шаблон из Интернета, не озабочиваются на изменение договорной подсудности. Поэтому часто происходит так, что истец и ответчик, находящиеся в любом другом городе необъятной, по только им известной причине приходят решать свои споры именно в Москву. Кстати, количество поступивших дел в разных судах - информация открытая, и можно легко проследить сколько поступило в любой другой арбитражный суд по России, а сколько поступило и сейчас рассматривает Москва.

Еще надо понимать, что такое активное наращивание нагрузки на арбитражку началось фактически с конца нулевых – где-то как раз год 2010. Опять же за другие субъекты не скажу. Вот только нагрузка выросла в разы, а зарплаты аппаратов судей и специалистов канцелярии и других обслуживающих судопроизводство отделов – нет. Отсюда чудовищная текучка кадров, недостаток людей. Часто приходится работать в одиночку там, где должно работать три человека, а судьям удерживать сотрудников, доплачивая из своего кармана. Шутка ли, с ненормированным рабочим графиком, без доплат за работу в выходные, праздники, свыше 8 часов в день, зарплата разных служащих не будет превышать тысяч этак 25.

Вообще, в среднем на судью каждый день поступает от 10 исковых заявлений, количество заседаний, проводимых одним судьей, варьируется от 30 до бесконечности в день (рекорд у одного из судей – 73 дела). При этом прогнозировать сколько необходимо времени выделить на то или иное дело достаточно сложно. Кстати, это часто зависит от добросовестности участников спора – степень подготовки к делу, наличие правовой позиции, соблюдение порядка судебного заседания. В основном, в графике выделяется от 10 до 40 минут на дело, хотя некоторые уникумы умудряются рассмотреть спор и за 5 минут, а еще большие уникумы - растянуть процесс на часы.

Работа в суде очень похожа на один старый детский анекдот: «Бегает ежик вокруг бочки и думает: «Когда же этот заборчик кончится». А он никогда не кончится – это бесконечная гонка со сроками, расстановкой приоритетов. К примеру, помощник судьи или сам судья и хотел бы, возможно, выделить много часов на написание решения, со всеми фактическими обстоятельствами, правовым обоснованием, однако если за один день их было вынесено около 10, а в неделю от тридцати и больше, то часов в сутках явно не хватит, а там еще другие обязанности, необходимость подготовиться к новым заседаниям, принять к производству новые иски, рассмотреть дела, находящиеся в упрощенном производстве, по которым судебные заседание не назначаются.

Представители в коридорах жалуются на задержки в 2 -5 часов? А просидеть этак с 9 утра до 10 вечера нон-стоп в заседании? Прослушать 30+ различных дел? Вникнуть в каждое, следить за повествованием, за действиями сторон в процессе… И это я не про судью, хотя им тоже несладко. Один из представителей, помниться, возмущался, рассказывая мне, как заметил, что секретарь судебного заседания, загородившись стопкой дел, в тихую точил булку. Так вот я была в похожей ситуации, когда необходимо быть в заседаниях три дня в неделю, с 9-00 до вообще непонятно какого времени, без перерыва на обед. Тут уж шанс «поточить» хотя бы булку это чисто физическая потребность. И, да, в суде работают абсолютно живые люди, которые могут заболеть, устать, пожелать провести время с семьей и т.п.

Задержки по написанию судебных актов, отправке исполнительных листов, жалоб в вышестоящие инстанции? Очень часто так получается, что этим просто некому заниматься, а сотрудники, которым, кстати, опять же не доплачивают, за выполнение работы другой должности, вынуждены выходить на работу в выходные, чтобы хоть как-то не завалиться.

И, кстати, помимо непосредственной работы в рамках судопроизводства, аппараты судей сверху также завалены «контрольной» деятельностью, исходящей от администрации суда, и то время, которое можно было бы потратить на то, чтобы, например, написать для судьи проект судебного акта, помощник судьи будет тратить на бесконечные заполнения журналов (надобность в которых сомнительна при наличии электронной базы данных), на ответы на служебные записки обо всем на свете, на заполнение отчетности (сколько же у нас в месяц решений-то принято, а сколько еще предстоит рассмотреть).

В общем, что бы ни говорили о работниках суда (некоторые люди почему-то верят, что зарплата в судах нынче просто огромная. Наверное потому, что кадровая служба, объявляя конкурс на замещение должностей, благоразумно не объявляет оклад), но работа эта может превратить среднего молодого человека в нечто нервное с проблемами со здоровьем и отсутствием личной жизни буквально за пару месяцев. А потому большинство бежит оттуда, как только появляется хоть какая-то возможность.

Л. Б. Что ты можешь сказать об интеллектуальном, культурном и профессиональном уровне твоих коллег?

А. Скажу банальность. Все люди разные. Другое дело, что люди недалекие, глупые, ленивые просто на такой работе не задерживаются. Не хватает мозгов распределить время, чтобы худо-бедно соблюдать хоть какие-то сроки? Утонешь в делах, нарвешься на кучу жалоб – судья постарается от тебя избавиться. Не умеешь связать слова в предложения (и такое было, взрослый человек с высшим образованием, у которого проблемы с русским текстом), использовать уже наработанные шаблоны судебных актов, из раза в раз допуская одни и те же ошибки, зависаешь в курилке, в телефоне и т.п. – до свидания. Осознаешь, что работать в таких условиях невозможно – уходишь сам. Ни у кого в суде не будет времени вести обучение, исправлять и переделывать.

Лично мне, на заре моей работы, просто дали десяток коробок с делами, показали папку на компьютере с шаблонами документов и сказали разбираться самой. Вместо объяснения можно получить лишь обвинения в некомпетентности. А на жалобы на большое количество дел – фразу «ты же знал, куда шел».

Есть люди нечистые на руку, которые нашли некоторую нишу в плане «помощи в делах нелегких», им неплохо сидится, их скорее всего прикрывают до какого-то момента. Но это единицы, а глупостью там и не пахнет, в противном случае попасть под горячую руку показательной борьбы с коррупцией - легче легкого.

Большая часть работников, которые задержались на своих должностях свыше полутора лет – люди, возможно, лелеющие мысль о статусе судьи. Или те, кто считает себя не готовым к работе в каком-то другом месте – профессиональная деформация – вынужденное сужение навыков в рамки должностных обязанностей и специализации, потому что на развитие чего-то другого просто нет времени. Для некоторых это и страх потерять стабильность, привычка. Многих удерживает на месте только человеческие отношения с судьями.

Надо понимать, что это все-таки люди, не роботы. Они допускают ошибки, забывают, опечатываются, не успевают… Несут ответственность, исправляют, учатся.

Большинство моих знакомых, оставшихся работать в суде, - это люди, которые как раз тянут лямку не ради эфемерного правосудия или какого-то вознаграждения, а потому что не могут подвести других людей, зная, что на их место может никто не прийти долгое время. А оставшиеся работать возложат обязанности уволившегося на себя и будут проводить просто в полтора раза больше времени на работе.

Они не хотят подводить своих судей, по-своему заботятся друг о друге, пытаются разбираться в делах, соблюдать сроки, работать, на сколько это возможно при закручивающихся гайках. Вообще-то, если отбросить зашкаливающую нагрузку, то работа в суде действительно может быть интересна, когда хочется действительно докопаться до фактов, многие случаи в практике судов достойны войти в учебники, а сам суд вполне мог бы давать оценку и толкование спорным нормам. Жаль, что времени на детальное рассмотрение часто не хватает, решения приходится просто штамповать из шаблонов, а судебные акты часто просто игнорируются, как нечто неважное.

А карьерный рост, кстати, штука в суде весьма условная. Обычно это означает только больше обязанностей и головной боли, честно говоря.

Пассивные исполнители… Это скорее к отделам типа канцелярии, экспедиции, бухгалтерии и т.п. Там вечно никто ни за что не отвечает, работа в основном монотонная, техническая. В таких отделах тоже бывает завал, допускаются ошибки.

Л. Б. Арбитражные суды выделяются на общем уровне своей технической оснащённостью. Но так было не всегда. Расскажи, пожалуйста, в каких условиях приходилось начинать?

А. Сейчас малу по малу разрыв в техническом оснащении между арбитражными судами и общей юрисдикцией уменьшается. В конце концов, автоматизация процессов и компьютеры — это просто неизбежное явление для всего, что желает работать сейчас.

Однако, многие забывают, что распространение компьютеров и программ для них по историческим меркам началось-то сравнительно недавно. А вот суды существуют гораздо дольше. И, соответственно, начиналось все с написанных кратких судебных актов от руки, перепечатанных потом на печатных машинках.

Что же касается Арбитражного суда г. Москвы, то до 2009 года он располагался в здании по улице Новая Басманная 1913 года постройки. Оно было реконструировано под нужды суда в начале 90-х. Нельзя сказать, что помещения были хорошо адаптированы для работы, изначально это был жилой дом. Судебные заседания проводились в кабинете судьи, смежном с помещением, где располагался аппарат, компьютеров еще не было вовсе, либо один на несколько сотрудников, отправка актов – заполнение конвертов вручную, принтеры тоже не самое частое явление. В общем-то, растущее количество дел тогда подсказало необходимость модернизации и расширения.

В связи с чем в 2009 году был переезд в здание, расположенное на ул. Большая Тульская, построенное специально под нужды суда, оборудованное всем необходимым, с разделением на зоны для сотрудников и для посетителей. Это был реальный контраст между старым зданием с отваливающимися полами, специфической живностью, отсутствием банально мест для дел, и новым, на тот момент, казавшимся каким-то нереально большим, с отдельными залами заседаний, кабинетами для сотрудников.

Сейчас, надо сказать, оно таковым уже не кажется, уже нет места под архив (пару лет назад его уже перенесли в другое место), не хватает кабинетов для судей и аппаратов, залов заседаний. Оснащение компьютерами и оргтехникой устарело, обновлений, видимо, в связи с известными событиями, им не ждать. Тем не менее, здание-то хорошее, адаптированное, пока еще современное, но не резиновое.

Л. Б. Спасибо. Мы не склонны считать, что на Западе государство работает на порядок лучше, чем у нас. Однако есть ли какие-то особенности российской судебной системы, которые делают её менее эффективной?

А. Для некоторых, возможно, это не недостаток, но у арбитражных судов в России достаточно сжатые формальные сроки рассмотрения дел. К примеру, для гражданских споров законодатель отвел 3 месяца, плюс месяц на отложение, для некоторых споров и того меньше. Безусловно, существуют способы затягивать рассмотрение дел. К примеру, чаще всего, когда правовая позиция по спору у стороны становится шаткой, то начинается заявление ходатайств на все не свете. Задача суда с одной стороны оценить необходимость тех или иных действий, направленных на увеличение сроков рассмотрения дела, а с другой стороны обеспечивать соблюдение установленных сроков на рассмотрение. Иначе можно нарваться на заявление об ускорении или на требование руководства. Затягивание сроков рассмотрения дел часто ведет к увеличению общего количества дел в производстве, за что тоже по головке не погладят.

Тут вопрос в соблюдении баланса: с одной стороны спорящие желают от суда всеобъемлющего рассмотрения, а с другой скорости. Для некоторых дел эффективность и скорость вообще не совместима, они сложные, с большим объемом документов, и чаще всего могут в действительности затянуться на годы.

Кстати, в сравнении с большинством европейских судов наше судопроизводство намного доступнее и быстрее, по крайней мере в части арбитражных судов. В Европе у судов вообще нет как таковых жестких сроков, обратиться в суд дороже, а рассматривать любые дела они могут годами.

Л. Б. С точки зрения обывателя судебная система в РФ непомерно раздута. Однако мы знаем, что арбитражные суды не справляются с накатывающим на них валом дел. Как так выходит, что штаты судов распухают, а нагрузка не спадает.

А. А вот как раз у арбитражных судов и нет как таковой «раздутости». Опять же не скажу за арбитражные суды других субъектов (арбитражные суды являются федеральными и распределены по одному на каждый субъект, плюс один Суд по интеллектуальным правам на всю Россию), но в Москве постоянная нехватка кадров, сейчас там работают в половину меньше людей, чем должно.

Нагрузка же не спадает именно с АСГМ по нескольким причинам. Как уже выше отмечено, сюда едут судиться со всей России и из-за рубежа. Часто в суд приходят только потому, что им легче получить решение суда, чем вести переговоры и решать спор согласно условиям договора, или еще хуже просто соблюдать договор так, как он был заключен. Были заседания, где ответчик, например, под протокол заявлял, что просто не хочет оплачивать выполненные работы, а вот как только решение суда появится, так сразу.

Или подрядчик, принявший на себя обязательство выполнить работы, получивший аванс, так и не вышел на объект работ, а в судебном заседании начинает заявлять о недобросовестном поведении заказчика. При этом в материалах дела полное отсутствие какой-либо официальной переписки, попыток как-то урегулировать ситуацию часто на протяжении пары лет, якобы отправленные закрывающие документы без доказательств их отправки.

Были и искусственные споры, направленные, например, на уход от налоговой проверки, попытки легализовать «нарисованные» договоры или не декларированные доходы или расходы.

Отдельной категорией, конечно, стоят споры между частными компаниями и государственными органами, а иногда даже между этими самыми государственными органами, которым тоже оказывается нужно решение суда для того, чтобы, например, разобраться в собственных компетенциях. Большое количество споров в административной части проявляется в отношении ненадлежащего исполнения обязательств судебными приставами-исполнителями – оспариваются бездействие, ненормативные акты.

Ежедневно рассматривается огромное количество серийных (практически одинаковых) дел, касающихся привлечения к административной ответственности за нарушение лицензий (Почта России, Аптеки, оборот алкоголя и т.п.). Организации оспаривают привлечение их к административной ответственности за все на свете.

Все это сотни тысяч дел, рассматриваемых в арбитражном суде, для каждого из заявителей это может быть жизненно важно, и именно он здесь ищет справедливости. Однако для рядовых работников суда – это лишь рутина, которую они изо дня в день вынуждены перерабатывать.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ