На частоте между мирами

Интервью с автором, который умеет превращать скуку в магию

Тори Гринн (настоящее имя Виктория Корниенко) родилась в Краснодаре – городе контрастов, где тихие дворики соседствуют с шумными проспектами, а прошлое будто всё ещё переговаривается с будущим. Именно там сформировалось её особое зрение: умение замечать трещины в привычной реальности и видеть за ними другое измерение. Тори работает в жанрах фэнтези и магического реализма, но точнее всего её можно назвать проводником. В её текстах оживают забытые ритуалы, спящие вещи и миры, которые существуют параллельно нашему и терпеливо ждут, когда их услышат.

Поводом для разговора стал роман «Сумерки FM» – ироничный, острый и удивительно точный текст о культуре, страхе скуки и странных формах сопротивления обыденности. Мы начинаем разговор с автором, который умеет настраивать эфир так, что в нём слышно мышление.

– «Сумерки FM» создаёт ощущение, будто мир по ту сторону эфира живее и честнее привычной реальности. В какой момент появилось это ощущение, что фантастическое может быть более правдивым, чем повседневное?

– Наверное, когда пришло понимание, что честное безумие разумнее зарегламентированной глупости. В фантастическом мире страхи называют страхами, а не вызовами, кризисы – кризисами, а не возможностями для роста, тоску – тоской, а не новым трендом медитации. Там не притворяются, что тоска – это «осознанность». Там её мастерски готовят, коллекционируют и продают.

– В романе скука звучит почти как мифологическое существо – опасное, липкое, разрушительное. Почему именно скука стала для вас ключевой темой, а не страх, зло или насилие, к которым чаще обращается фантастика?

– Потому что скука своего рода последний непризнанный монстр современности. Скука есть у всех: у офисного работника, у древнего зла в пещере, у призрака в замке. Это мост между мирами, который не нужно строить – он уже есть. А ещё: скуке не надо ничем притворяться. Страх притворяется грандиозным. Любовь притворяется вечной. А скука – честная. Мы живём в мире, где развлечений больше, чем когда-либо, а смысла – меньше. Где можно быть «всегда на связи» и при этом бесконечно одиноким. «Сумерки FM» – это история о том, что, когда ваш мир становится слишком скучным, пора искать другие частоты – не для бегства, а для диалога. В общем, здесь скука – это не отсутствие чего-то. Это – само что-то. И если копнуть глубже, там можно найти всё: и ужас, и тоску, и юмор, и смысл – просто в непривычной упаковке.

– Радио в книге – не просто приёмник, а способ связи, уязвимый и трескучий. Почему именно радио стало порталом между мирами, а не, скажем, сны, зеркала или цифровые технологии?

– Радио – это как невидимый мост. Оно соединяет точки пространства без проводов, физически и таинственно. «Спидола» – старая, из другого времени. Она чужда современному миру тотальной цифровизации. И поэтому именно она оказывается проводником в миры, чуждые обычной реальности. Портал открывается не через суперкомпьютер, а через выброшенную на свалку прогресса вещь. В этом и есть справедливость: заброшенное находит заброшенных. По сути, радио – это технология, которая уже была магией, но мы об этом забыли.

– Герои «Сумерек FM» – кураторы, демоны, критики, призраки – говорят на удивление профессиональным языком. Насколько сознательно вы работали с темой культурной среды, искусства и институций, узнаваемых для читателя?

– Да, здесь как раз-таки было не всё быстро и просто. Работа строилась по принципу «зеркала с искажением». Я брала реальный язык профессиональных сред и «пропускала» его через призму фантастического контекста. Кураторские формулировки Критиковой, продюсерский сленг Мордреда, технический жаргон Гнилища – всё это есть в нашем мире. Чтобы тёмный мир звучал живо, он должен быть структурирован, а любая структура рождает свой профессиональный сленг. Я не выдумывала язык с нуля. Я его как бы перевела. Взяла знакомые, узнаваемые профессиональные коды и настроила их на новую, фантастическую частоту.

– В тексте много иронии, но почти нет злости. Это редкий баланс. Было ли внутреннее табу на цинизм или такой тон возник сам собой в процессе написания?

– Это было осознанное решение. Тон родился из характера Вики. У неё не было энергии на злость. У неё было отчаяние, перебродившее в сарказм. Ещё у меня было внутреннее правило: можно посмеяться над ситуацией, над языком, над условностями – но не над болью. Боль у героев есть, но она не осмеивается. Она обыгрывается, и ей ищут выход – через искусство, совет, абсурдное решение. Ирония без злости – это как некий более сложный сплав. Не «всё плохо», а «всё странно», и в этой странности есть место даже для чего-то хорошего или хотя бы забавного.

– После финала остаётся ощущение, что эфир «Сумерек FM» продолжает вещать где-то рядом. Для вас эта история завершена или вы допускаете возвращение к этому миру в новом формате?

– Да, на самом деле у меня были мысли о межпространственной сети «Сумрак-Net» с новым Викиным шоу, но пока у меня есть только зарисовки.