Андрей Смирнов: «Мне не нравится слово “выгорание”»

Андрей Смирнов – выпускник кафедры театрального творчества Тверского колледжа культуры им. Н.А. Львова, студент ГИТИСа и артист Тверского академического театра драмы. А еще самый юный тверской Ромео уже Лауреат премии Губернатора Тверской области в номинации «Театральное искусство».

Интервью: Дарья Корда и Варвара Макарова

Фото из архива Андрея Смирнова.

Андрей, когда вы поняли, что хотите стать актером?

Наверное, самый распространенный вопрос на протяжении всей моей жизни. Более осознанный выбор пришел ко мне в шестнадцатилетнем возрасте, когда я шел по улице в своем родном городе и увидел, что ведут набор в народный театр. Я пришел на эти курсы, прошло месяца три, и я понял, что это именно то, чего требовала, жаждала моя душа. Я пробовал себя в разных видах деятельности: это были танцы, вокал, рисование, лепка, спорт. Но в тот момент я понял, что актерское искусство и театр в принципе могут объединить в себе все это. Театр действительно объединяет в себе все, абсолютно все, что бы ты ни произнес, чем бы ты ни занимался. И вот, попав в народный театр, я понял, что, как все говорят на первых порах: «я без этого жить не могу». Действительно, я без этого жить не могу, но тогда возникает вопрос: почему ты без этого жить не можешь? Тогда, конечно, в столь юном возрасте, ответ был банален: театр для меня – это все, у меня от него бурлит кровь, бурлит на сердце, в мозгу, в душе. И лишь спустя время, когда я после одиннадцатого класса решил в дальнейшем уже окончательно связать свою жизнь с актерским искусством, стал поступать в высшие учебные заведения, не поступил никуда, поступил в колледж, моя жизнь закипела по-настоящему, чему я, безусловно, рад. То есть если говорить, когда я понял, что хочу стать актером, то, наверное, я знал это с самого рождения, просто пришел я к этому в шестнадцатилетнем возрасте.

А как вы учились в школе?

Это очень интересный вопрос. Я не скажу, что это было удовлетворительно, я не скажу, что это было отлично, хромало всегда только одно – поведение, но я думаю, что это более чем нормально для людей, которые идут в актерское искусство и в принципе в творчество, они не могут быть адекватными. Учился я в школе всегда хорошо, я и девятый, и одиннадцатый классы окончил без троек, но, понимаете, мне кажется, в школе ученики зачастую обращают внимание не на то, что им дают, не на качество знаний, не на усвоение материала, который дается – все равно это какая-то цифирная история. «Я выучу теорему Пифагора только для того, чтобы получить пятерку». То есть никогда в школе не идет речь о том, чтобы набрать знания, но это чисто мое субъективное мнение. А уже потом, когда человек определяет для себя линию, по которой он будет идти дальше, он понимает, какие знания ему действительно понадобятся. Это, собственно, и произошло со мной в том шестнадцатилетнем возрасте, когда я понял, что я хочу быть актером, а значит, мне нужны литература, русский язык, отчасти обществознание, история. Тогда гуманитарные дисциплины имели большое значение в моей жизни.

Как вы считаете, имеют ли значение школьные оценки в творческих колледжах и вузах?

Нет, конечно, не имеют, потому что – вернемся к разговору выше – в школе ребенок стремится получить оценку, а не знания. А когда ты переходишь на следующую ступень обучения, пусть это будет даже среднее профессиональное образование, то ты все равно нацелен на получение знаний. И, по-хорошему, приходить в колледж, институт нужно, обнуляя все то, что у тебя есть в аттестате, не то чтобы начинать заново, а просто начинать впитывать через другой ракурс. Не имеют никакого значения школьные оценки, конечно.

Был ли период, когда вы чувствовали, что перегорели? Если да, то как вы с ним справились?

Да, безусловно. Я думаю, этот период, этот момент должен произойти у всех на разных этапах. У меня он случился на третьем курсе колледжа, потому что на нашей кафедре театрального творчества, в чем ее плюс, ты можешь выбрать одну из трех линий, по которой пойдёшь дальше: это либо актерская дорога, либо режиссерская, либо педагогическая дорога. И когда ты стоишь на этапе выбора, то перестаешь понимать, зачем ты здесь, для чего ты здесь. Мне не нравится слово «выгорание», это момент выбора, который должен сделать, прежде всего, ты сам, а не кто-то за тебя, и, как правило, человеку почему-то тяжело выбирать всегда. Когда наступает такой период, начинается разговор с самим собой, начинаются внутренние беседы: «А зачем мне это нужно? А зачем я здесь? А для чего я здесь? А что я буду делать дальше? А какую значимость я вообще имею в этой деятельности? Что я могу дать как артист, как режиссер, как педагог?» И главное дать себе ответ на вопрос: «Кто ты, и кем ты себя видишь?» И вот на третьем курсе я дал себе ответ. До третьего курса я думал, что буду режиссером, потому что мне действительно это нравилось, мне было любопытно смотреть через другую призму какую-то. Но в какой-то момент я понял, что режиссер – это человек, который должен иметь жесткий стержень и при этом держать в узде не только себя, но и людей вокруг себя. И, наверное, в этот период я понял, что не смогу это делать, я понял, что могу управлять только одним человеком – самим собой, быть режиссером своей творческой единицы.

Почему именно Тверской академический театр драмы?

Смотрите, как случилось. Я не собирался быть в театре после обучения в колледже. У меня был план окончить колледж и начать поступать в высшие учебные заведения на очную форму обучения. Но на четвертом курсе мы играли наш дипломный спектакль «Мера за меру. Опыты» по пьесе Уильяма Шекспира, и на один из показов к нам пришли ведущий артист сцены Тверского театра драмы Тарас Николаевич Кузьмин, народная артистка России Ирина Васильевна Андрианова и Александр Анатольевич Павлишин, главный режиссер театра. И после этого меня пригласили в спектакль «Вечно живые», он тогда возобновлялся. Премьера была в 2017 году, а в 2023 году Александр Анатольевич набирал новый состав, восстанавливал спектакль, и меня пригласили на одну из ролей, после чего мне предложили вступить в штат театра драмы при условии, если я поступлю в высшее учебное заведение на заочную форму обучения, чтобы совмещать работу в театре и обучение. И по воле судьбы я поступил, меня перевели в штат, и вот, я уже два года служу в театре драмы.

Как проходило прослушивание в театр?

Как такового прослушивания у меня не было. То есть меня пригласили в спектакль «Вечно живые», начались репетиции, и моим прослушиванием было участие в спектакле. Прослушивание – это мой дипломный спектакль «Мера за меру» и первая роль в театре драмы в спектакле «Вечно живые».

Ваш любимый спектакль с вашим участием?

Ответ на этот вопрос прозвучит банально. Я не выделяю спектакли, мне нравятся абсолютно все спектакли, в которых я занят. Наверное, это действительно так и есть, просто есть точки соприкосновения персонажа и меня как личности, которые больше отзываются во мне как в артисте и как в человеке. Выделять спектакли с главной ролью, наверное, естественно, но у меня не будет однозначного ответа. Мне нравится искать в каждом герое схожесть с самим собой, и, наверное, это главная составляющая актерского искусства – искать точки соприкосновения между героем и собой как личностью.

1 of 3

Не трудно ли вам учиться и работать одновременно?

Знаете, это не трудно, потому что заочная форма обучения подразумевает уже какой-то опыт. Работая в театре, я нахожусь постоянно на репетициях, на площадке, в спектаклях, и с этим напитанным нутром я приезжаю на сессию, набираюсь там какими-то новыми пристройками в деятельности, в которой нахожусь постоянно, и с этим же возвращаюсь в театр. То есть это постоянная практика, и, я думаю, это не трудно.

Что вы посоветуете ребятам, поступающим на актерскую специальность?

Как-то мне сказали следующую фразу: «Если ты хоть раз задумался о том, что ты сможешь без этого жить, то значит это не твое, уходи отсюда, пока не поздно». И я думаю, это более чем логично. Если у тебя возникает внутренний ответ: «Я смогу без этого жить. Я смогу без этого дышать», то все, разворачивайся и иди в другом направлении, не твое это. Но раз ты понимаешь, что ты задыхаешься без этого, без театра, без творчества, то, безусловно, это в крови. Понимаете, я придерживаюсь позиции, что человек рождается уже с этим в крови, в душе, в сердце, в мозгу, это заложено уже генетически. Это, наверное, возможно воспитать, взрастить в себе, но это уже будет не то, поэтому, я думаю, с этим нужно родиться, по-другому этого никак не понять. Я посоветую, наверное, быть честным с самим собой, быть в контакте с самим собой, быть всегда в диалоге, находить время на общение, дискуссии, конфликты. Общение с другими людьми, как правило, дает нам лишь подпитку в разных сферах, а когда находишься в диалоге с самим собой, то ты должен это делать честно и откровенно, потому что, если этого не будет, то все пойдет насмарку.

Хотели бы вы сниматься в кино?

Знаете, мне всегда был интересен театр. Я говорил себе, что я хочу быть театральным артистом, только в театре. Но тут подключаются амбиции, тут подключается актерский эгоизм, который необходим, потому что, если его не будет, то сложно будет дальше продвигаться. И недавно я понял: чтобы попасть в кино, нужно сначала отработать в театре какой-то период своей жизни. Это можно делать параллельно, безусловно, но когда ты уже впитал в себя суть театра, когда ты уже несколько лет побыл там, понял, что это, убедился, зачем тебе это. Да, я хочу сниматься в кино, и я верю, что буду сниматься, я знаю, что буду сниматься.

Что, по вашему мнению, является самым сложным в актерской профессии?

Выстоять, выдержать, впитать и показать. Для меня актерское искусство, актерская профессия наравне с профессией психолога. Есть человек, к нему приходят каждый день по нескольку раз люди со своими проблемами, человек должен это выслушать, впитать, профильтровать, дать какой-то фидбек и еще выстоять самому, потом это все пропустить и слушать следующего. Это же какой внутренний стержень должен быть у человека, чтобы так суметь! И в актерской профессии такая же штука. Беря во внимание того или иного героя, персонажа, с которым тебе приходится работать, ты с ним знакомишься, ты с ним разговариваешь, ты его оправдываешь, ты его впитываешь, фильтруешь, выстаиваешь и транслируешь. Я думаю, из всех слов самое главное – выстоять. Суметь выстоять перед самим собой и по щелчку пальца отключиться. Есть такие моменты, когда ты играешь спектакль, находишься в этом азарте, в этом отречении от реального мира, находишься в тех обстоятельствах, которые описываются в пьесе, и ты не понимаешь уже грань, где мир реальный, а где вымышленный. И тут главное – суметь отключиться, главное – понимать, что на площадке, на сцене ты герой, а сделав шаг за кулису, ты уже человек, у тебя есть свои имя, фамилия, отчество. А есть случаи, когда не происходит выключения, и это чревато печальными последствиями.

Кто из актеров является для вас примером для подражания?

Сложно выделять каких-то артистов, потому что каждый по-своему гениален. Ну, не каждый, конечно, не каждый. Да и статус «гениальный артист» нужно заслужить. Даже не все заслуженные и народные являются гениальными, поэтому выделять каких-то артистов я не буду. Есть те, кто мне симпатичен, но у меня очень странная позиция в этом вопросе. Я не озвучиваю эти фамилии, потому что я почему-то берегу их в своем интимном шкафу, чтобы этого никто не видел, хоть какая-то тайна должна присутствовать. О других скелетах в шкафу я могу рассказывать, но не о таких. Понимаю, что звучит, как будто «нет, у меня никого нет, поэтому надо придумать быстренько, как ответить на вопрос». Нет, это не так. Я думаю: я ответил на вопрос.

А с какими актерами и режиссерами вам в будущем хотелось бы поработать?

Недавно открыл для себя потрясающего режиссера кино Йоргоса Лантимоса. Это греческий режиссер. Я посмотрел один его фильм, а потом за несколько дней посмотрел практически всю его фильмографию. И это была действительно какая-то влюбленность в творчество, в то, как человек транслирует свою жизненную позицию. Вот недавно вышел его фильм, получивший премию «Оскар», «Бедные-несчастные». И, дай бог, сложится, я верю, я посылаю мысль в космос, что мне когда-нибудь доведется удостоиться чести познакомиться с этим гениальным человеком и побыть частью его творчества. Что касается театральных режиссеров, не так давно ушел из жизни один из моих любимых театральных режиссеров Римас Туминас. И когда пришла новость о его смерти, мне кажется, остановилось время, не во всем мире, но для какого-то определенного круга людей. Я думаю: до сих пор какая-то часть людей не осознает, что это случилось, не понимает, не верит, не хочет верить. Это действительно настолько больно, настолько несправедливо, гадко, жутко, что такое происходит. Но это жизнь. В этом теле Римас Туминас сделал все, что мог. Его физическая составляющая на данный момент закончилась, но духовная продолжается, и она с нами. Каково было артистам? В театре Вахтангова шел спектакль «Война и мир», и артисты узнали о смерти режиссера во время спектакля, а какая-то часть зрителей не знала. И на поклоне артисты объявили о том, что ушел из жизни режиссер спектакля «Война и мир» Римас Туминас. Это знаете, когда объявляют какую-то новость – не важно, какая она: плохая, хорошая, удивительная, злая, – ты чувствуешь через экран вот эту волну и неверие в то, что сейчас случилось. И как с этой мыслью артисты жили во время спектакля, жили после, это то, о чем я говорил в предыдущем вопросе – умение выстоять в этой специальности, в этом мирке.

Есть ли у вас какие-нибудь увлечения помимо театра?

Да, я до сих пор играю в большой теннис. Тоже очень интересная история. Я начал заниматься большим теннисом по настоянию родителей. Я говорил маме: «Я хочу рисовать, я хочу в художественную школу». Она сказала: «Пойдёшь рисовать, если будешь заниматься теннисом». Мне пришлось пойти на эти условия, я начал и рисовать, и играть в теннис. Потом, естественно, через какое-то время я забросил теннис, потому что понял, что это не мое, и продолжил рисовать. И, как будто по щелчку пальцев, через полтора года я понял, что хочу играть в теннис. Я начал играть в теннис, семь лет подряд я занимался, и мне это очень нравится. Вы не представляете, как там можно снимать стресс! Все то, что ты копишь в себе на работе, в теннисе можешь спокойно, отбивая мячи, выплескивать, и тебе так хорошо! Я мог проводить время на теннисном корте с десяти утра до десяти вечера, и это было просто потрясающе, это было настолько круто, настолько здорово! Еще я люблю вышивать крестиком, давно этого не делал, но мне это нравится. Хотя странно: я вроде бы могу сидеть на месте и долго делать какую-то скрупулезную работу, но, например, картину по номерам недавно себе купил – не смог осилить. Нарисовал двадцать номерков – и все, она лежит на полке заброшенная, под десятисантиметровым слоем пыли. А вот вышивание крестиком, может быть, опять же стресс снимает. Очень много стресса в моей жизни. Мне нравится гулять, но это не хобби. Просто я так люблю проводить свободное время. Его крайне мало, и оно бывает очень редко, но если оно бывает, то я по максимуму пытаюсь взять от этого. Я люблю воду, люблю горы, люблю гулять, общаться с друзьями. Я люблю природу, когда нет дождя, когда не слишком яркое солнце и когда нет ветра, то есть такого практически нет.

Андрей, вы верите в бога?

Мне тема бога очень близка, потому что, мне кажется, без веры невозможно жить, хотя люди могут поспорить со мной. Настоять на своей позиции человек может, но я не соглашусь просто с ней, я скажу: «Да, о’кей, закончим разговор». Для меня бог очень тесно связан с понятием «любовь», и это единственный, кто может любить людей безусловно и принимать их такими, какие они есть, прощать. Для него все вокруг равны. Для человека человек все равно будет какой-то целью. То есть мы смотрим на человека, не важно, в каких мы с ним отношениях: партнерских, дружеских, родственных, мы будем пристраиваться к каждому, а в том-то и суть, что любовь не имеет пристройки, она ко всем едина. То есть любовь к партнеру, к матери, к сестре, к бабушке, к другу должна быть одинакова, поэтому у бога любовь безусловна ко всем. И я верю в любовь только потому, что знаю, что есть бог. Бог – это не как все видят стереотипно седого старичка, находящегося где-то в невесомости, смотрящего на нас, нет. Бог везде: он в сердце, он в душе, он в каждом из нас. Кто-то принимает, кто-то не принимает, но он всегда рядом.

5 коротких вопросов Андрею Смирнову:

1. В свободное время предпочтёте интересную книгу или любимый фильм? Любимый фильм.

2. Классическая театральная постановка или современная? Современная.

3. Скромная жизнь или известность? Известность.

4. Отечественное кино или зарубежное? Зарубежное.

5. Учиться или работать? Учиться.