Правдоруб Сталина: как генерал Селивановский спас Сталинград и стал одним из руководителей контрразведки «Смерш»
командировки в управления контрразведки «Смерш» 1-го и 2-го Белорусских
фронтов. Польша, июль 1944 г.
«Выдержанный и корректный, но иногда бывает резок. Для пользы общего дела готов нарушить субординацию и даже шагнуть через голову руководства». Примерно такую характеристику можно было бы дать легендарному генерал-лейтенанту Николаю Селивановскому, замначальнику Главного управления контрразведки «Смерш».
Селивановский не лебезил перед начальством и понимал, что приукрашенный доклад наверх принесет больше вреда, чем пользы. За эту принципиальность контрразведчика по достоинству оценил Иосиф Сталин, который вознес его на вершину новой спецслужбы, созданной весной 1943 года (в «Смерш» Селивановский возглавил отдел по заброске агентуры и диверсионных групп в немецкий тыл).
Почему он попал на столь высокий пост и прототипом какого героя в романе Владимира Богомолова «Момент истины» стал, БНБ рассказывает в новом лонгриде, посвященном 125-летию генерала.
Сталин действительно любил возвышать не только лично преданных, но в том числе дерзких и бесстрашных. Николай Селивановский был человеком такого сорта. Как и у многих высокопоставленных советских контрразведчиков, за его плечами была бурная юность, закалившая его характер.
Селивановский Н.Н., 1921 год.
К 14 годам он успел поработать железнодорожным рабочим, истопником, уборщиком, посыльным и конторщиком в имении. В конце Первой мировой попал под немецкую оккупацию (родился он в местечке Хойники Минской губернии), а потом добровольно вступил в РККА и стал артиллеристом.
В 1921 году в числе наиболее отличившихся военнослужащих Николай Селивановский стал кремлевским курсантом, а чекистская его биография началась в сентябре 1922 года, когда молодой и уже довольно опытный боец (участвовал в Польском походе и подавлении Кронштадтского восстания) был замечен сотрудниками Главного политического управления при НКВД РСФСР.
1929 г.
Дальше курсы ГПУ и направление на Туркестанский фронт, где в течение пяти лет Селивановский участвовал в борьбе с басмачеством и становлении советской власти в Средней Азии. Там он вырос с начальника особпункта ОГПУ при 31-й кавалерийской бригаде до следователя особотделения ОГПУ 8-й кавалерийской дивизии.
«Хоть я и являлся оперативным работником — фактически ничем не отличался от других командиров и солдат — в сабельные атаки ходил вместе со всеми, — вспоминал позднее Селивановский . — Честно говоря, никогда не любил отсиживаться за чьей-то спиной, этим и горжусь. Зато всегда мог людям честно смотреть в глаза. Кроме этого, очень боялся уронить звание чекиста. И так было всю жизнь: я этим званием всегда гордился и очень им дорожил».
Вернувшись из среднеазиатского похода будущий замначальника ГУК «Смерш» закончил Высшую пограничную школу ОГПУ при СНК СССР и перешел на работу в Центральный аппарат ОГПУ.
13-го корпуса. Н.Н. Селивановский – второй слева в третьем ряду (отмечен
цифрой «2»). Каган, Узбекская ССР, 1924 г.
Любопытный факт: в 1937 году Селивановский обеспечивал безопасность заграничных гастролей Краснознаменного ансамбля красноармейской песни и пляски, проходивших в Париже и Праге. По возвращении в Советский Союз Николай Николаевич получил свою первую награду — «Знак Почета», а накануне Великой Отечественной, в мае 1940 года за выявление, пресечение и предупреждение преступлений в сфере снабжения Красной армии и оборонного строительства, а также оказание содействия органам военного управления в деле строительства войскового тыла его наградили медалью «За отвагу».
Великую Отечественную войну Николай Николаевич встретил в должности начальника 5-го отдела НКО СССР, отвечавшего за оперативное обеспечение органов снабжения Красной армии, строительства и расквартирования, а с началом боевых действий его назначили на должность начальника Особого отдела НКВД войск Юго-Западного направления, которыми командовал легендарный конармеец Семен Буденный.
Стремительное наступление немцев привело к поражению Красной армии под Киевом и гибели попавшего в окружение начальника Особого отдела Юго-Западного фронта Анатолия Михеева. Николаю Селивановскому пришлось фактически с нуля воссоздавать фронтовые органы военной контрразведки.
Причем, Селивановский одним из первых изменил подход к использованию зафронтовой агентуры. Основной задачей «агентов по тылу противника» теперь стало не наблюдение за войсками и действиями врага, а проникновение в его разведывательные органы. Этот опыт он применял, осуществляя руководство особыми отделами Сталинградского, Юго-Восточного, Донского и Южного фронтов.
К слову, именно на сталинградском направлении, где Селивановскому в тяжелейших условиях удалось организовать эффективную контрразведывательную работу, о нем прогремела слава принципиального чекиста, не боявшегося указать на ошибки командования. Нелицеприятные доклады Селивановского о действительном положении дел на фронте помогали руководству оперативно исправлять ошибки. Одной из них, по его мнению, стало неудачное назначение генерала Василия Гордова командующим Сталинградским фронтом. Гордов не просто допускал ошибки, он еще и умело скрывал их от высшего руководства.
В сложившейся ситуации Николай Селивановский взял на себя ответственность и направил в Москву шифротелеграмму на имя Сталина. Вечером 26 июля 1942 года Селивановского срочно вызвали в Москву на доклад лично Сталину. Впоследствии чекист так вспоминал об этих событиях:
«Я воспринял назначение Гордова как крупную кадровую ошибку, так как знал его как человека грубого, не пользующегося авторитетом среди участников разворачивающейся битвы за Сталинград, в военном отношении не очень искушенного. Естественно, у нас имелись все подтверждающие материалы. Все это изложил в телеграмме, которую направил лично И.В. Сталину, а копию — Л.П. Берии. Что тут началось! Меня вызвали в Москву, и Берия долго меня ругал, заявляя при этом, что я „сую нос куда не следует“, что „назначение командующих фронтами — это прерогатива Верховного командования“, а не меня — особиста. Потом, по указанию Сталина, на Сталинградский фронт приезжал Абакумов и проверял, насколько я прав в своих доводах. Честно говоря, я сильно рисковал, и, будь что не так, не сносить бы мне головы... Но данные мои, видно, подтвердились, и вскоре Гордов под благовидным предлогом от командования фронтом был отстранен».
Своевременные кадровые перестановки спасли Сталинград. Город удалось оперативно подготовить к обороне, а войска снабдить боеприпасами. Итог — разгром немецко-фашистских войск на Волге и награждение Селивановского орденом Красного знамени «за большую работу и личную смелость».
Сталинградской битвы, 1942 год.
Вероятно, именно сталинградская проблема навела Сталина на мысль о создании Главного управления контрразведки «Смерш» НКО СССР под руководством Виктора Абакумова. Одним из замов Абакумова был назначен Николай Селивановский.
На новой должности он готовил органы военной контрразведки целого ряда фронтов к действиям в условиях наступления Красной армии на Украине, в Белоруссии, Румынии, Болгарии, Югославии и Польше.
И еще один факт: Селивановский стал одним из прообразов «выдержанного и корректного» генерала Колыбанова в бессмертном романе Владимира Богомолова «Момент истины» («В августе сорок четвёртого»):
«В чувствительной мембране аппарата ВЧ голос Колыбанова звучал так интонационно отчетливо, будто он говорил не из далекой Москвы, а из соседней комнаты. И Егоров явственно представлял себе его, невысокого, худощавого, со спокойным смугловатым лицом, в генеральском кителе с орденскими планками и в брюках навыпуск».
Победу Селивановский встретил на посту советника НКВД СССР при Министерстве общественной безопасности (МОБ) Польши. На территории республики он сумел развернуть успешную борьбу с националистическим подпольем. В послевоенные годы Николай Николаевич возглавлял 3-е Главное управление МГБ СССР, одновременно являясь заместителем Министра государственной безопасности СССР.
(справа) и его заместитель – генерал-лейтенант Селивановский Н.Н. у входа в
Мавзолей В.И. Ленина в период проведения парада на Красной Площади,
приуроченного ко Дню смотра боевых сил трудящихся всех стран, г. Москва,
1 мая 1946 года.
Под руководством Селивановского были проведены реорганизация органов военной контрразведки, сокращение Вооруженных сил СССР и их ограждение от разведывательно-подрывной деятельности западных спецслужб.
Правда, дальнейшие события развивались по негативному сценарию. 26 августа 1951 года генерала освободили от должности и зачислили в распоряжение отдела Административных органов ЦК ВКП(б). В сентябре того же года он был снят с должности Председателя комиссии по выездам за границу при ЦК ВКП(б), а 2 ноября 1951 года арестован по обвинению в преступлениях, предусмотренных ст. 58 п. 1 «б», 58 п. 7 и 58 п. 11 УК РСФСР.
Николая Николаевича обвинили в том, что он «являлся участником преступлений группы Абакумова, который способствовал в проведении вражеской работы в органах государственной безопасности».
При этом в ходе следствия было установлено, что «преступная связь Селивановского с Абакумовым и вражеская работа с его стороны фактическими материалами не подтверждена». 21 марта 1953 года чекиста выпустили из-под стражи освобожден с полной реабилитацией, но 28 августа 1953 года приказом МВД СССР Николай Николаевич был уволен в запас МВД СССР по сокращению штатов.
С выходом на пенсию Селивановский продолжил деятельность в качестве активиста-общественника. Он участвовал в работе Комитета содействия при райвоенкомате, занимался общественно-политической и военно-научной работой среди офицеров и генералов, состоявших в запасе и отставке. Не забывали его и бывшие сослуживцы.
Развал Советского Союза и органов КГБ он воспринял с негодованием. В одном из послевоенных интервью Николая Николаевича спросили, что он может пожелать сегодняшним и завтрашним чекистам. Он ответил:
«Что может пожелать старый солдат молодым воинам? Конечно же, самой святой любви и верности нашей Родине! Сейчас она попала в беду, в сердцах и душах многих людей царит сумятица. Думаю, что корень зла заключается в том, что мы в одночасье позабыли и позабросили идеалы, за которые умирали миллионы наших сограждан на полях Гражданской и Отечественной войн.
Идеалы — это ведь стержень человеческого духа, а его-то у многих теперь и нет. Поэтому чекисты как представители лучшей части нашего народа должны делать все, чтобы вернуть эти идеалы. И тогда снова вернутся на нашу землю Мир, Спокойствие и Вера в завтрашний день!»