Сергей Зюзин: «Любая театральная работа — это поиск»
Сергей Зюзин – выпускник нашего колледжа, окончил Ярославский государственный театральный институт, с 2012 года служит артистом в Тверском театре юного зрителя. Специально для читателей «Культурной Rеволюции» Сергей приоткрыл завесу закулисья, рассказал о тонкостях профессии и поделился своим опытом.
Интервью: Дарья Просвирнина
Когда вы поняли, что хотите быть актером театра?
В школе я очень долго занимался КВН, на гитаре играл. Тогда было такое время тяжелое. Это были девяностые, мы выживали, как могли. И учителя пытались всячески оградить нас от тлетворного влияния улицы, старались нас по максимуму занимать какими-то делами. Таким способом я и пришел к тому, что хочу быть актером. Тогда мы много выступали на сцене: чтецкие конкурсы, кружки, художественная самодеятельность.
Расскажите про свой дебют на профессиональной сцене.
Дебют на профессиональной сцене случился, когда я был студентом колледжа культуры. Это был отчетный концерт в 2002 году, когда колледжу присвоили имя Н.А. Львова. Концерт проходил, как это ни странно, в ТЮЗе. Там и состоялся полноценный выход на профессиональную сцену, на зрителя.
Как бы вы сейчас оценили свою первую работу?
Это очень сложно, наверное, себя оценивать. Ты в принципе не объективен по отношению к себе. А как сейчас? Сейчас не знаю, сказал бы: «Ну, молодец! Работай дальше!»
Какую роль вы мечтаете сыграть?
В течение жизни запросы меняются. Например, 15 лет назад я бы хотел сыграть Гамлета, как и все молодые актеры, сейчас я бы не стал. Мне очень нравится персонаж Ричард III, если брать из Шекспира, мне нравится булгаковский Шариков. Это два персонажа, которых я бы с удовольствием сыграл, потому что сейчас я уже стараюсь объективно подходить ко всему, потому что розовые очки уже спадают, смотришь на себя и думаешь: «Не Ромео точно!».
Есть ли у вас какой-то ритуал перед спектаклем?
Не во всех спектаклях. Есть разные. Например, перед «Вафельным сердцем» мы обязательно с Инной Волковой обнимаемся, касаемся друг друга грудью, чтобы почувствовать сердцебиение. Или, например, в спектакле «Где здесь я?» нас четверо, мы встаем, обнимаемся и обязательно соприкасаемся друг с другом головами, соединяясь в кольцо. Где-то, естественно, скидываем ручки, если большое количество человек. Например, перед спектаклем «Москва – Петушки» я всегда встаю на колени за задником и касаюсь лбом сцены. Не крещусь, не молюсь Богу. Но мне нужен такой вот ритуал. То есть к каждому спектаклю свой подход. А есть спектакли, но так нельзя делать, когда ты прибегаешь и говоришь: «Все хорошо, ну, погнали».
Бывал ли у вас творческий кризис?
Самая кризисная часть профессии, когда зарываешься, когда на поток встаешь, например, часто начинаешь играть одни и те же спектакли. Бывает, что сдаешь себя в аренду и делаешь просто работу. Понимаешь, что иногда занимаешься ремеслом и сделать с этим ничего не можешь, а иногда стараешься, конечно, искать какую-то жизнь, новые штуки репетировать. А бывает, что вообще ничего не хочется делать, тогда идешь на больничный.
Откуда вы черпаете силы и энергию для творчества.
От Солнца! Да нет, конечно, это шутка. Опять же, работы разные. Я имею в виду спектакли и любые рабочие процессы. К каким-то ты более открыт, к каким-то менее открыт. Даже если сил нет, ты все равно ищешь. Это, прежде всего, поиск! Вообще любая театральная работа – режиссерская, актерская – это поиск. Если ты перестал искать, то все, ты уже остановился. То есть ты везде постоянно должен искать именно то, что интересно тебе, не зрителю, а именно тебе. Как только ты сам начинаешь быть заинтересован, автоматически ты тащишь за собой зрителя. И партнера ты тащишь за собой, прежде партнера, и вы уже вдвоем, втроем, коллективно тащите зрителя за собой. И вот мне кажется, что секрет здесь один – то поиск и интерес. Как только ты это все находишь, все будет автоматически.
С какими сложностями актер может столкнуться в работе над ролью?
Сложности разные... Все зависит от того, какие у тебя самого есть провисы, где ты слаб. Например, я слаб в танцах. Я понимаю, что это будет мне доставлять определенные трудности. Значит, я должен приложить усилия или превратить свои недостатки в достоинства, в какие-то положительные качества. И тогда возможно с этими сложностями справиться. Но бывают какие-то внешние факторы, бывает сложная роль. Вот так она раз – и поперек тебе идет, и ты понимаешь, что это не твоя роль. Тут опять возвращаемся к предыдущему вопросу: ищем постоянно, не останавливаемся, думаем, делаем, предлагаем – и все получится. Главное – не бояться, не останавливаться и не говорить: «Я не могу». Я могу, и все – и ты все сможешь.
Было такое, что вам давали роль, а у вас внутреннее противодействие к ней?
Наверное, у каждого актера бывает такое. Ну, прям так, что «А-а-а!», такого у меня, наверное, не было. А может быть, и было, может, я и лукавлю. Но были моменты, когда я думал, что не справлюсь. Например, опять же, возвращаясь к спектаклю «Москва – Петушки», – это первый мой моноспектакль, и, наверное, последний. Я больше в таком формате работать, наверное, не буду, потому что это очень сложный формат. И уже на выходе, на выпуске я просто сидел в гримерке, у меня капали слезы на линолеум, брызги летели в разные стороны, я плакал и говорил, что у меня ничего не получится. Ничего, выгреб, может быть, это не очень гениально, но что-то получилось. То есть бывают такие моменты отчаяния. И это нормально, это не значит, что человек слабый. Плохо, когда человек только идет к результату и где-то на полпути считает, что у него уже все хорошо, что он уже все сделал. Вот это, мне кажется, страшно. Страшнее думать, что ты уже все сделал, чем думать, что ты не справишься, потому что это стимул, который толкает вперед.
Какой из просмотренных спектаклей ваш любимый и почему?
Мой любимый спектакль из того, что я видел, – это «Ричард III» в постановке Юрия Бутусова в театре «Сатирикон» с Константином Райкиным в главной роли. Это один из моих любимейших материалов, персонаж мне очень нравится, Райкин там прекрасен. Я люблю Бутусова как режиссера, его стиль. Его подход к Шекспиру, мне кажется, один из наиточнейших подходов, такой он яркий. К тому же, это один из первых столичных спектаклей, масштабных, со звездами, который я увидел. Конечно, позднее я смотрел еще постановки Бутусова, и вживую, и по видео, но это одна из моих любимых.
Кто ваш кумир? Почему вы хотели бы на него равняться?
Есть ряд актеров, на которых я смотрю и думаю: «Вот ведь работает как хорошо!»
Трибунцев, например, Евгений Миронов (я не видел его новые работы, но то, что я видел давно, мне очень нравится), Серебряков, Алиса Фрейндлих. Многие артисты-семидесятники мне нравятся, такие как Янковский, Абдулов – актеры той эпохи, той школы, сейчас таких уже нет.
Из зарубежных актеров хочу отметить Брэда Питта: он прекрасный актер не только каких-то блокбастеров – он и драматический актер. Есть фильмы, в которых он не в своем привычном амплуа мачо, он бывает в каких-то смешных, трогательных и драматичных ролях, как и Джим Керри. Мне кажется, это тоже один из прекрасных актеров. Очень люблю Энтони Хопкинса, Моргана Фримена, Джонни Деппа, Хелену Бонэм Картер – весь этот бёртоновский состав, потому что Тим Бëртон – мой любимый кинорежиссер. Он создает потрясающие миры, у него очень атмосферные фильмы. И его актеры все крутые-крутые. Но почему они крутые? Да потому что они все учатся по русской школе, они все учатся по Станиславскому, подход у них другой, но школа наша.
Из отечественных режиссеров я очень люблю Тарковского, Рязанова. Если брать современных режиссеров, то провокационные, такие как Кирилл Серебренников. Смотрел его фильмы. «Ученик» мне очень понравился.
5 коротких вопросов Сергею Зюзину:- Любимый цвет? Зеленый.
- Любимое блюдо? Борщ, плов, хорошо приготовленный, и ватрушки с творогом и джемом.
- Любимая книга? У меня их много, но из того, что произвело на меня впечатление в последнее время – Джордж Оруэлл «1984».
- Любимый музыкальный исполнитель? Люблю хорошую качественную музыку. Попсу не люблю. Есть ряд хороших исполнителей, которые мне нравятся: Мик Джаггер из «The Rolling Stones», «Queen» – это из классиков. Я и рок-музыку люблю, и поп-музыку люблю, только качественную. А вот современные тенденции, например Моргенштерн, меня не прикалывают.
- Любимое хобби? Люблю путешествовать, походы люблю, рыбалки, что-то связанное с палатками, с полевой кухней, даже просто прийти на реку, постоять без какого-то экстрима. Это первое. Второе – музыка, которой я стараюсь заниматься помимо театра. Не назову это профессиональным, но это хобби, переходящее в профессионализм, потому что я это использую в своей работе.