Радикальный бихевиоризм и буддизм: взаимодополнения и противоречия. Часть 1.
В середине 20-го века Б.Ф. Скиннер развил основы экспериментального анализа поведения, а также философскую концепцию радикального бихевиоризма (Баум, 2005; Скиннер, 1974). Радикальный бихевиоризм стремится сформулировать принципы контроля поведения как животных, так и людей, подчеркивая роль окружающей среды. Эта философия поддерживала науку экспериментального анализа поведения, посредством которой определяются переменные, контролирующие поведение.
Философия буддизма основана на учении Сиддхартха Гаутама в 6 веке до н.э.. Гаутама родился в королевской семье, но отверг социальный статус и пошёл по пути простой жизни. Во время медитаций, Гаутама достиг просветления (стал называться Буддой или "просветленным"). Будда утверждал, что страдания присущи жизни, но их можно избежать посредством надлежащего образа жизни Восьмеричного Пути (Митчел, 2002).
На первый взгляд философия науки и философия религии покажутся разными философскими сущностями. Гулд (1999) предлагал спорную идею о том, чтобы религия и наука оставались взаимоисключающими категориями, не вмешивающимися друг в друга. Хотя эти две области часто разделяются, обсуждение сходства между радикальным бихевиоризмом и религией плодотворней, чем обсуждение различий.
Сравнение Буддизма и Радикального Бихевиоризма
Буддизм и радикальный бихевиоризм создают рамки, которые формируют поведение сторонников (людей, которые описывают себя как последователи философской системы и ведут себя соответственно). Понимание сходства этих двух сущностей даст три результата: во-первых, дополнительные терминологические и концептуальные изменения относящиеся к анализу поведения; во-вторых, прояснение положения среди других философских систем; в-третьих, модель сравнения радикального бихевиоризма и буддизма доступна для сравнения с другими несопоставимыми философиями.
Учитывая обширную историю поведенческой философии и большое количество людей, заинтересованных в восточной философии, удивительно, что эти две системы напрямую сравнили только Уильямс и Баум. Уильямс описал отвержение дуализма в дзен-буддизме и бихевиоризме и прокомментировал акцент дзен-буддизма на устранении абстрактного мышления, что аналогично избеганию менталистичных объяснений и теоретизирования в поведенческом анализе (упрощение теоретического языка до нескольких функциональных терминов вместо сети теорий). Устранение дуализма, доминирующего в разговорной речи характерно для двух филосовских систем, так как различие между субьектом и объектом — бессмысленная классификация в каждой системе. В буддизме индивид связан со средой, в радикальном бихевиоризме организм взаимодействует со средой. Уильямс предположил, что, несмотря на различия между философскими системами, обсуждение сходства между такими школами мысли приведет к их признанию и пониманию.
Баум затронул отказ от концепции субъектности в бихевиоризме и взгляд на концепцию "Я" в бихевиоризме и буддизме. Субъектность определена Баумом как "понятие о том, что действия отделены от естественных событий". Поскольку радикальный бихевиоризм - это философия науки, а наука имеет дело с естественными событиями, радикальный бихевиоризм не имеет объяснений для подобной субъектности. Баум так же критиковал присущий английскому языку дуализм. Он выступал за смешение поведенческой и восточной философий как приемлемый способ представления анализа поведения широкой аудитории: “Если бы радикальные бихевиористы заинтересовались в улучшении собственного публичного образа, можно было бы смешать нью-эйдж с бихевиоризмом и создать респектабельный, приятный образ”. Смешение философий ценно в контексте объединении анализа поведения и широкого культурального контекста.
В настоящей статье новаторский анализ Уильямса и Баума будет отправной точкой для дальнейшего расширения сравнения этих философских систем с целью достижения результатов, описанных выше.
Точки сравнения
Настоящий обзор посвящен трем пунктам: соответствие целей, концепция человеческого существования и прагматические результаты следования философии. Эти темы ранее не обсуждались в литературе по анализу поведения.
Соответствие целей. Скиннер расширил ранние поведенческие взгляды, подчеркивая роль предсказания и контроля поведения, а философия радикального бихевиоризма обеспечила достижение этих двух целей. С помощью экспериментального анализа Скиннер полагал, что существует возможность определить основополагающие принципы поведения за пределами видов. В его концепции окружающая среда - важный фактор поведенческого контроля. Податливость поведения изменению последствий среды приводит к тому, что поведение (как людей, так и животных) поддается изменению. Это приводит к возможным масштабным социальным переменам. Как писал Скиннер: “Основные проблемы, стоящие сегодня перед миром, будут решены только в том случае, если мы улучшим наше понимание человеческого поведения”. После того, как цели прогнозирования и контроля достигнуты, соответствующие технологии используются для социально желательных изменений, и, в конечном итоге, улучшения жизни человека.
Буддизм — философия религии, но к нему применима научная основа. Ратанакул (2002) высказал мнение, что центральное место в этой философии занимает порядок существования и его познание. Мир упорядочен в том смысле, что содержит систематичные отношения между элементами, которые возможно выразить в принципах описания и контроля этого порядка. Рассел утверждал, что наука представляет собой систему, в которой факты о мире связаны друг с другом законами для предсказания явлений или событий. Рикард и Тхуан (2001) писали, что “буддизм - наука просвещения”, где философские основы предусматривают упорядоченную систему законов и принципов, применяемых к жизни последователей для предсказания и повышения вероятности появления будущих событий:
Цель буддизма состоит не в том, чтобы узнать о мире явлений ради них самих, а чтобы через понимание истинной природы физического мира (пустоты и взаимозависимости) развеять туман невежества к просветлению (c. 276).
В основе буддизма лежит принцип о том, что страдания присущи миру. Соблюдение правил Восьмеричного пути выявляет непостоянную и взаимозависимую природу всего сущего, позволяя избежать страданий (т.е. достичь просветления - свободы от страданий и исчезновения индивидуального существа). Непостоянство трактуется как "состояние постоянного изменения и отсутствия статических сущностей". Взаимозависимость - концепция, согласно которой все сущее во Вселенной связано: действия одного человека приводят к последствиям для всего остального.
Некоторые модели поведения, предписанные Восьмеричным путем, сосредоточены на взаимодействии человека с окружающим миром. Например, правильным действием будет непричинение вреда. Как только человек становится просвещенным, его привязанность к миру прекращается, так же как тяга к вещам и страдания. Несмотря на различия объектов - жизнь индивида против поведения организма — буддизм и радикальный бихевиоризм подчеркивают получение и последующее применение знаний для процветания общества.
Основополагающие принципы, ведущие к нирване (окончанию страданий), изложены в Восьмеричном пути: правильное воззрение, устремление, речь, поведение, образ жизни, усилие, осознанность и сосредоточение. Эти законы выведены из размышлений Будды о человеческом поведении и медитации о том, как положить конец привязанности и страданиям. Ратанакул утверждал, что Буддизм предназначен для поиска истины, которая устранит человеческие страдания и впоследствии улучшения жизни человека. Как видно из труда Скиннера «За пределами свободы и достоинства» (1971), он согласился бы с тем, что улучшения жизни человека - цель науки о поведении. Скиннер прокомментировал проблемы, стоящие перед современным миром: “Нам необходимы технологии поведения, чтобы предотвратить катастрофу, к которой мир неумолимо движется”. Таким образом, Скиннер считал, что применение технологий поведения необходимо для улучшения жизни людей и сохранения мира для будущих поколений. Как последователи буддизма применяют Восьмеричный путь для улучшения жизни человека, так и последователи бихевиоризма применяют технологии для улучшения жизни людей.
Концепция человеческого существования. Для буддистов "Я" определяется контекстом, что отвергает представление о себе как о самостоятельной сущности, отдельной от окружающей среды - различие между "Я" и "другие" иллюзорно. Буддизм называет истинное состояние действительности "пустотой" или отсутствием внутреннего существования. Ауробиндо комментировал многочисленные влияния на "Я", включая влияние физической и социальной среды. Контекст имеет решающее значение для понимания индивида; без этого контекста, никакого "Я" нет и в помине.
Однако, буддисты используют понятие "Я" как функциональный ярлык для понятия "индивид" . Истинное я - это "человек в его взаимоотношениях", концепция "взаимозависимого возникновения" (Янг, 2005). Взаимозависимое возникновение описывает взаимосвязь всего: ничто не может существовать независимо от всего остального. В таком случае, изучая "Я", следует говорить только о "Я" по отношению ко всему остальному, что происходило или происходит. Информация о себе (или характеристики себя) понятна только через анализ окружения, в котором она концептуализирована (например, отношение индивида с другими). В конечном счете, когда человек достигает просветления, концепции теряют свою ценность. Цель нирваны, иначе говоря, состоит в том, чтобы избавиться от чувства привязанности к иллюзорным и непостоянным вещам. Как только осознается непостоянная (т.е. контекстно-зависимая) природа вещей, возможно достичь высокого состояния бытия (т.е. просветления). Эта концепция "я"отличается от традиционного Западного взгляда на это понятие как на самостоятельную сущность, действующую в пределах среды, но в конечном счете свободную субъектность.
Концепция "Я" с точки зрения анализа поведения также отличается. Скиннер (1953) описал "Я" как "организованную систему реакций". Он прокомментировал роль окружающей среды в контроле поведения индивида, дополнительно поддержав идею о том, что "Я" не является самостоятельной сущностью. Например, он утверждал, что поведение разнится при разговоре с семьей и близкими людьми в зависимости от дискриминативного контроля, которому он подвергается в обоих случаях. Как писал Чьеза (1994) «"Я" есть свойство культурного мышления, а не онтологической реальности ... "личность" или "Я" в западном контексте отличается от поведения и этот взгляд имеет первостепенную важность». Согласно радикальному бихевиоризму описания себя можно заменить описанием поведения, не теряя при этом глубины смысла. В радикальном бихевиоризме, как и в буддизме, понятие "Я" зависит от контекста среды, что ставит эти философские системы в оппозицию с Западной концепцией.
Буддийская концепция "Я" согласуется с радикальным бихевиоризмом и в других отношениях. Например, рассмотрение "Я" в его контексте устраняет возможность существования независимого причинного агента под кожей. Уильямс предположил, что бихевиоризм и буддизм “интегрируют человека в окружающую среду, преодолевая расщепление на субъект и объект”. Таким образом, функциональная единица поведения вытесняет дихотомию между организмом и окружающей средой - функциональное определение "Я" заменяет структурное определение. Как дисциплина, анализ поведения преимущественно касается функциональных, а не структурных единиц. Слово "функция" описывает связь между поведением и его последствиями; слово "структура" относится к топографии поведения. Оперант, основная функциональная единица поведения, иллюстрирует важность функциональных единиц в анализе поведения. Благодаря манипулированию событиями окружающей среды, вероятность возникновения поведения изменяется (как в случае с подкреплением, где поведение более вероятно произойдет в будущем). Например, Смит, Фоллмер и Пипкин (2007) подчеркнули полезность функционального анализа проблемного поведения людей с нарушениями развития и предположили, что использование функциональной терапии было плодотворнее, чем использование методов лечения, основанных только на топографии. Именно функциональная природа операнта допускает возможность прогнозирования, контроля и изменений.
Вербальное поведение, связанное с описанием себя как сущности, относится к функции, а не к топографии, и эта функция зависит от контекста. Описания "я" - это описания взаимодействия человека с окружающей средой. Не предполагается никакой конкретной топографии "Я"; для обратного предположения потребуется присутствие агента, подобного гомункулу, обитающему внутри индивидуума. Скиннер отметил, что "Я" "в лучшем случае репертуар поведения, предоставленный организованным набором последствий”. Таким образом, в радикальном бихевиоризме репертуар поведения вытесняет любого внутреннего агента. Баум также прокомментировал это понятие, указав, что описание себя является описанием набора поведения.
Несмотря на устранение независимого от среды "Я", буддисты сохраняют понятие свободной воли. Ратанакул говорит о том, что буддизм требует свободы воли, без которой освобождение от жизненного цикла невозможно. Свобода воли позволяет человеку достичь конечной цели - избавления от страданий. Без свободной воли люди избежать страданий невозможно. В рамках полностью детерминированного мировоззрения действия индивида никогда не приведут к нирване. Параллельный аргумент отмечен в христианстве, где люди выбирают конкретные пути для достижения спасения. Человек несет личную ответственность за собственные действия, чтобы в конечном итоге избежать страданий. Однако при ближайшем рассмотрении понятие свободной воли в буддизме и детерминизме анализа поведения имеют функциональные параллели.
Вторая часть статьи затрагивает свободу воли, карму и прагматические результаты философий, включая создание эгалитарных общин в рамках радикального бихевиоризма.
Перевод Анны Войтовой.