Кто это сделал: вы сами виноваты! (или как Джо Байден докатился до аргументов Мадуро)

17 ноября 2021 Из Белого Дома в Федеральную торговую комиссию поступил запрос. Содержание следующее: в Белом Дома подозревают нефтегазовые компании в сговоре, наносящем вред потребителям. Причины, если следовать тексту запроса, таковы: «потребительская цена на топливо на заправочных станциях растёт, хотя стоимость нефтегазовых компаний продолжает падать».

«Несколько месяцев назад, по нашему запросу, директор Национального экономического совета подал в Комиссию запрос на мониторинг рынка нефтегазовой продукции», – говорится далее в документе. Запрос, если судить далее по тексту, был выполнен.

«Несмотря на это, цены на заправках продолжают расти, хотя цена на очищенное топливо падает, а прибыль нефтегазовых компаний растёт. Обычно изменение цен на бензин соответствует колебаниям цен на бензиновое сырье [определённые фракции-дистилляты нефти – прим. авт.], которое является основным компонентом товарных бензинов, которые потребители покупают на заправках. Однако же последнее время мы наблюдаем падение стоимости бензинового сырья на 5%, в то время как цены на заправках на бензин выросли на 3% за тот же срок. Необъяснимая разница между стоимостью сырья и стоимостью топлива на заправках гораздо больше той, что в среднем была до пандемии», – в таком ключе продолжаются рассуждения в документе.

Следом запрос касается того, что прибыль нефтегазовых компаний растёт, а «две крупнейшие нефтегазовые компании в США» (в тексте не названо прямо, что это за компании) «увеличили свою годовую прибыль, судя по их капитализации, вдвое по сравнению с 2019 годом».

«Мы не приемлем, чтобы американцы отдавали больше [чем необходимо] из своих заработанных трудом средств из-за нарушения условий рыночной конкуренции или же иного противоправного поведения [нефтегазовых компаний]», – говорится далее в запросе.

Монополии, картели, «искусственное» удержание цен (в т. ч. внеэкономическими методами) – это реальность. За текущий год индекс потребительских цен, по данным Федерального бюро статистики труда США (подразделение Минтруда США) вырос для бензина на 51%. Причины на то видят разные. В первую очередь, конечно, говорят о «пандемии», которая уже успела превратиться своеобразную тактику ухода от ответа на вопрос. Другое объяснение сводится к растущему потреблению нефти в мире и сокращению запасов. На это стоит заметить, что во втором полугодии 2021 г. рынок находится в относительно сбалансированном состоянии, по данным Министерства энергетики США.

Однако, если перейти от глобальных тенденций к более специфическому ответу на конкретный вопрос – почему цены на бензин в США столь стремительно растут – то окажется, что в Белом доме исходят в рассуждениях из изначально неверного положения.

Цена на бензин, которую потребитель видит на заправке, обычно не находится в прямой зависимости ни от цены на нефть, ни от цен на топливо на оптовом рынке. Более того, соотношение цен между потребительскими ценами на бензин с одной стороны и ценами на нефть и оптовыми ценами с другой стороны сейчас меньше, нежели были, например, десять лет назад.

Так что вливания на оптовый рынок не принесут никакого положительного эффекта. В попытках стабилизировать ситуацию, Белый дом сообщил, что будут использованы 50 миллионов баррелей нефти из т.н. Стратегического нефтяного резерва США – крупнейшего подземного резервуара нефти в мире. Однако, это не успокоило рынок, и цены на бензин выросли после этой новости на 3,3%.

Не ставя под сомнение знания и умения экономических аналитиков Белого дома, хочется напомнить, что суточное потребление нефти в США за 2020 год составляло, по разным оценкам, от 18,19 до 20,54 миллионов баррелей в сутки. Таким образом, мера, предпринятая Белым домом, повлияла на ситуацию на целых два с половиной дня. Огромный срок, не будем спорить.

Подобная ситуация – когда розничные цены на бензин продолжали расти, несмотря на то, что цена на нефть показывала общую тенденцию к понижению, уже имела место быть на рынке США. Стоит сказать, что тогда она не была отягощена настолько высокой общей инфляцией.

Опрос телеканала CNBC в начале второй декады декабря показал, что только 37% респондентов поддерживают экономическую политику Джо Байдена – в то время как меры по противодействию Covid-19 готовы одобрить 46%. Таким образом, заключают аналитики телеканала, инфляция впервые за время нахождения Джо Байдена в Белом доме стала волновать жителей США больше, чем текущая «пандемия».

Белый дом прекрасно осведомлён о том, что потребительские цены на бензин не находятся в прямой зависимости от цен на нефть – во всяком случае, если эта зависимость и наблюдается, то изменения происходят далеко не мгновенно.

Для того, чтобы разобраться в механике этого процесса, обратимся к специальному исследованию, подготовленному уже упомянутым выше Федеральным бюро статистики труда США. Нет, аргумент «это исследование было проведено при Трампе, который всегда и во всём ошибался» здесь не сработает. Исследование было проведено в 2015 году, когда нынешний глава Белого дома занимал должность вице-президента США.

«Розничная цена на бензин на заправке постепенно повышается в ответ на повышение оптовых цен. Точно таким же образом розничная цена на бензин обычно снижается более медленными темпами в ответ на падение рынка оптовых продаж», – объясняется в исследование.

Когда цены падают, это может означать, что маржа у заправочных станций повышается. Но и обратное верно – когда стоимость растёт, это понижает маржу.

«Задержка в передаче динамики цен от оптового рынка к розничным продажам обычно приводит к тому, что маржа снижается в периоды роста цен на нефть и повышается в периоды, когда цена на нефть падает. Цены на нефть непостоянны, и существенные изменения цен должны сначала произойти на рынке нефтепродуктов, затем в секторе дистрибьюции, прежде чем достигнуть потребительского рынка», – гласит исследование.

Это действительно так – снижение цен происходит медленнее, чем их рост. Почему это происходит – остаётся предметом дискуссии. Исследование даёт две альтернативных точки зрения.

Первое объяснение предлагает Association for Convenience and Fuel Retailing (NASC) [торговая международная ассоциация топливных компаний]. В ситуацию вносят вклад оптовые цены, местная конкуренция и поведение потребителей. Задержки колебания цен складываются из времени, которое необходимо для того, чтобы произвести топливо из нефтепродуктов и вывести его на рынок с некоторым «запасом прочности» для стоимости, чтобы исключить влияние кратковременных резких колебаний цен. В добавок, внимание конечного потребителя к цене продукта и местная ценовая конкуренция ведут к тому, что ретейлеры меняют цену постепенно, чтобы не испугать потребителя. Стремясь постепенно предположить [оптимальную] цену, ретейлеры получают меньшую маржу, когда оптовые цены растут, и большую, когда оптовые цены падают. При таком подходе становится возможным покрыть издержки, возникшие во время роста оптовых цен, задерживая падение цены во время периодов, когда [оптовая] цена на нефть падает.

Второе объяснение, которое ещё часто называют «ракеты и пёрышки» [«rockets and feathers» - цена быстро взлетает, как ракета, но опускается медленно, как пёрышко], было недавно предложено исследователями из St. Louis Federal Reserve Bank [один из 12 региональных резервных банков, которые вместе образуют ЦБ США]. Согласно их теории, цены на оптовом рынке и несовершенства в конкуренции на местных рынках вносят решающий вклад в скорости изменения стоимости топлива во время роста и падения цен на нефть. Растущая цена на нефть быстро заставляет расти оптовые продажи топлива, в результате чего местные ретейлеры быстро поднимают розничные цены, стремясь сохранить сокращающуюся маржу и прибыль. Эта прямая динамика влияния оптовой цены на стоимость топлива у ретейлеров и приводит к тому, что потребитель платит за топливо больше. Рост цены сравнивается со взлётом ракеты. В то же самое время, в периоды падения цены на нефть, некоторые ретейлеры получают возможность удерживать потребительские цены для того, чтобы получить более высокую маржу, по причине того конкуренция на местном рынке ограничена, и у ретейлера меньше стимулов снижать потребительскую цену. Таким образом, цена опускается медленно, как пёрышко.

Важно то, что описанный феномен – устойчивый, и происходит вследствие особенностей локальной рыночной конкуренции. Если выбирать объяснение «ракеты и пёрышки», в рамках которого, по-видимому, пытается рассуждать Джо Байден, то владельцы заправочных станций в регионах, где конкуренция невелика, могли бы удерживать более высокие цены. Так что, в противовес утверждениям Байдена, в этом случае «топливные компании» не вовлечены ни в какую незаконную или нечестную конкуренцию.

Если бы происходило что-то необычное или незаконное, это отразилось бы в соотношении оптовых цен к розничным, которые конечный потребитель видит на заправке. Однако, как следует из представленных графиков, никакой особой разницы не заметно. На самом деле, нынешние розничные цены соотносятся с оптовыми как 1,28, что несколько меньше, чем десять лет назад, когда соотношение было равно 1,34. Также на графике видно, что взлёт цены после падения рынка нефти в 2020 году несколько сократился, пока достиг потребителя.

Что насчёт цен на нефть? Здесь соотношение с розничными ценами на топливо составляет 24,48, что несколько меньше долгосрочного среднего значения в 24,98. Иными словами, галлон бензина обычно стоит 25 центов за 10 долларов цены на нефть, а сейчас даже меньше, как показано на графике (и снова видим спад и взлёт, который можно объяснить началом «пандемии»).

Таким образом, то, что происходит сейчас с рынком топлива, является совершенно нормальным в свете динамики мировых цен на нефть. Проблема отнюдь не в том, что топливные компании вовлеклись в какую-то «незаконную» схему или противодействию конкуренции со стороны ретейлеров на заправках, а в инфляционных потерях в сочетании с расточительностью, с которой правительство тратит бюджетные деньги, приспособительной денежной политикой и политикой противодействия использованию углеводородов, которой придерживается администрация Байдена.

Вот как ответил на аргументы Белого дома American Petroleum Institute [единственная национальная неправительственная организация США, занимающаяся исследованиями всех аспектов и обеспечивающая деятельность по регулированию вопросов в области нефтяной и газовой промышленности].

«Это заявление – попытка отвлечь от фундаментальных изменений, которые происходят на рынке, и непродуманных решений правительства, которые только усугубляют ситуацию. Спрос возвращается по мере того, как экономика начинает восстанавливаться, и он превышает предложение. Дальнейшая дестабилизация баланса происходит из-за решения администрации усложнить доступ к топливным ресурсам и закрытие важнейших инфраструктурных проектов. Вместо того, чтобы инициировать расследование рынка, которые итак регулируются и мониторинг которых осуществляется на ежедневной основе, или просить ОПЕК увеличить предложение, необходимо разрабатывать национальные топливные ресурсы».

Нынешняя администрация действительно не медлит применять административный ресурс против индустрии углеводородов (как и было заявлено в предвыборной программе). Наиболее ярко запомнились следующие меры:

Прекращение бурения новых скважин на федеральных землях (за что на администрацию подали иск проживающие там индейские племена).

Закрытие проекта строительства трубопровода Keystone XL из Канады, что привело к тому, что множество специалистов в области топливной энергетики остались без рабочих мест.

Запрет на бурение на территории Национального Арктического заповедника.

Обсуждаются меры закрытия нефтепровода Line 5 в Мичигане

Также негативно на отрасли сказываются локдауны, меры принудительного вакцинирования (которые выливаются в увольнение множества работников), огромные траты бюджетных денег и непрекращающееся расширение «социальных» трат.

В то же самое время министр энергетики США Дженнифер Грэнхолм (Jennifer Granholm) утверждает, что высокие цены на топливо – это позитивное явление, поскольку это приведёт к тому, что США быстрее перейдут с использование углеводородов на солнечную и ветряную энергетику.

Не обсуждая сейчас подробно преимущества и недостатки этих видов энергоносителей (среди которых – огромные издержки на комплектующие, общий вред добычи и производства необходимого сырья для солнечных панелей и ветряков, а также крайне низкий показатель EROEI), отметим, что есть весомые основания сомневаться в беспристрастности министра и отсутствия у неё личной заинтересованности.

Дело в том, что Дженнифер Грэнхольм до того, как занять пост министра энергетики, с 2017 г. состояла в совете директоров калифорнийской компании Proterra, которая – совершенно случайно – занимается производством электромобилей, в частности – автобусов, работающих на электродвигателе, «электробусов» (здесь же можно вспомнить о том, что демократические политики вовсю продвигают общественный транспорт).

Будущий министр энергетики являлась держателем 240,520 акций общей стоимостью около 1,6 миллионов долларов – в компании, рыночная стоимость которой превышает два с половиной миллиарда долларов. Это вызвало протесты как со стороны законодателей, так и со стороны неправительственных организаций, занимающихся выявлением конфликтов интересов. Грэнхольм после своей номинации на министерскую должность вынуждена была подписать соглашение с обязательством продать свою долю акций Proterra не позднее 180 дней после утверждения на должность, если таковое последует. Стоит отметить, что обязательство было выполнено – через 157 дней после номинации (и через 88 дней после утверждения на должность) свою часть акций Грэнхольм продала, однако неизвестно, как именно она распорядилась полученными средствами.

Несмотря на уход Грэнхольм и совета директоров Proterra, компания явно пользуется большим расположением нынешней администрации. В апреле 2021 г. Джо Байден совершил «виртуальный тур» на производство компании, которое базируется в Гринвилле (Южная Каролина). На протяжении всего года рядом с различной продукцией компании – электробусами и электрическими зарядными станциями – постоянно мелькали то вице-президент Камала Харрис, то министр транспорта Пит Бутиджич в компании самой Грэнхольм. Происходит это в рамках программы правительства США по замене 50000 школьных автобусов, работающих на дизеле, на «зелёные» и «с нулевым выхлопом». На эти меры выделено 174 миллиарда долларов и 45 миллиардов долларов соответственно. Кроме того, в рамках этой программы предполагается «создание национальной сети из 500000 электрических зарядных станций»

3 декабря 2021 года производственные мощности компании Proterra c двойным визитом посетили вице-президент США Камала Харрис и министр транспорта США Пит Бутиджич. Очевидно, дела к компании идут хорошо – настолько хорошо, что Филадельфия (крупнейший город штата Пенсильвания) был вынужден списать все 25 закупленных автобусов производства компании Proterra из-за обнаружившихся эксплуатационных неполадок. Оказалось, что вес аккумулятора электробусов таков, что оси не выдерживают нагрузку, а время жизни самого аккумулятора оставляет желать лучшего. Аналогично, город Дулут в штате Минессота был вынужден списать автобусы Proterra – оказалось, что для продукции компании, которую пиарит вся текущая администрация, не по силам тамошние холмы (высота центра города – 214 метров).

Нет цели защищать углеводородное топливо «из принципа». Однако автобусы, которые не могут возить даже собственный двигатель – это вряд ли хорошая замена. Кроме того, довольно печально наблюдать, что Белый дом докатился до аргументов венесуэльского диктатора Мадуро, который в 2015 году велел начать расследование против сетей супермаркетов за то, что те «создают очереди» во время продовольственного кризиса. Во время визита на завод Proterra вице-президент США Камала Харрис села за руль электробуса и нажала на клаксон, напевая детскую песенку «The wheels on the bus go round and round» [«Колёса автобуса крутятся и крутятся» – песня из мультфильма CoComelon]. Похоже, в случае энергетической политики администрации президента США колёса поехали в какую-то неправильную сторону.

При написании использованы материалы U.S. Bureau of Labor Statistics, CNBC, The Breitbart News, The Washington Free Beacon, Not the Bee, Visual Capitalist, а также информация из открытых источников.

Автор – Анна Капустина.