Почему никто так и не извинился перед Майклом Джексоном? Телефонные звонки Эвана Чандлера.
Автор Джаэль Рукер
В прошлый раз мы рассмотрели период времени - июнь 1993 года, поскольку он относится к временной шкале событий, связанных с Чандлерами. Мы также знакомы с событиями, которые произошли в мае, поэтому сделаем краткий обзор июня и начнем с нового сегмента. Итак, 9 июня прошло примерно десять дней после того, как Эван Чандлер заявил, что он «видел», как Майкл «обнимал» его сына Джордана. Несмотря на свои многочисленные подозрения, Эван не сообщил об этом инциденте властям, а также матери Джордана, Джун, и его отчиму, Дэйву. На самом деле, Эван даже признался в книге своего брата Рэя Чандлера «Всё, что блестит», что он не был «полностью уверен», было ли это «обнимание» просто плодом его «паранойи».
Именно в этот день, 9 июня, Эван поговорил с Джорданом и Джун по отдельности на семейном мероприятии (и никому из них не сказал о том, что он якобы «увидел»). Эван сказал Джордану, что не позволит ему отправиться с Майклом во вторую часть тура Dangerous (как он сам признался, он ревновал), и заявил, что он «знает, что происходит», но не уточнил, что именно. В разговоре с Джун, вместо того, чтобы сказать ей, что он «увидел», Эван предположил, что Джордан может быть геем, без каких-либо объяснений. Поскольку Джун ответила, что ей все равно, гей их сын или нет, Эван разозлился и пришел к выводу, что она «должно быть знает» и «ей все равно», что Джордан и Майкл «занимаются сексом».
Как он пришел к такому выводу?... мы до сих пор не знаем, но, несмотря на это, он не рассказал ни полиции, ни Джун, ни Дэйву о том, что он якобы «видел». На за помощью Эван все же обратился - к адвокату по имени Барри Ротман (который был пациентом его стоматологической клиники), которого он позже описал как «самого мерзкого сукина сына, которого я смог найти».
Месяц июнь завершился тем, что Джордан отказался звонить отцу (даже в День отца), и это побудило Эвана оставить угрожающее сообщение сыну и бывшей жене. Итак, мы добрались до июля, который начнем с разбора печально известных телефонных разговоров между Эваном Чандлером и вторым мужем Джун, Дэйвом Шварцем.
Но прежде чем мы начнем, я хочу рассмотреть несколько распространенных тем хейтеров Майкла. Некоторые из них утверждали, что слова и весь образ мыслей Эвана были вызваны гневом из-за того, что «Джексон растлил его сына». Это неправда, исходя из временной шкалы, указанной Чандлерами в их собственной книге. Эти разговоры датированы 8 июля 1993 года, то есть они произошли до весьма сомнительного «признания Джордана в совращении» (мы скоро к этому вернемся). Во время этих разговоров Джордан все еще поддерживал Майкла и не имел дел со своим отцом. Кроме того, как я только что упомянула, сам Эван сомневался, были ли его выводы «паранойей», якобы поэтому он и не задокументировал то, что видел. Короче говоря, у Эвана все еще нет точного подтверждения «совращения» во время этих разговоров.
Кроме того, некоторые пытались утверждать, что в этих разговорах Эван только пытался получить опеку над Джорданом вместо Джун. Это тоже неправда. Если бы это было так, Чандлер не был бы так зол на Майкла. Например, Эван упоминает в разговорах, что «карьера Джексона будет разрушена». Как связаны карьера Майкла и опека Джун над Джорданом? Если Эван чувствовал, что ему нужно получить опеку над Джорданом из-за Майкла, то он мог бы просто… подать документы в суд. Майкл в любом случае не участвовал бы в битве родителей за опеку над сыном (только если бы его не попросила об этом одна из сторон). Более чем очевидно, что опека над сыном была лишь меньшей частью плана Эвана, чтобы вымогать деньги у Майкла, несмотря на то, что у него не было подтверждения его подозрений и сотрудничества с кем-либо из других участников событий (включая предположительно подвергшегося растлению ребенка) во время этих разговоров.
Еще один аргумент хейтеров заключается в том, что эти разговоры были отредактированы таким образом, чтобы Эван выглядел «вымогателем». Якобы они фокусируются только на определенных частях. Хотя в аудиоформате доступны только отрывки разговоров, полные стенограммы доступны онлайн уже много лет. Я буду фокусироваться на отдельных частях этих разговоров, но вы можете прочитать все стенограммы полностью.
[Примечание: с данным материалом вы можете ознакомиться в статьях "Разговор между Эваном Чандлером и Дейвом Шварцем", в первой части есть ссылки на последующие части.]
В этой статье я буду использовать стенограммы вместе с хронологией, предоставленной сайтом The Michael Jackson Allegations, поскольку я считаю их хронологию наиболее полной из имеющихся.
Прежде чем мы начнем, я хочу отметить сообщение, которое Эван, согласно книге Рэя Чандлера «Все, что блестит», оставил Джун и Джордану 7 июля, за день до данных телефонных разговоров. Это сообщение содержит еще одну угрозу:
«Сегодня среда, 7 июля. Джун, обязательно передай это сообщение Майклу и Джорди. Я повторяю, Джун, обязательно передай! Вы все трое несете ответственность за то, что происходит. Никто не является нейтральной стороной. Поскольку Джорди неоднократно отказывался отвечать на мои телефонные звонки, это будет моя последняя добровольная попытка общения.
Я буду у вас дома в Сан-Лоренцо в эту пятницу, 9 июля в 8:30 утра. И поверьте мне на слово, для вас нет ничего более важного, чем присутствие на этой встрече». [1; страница 62]
Теперь перейдем к разговорам.
Телефонные разговоры Эвана Чандлера и Дэйва Шварца — 8 июля 1993 г.
Дата 8 июля означает, что прошел почти месяц с того дня, как Эван поговорил с Джун и Джорданом на семейном мероприятии, и почти месяц с того дня, как Эван впервые начал консультироваться с Ротманом. Хотя Эван до сих пор никому не сообщил о своих «подозрениях» или о чем-либо, что он якобы «увидел», на данный момент ясно, что Джун и Дэйв не просто с подозрением относятся к его действиям, но и сообщили об этих подозрениях Майклу, поскольку они начали работать с его частным детективом Энтони Пелликано.
Эти записи разговоров (которые они передали Пелликано на следующий день) являются результатом их совместной работы. Некоторые также задаются вопросом, было ли законным то, что Пелликано попросил Шварца записать разговор с Чандлером без его ведома. Ответ на это - да.
Дело в том, что в Калифорнии законно записывать разговор для сбора доказательств вымогательства. И поскольку Эван угрожал Джун и Джордану по телефону, Дэйв имел право на основании этого законно сделать запись, поскольку это были его жена и пасынок.
Теперь, когда мы с этим разобрались, я позволю говорить Эвану. Скриншоты взяты из стенограмм с сайта The Michael Jackson Allegations.
Ещё раз отмечу, что на момент этих записей Эван не получил «признания» от своего сына (который не хотел с ним разговаривать), и не смог подтвердить (и никогда не сможет), что объятия, которые он якобы видел, не были его «паранойей», потому что он не задокументировал и никому не сообщал об этом инциденте. Так что нет никакого способа доказать, что его слова в этот момент основывались на фактах.
Ещё, я хочу, чтобы вы помнили, что Джордан, «обиженный» сын, за благополучие которого он «борется», включен в эти самые угрозы. Вспомните, что именно он сказал в своем сообщении днем ранее:
«Сегодня среда, 7 июля. Джун, обязательно передай это сообщение Майклу и Джорди. Я повторяю, Джун, обязательно передай! Вы все трое несете ответственность за то, что происходит. Никто не является нейтральной стороной».
Поэтому, когда он говорит что: «Он (Ротман) собирается уничтожить их всех», и «будет приятно увидеть, как все будут уничтожены» — он имеет в виду и Джордана. Почему он хотел, чтобы его «обиженный» сын был «уничтожен»? Как указывает сайт Michael Jackson Allegations, Эван ясно дает понять, что «они» уничтожили его. Что именно Джун, Джордан и Майкл сделали с Эваном? Как они «уничтожили его»?
Двигаемся дальше…
Обратите внимание, что Эван ни разу не обсуждает благополучие своего якобы «совращенного» сына. Вместо этого вы слышите, как он говорит: «Будет бойня, если я не получу того, что хочу». Поскольку Эван обратился не в полицию, к Джун или Дэйву, а к адвокату, очевидно, что он хочет денег, а также известности и мести. И поскольку Джордан в этот момент не сотрудничает с Эваном, он тоже стал объектом его гнева.
Эван тут везде и всюду. С одной стороны, он утверждает, что их «жизнь окончена» (включая Джордана), если они «не поговорят с ним», но затем заявляет, что он пытается сделать «то, что лучше для моего сына». Как связаны эти два чувства? Кроме того, Эван, похоже, забыл о своем разговоре с Джун после семейного мероприятия, где она назвала его ужасным отцом (после того, как он набросился на нее за ответ, что ей все равно, гей ли Джордан). Так что совсем недавно одна из сторон (Джун) сказала ему, что его поведение было «неправильным», мягко говоря.
Эван также удобно умалчивает о том, что ему еще предстоит сообщить всю глубину своих подозрений Джун, Джордану и самому Дэйву, без странно сформулированных заявлений и вопросов, которые не несут никакого контекста.
Эван говорит: «У меня есть доказательства». Но таких доказательств нет. На данный момент у него нет «признания» Джордана, нет никаких подтверждающих улик... у него нет ничего. Следует также отметить, что после того, как против Майкла было начато уголовное расследование по этому делу, никаких «доказательств» от Эвана так и не появилось.
А что касается Майкла, якобы вставшего между Эваном и семьей, Эван не был хорошим отцом, по словам самой Джун, она признала это в своих показаниях во время уголовного процесса в 2005 году. Так как же именно Майкл «встал между ними»?
Это Эван лжет, хотя заявляет, что лгут ему.
Обратите пристальное внимание ещё вот на что. Эван говорит: «Я получу все, что хочу, и они (имея в виду и Джордана тоже) будут уничтожены навсегда. Они будут уничтожены. Джун потеряет Джорди. У нее не будет права когда-либо снова его увидеть». И когда Дэйв спрашивает «поможет ли это Джорди?», Эван отвечает, что для него это «не имеет значения». Хм, Эван и правда очень «обеспокоен» благополучием своего «совращенного» сына, не так ли? Почему сын включен в число людей, которых Эван хотел уничтожить, если он был всего лишь жертвой?
К тому же у него нет таких «доказательств».
Это не имеет никакого смысла. Любой разумный профессионал спросит, сообщил ли Эван в полицию после того, как якобы стал свидетелем «совращения» своего сына Майклом. Иногда полиция не предпринимает надлежащих действий, и бывает трудно обвинить кого-то, если у вас нет конкретных доказательств, но в этой ситуации все было не так. Эван даже не пытался обратиться в полицию. По словам его брата, он вернулся в постель и ничего никому не сказал. На самом деле, он до сих пор не сделал ничего из вышеперечисленного и не предупредил мать мальчика.
Итак, Эван просто решил, что пойдет по пути, предложенному адвокатом, «мерзким сукиным сыном». А адвокат увидел возможность огромного заработка, потому что имя, о котором идет речь — Майкл Джексон. Кроме того, на момент этих разговоров Эван все еще не обращался ни к психологу, ни к психиатру, ни к терапевту. Упоминаются такие имена, как Кэрри Фишер и дерматолог Майкла Арнольд Кляйн, но годы спустя в своей автобиографии (которую я цитировала во вступительной статье о Чандлерах) Фишер ясно дала понять, что была не очень высокого мнения об Эване (и не считала Майкла растлителем), а Кляйн, согласно книге Рэя, сказал Эвану, что ему не о чем беспокоиться.
Еще больше лжи от Эвана о том, насколько «близкими» они были как семейная ячейка. Он ясно дает понять, что «винит всех троих» (Майкла, Джун и Джордана). О, и у нас есть еще один случай, когда Эван расстроился из-за того, что с ним сделали. А что именно с ним сделали? И как Майкл мог разрушить семью, которая уже была разбита? Если бы их семейная ячейка была такой крепкой, Джун наверняка не умоляла Эвана проводить больше времени со своим ребенком, не так ли?
Но... Эван, все могло бы быть по тому же сценарию, если бы ты сообщил в полицию о своих подозрениях и рассказал Джун о предполагаемых «обнимашках». Почему ты этого не сделал?
Мы это уже проходили. Никаких подобных доказательств на каком-либо этапе этого дела представлено не было.
Как упоминалось в предыдущих главах, Джун оспаривала это в суде, утверждая, что на самом деле это Эван предложил Майклу жить с ними и финансировать постройку дополнительного крыла в его доме. Кроме того, Джордан не просто «мог бы жить» с Эваном, Джун была законным родителем-опекуном с юридическим соглашением относительно того, когда Джордан должен проводить время со своим отцом. Эвану пришлось бы либо подать заявление на полную опеку, чтобы судья принял окончательное решение, либо Джун пришлось бы юридически отказаться от своих прав.
Ах... еще одна клевета на «совращенного сына», который в тот момент защищал Майкла и не разговаривал с отцом.
Согласно книге Чандлера, Эван не консультировался ни с одним настоящим «экспертом» на тот момент. И разве он не сказал ранее, что для него «не имеет значения», повредит ли уничтожение виновных (включая его сына) Джордану?
Так почему же ты тогда не пошел в полицию, Эван? Кроме того, у тебя были «подозрения» с того дня, как ты встретил Майкла, и если Майкл был таким «плохим для Джордана», почему ты попросил его профинансировать постройку дополнительного крыла своего дома и жить с тобой? И почему ты позволил ему остаться на выходные у тебя дома?
Единственный раз, когда Эван говорит правду в этих беседах.
Бинго! Вот и все. Эван чувствует, что его «вычеркнули», и единственной причиной этого видит то, что Джордан и Майкл делали «определенные вещи, которые он считал нехорошими» (а не из-за его собственного поведения).
Теперь мы добирались до сути. Несмотря на то, что на тот момент прошло меньше двух недель с первой встречи Эвана и Майкла, он уже поговорил с ним, чтобы «рассказать, чего он хочет от этих отношений».
Что???
Если вы окажетесь в ситуации, когда кто-то с самого начала скажет вам, чего он «хочет» от едва существующих отношений с вами, вы тоже сбежите от этого человека... верно?
Майкл именно так и поступил. Он перестал общаться с Эваном, и Эван был зол из-за этого. Еще больше его разозлило то, что Майкл по прежнему общался с Джун, Джорданом и Лили, они все собирались отправиться с ним на второй этап тура Dangerous. Вот что «сделали» с Эваном, и почему он был так зол на Майкла, Джун и Джордана.
В ходе расследования против Майкла эта запись так и не была представлена.
На этом мы пока закончим... На данный момент нет никаких доказательств, никаких «признаний» от Джордана, никаких обращений в полицию. Эван не рассказал Джун, Майклу, Дэйву, и даже Джордану, если на то пошло, что он «видел» той ночью. Он не консультировался ни с одним настоящим специалистом по растлению детей, но работал с адвокатом над «планом», от которого не собирался отступать. И все потому, что Майкл перестал с ним общаться, и его «оставили в стороне».
Далее мы рассмотрим, что происходило после того, как записи этих разговоров были переданы адвокатам Майкла.
Продолжение следует…