Собственно это не повесть, а анекдот: содержание «Пиковой дамы» слишком исключительно и случайно
Рецензия на спектакль «Пиковая дама» студента 2 курса театроведческого факультета ГИТИСа Ивана Пиксаева:
В спектакле Игоря Ларина главной основополагающей всего действия становится цитата Виссариона Белинского: “Собственно это не повесть, а анекдот: содержание “Пиковой дамы” слишком исключительно и случайно”. И если задуматься, всё в этой повести очень нелепо и хаотично: легенда о трёх картах, не имеющая доказательств достоверности; молодой человек, верящий в эту городскую байку и готовый идти на обман и преступление ради того, чего может и не быть; старуха, умирающая при виде пистолета, не успев сказать что-нибудь; наконец, Германн проигрывает всё своё богатство из-за одной единственной карты. Вся эта повесть устроена, как карточная игра, как фараон, в котором игрок никогда не может предопределить исход. Именно это хотел режиссёр передать в спектакле - ощущение развязности и непредсказуемости, как в хорошей партии.
Игорь Ларин играет три ключевые мужские роли: Томского, Германна и Чекалинского. Решение понятное - все трое в этом мире являются игроками в этой большой игре. Но особенно любопытным получился у актёра Германн - в постановке он лишен всякой инфернальности и флёра романтического героя, с которыми у нас ассоциируется герой благодаря опере Чайковского. Перед зрителями предстаёт жуткая карикатура: выпуклый нос картошкой, нарумяненные щёки, глаза, пускающие жадные, сальные взгляды. Он завлекает Лизу мерзким, низким голосом, обещая ей “плюх-плюх”. Германн в спектакле не представитель поколения, вдохновлеённого Наполеоном, а очень злая пародия на него.
Лиза Марины Лариной здесь представлена далеко не светлой героиней. Она глупа, легкомысленна, готова идти за первым встречным. Главной деталью её образа становится старое светское, немного откровенное платье и белый парик, пришедшие из екатерининской эпохи. Смысл присутствия этого костюма становится понятен лишь в конце - когда Лизавета Ивановна выходит замуж и берёт к себе воспитанницу, становится ясно, что в своём доме она станет властной императрицей, может даже похлеще Графини, и этот костюм придаёт ей нужную развязность и властность, которая свойственна всем домашним тиранам.
Одной из главных находок спектакля стало решение того, как представить Графиню, и тут был найден идеальный вариант - через маску. На ней героиня изображена с вечно строгим, пристальным взглядом, глубокими морщинами. С одной стороны, это выглядит очень забавно, потому что героиня на всю оставшиюся жизнь застыла с не самым приятным для окружающих выражений лица. С другой стороны, благодаря маске воспринимается уже с самого начала, как некий призрак, злой дух или же демон, но не как живой, обычный человек. И тут нужно отметить, как Марианне Семёновой удаётся срастись с этой маской и оживить её.
Одной из важных тем спектакля стала тема торжества женщин над мужчинами. Герман, когда не появляется на сцене в живом обличье, предстает куклой, которую дамы двигают, управляют, а в финале призрак Графини убаюкивает его, прежде чем тот ляжет в психиатрическую больницу. В финале именно они выходят главными победителями в этой игре, обведя игроков вокруг пальца и начиная жить в своё довольствие. А на Германна-куклу надевают маску старой Графини, как символ прошлого, в которое герой навсегда канет.