Корпоративизм и фашизм ч. 2

Мы продолжаем публиковать по частям нашу книги «Георгий Димитров был прав». Перед вами ещё одна глава части, посвящённой корпоративизму. Здесь речь пойдёт о том, какой вклад в формирование и реализацию идеала корпоративного общества вносит религия.

Религиозный коропоративизм

Мы выделили религиозный корпоративизм в отдельную графу, хотя, применяясь к разным общественным формациям, религиозные организации вносили изменения и в своё социальное учение. Однако социальные корни всех ведущих религиозных организаций современности лежат в феодальном обществе. И даже после столетия реформ социальное учение и идеал как минимум ислама, православия и католицизма сохраняют черты феодального корпоративизма.

Даже там, где организованная религия не имела серьёзной светской власти, в феодальные времена она прямо регулировала брачно-семейные и наследственные отношения. Во многих странах это положение хотя бы отчасти сохраняется. Речь идёт не только о мусульманских государствах ближнего Востока, но и о ряде католических стран: Польше, некоторых странах Латинской Америки, а также об Израиле. В последнем введение норм Галахи (религиозное “право” иудеев) в светское семейное право - явление сравнительно новое и от того ещё более пугающее.

Почему это так важно? Да потому, что в таких случаях религия может навязывать свою корпоративную модель семьи не только путём пропаганды, но и юридически. Во всех же основных мировых религиях господствует иерархическая, патриархальная модель семьи. Вместо солидарного коллектива равных – вертикаль: муж – жена – дети.

Собственно, попы и муллы как освящали, так и продолжают освящать патриархальную семью феодального образца. Такие новшества как право женщины на аборт и развод, малую семью вместо расширенной, равноправие мужа и жены в браке, право детей на свободное развитие клерикалы, в лучшем случае, терпят. В худшем - ненавидят и стремятся уничтожить.

Более того, именно патриархальную семью, основанную на насилии и неравенстве, а не любви и солидарности, ведущие религии и считают основной ячейкой и архетипом общества.

Проповедники классового мира

Идём дальше. Посмотрим, что предлагают нам ксёндзы, попы и муллы в области производственных отношений. Основой социального учения Римской Католической Церкви до сих пор являются две энциклики: “Rerum Novarum” папы Льва XIII и “Quadragesimo Anno” папы Пия XI. Посмотрим на 19й параграф энциклики “Rerum Novarum”, выпущенной в 1891 году.

«Огромная ошибка в отношении рассматриваемого вопроса состоит в убеждении, что классы изначально враждебны друг другу, и что богачи и бедняки по самой природе своей должны конфликтовать. Эта идея настолько иррациональна и ложна, что истиной является абсолютно противоположное утверждение. Так же как соразмерность человеческого тела является следствием взаимного согласия разных его частей и членов, так и в Государстве сама природа его предписывает классам, его составляющим, сосуществовать в гармонии и согласии, дабы Государство было устойчиво и уравновешено. Классы в равной степени нуждаются друг в друге: капиталисты не могут существовать без рабочих, но и рабочие не могут без капиталистов. Взаимное согласие приводит к красоте доброго порядка, в то время как бесконечный конфликт необходимым образом влечет за собой беспорядок и проявления дикого варварства»

Буржуазным идеологам не помешает поучиться у папы римского богатству и чёткости формулировок. Практически ничего лишнего. Здесь и проповедь классового мира, и сжато выраженный корпоративный идеал общества как тела, составленного из разных членов. Но в чьих интересах предложенный классовый мир? Это легко можно понять из следующего параграфа

«Из этих обязанностей следующие связывают пролетария и рабочего: честно и в полной мере исполнять работу, условия которой были свободно и справедливо согласованы и приняты; никогда не повреждать собственность работодателя и не наносить ему личных оскорблений; никогда не прибегать к насилию для защиты своих интересов, не участвовать в мятежах или беспорядках и не поддерживать никаких отношений с людьми дурных нравов, работающих на неких людей, которые щедрыми и хитрыми посулами возбуждают безумные надежды, обычно заканчивающиеся лишь бесполезными сожалениями и приводящие к печальным потерям.

Следующие обязанности возлагаются на богатого собственника и работодателя: не рассматривать рабочих как своих крепостных, но уважать в каждом из них его человеческое достоинство, облагороженное Христианством. Напоминаем им, что, согласно природному ходу вещей и Христианской философии, труд ради прибыли и дохода почтенен и не позорен для человека, ибо дает ему возможность обрести достойные средства к существованию. Однако неправильно в погоне за выгодой использовать людей так, как если бы они были неодушевленными вещами, или оценивать их, исключительно исходя из их физических возможностей — это позорно и бесчеловечно. Вновь справедливость требует, чтобы в отношениях с рабочим человеком вы помнили о его вере и пользе для его души. Следовательно работодатель обязан следить, чтобы у рабочего было время на исполнение своих религиозных обязанностей, чтобы он не подвергался развращению и различным опасностям и чтобы он не пренебрегал своим домом и семьей и не проматывал своё жалование. Кроме того, работодатель никогда не должен возлагать на своих рабочих непосильные налоги, поборы или занимать их на работах, не соответствующих их полу или возрасту. Великий и главный долг работодателя — воздать каждому по его заслугам.

Несомненно, прежде чем определить, справедлива ли заработная плата, надо учесть многие моменты. Однако богатые собственники и все работодатели должны помнить — подавлять нищих и обездоленных ради выгоды и наживаться на нужде других недопустимо с точки зрения законов Божеского и человеческого. Лишить работника части полагающегося ему вознаграждения — великое преступление, взывающее к Небесам об отмщении. „Вот плата, удержанная вами у работников, пожавших поля ваши, вопиет, и вопли жнецов дошли до слуха Господа Саваофа“(Послание Иакова, 5:4). Наконец, богатым следует неукоснительно избегать сокращения заработной платы силой, мошенничеством, или ростовщическим договором. Причиной тому слабость и незащищенность, в которой, как правило, пребывает рабочий человек, и посему его скудные доходы должны быть тем более священны, чем они скудны. Там, где эти предписания с прилежностью и тщательностью соблюдаются, и где им следуют в полной мере, не станут ли они сами по себе достаточным средством для предотвращения любых споров и прочих подобных вещей?»

На первый взгляд — и волки сыты, и овцы целы, и пастуху вечная память. Однако очевидно изрядное неравновесие в учёте интересов работника и работодателя. По отношению к работнику энциклика устанавливает довольно мелочное регулирование, точно нанося удары по инструментам защиты его интересов.

Воздержаться от насилия - это в том числе и не бастовать. Не возводить хулу на начальство - это легко можно истолковать как запрет на жалобы и требования. Но самый интересный момент вот этот: “не поддерживать никаких отношений с людьми дурных нравов, работающих на неких людей, которые щедрыми и хитрыми посулами возбуждают безумные надежды”. Речь идёт о рабочих и социалистических организациях. Папа весьма прозрачно намекает на то, что социалисты - это такая мировая закулиса, говоря словами православного фашиста Ильина.

Не забывает Папа и собственных интересах церкви - работодатель должен обеспечить работнику возможность удовлетворения его религиозных потребностей. А вот ограничения, которые накладывает Папа на работодателей, по меркам уже давно установившегося капитализма весьма легки и несерьёзны.

Не держать за крепостных? Ну так а зачем, все работают по вольному найму.

Не гонять работать детей? Так даже к концу 19 века, когда была издана данная энциклика, эту проблему начали решать и без папского благословения. Для более позднего времени она уже анахронизм.

Платить справедливую зарплату? Ну так работодатель, помолясь, будет сам решать, какая плата справедлива. В конце концов, работник должен работать, не хулить работодателя и не слушать всяких там международных социалистов.

Энциклика “Quadragesimo Anno” папы Пия XI выпущена спустя 40 лет в развитие положений “Rerum Novarum”. По сути дела, её можно считать ответом на новые вызовы: дальнейшее развитие рабочего и социалистического движения, монополизацию капитала, усиление экономической мощи государства и.. Великую Депрессию.

С одной стороны, энциклика подтверждает положения предшественницы: благословляет частный капитал, проклинает социалистов, налагает несущественные и не обеспеченные механизмом контроля социальные обязательства на бизнес. С другой, она вводит некоторые новшества, которые многим могут показаться весьма прогрессивными. Например, Папа считает необходимым сдерживать рост монополий, разрешает государству в некоторых случаях прибегать к национализации, провозглашает важность права на объединение.

Но не спешите радоваться. Во-первых, так называемая антимонопольная политика может проводиться и проводится в буржуазных государствах в интересах капиталистов. Во-вторых, как свидетельствует весь опыт недавней истории, далеко не всякая национализация производится для того, чтобы умерить пыл капиталистов или даже вовсе устранить капитализм. За последние годы капиталистические государства отточили механизм приватизации прибыли и национализации убытков, когда национализация проводится для того, чтобы поддержать штаны олигархам за счёт дополнительного грабежа народных денег. Наконец, Папа чётко показывает, какие объединения он имеет в виду. Обратимся к тексту энциклики:

«Недавно введена в жизнь своеобразная синдикатная и кооперативная организация, о которой, согласно предмету Нашего послания, Мы считаем нужным сделать несколько указаний, сопровождая их соответствующими объяснениями.

Само государство придает синдикату характер признаваемой законом юридической личности и одновременно укрепляет за ним такую монополию, что только один он, представляя интересы рабочих и хозяев, имеет право заключать рабочие коллективные договоры и контракты по найму труда. Принадлежность к синдикату не обязательна, и только в этом отношении его организация может быть названа свободной, потому что синдикатный взнос и другие специальные обложения обязательны для всех лиц, принадлежащих к данной категории, будь это рабочие, или хозяева; для всех обязательны и трудовые контракты, заключенные синдикатом, как признанной юридической личностью. В интересах истины нужно добавить, что впрочем существует официальное заявление, говорящее, что юридически признанный синдикат не становится препятствием к фактическому существованию профессиональных союзов одинаковой с ним отрасли, хотя правом и не признанных.

Профессиональные корпорации составляются из представителей синдикатов (рабочих и работодателей) одной и той же отрасли труда и, подобно настоящим и собственным органам и учреждениям государства, управляют и соупорядочивают синдикаты в вопросах общих интересов. Забастовки воспрещены; при невозможности соглашения спорящих сторон, несогласие улаживается властями.

Не нужно много думать, чтобы признать выгоды этого установления, которого Мы коснулись только в общих чертах: мирное сотрудничество классов, устранение социалистических организаций, обережение их стремлений, улаживающее воздействие власти.»

Речь идёт о создании вертикальных, корпоративных «профсоюзов», по типу тех, что уже существовали на момент издания энциклики в фашистской Италии. И задача их: подавить рабочее и социалистическое движение, запретить забастовки, встроить рабочих в систему корпоративного государства. Не случайно же Муссолини заключил с Ватиканом конкордат.

В современных условиях подобного рода корпоративные «профсоюзы», или как их называют рабочие активисты - «жёлтые профсоюзы» тоже существуют, хотя и возникают несколько иначе: путём деградации старых реформистских профсоюзов или даже некоторых новых боевых организаций, а также по прямой инициативе собственника предприятия.

Естественно, что энциклики оставляют некоторый простор для толкования. В том числе и в умеренно левом ключе. Особенно если учесть временное «полевение» папства в середине 20 века. Однако теология освобождения, о которой вы, конечно же вспомнили, была и остаётся чуждой официальному учению католической церкви.

А есть и другое, правое толкование интересующих нас документов. И оно, в отличие от левого, как минимум в прошлом имело официальное одобрение от папства. Дело в том, что обе упомянутых энциклики официально легли в основу конституций трёх фашистских государств: Португалии, Испании и Австрии. В последнем случае речь идёт о “Майской конституции” 1934 года принятой австрофашистским режимом Энгельберта Дольфуса.

Некоторые возразят - быть может, Папа просто промолчал, не желая вступать в конфликт, а на деле не благословлял все три режима. Тем более, что сейчас католическая церковь вовсю отрицает свои связи с фашистскими режимами прошлого. Однако как минимум в случае с Португалией есть свидетельство прямого одобрения использования авторитета церкви для легитимации фашистского режима. Когда Антониу Салазар провозгласил, что режим “Нового Государства” покоится на принципах энциклик “Rerum Novarum” и “Quadragesimo Anno”, местный кардинал Сережейра, было, возразил. Но Пий XI быстро поставил своего подчинённого на место - дескать, Салазар всё делает правильно.

Ну ладно, допустим, довоенные папы были мракобесами и современное папство ушло от их идей? Однако Папа Иоанн XXIII, считающийся многими чуть ли не главным леваком на папском троне, не так уж далеко ушёл от своих предшественников. В своей энциклике по социальным вопросам “Mater et magistra” он продолжает линию “Rerum Novarum”. Авторитет католической церкви используется для того, чтобы лишний раз пнуть социализм и впарить трудящимся обманку под названием “рабочее акционирование”.

Фашистский корпоративизм активно использует корпоративизм католический, и последний как минимум этому не препятствует. Серьёзному осуждению со стороны католической церкви подвергся только нацистский режим, причём энциклика 1937 года “Mit brennender Sorge” даже многими деятелями католической церкви признаётся весьма умеренной. Похожая энциклика в адрес итальянских фашистов - “Non abbiamo bisogno” и вовсе не сказалась на конкордате церкви с режимом Муссолини.

Как бы там ни было, в этих посланиях критиковался не сам принцип корпоративизма и его неизбежные следствия, но террористическая и антирелигиозная практика властей Третьего Рейха, их воинствующий национальный шовинизм, в случае с Италией — свойственный их варианту фашизма суперэтатизм. Если у вас всё в государстве и ради государства, а куда же девать авторитет Святого Престола? В дальнейшем Римская Католическая Церковь оказала немало услуг недобитым нацистам, дав многим из них возможность уйти от справедливого наказания по так называемым “крысиным тропам”.

Корпоративные ценности ислама

Говоря об исламе, мы могли бы пойти по лёгкому пути, ограничившись идеологией и практикой наиболее радикальных, фундаменталистских течений в этой религии. И тут всё было бы очень просто, ведь что Талибан (по прежнему террористы, но уже рукопожатые для российских властей), что ИГИЛ (запрещено в России) требуют установления жесточайшей корпоративной иерархии и в семье, и на производстве, и в государстве. Более того, во многих аспектах своей практики они идут даже дальше феодального корпоративизма, возрождая прямо рабовладельческие порядки.

Ну а затем мы могли бы просто согласиться с фундаменталистами и сказать: всё остальное это уже не чистый, а причёсанный, растерявший зубы, приспособившийся к светскому буржуазному государству ислам. Однако любой хитрый мулла нам возразит - так это же экстремисты, еретики и вообще не мусульмане. Так что мы всё-таки обратимся к более умеренным, признанным официальными властями деятелям.

Начнём с “Социальной доктрины российских мусульман”, изданной в 2017 году и подписанной двумя ведущими муфтиями России - Талгатом Таджуддином и Равилем Гайнутдином. Что характерно, это документ общественной организации, но издан он на государственные деньги, что прямо объявляется на форзаце.

Конечно, такого прямой проповеди корпоративизма, как в энцикликах Папы Римского мы не найдём. Но что обращает внимание:

1) Требование безусловной верности закону и государству. По мнению авторов документа, лучше терпеть гнёт и тиранию, чем допустить смуту и даже гражданское неповиновение.

2) Строго патриархальная модель семьи. В частности, “обязанность расходования имущества на всю семью лежит на мужчинах” И далее цитата из Корана: “Мужчины являются попечителями женщин, поскольку они расходуют из своего имущества на содержание других”. При наследовании же своего имущества мусульманин обязан опять же, отдавать приоритет мужчинам.

При этом, в принципе, эта доктрина скорее лакирует практику даже самого мирного ислама в России, чем обобщает её. В тех регионах РФ, где ислам занимает господствующее положение, возвращаются и те вещи, от которых данный документ открещивается. Прежде всего - вмешательство ислама в практику государственных органов.

Во-вторых, речь идёт о де-факто возврату к нормам исламской патриархальной семьи - изоляция женщин дома и под паранджой, де-факто легализация многоженства, снижение брачного возраста и так далее.

Наконец, позиция и Таджуддина, и Гайнутдина с их структурами по СВО плохо согласуется с требованием воздерживаться от поддержки гражданских и захватнических войн, обозначенном в Доктрине. Даже если мы не считаем СВО империалистическим конфликтом, само правительство своими действиями подаёт её как конфликт гражданский. Ведь если верить нашим властям, они стремятся освободить пророссийски настроенное население от угнетения со стороны Киевских властей.

Словом, дай нашим “ручным” муллам и муфтиям волю, они вместе с местными элитами устроят у нас порядки как в Иране.

Что касается православия, то созданной в его рамках формы корпоративизма мы коснёмся уже позже, говоря о фашистском корпоративизме. Русский фашизм и близкие ему течения ищут легитимацию своего корпоративного идеала именно в самых реакционных формах православия. Есть и обратное движение - самые реакционные идеологи РПЦ охотно обращаются к наследию деятелей так называемого “русского солидаризма”.