Новелла: Покорение дворца Яньси

| Story of Yanxi Palace

Автор: Zhou Mo

Переводчик: Melanie

Редактор: Ldc Ldc

Глава 48. Объяснение

Хунли слез с кана (китайская печка-лежанка) на южной стороне, быстро подошёл к Хунсяо, со смешанным выражением в глазах он разочарованно спросил:

– Хунсяо, почему Великая династия Цин должна была есть мясо, делясь благословением, ты всё ещё помнишь?

Хунсяо с озадаченным выражением лица ответил:

– Этот слуга не смел забыть, что когда молодой Тай-цзу разделил свою семью, он повёл своих братьев охотиться в горы. Они питались мясом, приготовленным в простой воде, он сохранил эту привычку впоследствии. После вторжения Великой династии Цин в Китай во дворце Куньнин каждый день проводились два ритуала и один большой праздник раз в два месяца, чтобы последующие поколения помнили о трудностях своих предков, как им нелегко было основать Великую династию Цин.

Хунли, потеряв всякое терпение, прервал его:

– Если всё это знаешь, зачем посолил мясо?!

Когда остальные в зале услышали эту фразу, они не осмелились шептаться, видя гнев императора, но усиленно переглядывались.

Хунсяо был ошеломлён:

– Посолить? Этот слуга не делал этого!

Хунли, показав рукой на мясо на тарелке, приказал:

– Сам попробуй!

Хунсяо пришлось отрезать кусок мяса и попробовать его. В тот момент, когда он откусил, замер без движения. Все взгляды устремились на него, гнев Хунли был на пике. Император поднял руку и опрокинул поднос перед Хунсяо, упрекнув:

– Даже предки могли это выдержать, а ты не можешь! Добавление соли в жертвенное мясо есть презрение к предкам и неуважение к богам, наглость!

Одежда принца Хунсяо оказалась забрызгана бульоном, он с глухим стуком упал на колени и в панике запричитал:

– Ваше Величество, этот слуга не знает, почему его мясо солёное, этот слуга действительно не знает! Это злонамеренные козни, это, должно быть, козни!

Хунли спросил глубоким голосом:

– Мясо было приготовлено в одном котле, кто мог замышлять против тебя?

Озлобленный взгляд Хунсяо метнулся по залу. Все отводили глаза, только один человек смотрел спокойно, искренне наслаждаясь несчастьем ближнего. Хунсяо внезапно очнулся, протянул руку, указывая на Вэй Инло и сказал:

– Она, это, должно быть, она! Нож, который она только что принесла, на нём наверняка была соль!

Вэй Инло робко отступила назад, кроткая, как ива на ветру, и императрица сказала сердитым голосом:

– Принц И, ты сам опозорил своих предков и хочешь возвести напраслину на других, чтобы это сошло тебе с рук! Неужели служанку моего дворца Чанчунь, так легко обвинить и оклеветать?

Хунли посмотрел на Вэй Инло с раздражением в глазах и сказал:

– Если с тобой поступили несправедливо, просто проверь нож, У Шулай, проверь!

У Шулай пошевелился в ответ, поднял серебряный нож, упавший на землю, осмотрел его, покачал головой в сторону Хунли и сказал:

– Ваше Величество, на ноже нет ни крупинки соли.

Хунсяо был ошеломлён и, увидев хлопок на тарелке как спасательную соломинку, он сразу же сказал:

– Мягкая бумага, соль должна быть на бумаге!

У Шулай проверил мягкую бумагу и снова покачал головой.

Все смотрели на Хунсяо с сочувствием или злорадством в глазах.

Хунсяо запаниковал:

– Ваше Величество, этот слуга действительно не приносил соль во дворец, это неуважение к предкам, это пренебрежение к ним, как мог этот слуга сделать такое, эта мерзавка, должно быть, подвела этого слугу под наказание!

Лицо императрицы побелело от гнева, она повысила голос:

– Принц И, следи за своим языком!

Хунли, совершенно разочарованный Хунсяо, закрыл глаза и сказал:

– Я слышал, что некоторые чиновники чувствовали отвращение к пресному мясу, они или проносили соль в манжетах, или подкупали евнухов, чтобы те что-то сделали и добавили соли. Я думал, что это слухи, но это было сделано не кем иным, как потомком Айсиньгёро! Хунсяо, дело не в том, что я не дал тебе шанса, но ты неоднократно разочаровывал меня! Кто-нибудь, принц И проявил неуважение к своим предкам, осквернил жертвенное мясо, лишить его поста начальника ворот Цяньцин и отправить в ведомство по делам Двора!

Вошли стражники, удерживая Хунсяо, принялись вытаскивать его из зала, Хунсяо продолжал сопротивляться и кричать о несправедливости:

– Ваше Величество! Ваше Величество! С этим слугой поступили несправедливо, с этим слугой действительно поступили несправедливо! Ваше Величество!

Вэй Инло слегка прикусила нижнюю губу, она боялась, что расхохочется.

Хунли холодно обвёл взглядом толпу и сказал с яростью в голосе:

– Дворец Куньнин приносит жертвоприношения каждодневно, распределяет мясо, это благословение предков, покровительство духов! Но с принцем И во главе, отважные и искусные в бою представители "восьмизнамённого" чиновничества превратились в паразитов-бездельников, полагающихся на заслуги своих предков, проводя дни, выгуливая птиц и собак! Не говоря уже об отправке на бой с врагом, даже поедание жертвенного мяса считается для них тяжёлой задачей! Я предупреждаю, нашим предкам было нелегко построить Великую династию Цин! Я не позволю, чтобы наша великая империя была разрушена кучкой беспутных сынов, которые жадны до удовольствий и неуважительны к прошлому! Расследуйте, и стражники снаружи тоже должны быть проверены, я хочу посмотреть, кто ещё посмеет это сделать!

У Шулай повиновался приказу и ушёл, после некоторой суматохи он поспешил обратно. Сидя на кане, Хунли с мрачным выражением лица спросил:

– Вы кого-нибудь поймали?

Вэй Инло стояла рядом с императрицей, с радостью ожидая ответа У Шулая.

У Шулай улыбнулся и сказал:

– Ваше Величество, императорская стража и стража у ворот Цяньцин были проверены, никто не замечен ни в чём предосудительном.

Вэй Инло была ошеломлена, недоверчиво посмотрела на У Шулая, императрица бросила на неё взгляд, и казалось, заметила что-то.

Хунли немного смягчился, махнул рукой и сказал:

– В конце концов есть те, кто всё понимает, продолжайте есть мясо!

Великий праздник дня приношений продолжился, больше никакой суеты. После церемонии все разошлись выполнять свои обязанности.

Вэй Инло в смятении последовала за экипажем во дворец Чанчунь. Войдя в главный зал, императрица с мрачным лицом приказала толпе:

– Всем выйти, закрыть двери и окна, Инло останься.

Вэй Инло была любимицей императрицы с тех пор, как она вошла во дворец Чанчунь, но на этот раз императрица была так сурова, что толпа встревожилась. Минъюй самодовольно посмотрела на Вэй Инло, Эрцин выглядела обеспокоенной, и они вышли вместе с толпой.

Главный зал опустел, Вэй Инло стояла напротив императрицы. Это был первый раз, когда она видела императрицу сердитой. У Инло сложилось впечатление, что императрица прекрасна и витает высоко в облаках, но когда та сердилась, у неё была аура, похожая на ауру Его Величества.

Это было величие высшей персоны.

Императрица холодно сказала:

– Преклони колени.

Вэй Инло опустилась на колени, как ей велели, не проронив ни слова.

Императрица высокомерно посмотрела на неё сверху вниз и спросила:

– Вэй Инло, ты знаешь, что ты сделала не так?

Вэй Инло выглядела спокойной и ответила:

– Эта служанка служит Вашему Величеству императрице, слова Вашего Величества императрицы верны, Инло не права, пожалуйста, Ваше Величество императрица, накажите меня.

Императрица гневно рассмеялась:

– Значит, эта Дворцовая хозяйка скажет, что ты не права, и ты не права? Вэй Инло, Вэй Инло, ты нарушила правила. Ты дворцовая служанка дворца Чанчунь, самый близкий человек ко мне. Ты сыграла хитро, подвела принца И под наказание. Если это раскроется, смогу ли я избежать обвинения в плохом обучении слуг?

Вэй Инло резко подняла голову. Хотя она смутно подозревала, что императрица могла узнать об этом, однако всё же была удивлена, когда это раскрылось.

Императрица недовольно сказала:

– Говори!

Вэй Инло глубоко вздохнула и поклонилась:

– Это поступок только этой служанки, если это когда-нибудь случится, эта служанка возьмёт вину на себя, даже если ей придётся умереть, она не посмеет втянуть в это Ваше Величество императрицу.

В зале на мгновение воцарилась тишина, Вэй Инло прижалась лбом к холодному гладкому полу, она услышала, как императрица тихо вздохнула, казалось, у неё не было другого выбора, кроме как сказать:

– Ты, ты, скажи мне. Ты ела печень медведя или желчь феникса? Почему не растолстела?

Вэй Инло была ошеломлена, затем её потянули за плечо, императрица сказала:

– Молодая девушка, целыми днями такие тяжёлые мысли о жизни и смерти. Сколько тебе лет? – В её тоне был намёк на жалость.

Императрица дёрнула Вэй Инло подняться, и та осторожно спросила:

– Вы не сердитесь на меня?

Императрица легонько толкнула Вэй Инло в лоб и сказала:

– Принц И ложно обвинил тебя, это было пощёчиной дворцу Чанчунь, я была недовольна, хотела преподать ему урок, но, в конце концов, он двоюродный брат императора, даже я не могу обвинить его, так как ты смеешь трогать кого-то с рангом наследственного принца?

Вэй Инло дотронулась до того места на лбу, куда её толкнули, и осторожно спросила:

–Ваше Величество императрица, Вы вините эту служанку именно из-за этого дела?

Императрица смотрела подозрительно:

– Ты совершила другие ошибки? Расскажи об этом немедленно, пока я снова не испугалась.

Лицо Фухэна задержалось перед глазами, Вэй Инло продолжала задаваться вопросом, почему его не поймали. Вэй Инло покачала головой и спросила:

– Как Ваше Величество императрица узнала, что я это сделала?

Императрица на мгновение подозрительно посмотрела на Вэй Инло, прежде чем сказать:

– Фухэн прислал мне записку ранее, в ней говорилось, что ты распоясалась и что я должна тебя поучать. Не вини его, он боится, что ты снова попадёшь в беду.

Лицо Вэй Инло побледнело! Он знал, он всё знал, он всё знал, когда дала ему приправу! Ногти Вэй Инло впились в ладонь и она спросила:

– Страж Фуча больше ничего не сказал?

Императрица с досадой сказала:

– Нет. К счастью, Фухэн узнал об этом. Любой другой пожаловался бы императору, но это было бы бесполезно, улики были бы уничтожены.

Вэй Инло успокоилась, кивнула и сказала:

– Да, пожалуйста, не волнуйтесь, я ничего не оставила.

– Я не беспокоюсь об этом... – Императрица нахмурилась и, помолчав, добавила: – Забудь о таком, Инло, относясь к людям в этом мире мелочно, ты никогда не будешь счастливой. Напротив, сделай шаг назад, и мир станет ярче. Тебе нужно поблагодарить Фухэна за это. Вот, отнесёшь ему суп из женьшеня вместо меня, обязательно поблагодари его.

Поблагодарить? Свёрток с перцем и солью был отправлен, он рассказал об этом Её Величеству императрице, даже если Фуча Фухэн сам сорвал с себя маску. Вэй Инло было любопытно, как поведёт себя Фухэн теперь, когда он увидел её отношение, и она тихо сказала императрице:

– Слушаюсь.

После раздачи мяса в великий день жертвоприношения стражники, которые не были на дежурстве, вернулись в караульное помещение, чтобы отдохнуть.

Фухэн сидел на бамбуковом стуле и читал книгу, Хайланьча подошёл к нему сзади и посмотрел:

– Пфф, – произнёс он со смехом: – Я говорил, что ты становишься всё лучше и лучше. Ты можешь читать книгу вверх ногами?

Фухэн пришёл в себя, увидел, что книга в руке и в самом деле перевернута, и раздражённо бросил её на стол.

Хайланьча похлопал его по плечу и спросил:

– В плохом настроении? Тогда у меня для тебя хорошие новости, и хорошенькая дворцовая служанка принесла тебе суп. Увы, меня никто не любит...

Фухэн был ошеломлён, он оглянулся, Вэй Инло стояла в дверях с коробкой для еды.

Хайланьча улыбнулся и вышел, закрыв за собой дверь, сказав:

– Приятно поболтать.

Вэй Инло подошла к столу, поставила дымящуюся миску супа из женьшеня, мило улыбнулась и сказала:

– Молодой господин, Её Величество императрица приказала мне отнести Вам суп.

Фухэн не сказал ни слова, его лицо было спокойным и невозмутимым.

Капли воды падали с карнизов, два человека стояли лицом друг к другу, храня молчание. Выражение лица Вэй Инло изменилось с наивности на безразличие:

– Не волнуйтесь, Её Величество императрица попросила меня принести суп, я бы не отравила его.

Фухэн посмотрел на белую фарфоровую миску с супом и спросил:

– Ты сделала это с принцем И?

Вэй Инло небрежно ответила:

– Разве не Вы пожаловались на меня Её Величеству императрице?

Сердце Фухэна сжалось, он едва сумел сохранить самообладание и спросил:

– Как ты это сделала? Ни на ноже, ни на мягкой бумаге ничего не было.

Инло улыбнулась и, раскинув руки, ответила:

– Это было очень просто, я замочила мягкую бумагу в солёной воде, высушила её и на поверхности образовалась соль. Затем я взяла бумагу и использовала для протирания ножа. Когда мясо нарезали, кристаллы соли на лезвии просочились в мясо, поэтому было легко проверить нож и ничего не найти, но мягкую бумагу было легко обнаружить, поэтому я тайно заменила её на чистую. Естественно, на ней не смогли ничего найти.

Фухэн резко поднялся, посмотрел Вэй Инло прямо в глаза и сказал:

– Ты...

Вэй Инло посмотрела ему в глаза, не уклоняясь, и сказала с не уступающей ему энергией:

– Что я? Вы обвиняете меня, что я не должна была сводить счёты с принцем И! Потому что он наследственный принц Великой династии Цин, сын императорской семьи, младший член знатной фамилии, поэтому он говорит мне встать на колени, когда он этого хочет, называет меня мерзавкой, и я должна принять всё это, не так ли! Ха, что я, Вэй Инло, хочу сделать, кому бы я ни хотела причинить вред, никто не убежит!

Фухэн потеряв всякое терпение сказал:

– Инло, в конце концов, он принц!

Вэй Инло холодно рассмеялась:

– Море изменилось, мир изменился, горы выросли в прошлом, в будущем они будут плоскими, нет такого понятия, как постоянное и навсегда! Видел, вчера он был птицей высокого полёта, а сегодня стоял на коленях, как собака, и молил о пощаде! С силой ударяясь головой, и говоришь я не смею…

Инло торжествующе рассмеялась.

Фухэн закрыл глаза и медленно открыл их снова. Спросил, едва не калеча себя:

– А как же я? Ты устраивала мне ловушки снова и снова из-за А’Мань, не так ли?

Вэй Инло холодно посмотрела на него:

– Да, но ты вышел сухим из воды. На первый взгляд, молодой господин – благородный человек, но нет такого понятия, как благородный человек, который губит людей!

Фухэн больше не мог этого выносить, он внезапно схватил Вэй Инло за запястье и настойчиво спросил:

– Если бы я сказал тебе, что я этого не делал, ты бы мне поверила?

Вэй Инло фыркнула:

– Думаешь, я могу в это поверить?

Фухэн отпустил руку Вэй Инло и сделал шаг назад. Он внезапно вытащил кинжал из-за пояса и вложил его в руку Вэй Инло. Вэй Инло, схватив орудие убийства, нахмурилась:

– Что ты делаешь?

Фухэн посмотрел ей в глаза, чёрные как смоль. Давление обжигало как лава. Он держал рукоять кинжала в её руке и направил лезвие себе в грудь:

– Это дело не имеет ко мне никакого отношения. Если не веришь, то можешь убить меня прямо здесь!

Вэй Инло схватила кинжал, насмешливо улыбнулась и сказала:

– Если я убью тебя здесь, мне не сбежать. Я не хочу умирать вместе с тобой.

Фухэн раздражённо сказал:

– Вместо того, чтобы меня ненавидели, я лучше умру с тобой.

Вэй Инло опешила, ей было немного неловко.

Фухэн вздохнул, бросил кинжал на стол и тихо сказал:

– Прости, я не продумал это до конца, я не могу продемонстрировать свою искренность смертью. Как стражник, я не могу взять на себя ответственность за тебя! Инло, нет, значит, нет! Я не причинил вреда твоей сестре, я не причинил вреда А’Мань! Если я солгу, пусть меня изрубят на множество кусочков, разорвут тело пятёркой коней, умру мучительной смертью с дурной славой и все будут презирать меня после смерти!

Клятва была слишком ядовитой и жестокой, Вэй Инло была потрясена, Фухэн посмотрел на неё и сказал со всей серьёзностью и честностью:

– Вэй Инло, я повторяю, я... Фуча Фухэн никогда не делал ничего, чтобы навредить А’Мань, никогда! Я никогда не причинял вреда твоей сестре и не хочу... причинять боль тебе.

Вэй Инло наконец заговорила:

– В первый раз я спросила, знаете ли Вы А’Мань, почему притворились, что не знаете?

Глаза Фухэна загорелись, и он ответил:

– Вопрос об А’Мань был предметом больших споров. Даже после того, как она покинула дворец, слухи не прекращались долгое время. Я слышал о ней, но никогда не видел А’Мань, поэтому не могу сказать, что знаю её.

Вэй Инло поджала губы, достала яшмовую подвеску, показала её Фухэну и недоверчиво спросила:

– Ваша яшмовая подвеска, почему она была у неё в руке?

Фухэн тоже выглядел озадаченным и сказал:

– Это правда, что я потерял эту яшмовую подвеску, но почему А’Мань держала её при себе, не знаю.

Вэй Инло пристально посмотрела на него:

– Вы говорите только правду и не слова лжи?

Фухэн покачал головой, горько улыбнувшись:

– Мне не нужно лгать тебе, если бы я был убийцей, я мог бы рассказать императрице, у тебя всё ещё был бы шанс отомстить мне?

Хотя всё ещё есть сомнения, но это имеет смысл.

Вэй Инло поколебалась, слегка кивнула и сказала:

– Хорошо, сейчас я Вам поверю, но если я когда-нибудь узнаю, что Вы солгали, даже если я превращусь в злого духа, я найду Вас и заставлю заплатить за это!

С этими словами она бросила на Фухэна злобный взгляд и повернулась, чтобы уйти.

Фухэн был взбешён этим взглядом, он снова схватил Вэй Инло за запястье и сердито сказал:

– Когда-то ты хотела отомстить, ты фальшиво улыбалась мне, теперь ты находишь меня бесполезным и бросаешь меня, как будто я ничто! Вэй Инло, ты можешь изменить своё лицо?

Рука, сжимавшая запястье, была подобна щипцам. С трепещущим сердцем. Вэй Инло стояла неподвижно, безмолвно склонив голову.

Фухэн был полон горечи, он слабо сказал:

– На самом деле, поначалу, когда ты ударила, я подозревал тебя, но когда я увидел, как нежно ты обращалась со Снежком, я снова обманул себя. Вэй Инло, ты никогда не лгала мне, это я лгал самому себе! Каждое слово, которое ты мне сказала, каждая улыбка, которую ты мне дарила, я всё время возвращался к этому в уме, даже когда я знал, что ты лжёшь мне, я не хотел в это верить.

Вэй Инло некоторое время смотрела на его руку, а затем внезапно подняла лицо и сказала с яркой улыбкой:

– Молодой господин, Вы ведёте себя не так, как подобает? Есть поговорка, что мужчины и женщины, которые не связаны друг с другом, Вы...

Фухэн был ошеломлён, посмотрел на свою собственную руку и обнаружил, что всё ещё держит запястье Вэй Инло, и хотел немедленно отпустить его, но, увидев, что оно белое, как снег, не захотел сразу отпускать.

Из-за двери донёсся странный смех, Хайланьча прыгнул с порога, воскликнув:

– Молодец, ты влюблён, ты влюблён, я поймал тебя!

Фухэн немедленно отпустил, Инло тоже быстро встала и поспешила к двери, сказав:

– У дворца Чанчунь много дел, до свидания.

И с этими словами она ушла со своей коробкой с едой.

Хайланьча, видя, что он испортил веселье своему брату, сказал:

– Эй! Я просто пошутил, девушка Инло, не уходи!

Вэй Инло уже скрылась из виду, Хайланьча виновато посмотрел на Фухэна и сказал с улыбкой:

– Эй, извини, я не ожидал, что твоя девушка будет такой застенчивой, она ушла, а брат всё ещё есть, пойдём, я накормлю тебя супом! Ах, открой свой рот!

Фухэн с отвращением пнул Хайланьчу, Хайланьча вскрикнул.