А. В. Бирюков: эксперт по треку «Наука, технологии и инновации»
Доклад Бирюкова Алексея Викторовича, эксперта по треку «Наука, технологии и инновации» специально для участников BRICS Project Lab
Каждые пять лет Всемирная Организация ЮНЕСКО публикует свой доклад UNESCO Science Report, посвященный развитию мировой науки в рассматриваемый период. В 2021 году был опубликован доклад “Наперегонки со временем за более разумное развитие”, собравший 736 страниц статистического и аналитического материала по научно-техническому развитию большинства стран мира за 2015–2019 годы. Для Лаборатории БРИКС, инновационного проекта, реализуемого на базе Университета МГИМО в апреле 2022 года, доклад ЮНЕСКО демонстрирует особую значимость анализа научно-технического развития стран БРИКС.
В предпоследнем докладе отмечается, что страны БРИКС заметно активизировались на пространстве науки, нарастив финансирование этой сферы деятельности, увеличив отряд исследователей и число публикаций. По этим показателям страны БРИКС вплотную приблизились к т.н. авангардным странам, хотя по объемам ВВП, рассчитанному по паритету покупательной способности, разрыв сокращается не так быстро, как хотелось бы.
Среди стран БРИКС (Бразилия, Российская Федерация, Индия, Китай и Южная Африка) Китаю удалось избежать последствий глобального финансового и экономического кризиса 2008 года, однако в середине 2015 года его экономика проявляла признаки напряженности. До настоящего времени движущей силой роста для Китая были государственные расходы, но с падением доверия инвесторов в августе 2015 года стремление КНР перейти от роста с ориентацией на экспорт к росту, в большей мере опирающемуся на потребление, ставится под сомнение. Принятая в том же 2015 году политика «Made in China 2025» позволила резко увеличить свое присутствие во многих технологически развитых отраслях промышленности, в том числе в биоинженерии, строительстве высокотехнологичных железнодорожных магистралей, современном кораблестроении и авиастроении. Среди политического руководства проявляется также некоторая озабоченность в отношении того, что массовые инвестиции в НИОКР за последнее десятилетие не сопровождаются научной отдачей. Китай также ведет поиск эффективной стратегии роста. Сохраняя устойчивый спрос на сырьевые товары для обеспечения своего быстрого роста, КНР после 2008 года компенсировал странам-экспортерам природных ресурсов падение спроса со стороны Северной Америки и ЕС. Однако в конечном счете, циклический пик спроса на сырьевые товары подошел к концу, отражая структурные проблемы, в частности Бразилии и Российской Федерации.
В 2014 году Бразилия вступила в рецессию. Хотя в последние годы страна расширила доступ к высшему образованию и увеличила социальные расходы, производительность труда остается низкой. Это указывает на то, что Бразилия пока еще не смогла использовать инновации для экономического роста, однако при правительстве Болсонару наблюдается активный рост сектора услуг – 74% на настоящий момент при 68% в 2010-х.
Проблема экономического роста существует и у Российской Федерации. В стране принята стратегия развития через индикативное развитие путем реализации 13-ти национальных проектов, в том числе проекта по развитию цифровой экономики. В 2019 году была опубликована «Национальная стратегия развития искусственного интеллекта 2020-2030».
Тем временем в Индии в последнее десятилетие рост оставался на приемлемом уровне около 5%, однако настораживает то, что экономический рост не создает достаточного количества рабочих мест. В настоящее время в экономике Индии доминирует сектор услуг (57% ВВП). Правительство Моди, избранное в 2014 году, выступает за применение новой экономической модели, основанной на промышленности с экспортной ориентацией и преследующей цель содействия созданию рабочих мест. Индия уже становится центром «умеренных инноваций» благодаря крупному внутреннему рынку таких продуктов и услуг для малообеспеченных слоев населения, как недорогостоящие медицинские приборы и дешевые автомобили. Также, как и прочие страны БРИКС, Индия делает успехи в цифровизации страны. Активно растет рынок телекоммуникаций, а в 2018 году была принята «Национальная стратегия развития искусственного интеллекта». Как и в Китае, в Индии наблюдается акцент на повышение доли произведенных в стране высокотехнологичных продуктов и ИИ. В период с 2011 по 2019 годы, в стране практически в четыре раза выросла доля исследований в сфере искусственного интеллекта и в два с половиной раза в сфере инженерии и энергетики, которая остается серьезной проблемой для Индии.
На Южноафриканскую Республику приходится самая высокая внутренняя доля африканских изобретений. Например, в апреле 2020 году африканский стартап CapeBio разработал набор для тестирования Covid-19, основанный на полимеразной цепной реакции в реальном времени, который дает результаты через 65 минут. В апреле 2020 года правительство ЮАР поручило Южноафриканской радиоастрономической обсерватории (SARAO) управлять национальными усилиями по разработке, производству и закупке 20 000 аппаратов ИВЛ в рамках Национальной программы вентиляторов. Обсерватория была выбрана за ее опыт проектирования сложных систем для радиотелескопа MeerKAT в Северном Кейптауне (вставка 20.1). К декабрю 2020 года было произведено 18 000 единиц и продано 7 000 единиц. Аппараты ИВЛ были оплачены из Фонда солидарности, который выделил около 250 миллионов южноафриканских рандов (около 16,7 миллиона долларов США) на эту инициативу.
Единственная сфера, в которой страны БРИКС, по мнению составителей доклада, не смогли подтянуться к развитым странам, связана с правовым оформлением интеллектуальной собственности. При этом в докладе не зафиксировано, что Китай в последние годы очень энергично разрушает эту интеллектуально-правовую асимметрию. Согласно данным Всемирной организации интеллектуальной собственности, Китай обогнал США по числу заявок на приобретение патента еще в 2012 году, по торговым маркам - в 2009 году. Что касается промышленных образцов, то КНР обошла США по этому направлению еще в 90-х годах прошлого столетия. Вместе с тем США по-прежнему удерживают пальму первенства по общему числу заявок на патенты и торговые марки. К сожалению, другие члены БРИКС не поддержали в то время подобную активность Китая. В настоящий момент, КНР принадлежит более 40% всех патентов в мире, при этом США 16%. В то время как Российской Федерации 1% от всех патентов, получаемых в мире к 2021 году.
Такой успех Китая определяется огромными расходами на НИОКР – 2,23 трлн долларов, что составляет 2,23 % от ВВП страны. Экономика страны, и как следствие, научно-технический сектор развивается в соответствии с принятием планов экономического развития – в рамках борьбы с выбросами углерода был принят «План организации национального рынка торговли квотами на углеводороды», способствующий уходу с территории страны предприятий со значительным процентов выбросов CO2. В 2016 году принята «Революционная стратегия Китая в области производства и потребления энергии», установившая план развития ВИЭ в 15% от общего производства электроэнергии к 2020 году и в 20% к 2030 году. Значительную роль в технологическом развитии КНР сыграла также «Схема среднесрочного и долгосрочного плана развития науки и техники», принятая еще в 2006 году, с момента имплементации которой Китай в два раза увеличил расходы на НИОКР.
В последнем докладе ЮНЕСКО подчеркивается, что все страны мира связывают перспективы роста собственной конкурентоспособности с инклюзивным развитием и опорой на цифровые технологии. Мировые расходы на цели науки увеличились на 19% в период с 2014 по 2018 годы, как и количество ученых почти на 14%. Развивающиеся страны стимулируют развитие собственной науки, увеличивая расходы на эту деятельность. В среднем государства выделяют средства на развитие науки в размере примерно 1.30% от национального ВВП. Одновременно осуществляется индустриализация и создание собственных технологий, снижая зависимость от иностранных технологий. Примером тенденции является уже упоминавшийся план «Made in China 2025», к ней также относятся национальные проекты Российской Федерации, направленные на развитие всех секторов государства, в том числе образования, науки и культуры.
США и КНР существенно опережают все страны мира по всем показателям. На их долю приходится две трети прироста. Пять стран, включая Россию, тратят на науку меньше 1% ВВП.
При этом Россия остается центром научных исследований. Начиная с 2000-го года, несмотря на низкую роль университетов в формировании ВВП на НИОКР (10%), количество университетов, задействованных в реализации проектов в сфере НИОКР увеличилось на 160%, а с 2016 года общее количество публикаций в РФ увеличилось на 50%. В обществе наблюдается тренд на формирование позитивного образа исследователя – более 62% россиян приветствовали бы решение своих детей вступить на путь науки.
Примерно 30 стран мира разработали национальные стратегии развития искусственного интеллекта, который выдвинулся на передний план научных исследований. Как упоминалось ранее, за исключением ЮАР, которая стимулирует развитие частной инициативы в сфере искусственного интеллекта, каждая из стран БРИКС, приняла собственную стратегию развития ИИ, что соответствует трендам четвертой промышленной революции.
Еще одна тенденция связана с тем, что примерно 70% всех научных исследований имеет закрытый характер и не является предметом международного сотрудничества. Международное сообщество находится в поиске новых моделей распространения знаний. С 2019 года ЮНЕСКО занимается подготовкой глобального нормативного документа по открытой науке. Стратегию развития в данном направлении приняла Российская Федерация, поддержав тренд на развитие научной дипломатии. Это проявляется как в участии в совместных научных проектах в Европе, судьба которых в 2022 году поставлена под вопрос, так и в совместных проектах в прочих регионах мира. В 2018 году была принята «Дорожная карта по российско-германскому сотрудничеству в сфере НТР», был создан Трианонский диалог с Францией, а также совместные научные проекты с Южной Кореей. Также, такую политику ярко характеризует учреждение совместно с организацией ЮНЕСКО премии им. Д. И. Менделеева.
Отдельно следует отметить интеллектуальную роль молодежи, которая рассматривается в докладе. С начала XXI века наблюдается развитие общемировой науки в сторону большей инклюзивности, а глобализационные тренды, достигшие пика в 2000-е, обусловили значительную потребность научной сферы в молодых специалистах. Тенденция на расширение доступа молодого поколения в науку наблюдается и в странах БРИКС. Так, в Российской Федерации сразу два национальных проекта (по науке и по образованию) направлены на создание условий для выявления молодых талантов и роста их как молодых перспективных специалистов. Создание постоянных научно-исследовательских центров, образовательных центров, таких как Сириус, стимулируют приток молодого поколения в научную сферу. Китай не менее активно привлекает исследователей. Число публикаций с 2011 года увеличилось практически на 100%, а бразильская Национальная стратегия в области науки, технологий и инноваций на 2016–2022 годы поставила целью на 20% увеличить количество людей, трудоустроенных в научной сфере. С 2010 года в Бразилии в два раза выросло количество докторских степеней, полученных гражданами страны, и в два раза увеличилось количество студентов, ежегодно поступающих на программы обучения в национальные ВУЗы.