Фотографируя Майкла Джексона: беседа со Стивеном Полом Уитситом, часть 1.
Перевод Ивановой Олеси.
Уилла: Я очень рада, что сегодня ко мне присоединились Харриет Мэннинг, которая написала одну из моих любимых книг о Майкле Джексоне, и Стивен Пол Уитсит, который сделал некоторые из моих любимых фотографий Майкла и Джанет. Фактически, одна из его фотографий украшает обложку полностью переработанного и обновленного второго издания книги Харриет.
Мне так нравится интенсивность этой фотографии! Кажется, она передает неповиновение, гнев и другие сильные эмоции, которые Майкл чувствовал в то время и которые он передавал в Scream. Мне не терпится поговорить с вами обоими о вашей работе с Майклом Джексоном. Спасибо, что присоединились ко мне!
Харриет: Спасибо, что пригласила нас, Уилла!
Стив: Привет, Уилла, я очень рад присоединиться к тебе. С нетерпением жду твоих вопросов.
Харриет: Я согласна с Уиллой, насколько этот образ Майкла мощный! Кстати, это Стив предложил фото для книги, и лучше просто быть не может. Это так вдохновляет, и я думаю, о многом говорит.
Стив: А я могу сказать, что это честь — то, что была использована одна из моих фотографий. Я очень горжусь тем, что сотрудничал с Харриет над ее выдающейся книгой.
Уилла: Я полностью согласна, что книга Харриет «выдающаяся», и твое фото на обложке просто идеально для нее подходит! Оно демонстрирует «силу», как ты сказала, Харриет. Оно было сделано во время съемок клипа Scream, и Майкл определенно демонстрирует, что не собирается молчать или подчиняться обвинениям против него. Мы слышим это в текстах его песен, например, «Я устал от несправедливости / Я устал от схем» и «Меня сбили с ног / Мне нужно встать». Мы также видим это в клипе — в его жестах. Он кажется таким дерзким!
Харриет: О, да. Как однажды сказал Джимми Джем, сопродюсер музыкального трека, в Scream ему определенно было, что выплеснуть.
Стив: Однажды Джимми Джем заскочил в студию, где пообщался с Майклом во время съемок клипа Scream.
Уилла: Это великолепное фото, Стив! С этими сильными тенями, его лицо напоминает мне фотографию на обложке «I Just Can't Stop Loving You». И очень приятно видеть его улыбающимся и расслабленным в такое напряженное время. Большое спасибо, что поделился этим изображением! Я его раньше не видела.
Но мне интересно, сколько указаний он давал, когда ты его фотографировал? Он прямо говорил тебе, чего он хочет, или просто давал общие идеи? Или он просто ждал, чтобы увидеть, что ты запечатлел?
Стив: Обстоятельства того, как я начал работать с Майклом, довольно необычны, и когда мне сказали, что я получил работу его фотографа, начали снимать короткометражки, я в основном летал в Нью-Йорк, чтобы работать с Майклом по выходным, снимать портреты, которые должны были использоваться для PR и т. п. В то время самым конкретным указанием, которое он мне дал, было задание по обложке сингла Smile.
Уилла: О, фотографии Smile такие трогательные! Я очень хочу поговорить с тобой и о них тоже…
Стив: Он был очень конкретен в том, как он хотел выглядеть. Во время других портретных сессий мне сказали, что он хотел получить более повседневный образ и одежду, отличающуюся от того стиля милитари, который он носил долгое время. Так что на этих сессиях я просто выстраивал наши с ним отношения и фокусировался (простите за каламбур) на простой портретной живописи.
Это три из многочисленных портретов, которые мы сняли за те месяцы работы в Нью-Йорке.
Уилла: О, я их просто обожаю! Особенно средняя — на ней у Майкла та теплая улыбка, которая была у него в детстве, а его лицо выглядит светящимся изнутри. Это просто прекрасные фото! Частично это из-за темного фона, но это добавляет драматизма данным фотографиям. Спасибо еще раз, что поделился ими!
И они сделаны в 1994 году, когда он и Лиза Мария Пресли жили в Нью-Йорке, верно?
Стив: Да. Я летел в Нью-Йорк, чтобы поработать с Майклом на выходных, когда у него не было записи.
К тому времени, когда мы начали снимать короткометражные фильмы (Scream, Childhood и You are not alone), я начал чувствовать себя более комфортно рядом с Майклом, но теперь появилось несколько дополнительных забот. Твой вопрос был о Scream – это было такое огромное производство! Мы снимали на нескольких площадках на киностудии. Кроме съемочной группы, людей Джанет, людей Майкла и людей звукозаписывающей компании было много людей, просто тусовавшихся там. В некотором смысле, это напомнило мне производство Black or White, которое также было огромным.
Харриет: И люди из MTV тоже там были. Они сняли специальный выпуск новостей, который, я думаю, дает представление о том, что ты описал с точки зрения количества творческих людей, работающих на одной съемочной площадке, а также представление о масштабе и размахе всего производства.
https://www.youtube.com/watch?v=9H-BXQ6XwHg
Уилла: Спасибо, что поделилась этим, Харриет! Это на самом деле показывает, насколько масштабным был проект Scream — пять звуковых павильонов, десять декораций, четыре хореографа… Это очень много! Так как же ты со всем этим справился, Стив?
Стив: Первым делом, на съемочной площадке я познакомился и наладил рабочие отношения с режиссером Марком Романеком и оператором Харрисом Сэвидесом. Это пошло мне на пользу, поскольку они дали мне представление о том, какой именно ряд кадров они хотели получить в определенной последовательности. В то же время у меня было достаточно опыта работы на съемочных площадках, чтобы знать, как присутствовать там, и в то же время не мешать им.
Мое взаимодействие с Майклом на съемочной площадке обычно было очень кратким. Я просил своего ассистента забрать из лаборатории вчерашнюю пленку, и если у Майкла была свободная минутка между дублями, я показывал ему, и он вносил коррективы.
Во время одной из таких быстрых встреч Майкл обвел один снимок себя и один снимок Джанет. Он спросил, какой самый большой размер снимка можно распечатать, и я сказал, что мы можем сделать 30*40. Он сказал, что хочет несколько: один для себя, один для Джанет, и еще один для Элизабет Тейлор. Конечно, я заказал ещё один набор - для своих архивов. Это был очень приятный момент.
Уилла: О, эти портреты просто чудесны! Спасибо еще раз, что поделился ими!
Но я хочу уточнить, раз ты ждал пробные распечатки, значит ты использовал настоящую пленку, верно? 35-миллиметровую пленку? Ничего из этого не было цифровым?
Стив: Нет, это было задолго до цифровой революции. Забавно, насколько технологии изменили многие вещи. Я мог бы говорить об этом днями!
Харриет: О, да. Мы забываем, как далеко продвинулись технологии. Работая с 35-миллиметровой пленкой, мы не могли так легко просматривать готовые изображения – так ведь?
Стив: Когда я делал портреты в студии, я использовал специальный задник Polaroid, который можно было заменить обычным задником, чтобы я мог заранее увидеть освещение и композицию и обсудить образ с Майклом. Но на видеосъемках на это не было времени. Мне просто нужно было знать, какая у меня экспозиция, и сделать ее правильной. Кроме того, это было до появления объективов с автофокусом, поэтому мне приходилось постоянно фокусироваться. Ах, как бы мне хотелось, чтобы мои глаза оставались такими же острыми.
Уилла: Ого, похоже, для твоей работы требовалось не только много мастерства, но и много уверенности. Я имею в виду, ты не знал наверняка, что у тебя получилось, пока не получал пробные распечатки, верно? Так что тебе просто необходимо было быть уверенным в себе, делать свою работу и ловить момент, как он есть. Мне кажется, это очень... давит.
Стив: Честно говоря, моя уверенность в себе исходит из того, что я подружился со страхом и тем, что меня пугает.
Уилла: Интересно. Это интересный способ справиться с давлением.…
Стив: Я получил отличное техническое образование в Институте фотографии Брукса, так что это просто было частью моей работы. На самом деле, я обычно немного нервничал, когда снимал Майкла, но я заставлял себя не нервничать.
В начале мне было довольно сложно сделать четкий снимок Майкла из-за осветительного оборудования, расположенного вокруг кинокамеры.
Уилла: Спасибо еще раз за то, что делишься своими фотографиями! То есть кольцо огней, которое мы видим на этих снимках, окружало кинокамеру? Это было сделано для равномерного освещения во время съемки крупным планом?
Стив: Да, освещение на аппарате представляло собой кольцо флуоресцентных трубок с цветовой коррекцией, которые выходили из центральной точки, словно солнечные лучи. Это создавало очень мягкое равномерное освещение, а также давало Майклу и Джанет очень сюрреалистичные блики в глазах. Мне понравился эффект, но снимать с присутствием этого аппарата оказалось очень сложно.
Но со временем возможностей становилось все больше. Серия, которая включает фотографию, использованную для обложки книги Харриет, была снята ближе к концу производства. Мне удалось красиво сфотографировать лицо Майкла. Он много гримасничал перед камерой, но иногда он смотрел прямо в мою камеру, которую я держал так близко, как только мог. В этой ситуации моей задачей было просто быть готовым к съёмке, когда он посмотрит в мой объектив. Мы не обсуждали его ожидания, но я понимал, что должен запечатлеть очень конкретные знаковые моменты.
Уилла: И ты это сделал потрясающие! Это фото на обложке книги Харриет очень сильное в эмоциональном плане, оно также очень интересно визуально. Оно довольно плотно обрезано по его лицу с довольно малой глубиной резкости, поэтому его лицо идеально сфокусировано, а кулак размыт. Мне это нравится!
Харриет: Мне тоже. Это кажется очень интимным, как будто сжимается пространство между ним и нами.
Уилла: Совершенно верно!
Стив: Не хочу вдаваться в технические подробности, но, насколько я помню, я использовал для этих фото короткий телеобъектив, 105 миллиметров. Более длиннофокусные объективы дают ощущение сжатия.
Уилла: Это означает, что ты был готов к этому моменту и имел правильное оборудование, чтобы запечатлеть нужный момент, когда он произойдет. Это важно для людей вроде меня, которые не очень разбираются в профессиональной фотографии, чтобы понять.
Стив: Я часто говорю с начинающими фотографами о том, как сделать успешную карьеру. Это сложно, потому что каждый прокладывает свой собственный путь. (Я именно так и делал) Поэтому я не хочу говорить прямо: «Вы должны сделать то-то, так или этак…» Но есть одна вещь, в которой я довольно твердо уверен: нужно настолько привыкнуть к механическим аспектам использования камеры, чтобы это стало мышечной памятью. Если вы ведёте машину и вам нужно нажать на тормоза - это не мыслительный процесс. Ваша нога просто знает, куда жать, как и правильную силу нажатия, чтобы замедлить машину.
Уилла: Ого, потрясающе сказано, Стив!
Харриет: Это как играть на музыкальном инструменте!
Стив: По моему мнению, фотограф должен быть настолько настроен на камеру в своей руке, чтобы она была продолжением его тела. Поэтому, когда снимок сделан, вся работа, такая как экспозиция, композиция и фокус, уже зафиксированы, и фотографу остаётся просто выбрать правильный момент. Все остальное должно быть мышечной памятью. Для меня это разница между фотографом и тем, кто делает любительские снимки. Когда я нахожусь в процессе работы, я воспринимаю только то, что видит мой глаз через объектив, и получаю идеальные моменты (ну, надеюсь на это).
Харриет: А этот образ, безусловно, один из тех моментов «мышечной памяти», которые должны были быть мимолётными, но ты прекрасно его уловил. Мне в глаза бросается то, что смелый жест кулаком можно интерпретировать по-разному, например, как жест «черной» силы, что добавляет дополнительные слои смысла. И мне нравятся детали, такие как отражение этого кольцевого света в глазах Майкла, текстура его волос на складках ткани его кофты...
Уилла: Эти детали придают данной фотографии еще большую силу.
Харриет: И, я думаю, еще больше креативности тоже.
Уилла: Да. И я согласна, что сжатый кулак можно интерпретировать как тонкий намек на движение #BlackPower, точно так же, как черная пантера в фильме «Black or white» кажется тонким намеком
Харриет: О да, конечно.
Уилла: Итак, Стив, сколько из этих деталей дизайна возникло спонтанно, пока ты работал, и сколько ты планировал заранее? Я думала об этом, потому что я пересмотрела Scream, намеренно выискивая этот жест с обложки книги Харриет, и я его не увидела.
Есть несколько похожих сцен в начале клипа, например, одна на 36 секунде, где Майкл в серебристом костюме и наушниках и вытягивает обе руки, и еще одна на 55 секунде, где он указывает прямо на камеру. А затем есть несколько ближе к концу клипа, например, одна на 4:33 минуте, где он тянется к камере с открытыми руками. Но я не вижу поднятого кулака, который ты заснял. (Майкл бьет кулаком в камеру примерно на 39 секунде, но на нем чёрная колючая кофта, и он смонтирован по-другому).
https://vk.com/video-223747281_456239096
Это заставляет меня задуматься о совместных пересекающихся фотосессиях — одна фотосъемка, другая с кинокамерой. Как ты обычно с этим справляешься? Из того, что ты говорил ранее, похоже, что ты сделал этот снимок, когда работала кинокамера — верно? Или Майкл Джексон воссоздал эту сцену в отдельной фотосессии специально для тебя?
Харриет: Отличные вопросы, Уилла. Я тоже часто задумывалась о такого рода съёмке. И ты права, изображение не появляется в окончательном варианте клипа, хотя оно и кажется нам очень знакомым.
Стив: На съемочной площадке мы могли видеть репетиции и работу с режиссером и хореографами до того, как режиссер давал команду «мотор». Так что это в определенной степени позволяло заранее визуализировать идеальный момент. Но в целом контроль над съемкой видео был полностью в руках режиссера и его команды. Моя работа заключалась в том, чтобы делать фотографии, не прерывая работу и видение режиссера. Если вы посмотрите в торговый раздел моего сайта, там я предлагаю увеличенную версию черно-белого контактного листа. Вы можете увидеть, что на протяжении 37 кадров я запечатлел множество различных выражений и жестов.
Обычно режиссер снимает одну сцену с одного ракурса минимум от четырех до десяти раз, если только это не Стэнли Кубрик, который снимал 50 или 60 дублей одной и той же сцены.
Уилла: Ого!
Стив: Поэтому я часто мог получить по крайней мере одну или две пленки с настройками. Иногда режиссер снимает одну последовательность с разных ракурсов и меняет объектив. Я переключался между двумя камерами — цветной и черно-белой. И делал большое количество фотографий. Тем временем кинокамера снимала столько дублей, сколько хотел режиссер. В результате получилась куча материала, который так и не попал в финальный монтаж.
И наоборот, когда я отвечаю за фотосессию, я отвечаю за каждый элемент. Хотя некоторые обязанности делегируются, в конечном итоге это моя ответственность - убедиться, что все складывается воедино как надо. Производство съемки — это большая работа, с большим количеством подвижных частей, но это также может быть очень захватывающим действом. Это обращается к стороне моего мозга, отвечающей за креативность видения и создание реальных изображений.
Уилла: Как интересно! Значит организация фотосессии и съемка во время съемок фильма или клипа — это два совершенно разных опыта. Я раньше об этом не думала.
Стив: Каждый жанр в мире фотографии требует соответствующего ему подхода. Некоторые виды съемок контролируются вплоть до мельчайших деталей (например, съемки автомобилей, натюрмортов с продуктами, еды), в то время как другие (подиумная мода, спорт, выступления и многие части фотожурналистики) больше связаны с готовностью запечатлеть пиковый момент действа. Мне всегда нравилось снимать самые разные виды фотографий. Мне интересно всё.
Уилла: Я понимаю, почему! Похоже, тут много разнообразия.
Итак, первое фото, которое ты рекомендовал для книги Харриет, также было снято кинокамерой, верно? Но было решено не использовать эти кадры в Scream? Знаешь ли ты, кто обычно принимал такие решения? Режиссер, Майкл, или оба? Ты слышал, чтобы они говорили о таких вещах — о том, как должен выглядеть клип или что должно быть в него включено?
Стив: Это отличный вопрос. В общем, режиссер и редактор собираются вместе и монтируют видео на основе сценария (написанного повествования) и раскадровки (визуальной «дорожной карты»), которые были предложены клиенту (в данном случае Майклу). Конечно, процесс редактирования может проходить через множество корректировок, в которых я не участвовал для Scream. Зная Марка Романека и его легендарную репутацию видеорежиссера, я могу предположить, что конечный продукт одновременно отражал его видение и был результатом его сотрудничества с Майклом. Я работал над многими другими проектами музыкальных видеоклипов и даже срежиссировал один небольшой, и могу сказать, что объем вклада артиста (а иногда и звукозаписывающей компании) сильно различается в разных проектах.
Уилла: Это очень интересно. И судя по тому, что Майкл говорил на протяжении многих лет – и что другие люди говорили о нем – я уверена, что ты прав. Я уверена, что процесс редактирования был «совместным». Например, MC Hammer был известен своим активным участием в монтаже видео, и он говорил следующее:
«Я научился этому у Майкла Джексона; Майкл всегда присутствовал при монтаже своих видео. Он следил за тем, чтобы редакторы не испортили его танцы своим монтажом».
Так что я уверена, что Майкл принимал активное участие в редактировании Scream.
Говоря о раскадровках, некоторое время назад я наткнулась на несколько раскадровок для съемок Scream в онлайн-архивах Национального музея истории и культуры афроамериканцев Смитсоновского института. Вот эта раскадровка, она мне безумно нравится:
А вот скриншот из клипа Scream, сделанный примерно на 2:36 минуте:
Итак, изображение в Scream довольно близко к раскадровке — художники-декораторы хорошо поработали, воссоздав ее. Есть некоторые различия — например, раскадровки, как правило, больше фокусируются на ракетной технике, космосе и подобных крутых вещах, в то время как финальный клип больше фокусируется на персонажах. Но, глядя на раскадровки, я представляю, что Майкл и Джанет смогли внести довольно много вклада в то, как они хотели, чтобы выглядел клип, еще до начала съемок.
Кстати, вы можете посмотреть всю коллекцию памятных вещей Scream здесь, включая довольно много раскадровок, а также необычное кресло, используемое в сценах в художественной галерее — то, что на фотографиях Марка Романека и Харриса Сэвидеса, которыми ты поделился ранее, Стив. В архивах музея есть само кресло, но сейчас его не выставляют. По крайней мере, не выставляли, когда я была там в прошлом году. На самом деле, ничего из Scream не было в открытом доступе, но очень приятно знать, что у них есть эти вещи, и они их берегут.
Харриет: Это великолепная находка, Уилла. Спасибо, что поделилась ссылкой на всю коллекцию.
Стив: Я люблю этот музей, и мне выпала честь работать с семьей Фила Фрилона, архитектора, который его проектировал. Посещение этого музея — глубокий опыт во многих отношениях.
Уилла: Это действительно так…
Харриет: Я где-то читала, Стив, что у тебя есть свой собственный памятный предмет со съёмок Scream. Это правда?
Стив: Да, у меня есть один маленький кусочек Scream. Во время эпизода, когда Майкл разбил гитару Gibson Flying V (на самом деле он разбил две, и я думаю, это очень расстроило бы некоторых гитаристов), я стоял примерно в четырех футах от места удара и заснял этот эпизод. Я почувствовал, как что-то приземлилось прямо у моих ног, и, посмотрев вниз, обнаружил небольшой кусочек корпуса гитары с все еще прикрепленными ручками громкости и тона. Я тихонько сунул его в карман и вернулся к съемкам. Когда-нибудь я сделаю уникальную коллекционную выставку с серией фотографий и этим кусочком гитары.
Харриет: Ого, это гениально! Тот момент в клипе, когда Майкл разбивает гитару, очень мощный. Тревожно видеть Майкла Джексона в такой ярости (прямо как в жесткие моменты танца пантеры в Black or White). Я не могу себе представить, каково было присутствовать прямо там, в четырех футах от него! Я также думаю о задаче запечатлеть на неподвижной фотографии реальное движение, присущее таким моментам — это, должно быть, требует огромного мастерства.
Уилла: Согласна. Мне нравится эта фотография, где он держит гитару и кричит. И есть тонкие детали, которые показывают движение, как ты говоришь, например, его волосы развеваются назад, или изгиб его тела...
Харриет: Это великолепное изображение. Прямо слышен этот крик!
А в другом месте короткометражного фильма мы видим, как Майкл и Джанет танцуют на стенах и потолке космического корабля, в котором они заключены, бросая вызов гравитации (спецэффект, который мы снова видим в Ghosts). Можете ли вы раскрыть нам секрет того, как это было снято? И сфотографировано, конечно же.
Стив: Конечно! Камера была закреплена на «полу» космического корабля на панели, и эта панель должна была вращаться. Как только я узнал об этом, я договорился, что прикреплю одну из своих камер к этой панели, и у меня был дистанционный спуск затвора. Мне нужно было предварительно сфокусироваться и получить экспозицию, и как только панель начала вращаться, мне оставалось только визуализировать и надеяться на удачу.
Это одно из отличий от кинокамеры. Провода, которые вы видите прикрепленными к ней на втором изображении, подключались к видеоэкрану, так что режиссер мог видеть действие в реальном времени. Мне же пришлось визуализировать картинку, как это будет выглядеть, в голове. Теперь я могу мгновенно видеть картинку на экране цифровой камеры на задней панели, ура новым технологиям!
Харриет: Это звучит как вызов, но результат такой великолепный!
Уилла: Это правда! Мне нравится эта «перевернутая» фотография — хотя, кажется, сделать ее было очень сложно, особенно предугадать, куда направить камеру, и все заранее настроить.
Чтобы помочь всем наглядно представить то, что описывает Стив, я предлагаю посмотреть видео, как снимали Фреда Астера, танцующего на потолке в фильме «Королевская свадьба».
Стив: О, мне это нравится, и мы снова видим, как Майкл отдает дань уважения своим героям.
Уилла: Конечно! Хотя в Scream есть несколько сложных сцен, где гравитация, кажется, работает в двух разных направлениях одновременно — например, сцены примерно с 1:10 до 1:20 минут, где Майкл танцует на стене (то есть его гравитация тянет вбок), в то время как Джанет сидит в кресле, а затем встает и уходит (то есть ее гравитация тянет вниз). Эти сцены выходят за рамки того, что есть в «Королевской свадьбе», и скорее всего, снимали два кадра по отдельности, а затем использовали какое-то волшебство склеивания, чтобы объединить их.
Харриет: Это отличный момент, Уилла. 2:26 и 2:28 минуты также являются блестящими моментами, когда Майкл вращается на стене, а эти колючие мячи подпрыгивают вверх-вниз. Мне так нравится это сочетание вращения и подпрыгивания.
Стив: Я не знаю настоящего названия этих реквизитов, но я бы назвал их «шипастые шары». Это игрушка, которую можно купить в любом магазине игрушек. Я думаю, что отдел реквизита купил их и покрасил. Я помню, как они настраивали их. Им пришлось проверить каждый шар, чтобы убедиться, что он работает. Каждый шар удерживался на месте с помощью монофильной лески. Затем, как раз перед тем, как Марк крикнул «мотор», каждый из них нужно было включить. Это было немного безумно видеть. Но мне нравится, как это выглядит в финальном видео.
Уилла: Ого, удивительно, как заранее тщательно продумывалась и готовилась каждая мелочь. Эти прыгающие мячи появляются на экране всего на секунду-другую, но в создание этих нескольких секунд было вложено много усилий и заботы…
Стив: Да, в кинопроизводстве есть скрупулезность, которая просто завораживает. Мне очень нравится наблюдать за этим процессом. И находиться на съемочной площадке невероятно захватывающе, но порой и отупляюще скучно.
Харриет: О, надо же!
Но еще одним захватывающим моментом наверное было наблюдение за разными людьми на съемочной площадке — и не в последнюю очередь, конечно же, за самим Майклом. Наверняха это интриговало.
В Scream Майкл явно был в ярости. Он чувствовал себя изолированным и униженным. Интересно, насколько это чувствовалось на съёмочной площадке? Я имею в виду, каково было его поведение, когда камера остановилась или выключалась? Я думаю, с одной стороны, Scream — это выражение Майклом некоторых очень сырых эмоций и чувств в ответ на его реальное преследование, а с другой — его художественное начинание и представление. Я думаю, это интересная связь для размышлений.
Стив: Иногда я видел, как Майкл был немного тихим и замкнутым, когда камера останавливалась. Но, я тоже застенчив по своей природе, и я полностью его понимал. Иногда я подходил и быстро разговаривал с ним, но чаще я просто не нарушал его личное пространство.
Уилла: Это интересно, Стив. Я представляю, что для застенчивого человека довольно нервирующим является выражение своих «сырых эмоций», как ты сказала, Харриет, а затем, когда съёмка заканчивается, ты внезапно оказываешься окружен кучей людей, которых ты не очень хорошо знаешь... Я бы в таких условиях чувствовала себя очень уязвимой.…
Харриет: Конечно. Когда смотришь короткометражный фильм Scream, легко забыть, что Майкл всегда был застенчивым.
Стив: Пару лет назад я встретился на фан-мероприятии в Кельне, Германия, с Брэдом Баксером (музыкальным директором и давним соавтором Майкла). Мы познакомились, когда я был помощником фотографа в последнем этапе тура Dangerous, и с тех пор мы виделись только один раз. Брэд по своей природе тоже довольно застенчивый человек. Мы болтали, и он сказал, что он видит те качества, которые Майкл увидел во мне, что и заставило его нанять меня. Я был поражен, потому что я никогда не был уверен, почему Майкл выбрал именно меня. Но, размышляя об этом с мудростью возраста и понимая природу моих собственных застенчивых наклонностей, я думаю, что есть что-то в людях-интровертах, что заставляет нас узнавать друг друга.
Те, кто видит меня выступающим на мероприятии, посвященном MJ, или на лекции для студентов-художников, или фотографирующим модную сессию, могут подумать, что я никак не застенчивый человек. Но это результат десятилетий практики искусства столкновения с собственным дискомфортом и преодоления его. Думаю, теперь я идентифицирую себя как экстравертированного интроверта или интровертированного экстраверта (выбирайте сами). Но я верю, что MJ увидел что-то более глубокое, чем моя застенчивость, и доверился своим инстинктам, дав мне шанс.
Харриет: Ну, ты явно проделал фантастическую работу, преодолев свою застенчивость. Быть брошенным в мир Майкла Джексона — крупнейшей звезды на планете в то время — должно быть, было довольно пугающе!
Меня постоянно завораживает связь между тем, как мы видим себя, и тем, как нас воспринимают другие. Я слышала, как ты выступал на Kingvention в Лондоне в 2017 году, и помню, как ощущала тихую уверенность. Я также понимаю, что Майкл увидел в тебе — и как в человеке, и как в коллеге-художнике. Судя по атмосфере в зале и приему, который тебе оказали, я думаю, что все остальные тоже это заметили!
Стив: Теперь ты заставляешь меня краснеть! … А если серьезно, я все еще вижу себя ребенком, выросшим в Порт-Гуроне, штат Мичиган, который никогда не ожидал, что в его жизни произойдет что-то захватывающее или замечательное. Так что весь мой жизненный опыт для меня до сих пор очень, очень сюрреалистичен. Но в каком-то смысле мне это нравится, это замечательно.
Уилла: Я могу понять, насколько это должно быть «сюрреалистично». Но, честно говоря, Стив, твои фотографии говорят сами за себя. Так что какие бы инстинкты ни были у Майкла относительно тебя как фотографа, они оказались верными.
Майкл часто говорил о том, что он застенчив, но он был таким смелым, выступая на сцене или снимаясь – как, например, в клипе Scream. Несколько человек, включая Брюса Свидена, говорили о том, насколько замечательной была эта трансформация – Майкл как будто становился совершенно другим человеком, когда выступал. Я размышляла над этим, и эта разница между человеком и исполнителем/актером/художником напоминает мне вот что.
Писатель Уокер Перси говорит о том, как трудно художникам перемещаться между мирами своего воображения и реальным миром. Он говорит, что когда художник полностью погружен в свою работу, то он как будто астронавт в космосе — подходящая метафора для Scream! Но затем художник должен вернуться на землю, пойти в продуктовый магазин, заплатить налоги и поговорить с людьми, и Перси называет это «проблемой возвращения». Таким людям трудно вернуться к жизни в реальном мире, так же как астронавтам трудно вернуться в атмосферу Земли и вернуться к жизни на Земле. А затем, после того как они постирали белье и переделали все другие дела реального мира, им каким-то образом приходится снова возвращаться на орбиту, в мир своего воображения.
Харриет: Ого, «проблема возвращения»… это увлекательно, Уилла.
Уилла: Да, отличная метафора, не правда ли? Перси предполагает, что это одна из причин, по которой художники склонны пить или принимать наркотики — они пытаются сгладить переход между мирами и преодолеть проблему возвращения.
Стив: Но нужно учитывать также передачу энергии. Когда я был на гастролях в качестве помощника фотографа, я не был на сцене, а находился в яме безопасности. Но даже там я мог чувствовать энергию более 100 000 человек, направленную на сцену. Все эти энергия и любовь к Майклу — это было опьяняюще.
Позже меня наняли в качестве одного из официальных фотографов Вудстока '94 . Я был на сцене, и могу сказать, что когда вы чувствуете энергию более 300 000 человек, вы начинаете понимать ее силу. Это может стать затягивающим – но также очень сложно отойти от нее. Я могу понять, почему у артистов есть проблема возвращения.
Уилла: Это отличный пример, Стив! Я никогда не видела концерт с такой точки зрения – со стороны сцены, глядя на публику – но я уверена, что энергия, которую ты описал, действительно оказывает огромное влияние на исполнителя. Сам Майкл говорил об этом в интервью Джерри Хирши в 1982 году:
Быть на сцене — это магия. Ничто не сравнится с этим. Вы чувствуете энергию каждого, кто находится там. Вы чувствуете ее всем своим телом. Как будто свет бьет в тебя. Я клянусь, так оно и есть.
Харриет: Я могу понять это даже имея относительно ограниченный опыт выступлений, который у меня был. «Как будто свет бьет в тебя», на самом деле возникает ощущение, будто тебя переносят в другой мир,в другую реальность.
Уилла: Интересно! Я бы с удовольствием поговорила с тобой об этом как-нибудь. Видимо, именно поэтому Элвис впервые начал употреблять наркотики. Элвис был настолько взвинчен адреналином после концертов, что не мог успокоиться — он бодрствовал часами, хотя ему нужно было поспать и подготовиться к следующему концерту. Если подумать, у него тоже была проблема повторного возвращения…
Майкл говорил об этой проблеме немного в другом контексте, о съёмках фильма «The Wiz» — ему так нравилось быть Страшилой, что он не хотел снимать свой костюм и грим. Он хотел остаться в том мире. Я думаю, ты часто такое видел Стив, например, когда он вживался в персонажа в духе Чаплина для фотосессии Smile или в персонажа клипа Scream, или You are not alone. Я даже думаю, что в этих двух клипах ему было еще сложнее, потому что у него были реальные отношения с коллегами по клипу: Джанет Джексон была его сестрой, а Лиза Мария Пресли была его женой.
Так как же он переключался между своим экранным персонажем и самим собой?
Стив: Я думаю, что мне нужно ответить на этот вопрос очень развёрнуто. Я относительно недолгое время был фотографом Майкла. Учитывая это, я думаю, что мы только начинали узнавать друг друга. Когда меня наняли, у меня не было процесса адаптации, мне никто не рассказывал о «Политике компании». Мне пришлось разбираться во всем самостоятельно.
Когда мы были в Нью-Йорке, Майкл время от времени звал меня в гости в The Hit Factory, где он записывал HIStory. Мы встречались в его личной гостиной и говорили обо всем, что было у него на уме. В наших беседах один на один мы обсуждали славу, обсуждали наши отношения с отцами (у нас обоих они были напряженными в то время), говорили о СМИ, немного обсуждали его детство, немного говорили о музыке... Помню, я купил ему копию дебютного CD Шерил Кроу (я как раз недавно фотографировал ее на концерте в Лос-Анджелесе). Майкл очень гордился ею.
Уилла: Это верно – он дал ей старт, выбрав ее в качестве бэк-вокалистки в туре Bad. Но, извини пожалуйста, что перебила…
Стив: При всем при этом я чувствовал, что Майкл показал мне лишь малую часть того, кем он был. А большую часть того, что он знал обо мне, он узнал благодаря своей невероятной интуиции. Помню, однажды была допущена ошибка в буклете HIStory, для которого я делал съёмки. Майкл сказал мне: «Стив, это не твоя ошибка. Я знаю, что ты очень строг к себе, но это не твоя вина». Откуда он мог знать, что я сам себе строжайший критик?
Харриет: Удивительно, он был настолько чутко настроен на окружающих, хотя ему приходилось играть все эти роли. Не только Чаплина и персонажа, которого он изображает в Scream, но и всех других персонажей, которых он играл в своем искусстве, а также роль «Майкла Джексона», конечно же. К нему предъявлялось много требований и ожиданий, которым он должен был соответствовать.
Стив: Было бы огромным преувеличением с моей стороны говорить или вести себя так, будто мы были близкими друзьями, и я этого делать не буду. Однако я заметил, что Майкла все постоянно о чем-то просили. Я поклялся себе никогда не просить его ничего подписать. Я поклялся никогда не просить его сфотографироваться со мной. Я хотел быть одним из немногих, кто ни о чем его не просил. Я думаю, Майклу было очень трудно говорить людям «нет».
Хотя мне бы очень хотелось поговорить с ним о многих аспектах философии, стоящих за его искусством, и о том, как он пытался найти баланс между ожиданиями от своей карьеры и человеком, который так и не смог по-настоящему стать ребенком, мое время с ним закончилось до того, как эти разговоры смогли состояться. Тем не менее, я думаю, что это сделало те несколько моментов, когда мы действительно общались на более человеческом уровне, гораздо более особенными.
Уилла: Это имеет смысл, Стив, и я очень уважаю то, что ты не просил его об одолжениях или не делал вещей, которые заставили бы его почувствовать себя неловко. Мне кажется, что расспросы о его искусстве заставили бы его почувствовать себя очень неловко.…
Харриет: Твое чувство, Стив, что Майкл позволил тебе увидеть только «маленькую часть того, кем он был», также перекликается с тем, как другие сотрудники описывали свои профессиональные отношения с ним. Кажется, эти отношения, а может быть и другие в жизни Майкла, были довольно разрозненными.
Уилла: Это также совпадает с тем, что я заметила у других художников, описывающих их работы. Кажется, начинающие художники склонны много говорить о своем искусстве и о том, что они пытаются передать, но по-настоящему опытные художники этого не делают. Они не объясняют себя — отчасти потому, что это ограничивает их искусство. Если художники предоставляют слишком много информации о том, что они думали, когда что-то создавали, многие люди предполагают, что это означает только что-то конкретное. Но искусство функционирует как на сознательном, так и на подсознательном уровне, и художники могут выражать мощные истины через свое искусство, о котором они сами не думают сознательно — и это не значит, что такое искусство недействительно.
Например, я слышала, как писатели с удивлением реагировали на комментарии об их работе, предполагая, что читатель увидел что-то, чего они сами не осознавали. Например, если кто-то указывает на повторяющийся образ или повторяющийся тип конфликта в их романах, иногда писатель говорит что-то вроде: «Ого, я никогда этого раньше не замечал, но, очевидно, так и есть».
Интересно, было ли это причиной, по которой Майкл написал в своем манифесте: «Я не буду давать интервью. Я буду загадкой».
Харриет: Наверняка. Я думаю, его стойкий отказ объяснять свое искусство реально добавляет ему силы. А мы все смогли как бы влиться в него и сделать так, чтобы оно значило для нас что-то очень личное.
Уилла: Абсолютно так! Я думаю, это совершенно верно, Харриет.
Стив: Это напоминает мне то, что писатель и журналист Та-Нехиси Коутс заметил в недавнем интервью, когда сказал следующее о своей работе и ее восприятии:
Одна из вещей, которую я уяснил - книги принадлежат мне в течение периода, когда я их пишу, а затем они больше мне не принадлежат. Это касается всего. Это касается и данного интервью. Люди будут слушать это интервью, но услышат что-то своё. Будет это тем, что я намеревался сказать, или нет - имеет лишь частичное значение.
Я думаю, что многое из того, как мы воспринимаем любое искусство, основано на опыте, который мы в него привносим. Иногда меня завораживает интерпретация, которую некоторые люди проецируют на искусство. Но иногда ему вообще не нужно иметь никакого глубокого смысла, оно может существовать просто для своей собственной цели.
Харриет: О, и это тоже!
Уилла: Да, искусство ради искусства — это мне тоже очень нравится. Иногда весело просто играть с вещами и смотреть, что получится! Но мне нравится идея Та-Нехиси Коутса о том, что «книги принадлежат мне, пока я их пишу», но потом они публикуются и выходят в мир, и «больше мне не принадлежат». В этот момент они принадлежат читателям, то есть читатели должны оживить его книги в своем воображении, читая их.
Думаю, на этом мы закончим обсуждение Scream. Но вы оба присоединитесь ко мне на следующей неделе, чтобы поговорить о Childhood и фотосессии Smile, верно?
Стив: Я обязательно присоединюсь!
Харриет: Я тоже!
Уилла: Отлично! И у вас обоих есть несколько интересных объявлений. Стив, у тебя есть несколько великолепных архивных снимков на продажу! Не мог бы ты рассказать нам о том, где их можно посмотреть и как их купить?
Стив: Конечно, Уилла, и спасибо. Я так рад, что на моем сайте появилась новая партия снимков с MJ. Они были тщательно отобраны и сделаны из архивных печатных материалов высочайшего качества. Каждый из них подписан мной лично и может быть отправлен в любую точку мира. Прямая ссылка на страницу здесь. Я очень счастлив, что мои работы находятся в домах и офисах людей по всему миру. Это огромная честь.
Уилла: Спасибо, Стив! Так сложно выбрать любимое, они все великолепны. Так много невероятных снимков.…
Харриет: Да, они восхитительны!
Уилла: А у Харриет скоро выйдет книга в мягкой обложке, да? Я так рада этому! Когда официальная дата релиза, и как читатели могут ее купить?
Харриет: Спасибо, Уилла. Полностью переработанное второе издание книги «Майкл Джексон и маска черного лица» теперь доступно как в твердом переплете, так и в электронном формате. Мягкая обложка будет доступна для предзаказа с 27 ноября. В настоящее время издатель предлагает читателям скидку 30 процентов на своем веб-сайте по промокоду MJBM30, и я им очень благодарна за это. Надеюсь, это сделает книгу более доступной для поклонников.
Уилла: Спасибо, Харриет! Как хорошо, что я узнала о промокоде. Книги, как известно, дорогие, и если мои подсчеты верны, это снизит цену с $55 до $38.50. Спасибо, что поделились этим!
Спасибо вам обоим большое за то, что присоединились ко мне! Мне было очень приятно, и я с нетерпением жду продолжения на следующей неделе с обсуждением Childhood и Smile.