Как Ричард Моррисон из «Таймс» возрождает расистские стереотипы для нападок на Майкла Джексона.

Источник.

Некогда имя Ричарда Моррисона имело определенный вес в культурной критике. Теперь же он скатился до перепечатки клеветнических статей из таблоидов, замаскированных под моральное возмущение. Его недавняя обличительная статья против биографического фильма о Майкле — это не критика, а заказная атака, прикрытая запятнанными одеждами ложной добродетели.

Моррисон жалуется, что фильм «обеляет» Майкла и превращает его в «святого». Он насмехается над миллиардными кассовыми сборами, как будто общественное признание является доказательством общественной глупости. Он проводит ложные, клеветнические параллели между Майклом, Дж. М. Барри и Бенджамином Бриттеном, как будто необоснованные обвинения и подлинная сложность могут быть сведены к одному уродливому эквиваленту. И он возрождает расистские стереотипы, чтобы атаковать Майкла.

Это не журналистика. Это культурное банкротство, маскирующееся под совесть.

Опровержение заблуждений Моррисона:

Заблуждение № 1: «У Джексона были отношения с детьми, которые, безусловно, были неуместными и, скорее всего, носили характер насилия».

Безусловно? Скорее всего? Моррисон не приводит никаких доказательств, потому что у него их нет. Дело Майкла расследовало ФБР. Его судили, и он был оправдан по всем пунктам обвинения. Судебный процесс 2005 года длился несколько месяцев; присяжные совещались несколько дней и признали его невиновным по всем предъявленным обвинениям. Моррисон выдает утверждения за факты, а намеки — за доказательства. Это неэтично. Это клевета под видом подразумевания.

Заблуждение №2: «Фильм изначально задумывался как поверхностная, приторно-сладкая песенка для совместного пения».

Моррисон признает, что не видел фильм, и отказывается оценивать его с точки зрения его сути. Биографический фильм о Майкле воспевает его художественный гений, то самое, что сделало его королем поп-музыки. Грех ли чествовать творчество человека? Должна ли каждая биография быть обвинительным заключением? Моррисон требует, чтобы фильм существовал только для подтверждения его предрассудков. Это не критика - это нарциссизм.

Заблуждение №3: Ложные параллели — Майкл, Барри и Бриттен «одинаковы».

Это самый интеллектуально нечестный поступок Моррисона. Барри фотографировал мальчиков обнаженными. Бриттен брал к себе в постель мальчиков-подростков. Майкл был оправдан в суде. И все же Моррисон объединяет их в одну кучу, как будто «обвинение» и «убеждение» взаимозаменяемы. Это моральная лень, замаскированная под смелость. Она не требует размышлений, только самодовольного удовлетворения от осуждения с безопасного расстояния.

Заблуждение №4: «Общественность закрывает глаза на ужасное поведение».

Общественность ничего не «упускает из виду». Общественность взвесила доказательства, материалы ФБР, судебные протоколы, меняющиеся показания обвинителей, отсутствие вещественных доказательств и пришла к выводу, который Моррисон считает неверным. Он принимает свою собственную уверенность за истину.

Заблуждение № 5: «Влиятельные американские корпорации распространяют дезинформацию среди молодежи».

Это чистая фантазия. Миллиардные кассовые сборы — это не «дезинформация», это общепринятое мнение. Моррисон не может понять, что миллионы людей, включая молодых поклонников, впервые открывших для себя музыку Майкла, видят то, что он отказывается видеть: выдающегося артиста, чье наследие затмевает тот цирк таблоидов, который его преследовал.

Урок истории: расистские корни «Waco Jacko».

Моррисон использует оскорбительное прозвище «Waco Jacko» с неприкрытой жестокостью, как будто это прозвище, а не оружие. Давайте его просветим.

Термин «Jacko» восходит к «Jacko Macaco», имени известной обезьяны, использовавшейся в соревнованиях по травле обезьян на Вестминстерской ярмарке в Лондоне в начале 1820-х годов. «Jacko» или «Jacko Macaco» стали сленгом для обозначения обезьян или человекообразных обезьян. К 1950-м годам «обезьянки Джеко» стали популярными детскими игрушками в Великобритании.

Когда в 1985 году британский таблоид The Sun окрестил Майкла Джексона «Waco Jacko», они не пытались быть остроумными, они намеренно использовали расистское оскорбление, существовавшее на протяжении веков и дегуманизировавшее чернокожего человека, сравнивая его с обезьяной. Как отметил журналист Джозеф Вогель: «Даже для тех, кто не знаком с расистскими корнями этого прозвища, очевидно, что оно использовалось для того, чтобы унизить и оскорбить». Вогель также отметил, что «этот термин широко использовался белыми СМИ, чернокожие журналисты использовали его редко, или вообще не использовали».

Сам Майкл с душераздирающей ясностью сказал: «Я не Джеко, я Джексон». Он сказал, что его не следует называть «уродом», «извращенцем» или «животным», что у него есть сердце, и это его ранит.

Моррисон использует это оскорбление так, будто оно безобидно. Но это не так. Это расовое насилие в печатном виде. И Ричард Моррисон, так непринужденно используя это прозвище, показывает, какова его позиция.

В поддержку Майкла Джексона.

Майкл Джексон не был святым. Он был человеком: несовершенным, сложным, выдающимся. Но он также был величайшим артистом всех времен. Он преодолел все барьеры и объединил мир своей музыкой. Он пожертвовал сотни миллионов на благотворительность. Он открыл свой дом для больных детей, потому что знал, каково это – быть лишенным детства.

Его преследовали, унижали и дегуманизировали СМИ, которые не могли смириться с тем, что чернокожий мужчина обладает такой властью, что он выходит за рамки расы, жанра, политики, других границ и самой действительности. Обвинения против него были использованы в качестве оружия теми, кто не мог смириться с его успехом. Его судили. Его оправдали. И все же оскорбление «Waco Jacko» преследовало его до самой смерти.

Моррисон пишет так, будто защищает детей. Но он защищает лишь собственную значимость. Он не предлагает никаких решений, никакого сострадания, никакого любопытства - только презрение.

Ричард Моррисон неактуален и лишен культуры. Скажем прямо, Ричард: ты нам больше не нужен.

Ты пишешь для газеты, лучшие дни которой уже позади. Ты перерабатываешь клеветнические статьи из таблоидов 80-х годов, как будто это свежие идеи. Ты выдаёшь цинизм за мудрость, а жестокость за смелость. Ты не видишь гениальности Майкла Джексона, потому что слишком занят собой.

Ты лишен культуры — потому что культура не сводится к подсчету моральных оценок. Культура — это созидание. А ты, Ричард, ничего не создаешь, ты только разрушаешь. Ты не предлагаешь ни музыки, ни искусства, ни радости — только холодное удовлетворение от осуждения.

Молодые поклонники, стекающиеся к Майклу по всему миру, не невежественны. Они свободны; свободны от яда, который ты и твои предшественники из таблоидов десятилетиями впрыскивали в общественный дискурс. Они видят Майкла таким, каким он был: человеком с потрясающим талантом, глубокой уязвимостью и удивительной магией. Они ничего не «упускают из виду» - они впервые видят все ясно.

В заключение.

Презренно, что Моррисон представляет биографический фильм как попытку «обелить», словно восхваление искусства человека — это акт отрицания. Презренно, что он использует расистское оскорбление, не проявляя ни малейшего самосознания. Презренно, что он приравнивает оправдание к вине, гений к патологии, а общественную радость к массовому заблуждению.

Майкл Джексон заслуживает лучшего. Его поклонники заслуживают лучшего. А Ричард Моррисон, если у него еще осталась хоть капля порядочности, должен извиниться - не за свои едкие мнения, а за свое невежество.

Но если честно, мы на это не расчитываем...