Почему никто так и не извинился перед Майклом Джексоном? Таинственное «признание» Джордана Чандлера.
Автор Джаэль Рукер.
В прошлый раз мы говорили о событиях начала июля 1993 года, произошедших после записи разговоров между Эваном Чандлером и Дэйвом Шварцем. Дэйв записал эти разговоры для частного детектива Майкла Энтони Пелликано, чтобы помочь доказать планы Эвана по вымогательству. В этот конкретный момент времени Джун тоже представлял Пелликано (что она признает в своих показаниях на суде в 2005 году), и на следующий день после разговоров Джун и Дэйв передали ему эти записи.
Примерно в то же время Пелликано встретился с Джорданом (что Джун также подтвердила в суде), чтобы расспросить, совращал ли его Майкл каким-либо образом, на что Джордан категорически ответил отрицательно. 11 июля Джордана отправили на неделю к отцу, и именно тогда произошел поворот событий.
На следующий день, 12 июля, Эван заставил Джун подписать документ, подготовленный его адвокатом Барри Ротманом, который запрещал ей увозить Джордана из Лос-Анджелеса и позволять ему видеться с Майклом. Эван угрожал не вернуть Джун сына, если она не будет сотрудничать.
В этом документе также было условие, по которому Джун отказывалась от $68804, которые Эван должен был выплатить в качестве алиментов. Два дня спустя, 14 июля, Эван Чандлер и его адвокат Барри Ротман связались с психиатром из Беверли-Хиллз доктором Матисом Абрамсом по поводу «гипотетической ситуации» (которую они выдумали) в отношении растления малолетнего (при этом даже не организовав встречу Джордана с психиатром), чтобы получить от него письмо с заключением, что растление было «возможно». Что касается Джордана, мы знаем, что этот сценарий — ложь, поскольку на тот момент Джордан все еще защищал Майкла и не «признался» Эвану. Более того, Эван лгал, утверждая, что у него есть «доказательства» того, что Майкл совратил его сына. Никаких «доказательств» Эван так и не представил ни на одном этапе расследования против Майкла.
Голова кружится? Далее все становится еще более головокружительным. Сегодня мы рассмотрим сомнительные обстоятельства «признания» Джордана Чандлера в растлении своему отцу Эвану.
Я снова буду использовать временную шкалу, предоставленную сайтом The Michael Jackson Allegations, поскольку считаю ее наиболее полной, и книгу Рэя Чандлера (брата Эвана Чандлера) 2004 года «Все, что блестит».
Давайте подробнее рассмотрим события 16 июля.
Таинственное «признание» Джордана Чандлера.
Итак, 16 июля 1993 года - на следующий день Джордан должен был вернуться к своей матери Джун после того, как провел неделю с отцом. Я хочу повторить, что вплоть до этого самого момента (включая даты с 11 по 15 июля) Джордан защищал Майкла и не подтвердил никакого «совращения». Это признают даже Рэй/Эван в своей книге.
Тем не менее, Эван случайно решает за день до того, как он должен отвезти сына обратно к матери, вырвать у него молочный зуб. Для этой процедуры Эван снова зовет своего анестезиолога Марка Торбинера, чтобы тот «помог» ему.
Пауза…
Давайте немного освежим память. Мы впервые встретились с Торбинером во время выходных, когда Майкл останавливался в доме Эвана. Тогда Майкл, недавно перенесший очередную операцию на голове, жаловался на сильную головную боль, от которой не помогали безрецептурные лекарства. В результате Эван позвонил Торбинеру, чтобы тот приехал, и вместе они ввели Майклу то, что, по словам Эвана, было двумя 30-миллиграммовыми дозами обезболивающего препарата Торадол. Несмотря на то, что 60 мг Торадола соответствовали нормальному диапазону доз, а Майкл принимал более сильные лекарства, у него в итоге возникла необычная реакция, из-за которой он едва мог соображать, был расслабленным и заторможенным.
Эта реакция была весьма подозрительной, как мы обсудили ранее, особенно учитывая заявление Эвана, что первая инъекция Майклу в 30 мг была неэффективна. Если первая доза была неэффективна, маловероятно, что вторая доза, все еще попадающая в нормальный диапазон дозировки, может привести в бессвязное состояние. Я считаю, что Эван либо ввел Майклу дозу, намного превышающую 60 мг, либо ввел другое (и гораздо более сильное) лекарство, чтобы привести его в такое состояние.
Итак, возвращаемся к дате 16 июля, когда Эван в присутствии Торбинера вырывает Джордану зуб.
Но сначала давайте вновь остановимся…
Я решила провести небольшое исследование того, как выглядит нормальный процесс удаления зубов у подростка. Согласно Bloomfield Pediatric Dentistry, удаление молочных зубов не сильно отличается от удаления зубов у взрослых, и это тем более верно для Джордана, поскольку ему в то время было 13 лет (то есть он уже не был маленьким ребенком).
Кроме того, «удаление зубов обычно проводится под местной анестезией — безопасным мембраностабилизирующим препаратом, который устраняет боль, вызывая онемение пораженной области и не вызывая потери сознания».
Что касается типов анестезии и седации, то, по данным Healthy Children, существуют различные уровни, на выбор.
Для детей постарше рекомендуется начинать с легкой анастезии, когда они бодрствуют, но в результате не могут вспомнить события медицинской процедуры. Организация также заявляет, что стоматологи и челюстно-лицевые хирурги могут давать эти лекарства во время выполнения стоматологической работы, поскольку ребенок остается бодрствующим. При умеренной анастезии дети более сонливы и обычно способны делать то, что просит их стоматолог или челюстно-лицевой хирург. Они также могут ничего не помнить о процедуре.
Под глубокой анастезией внутривенно (IV) вводятся лекарства, чтобы ребенок спал во время процедуры, а под общим наркозом ребенок полностью спит и не чувствует боли. Оба варианта обычно приводят к тому, что ребенок также не помнит медицинскую процедуру.
Сразу скажу, что я сомневаюсь, что Чандлеры говорят правду об этой процедуре (я объясню), но предположим, что все происходит именно так, как они говорят.
Мы никогда не узнаем, была ли ситуация с зубами Джордана достаточно серьезной, чтобы подвергнуть его дополнительной анестезии, но послужной список Эвана в этом отношении, мягко говоря, не очень хороший (в 90-х пациент подавал на него в суд, утверждая, что Эван вводил ему наркотики, о чем мы рассказывали ранее).
Вернёмся к процедуре удаления зуба у Джордана. Согласно книге Рэя Чандлера, после того, как Джордан вышел из состояния анастезии, Эван надавил на него, чтобы он «признался» и подтвердил «подозрения» относительно Майкла, которые Джордан по-прежнему отрицал.
Пауза…
Объясню, почему у меня есть сомнения относительно того, происходили ли эти события на самом деле. Как мы только что рассмотрели, хотя анестезия для стоматологических процедур не должна оставлять пациента без сознания, даже легкая анестезия (когда вы бодрствуете) может заставить забыть элементы процедуры, которую вы только что перенесли. Более глубокая анестезия еще больше увеличивает эту вероятность, наряду с затяжной сонливостью и, возможно, другими физическими эффектами, такими как тошнота и головные боли.
Более того, по данным New Vision Dentistry, может пройти от 12 до 24 часов, прежде чем пациент полностью вернется к нормальной жизни.
По данным клиники Кливленда, после подобной процедуры не следует пользоваться такси или услугами попутчиков, чтобы вернуться домой, из соображений безопасности.
Вот почему я задаю вопросы Эвану. Если после такой анастезии вы можете не помнить о проведенной медицинской процедуре, и вам не следует ехать домой на машине, потому что вы не полностью бдительны, то как вы можете делать какие-либо признания или говорить о чем-либо в таком состоянии? Конечно же, Эван, будучи стоматологом, знал об этих эффектах. Так какой смысл вообще задавать вопросы Джордану в таком состоянии?
Но смысл есть, если Эван решил воспользоваться этим состоянием Джордана, чтобы манипулировать им и получить ответ, который он «хотел», понимая при этом, что его сын даже не помнил, что произошло 45 минут назад во время самой медицинской процедуры.
Вот как происходил этот разговор согласно книге Рэя, отрывки из которой были взяты с сайта The Michael Jackson Allegations. Эван начал с того, что солгал Джордану и сказал, что его комната прослушивается:
По словам Рэя/Эвана, Джордан был «молчалив» и «казалось, не впечатлен», поэтому Эван сменил тактику и сказал ему, что быть бисексуалом — это нормально и «в каком-то смысле даже круто».
Это тоже не сработало... Тогда Эван вернулся к своей естественной агрессивной, угрожающей манере.
И вот тогда Джордан, по-видимому, «признался»:
Как вы можете видеть, это предполагаемое «признание», по словам Чандлеров, произошло посредством почти неслышимого «да».
Пауза…
Давайте на секунду обратимся к официальному словарю.
В словаре неслышимый подразумевает то, что «невозможно услышать», и если кто-то говорит то, что «невозможно услышать», как вы можете быть на 100 процентов уверены, что то, что вы «услышали», было верным? Как минимум, вы попросите повторить сказанное, но в книге Рэя утверждается, что Эван «никогда больше не говорил об этом с Джорданом» после данного «признания».
Это очень странно, особенно с учетом того, что Эван был так сильно погружен в свои «подозрения» в течение почти двух месяцев. Таким образом, Эван наконец получил желаемое «да» - и не попросил дополнительных подробностей? Это так же спорно, как и то, что он якобы застал Майкла «обнимающим» Джордана ночью в постели, и… вернулся спать, ничего не задокументировав и никому не сообщив об этом.
Мало того, Чандлеры снова загнали сами себя в угол своими собственными словами. Если этот разговор был полностью выдуман, значит Чандлеры лгут. Если этот разговор действительно произошел сразу после анастезии Джордана, то нам следует задаться вопросом: не использовал ли Эван состояние Джордана, зная о побочных эффектах, связанных с процедурой, которую он провел, чтобы манипулировать им и получить нужный ему ответ? Вам также следует задаться вопросом, «услышал» ли он Джордана правильно, и почему он больше никогда не спрашивал сына о «растлении». Если разговор произошел без проведения процедуры вообще (или если Джордан был в «нормальном» состоянии), то Эван по сути угрожал Джордану, используя свою предыдущую тактику Джекила и Хайда и говоря, что ему нужно «спасти Майкла», после того как Джордан не дал ему ответа, который он хотел услышать. И Эван, опять же, так и не проверил то, что он «услышал».
В следующий раз мы рассмотрим события, произошедшие после этого загадочного «признания».
Продолжение следует…