История одной семьи и одного портрета.

Конкретная дата появления на свет гениального живописца неизвестна. Известно лишь, что Ян ван Эйк родился в Северных Нидерландах в г. Маасэйк. Художник был далек от научных исследований перспективы, строения человеческого тела, он не ведал наследия античности: в отличие от художников Италии, и больше руководствовался своим опытом. Ван Эйк тщательно изучал строение окружающего мира, видел тонкости любого из предметов, умел красочно и в деталях передать пейзажи и интерьеры. Особенное значение для него имело изображение человека, он хотел максимально точно отображать облик героев своих полотен.

Правдивая точная передача черт героя подчиняется в портретах, написанных художником Яном ван Эйком, проницательному раскрытию особенностей нрава персонажей. Живописец создает первый в истории искусства Европы парный портрет - изображение купца Джованни Арнольфини и его супруги, проникнутый замысловатой символикой, но в то же время и интимно-лирическими переживаниями.

Картина является одной из самых таинственных картин за всю историю искусства. Он завораживает с первого взгляда и надолго приковывает внимание. Возникает осознание серьезности запечатленного момента, наличия некоего символического смысла. Над его разгадкой размышляли крупнейшие искусствоведы, пытаясь понять значение множества предметов.

Картина написана в Брюгге в 1434 г. Ее название стало известно только спустя 100 лет по инвентарной записи в одной из книг. Там значилось «Большой портрет Hernoult le Fin в комнате со своей женой». «Hernoult le Fin» - это французский вариант написания итальянской фамилии Арнольфини. В XV веке представители этой семьи были довольно зажиточными купцами.

Долгое время считалось, что здесь изображен Джованни ди Арриджо Арнольфини со своей супругой Джованной Ченами из Брюгге, богатого города - порта пяти морей и центра торговой империи Фландрии. Но в 1997 было установлено, что они заключили брак в 1447, через тринадцать лет после создания работы и спустя шесть лет после смерти Ван Эйка. Сейчас полагают, что на картине - двоюродный брат Джованни ди Арриджо - Джованни ди Николао с женой, имя которой неизвестно.

Впервые в истории живописи мужчина и женщина изображены не как заказчики работы, а в камерной обстановке своего жилища. Таким же новшеством была идея написать супругов, соединивших руки, а не изображать их порознь или отдельно друг от друга.

Вытянутые фигуры, непропорциональные по отношению к окружающим предметам, несоблюдение правил перспективы и отсутствие интереса к человеческой анатомии говорят о том, что перед нами – картина не итальянского, а Северного Возрождения, для которого была характерна точная передача текстур и кропотливое исполнение мельчайших деталей.

Прежде всего, искусствоведы не могут прийти к общему мнению, является ли этот двойной портрет свадебным. Некоторые эксперты видят в нём уникальную форму брачного контракта, заключение которого засвидетельствовал сам художник. Однако Национальная галерея в Лондоне, где хранится шедевр, однозначно заявляет, что это – изображение супружеской пары, но не бракосочетание. Это мнение считается наиболее авторитетным на сегодняшний день.

Какие загадки скрывает этот незамысловатый на первый взгляд групповой портрет? Прежде чем перейти к деталям, давайте внимательно рассмотрим интерьер и одежду. Говоря об одежде героев, нужно отметить, что одеяние человека XV века выполняло одну важную функцию - продемонстрировать статус и материальное положение. В начале XV века Брюгге был экономически процветающим городом и крупным торговым центром Северной Европы, а семейство Арнольфини-влиятельной династией. Так как наш герой купец, одежда доказывает его положение и состоятельность. Джованни одет строго, но изысканно и по последней моде. В то время в Европе господствовала бургундская мода, что связано с сильным политическим и культурным влиянием Бургундского герцогства. При дворе не только женская, но и мужская мода была экстравагантной. Мужчины носили тюрбаны и цилиндрические шляпы чудовищных размеров. Мех был роскошью, разрешенной по традиции только высшим слоям общества. Коричневая бархатная мантия Джованни подбита мехом, по бокам с разрезом, что позволяло ему свободно двигаться, действовать. Руки у жениха ухожены. Его узкие плечи указывают на то, что он не трудился физически, и смог добиться высокого положения в обществе другими способами.

Невеста на картине одета в роскошное зеленое, подбитое беличьим мехом, платье (зеленый - цвет любви). Белое подвенечное платье вошло в моду только с середины XIX века. Платье смоделировано с высокой талией и рукавами - фестончиками. Рельеф на платье модный женский каприз XV века. По мнению некоторых исследователей, её округлый живот не является признаком беременности, а отвечает представлениям об эталоне красоты в эпоху поздней готики. Также количество материи, которое ей приходилось носить, соответствует моде того времени. По мнению исследователей, положение руки женщины на своем животе - это не более чем ритуальный жест, предназначавшийся для обозначения плодовитости, поскольку двойной портрет был написан по случаю свадьбы этой пары. Более того, эксперты моды, глядя на портрет, утверждают, что на наряд супруги Арнольфини ушло не менее 35 метров ткани, то есть женщина попросту поддерживает подол платья, чтобы не наступить на него. Передвигаться в таком платье можно было лишь при соответствующем навыке, который был возможен только в аристократических кругах. Ван Эйк также позаботился о том, чтобы использовать роскошные красивые детали -золотые и серебряные манжеты на запястьях, обширные детали по краю длинной вуали, роскошную прическу супруги, как подтверждение статуса богатства.

Позы супругов торжественно неподвижны, лица полны самой глубокой серьезности - здесь происходит нечто важное. Еще одним дополнительным признаком заключения брака является поднятая рука - символ клятвы жениться на этой женщине. Не исключено, что брачный контракт был необходим так как очевидно, что речь идёт о так называемом «браке левой руки». Жених держит левой рукой руку своей невесты, а не правой, как того требует обычай. Такие браки заключались между неравными по социальному положению в обществе супругами и практиковались вплоть до середины XIX века. Составлялся брачный контракт, по которому жена не могла претендовать на наследство мужа в случае его смерти, а только лишь на оговоренную денежную компенсацию. Этот документ выдавался женщине на утро после свадьбы, отчего такие браки стали называться морганическими (от немецкого «morgen» - «утро»).

Арнольфини и его супруга изображены без обуви. Его деревянные туфли лежат сбоку, а ноги женщины скрывает юбка - все это имеет символическое значение. «Сними обувь твою с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая», - сказано в Ветхом Завете. Для обоих пол комнаты во время бракосочетания был «святой землей».

У ног четы на переднем плане находится маленькая собачка, как символ супружеской верности, преданности и благосостояния - это животное часто включали в парные портреты супругов. Кстати, собака принадлежит к очень дорогой породе - это предок брюссельского гриффона. Расположение фигур предопределяет роли в супружестве - женщина стоит около постели в глубине комнаты, символизируя тем самым роль хранительницы очага (домашние дела и хозяйство). Мужчина же стоит около открытого окна, символизируя принадлежность к внешнему миру (это занятие торговлей, выход во внешний мир, он активный участник будущей пары).

Место действия картины - комната супругов, убранство которой типично для купеческого дома XV века. Каждая деталь обладает и формальной функцией, и символическим смыслом. Стоит отметить ещё одно неверное толкование этой картины: многие уверены, что действие происходит в спальне. Однако в XV веке в Низинных Землях у помещений в домах не было чёткого предназначения. Кровати могли стоять где угодно, в том числе – и в комнате, где принимали гостей. Разделение покоев на парадные, предназначенные для визитёров, и внутренние произошло значительно позже.

Люстра, висящая над головами жениха и невесты, сделана из металла, что типично для Фландрии того времени. В интерьере маркером обеспеченности четы являются большая кровать, сундук (классический подарок жениха невесте), занавески, застекленная верхняя часть окна его дома.

Восточный ковер у кровати женщины является атрибутом благочестия жены и опять-таки доказывают обеспеченность этой пары. Апельсины на подоконнике демонстрируют не только изобилие семьи (ведь они были дорогим экзотическим фруктом), но и олицетворяют райское блаженство. Есть предположение, что Арнольфини привозил их в страну, и это отсылка на источник его состояния. Цвета предметов одежды и интерьера также имеют большое значение: красный, черный, зеленый и особенно синий были невероятно дорогими красителями, поэтому опять-таки доказывают обеспеченность этой пары.

На оси симметрии картины находится зеркало, которое висит на задней стене комнаты, окруженное красивыми миниатюрными сценами Страстей Христовых. Помещение зеркала внутри картины - прием, хорошо известный художникам разных периодов. Обычно его использовали для того, чтобы расширить пространство полотна или показать то, что иначе увидеть было бы невозможно. Плоские зеркала были по карману только высшей аристократии и считались драгоценностью. Выпуклые зеркала были более доступны. По-французски они назывались «колдуньями», поскольку мистическим образом увеличивали угол обзора у наблюдателя. В зеркале, изображённом на картине, можно увидеть потолочные балки, второе окно, фигуры главных действующих лиц и очертания еще двух человек, входящих в комнату. Их лиц не разобрать, но ясно, что это мужчина и женщина. Искусствоведы предполагают, что художник изобразил сам себя и супругу. Однако его портрет можно разглядеть, только взяв лупу.

В картине Ван Эйк продемонстрировал себя новатором, использовав масляные краски вместо более распространённой тогда темперы. Благодаря им, он смог достичь сияющего эффекта и богатства цвета, которые невозможны с темперой. Художник наносил один полупрозрачный слой краски поверх предыдущего ещё до того, как тот окончательно высыхал, получая слитные мазки и смягчённые контуры. Просвечиваясь друг под другом, эти слои создают невероятно глубокие насыщенные цвета, иллюзию трёхмерного изображения и придают поверхности картины эмалевидный эффект. Мастерство этой техники особенно хорошо видно, как художник прописывает четки слева от зеркала: Ян ван Эйк так реалистично воспроизвел эффект прозрачного стекла на них, что мы видим даже нанизанную черную нить. Четки здесь являются аллегорией благочестия и традиционным подарком новобрачным.

Под люстрой с правой стороны находится деревянная фигура святой Маргариты, побеждающей дракона ереси. Она считается покровительницей рожениц. Фигурка закреплена на спинке стула, стоящего у супружеского ложа. Справа от зеркала - щетка (метелочка) - атрибут трудолюбия и смирения будущей супруги. Символизм в этой работе можно изучать бесконечно, в этом и состоит очарование картины - художник оставил для нас загадку, где каждый зритель может воспроизводить свой сюжет и искать свои собственные ответы.

Голландская живопись - это разговор со зрителем посредством деталей. Жителям маленькой северной страны было свойственно трогательное внимание к маленьким предметам. Виртуозная техника ван Эйка, тонкая моделировка образов и тщательная проработка сделали его одним из самых известных художников эпохи Возрождения в Европе и «Портрет четы Арнольфини» - прямое тому доказательство.

Вопросы к картине:

1. Туфли Джованни Арнольфини находятся на переднем плане картины. А где расположена обувь супруги и какого она цвета?

2. На картине нарисована одна свеча, где она изображена?

3. Мужчина и женщина облачены в тёплые одежды, какая погода изображена на картине?

4. Художник чуть ли не первый, кто подписал свое полотно. Где находится подпись художника?