«Гибель богов». Нужно больше братьев
Унгары, привет!
Новый год пришёл, и мы надеемся, что он принесёт вам только хорошее. И начнётся это хорошее прямо сейчас: мы рады запустить серию статей-спойлеров по седьмому выпуску ККИ «Берсерк». Время идёт вперёд не только в реальности, но и там, в далёком мире Лаара. Готовится к пробуждению могущественный артефакт былой эпохи, способный одолеть угрозу, вновь нависшую над миром. Грядет время битв, в которых могут погибнуть даже боги!
Именно так выпуск и называется: «Гибель богов». Но не будем раньше срока заглядывать в будущее. Посмотрим лучше на юг материка, где в противостояние вступает новая могущественная сила…
Над Каменными Пустошами заходило солнце. Нет. Над Каменными Пустошами наконец-то заходило солнце. Нибб родился в этих краях, прожил здесь полных восемнадцать лет и считал себя опытным путешественником. Исходил с отцом все пустоши вдоль и поперёк, был даже в Аль-Джамии, любовался её величественными башнями и лицезрел могущественных магов ордена, однако ничего красивее заката в родных краях до сих пор представить не мог. Но что ещё важнее, заход солнца приносил с собой прохладу. Каменные Пустоши, что зовутся ещё Каменными Полями, конечно, не Пустыня Сота, но название своё носят не зря. Днём солнце палит здесь немногим меньше, чем в землях ордена, но вот вечером… Вечером можно, наконец, расслабиться.
Лагерь разбили пару часов назад, ещё засветло. В сезон пожарче по Пустошам вообще лучше передвигаться по ночам, пережидая дневной зной на стоянках. Но сейчас конец зимы... и хотя печёт всё равно нещадно, идти днём все же можно. А их отряд торопится, это Нибб уже понял.
— Эй, салага, ходи давай! Что застыл? — поторопил юношу склонившийся над игровой доской крупный воин в причудливом железном доспехе. — Или сдаёшься?
— Мы никогда не сдадимся! — задорно выкрикнул Нибб в ответ, возвращаясь из своих мыслей.
Парень быстро потряс стаканчик с костями и поставил его на доску. Две шестёрки! Удача улыбнулась ему, и каменные фишки продвинулись по доске, закрыв оппоненту несколько выгодных ходов. Сдаваться после такого уж точно было рано!
— Хороший настрой! — похвалил Нибба собеседник. — И везёт тебе как лепрекону, Огерон мне свидетель! Я-то уж думал, победа близка! Так чего застыл?
— Задумался я, мастер Танкард, — не стал отпираться юноша. — Я впервые в путешествии без отца. Пустошь как свои десять пальцев знаю, но всегда ходил с ним, в караване. И представить не мог, что когда-нибудь это изменится. Но отец сказал, что наша с вами встреча — это шанс всей моей жизни, и упустить его нельзя. Никак нельзя! А я своему старику верю, он не ошибается в таких вещах. Подумалось мне — как же неожиданно, даже… обыкновенно в твоей жизни может произойти событие, которое поменяет всё… Да и закат красивый. — Нибб попытался перевести свой ответ в шутку: право, кому, кроме него самого, нужны эти волнения души?
— Да, парень, ты прав, — неожиданно решил поддержать разговор воин. — Не про закат. Я за полтора полных цикла тут у вас насмотрелся на них, этот — совершенно обычный. А вот про то, что никогда не знаешь, когда судьба постучится в дверь, истинная правда. Омерон мне свидетель!
— А расскажите, мастер Танкард!
— И расскажу!
…Меч снова глухо звякнул, отражая выпад неприятеля. Танкард выдохнул с облегчением. Иносказательно, конечно: ритм дыхания надо было держать. Даже усиленный кинетическим блоком, молодой паладин с трудом держался против наседающего порождения сумрачных инженеров. Похожий на жуткую помесь богомола и рыцаря, стальной солдат яростно размахивал своими железными лапами. Достанет, пустит кровь — и пиши пропало! А Танкард как никогда хотел жить: он ведь паладином-то только вчера стал, смешно сказать! Всего и успел продвижение по службе с Братьями отметить. Так что голова гудела, мысли путались — а сражаться было надо. Сумраков же не попросишь перенести свой неожиданный налёт на завтра.
Конечно, доспех паладина — это чудесное изобретение инженерного корпуса Братства — помогает. Возможностей у него гораздо больше, чем у цепной секиры, которой Танкард орудовал пока ходил в послушниках. Да только ведь не так важны возможности, как привычка. Прошлым оружием воин владел виртуозно, потому и заслужил честь надеть броню паладина. А с новой экипировкой в той же степени ещё не свыкся.
А делать что-то надо! Только парируя удары сражения не выиграть. Доспех работает в защитном режиме, но как-то можно его переключить. Танкард попытался вспомнить… Да, кажется, надо дёрнуть рукой вот так. И нажать вот здесь на перчатке. Работает?
Шестерни в спинном отделе бешено завертелись, и воин нанёс страшный, кратно усиленный механизмом брони, удар по противнику. Стальная лапа отделилась от туловища твари и со стуком упала на пол. Но лезвие второй неслось прямо в горло паладина, он открылся, подставился, и защититься уже не успевал… Не успел бы, если бы не доспех. Зажужжали с новой силой сервоприводы, Танкарда дёрнуло, повернуло, и клинок будто бы сам столкнулся с вражеской сталью, парировал, отклонил, а затем… Меч прошёл сквозь неприятеля, навеки упокоив жуткого стального солдата.
Паладин поспешно вытащил клинок из поверженного противника и огляделся по сторонам. В обозримом пространстве двора никого не было, и, судя по доносившимся издали звукам, короткая схватка подходила к концу. Оно и к лучшему: доспех не давал развернуть корпус прямо, и одна из ног была стеснена в движениях. Танкард в короткой молитве поблагодарил Омерона и Огерона за посланную удачу и похромал искать техника…
— Вот так это было… — паладин взглянул на Нибба, а затем оглядел других новичков, что подошли послушать воспоминания бывалого вояки. — И эта история не про то, как я чуть было не погиб в бою с похмелья. А про неожиданные последствия. Доспех-то я сломал. Нечаянно, конечно, и с ясной головой никогда бы такого не получилось. Но вышло как вышло. И ведь не просто сломал…
— А испортил полный цикл моей разработки! — закончил фразу приятный голос со стороны слушателей. — Впрочем, стало только лучше.
— Ламбин, приятель, и ты тут? — радостно откликнулся мастер Танкард.
— Только вернулся. — К Ниббу с паладином шагнул навстречу невысокий и довольно тощий мужчина средних лет, в лёгкой кожаной куртке, причудливых круглых очках и с огненно-рыжими бакенбардами. На губах его играла улыбка. — Вот всегда так. Возвращаешься в лагерь из дозора, а тут паладины в фишки играют...
— Без тебя, — закончил воин.
— Это самое возмутительное! — кивнул Ламбин. — Впрочем, давай-ка лучше я расскажу, чем закончилась та история. Итак, молодёжь, — мужчина обратился к слушателям, — свежеиспечённый паладин, совсем-ещё-не-мастер Танкард, нажал то, что нажимать не следовало. Особенно если, как он сам выразился, вот так дёрнуть рукой. Признаться честно, я как ведущий инженер того проекта и представить не мог, что человек в трезвом уме и доброй памяти вообще решит так сделать. Ошибка разработки. Режим нападения был активирован прежде, чем был отключен защитный режим, и доспех повёл себя нештатно. Последовательности предписаний наложились друг на друга, перепутались, высадили весь заряд и даже повредили блок кинетического усилителя. Но доспех спас жизнь паладина! И это главное! Да, моя великая работа подверглась критике — заслуженной, признаю без стыда — и на доработку ушло ещё два полных цикла. Но конечный результат того стоил!
— А мне не дали остаться в стороне от разбирательств, связанных с этим инцидентом. Да я и не хотел. Предложил инженеру Ламбину свою помощь, стал первым добровольцем, который испытал каждую — каждую! — версию новой брони паладина. И, наконец, мы добились совершенного результата, — закончил мастер Танкард. В голосе его явно сквозило удовлетворение. — Так-то, салаги!
— А вот… — подал голос Нибб.
— Что, молодёжь? — повернул к нему голову Ламбин.
— Вот вы сказали, высадили весь заряд. Куда?
— Что куда? — не понял вопроса инженер. — Никуда. Просто. Высадили кучу энергии. В никуда. Пришлось уйму времени потратить, чтобы в результате доля потерь оказалась приемлемой.
— Энергии? — в голосе юноши не было и тени понимания.
— Энергии. Ох, я же постоянно забываю, какой тут уровень технологий. И образования. Энергия штатного накопителя тратится, распределяясь по доспеху. Прежде всего, конечно, она уходит на обеспечение работы сервоприводов и кинетического блока в целом. Есть ещё жидкостные усилители, но их мы теперь почти не ставим. Процесс генерации в новых реалиях сильно усложнился. Ты понял? — спохватился мужчина.
— Простите, но нет… — замотал головой Нибб. — Понял только, что это не семена.
— Ламбин, оставь свои объяснения для подобных себе! — ответил за товарища Танкард. — Салаги, всё просто! Энергия, заряд… Это такая штука. Которая нужна, чтобы всё работало. Представляйте её себе как что угодно. Да вот как хотя бы… — паладин схватил первое, что попалось под руку, — фишка! Да, вот такая каменная фишка. Есть она у вас, и вся эта инженерия работает! Часто пользуешься доспехом или много бегаешь — фишка пропадает, — воин подбросил каменный кругляшок в воздух и намеренно не стал ловить.
— А, колдовство! — понятливо протянул кто-то из слушателей.
— Да ну нет же! — возмущённо протянул Ламбин. — А хотя… Вы знаете, юноша, вы натолкнули меня на одну идею… Надо записать, пока не забылось.
Инженер поспешно удалился.
— Ужин готов! — донеслось из-за соседней палатки примерно через полчаса. Нибб как раз окончательно проигрывал паладину на игровой доске, а потому особенно обрадовался услышанному. Да и есть хотелось: приятная прохлада, спустившаяся на Пустоши после заката, способствовала появлению аппетита.
— Пойдём, салага, — поднялся на ноги воин, — Поедим — и спать. Вставать завтра рано.
Кашеварил на полевой кухне немолодой седовласый мужчина с грубым лицом. Нибб уже успел узнать, что зовут его Црилxоинс. Но имя это редкое, сложное, так что с дозволения самого повара все называли его просто Цри. Или дядька Цри, благо, он не обижался.
Получив свою порцию разваристых овощей — что на Пустошах уже деликатес — с каким-то тушёным мясом, Нибб отправился к группе других новобранцев. Благо, многие их них были его знакомыми из родной деревни. Сел рядом с товарищами прямо на невысокий плоский камень и принялся не спеша жевать. Вкусно, каждый раз вкусно! Дядька Цри — большой профессионал своего дела.
А вот и он. И мастер Танкард с ним. Не пожелали поужинать отдельно, решили, видно, ещё больше познакомиться с новичками. Сели, неспешно задвигали челюстями. Пару минут ели молча: разговоры среди молодёжи, и без того не слишком активные, с появлением старших товарищей стихли окончательно.
— Да, раньше ить лучше было… — наконец выдохнул дядька Цри, задумчиво пережёвывая собственную стряпню.
— Что было лучше, Цри? — спросил паладин с лёгкой усмешкой.
— А всё, — не заметил иронии повар. — Жизнь поспокойнее. Выпивка получше. Обучали как надо, а не как вас сейчас. Кости не болели. Мушкет мой чаще стрелял.
— Ты это про?.. — не понял паладин.
— Да про кипятильники эти новые, будь они неладны! — в сердцах махнул рукой старик. — Хотя нет, пусть уж работают. Ну срам ить?
— Ну, срам, — согласился мастер Танкард, — а что делать? Других ведь нет.
— Ты ить знаешь, что есть, — отмахнулся дядька Цри. — Да только не про нашу честь. Я вот и говорю — раньше было лучше. Нас в Академии всему учили. И тому, что на эти ваши… автоматы, — это слово старый повар произнёс с особым презрением, — полагаться нельзя! Откажут они — и что ты? Кто ты без них?
— Не начинай, старина, — похлопал повара по плечу паладин. — Молодняк напугаешь своим брюзжанием.
— Да ладно уж… — буркнул дядька Цри. — Просто раньше всё одно лучше было!
И продолжил ковыряться ложкой в овощах. Но уже через минуту не выдержал и, взглянув на распираемое от любопытства лицо Нибба, выпалил:
— Да спрашивай уж, спрашивай!
— Да я… — смутился юноша. — Я и не понял ничего… Но интересно! А что за автоматы, дядька Цри?
— На автоматы, рекрут, ты ещё насмотришься. Их на месте у нас — как у гоблинов свиней. Не работают только. Но ежели широко посмотреть, то и доспехи вот эти железные, — старик ткнул пальцем в броню Танкарда, — тоже суть автомат. И меч. Да и фузея моя… А теперь и мушкет. Всё, для чего нужны эти кипятильники, будь они…
— Ага… — Нибб ничего не понял, но решил, что разберётся позже.
— Да я ить понимаю всё… — продолжил тем временем дядька Цри. — Всё на нужды Братства. По справедливости всё. Вон, видишь её?
Повар коротко кивнул в сторону палатки рядом с кухней. Нибб перевёл туда взгляд, хотя уже догадывался, кого он там увидит. Не так много женщин было в отряде его новых товарищей. А эта… Эта выделялась особенно. Мастер Таката. Молодая, привлекательная, утончённая, какая-то особенная даже среди этих особенных людей. Девушка сидела на камешке со своей походной посудой в руках, поджав стройные ножки в длинных кожаных сапогах, и, кажется, уже заканчивала трапезу. Её чёрные волосы с белыми прядями были собраны в хвостик на затылке. Почему-то, глядя на эту незамысловатую причёску, Нибб очень чётко понял, что надо бы познакомиться… а то невежливо.
— Ага! Да не туда смотри, остолоп, — беззлобно пожурил юношу дядька Цри. — На фузею смотри. Рядом на камне лежит. Моя ить была.
И правда, рядом с Такатой лежало что-то такое. Массивное, с широким раструбом ствола, украшенное замысловатой резьбой. Посередине этого чудного оружия горело изумрудным светом какое-то пятно.
— Чудо, а не фузея! — продолжал старик. — Но я сам отдал. Таката ить у меня училась. Стрелка лучше я не видел, ей-ей! Зоркий глаз, у меня уж нет такого.
— Омерон ему свидетель! — подтвердил мастер Танкард.
— Да только жидкостные зарядники у нас на вес золота, взять ить их больше неоткуда. А ей действительно надо. Вот и отдал я фузею свою, она полегче у меня, получше… И все зарядники к ней. А сам мушкет взял. А всё почему?
— Почему? — не понял Нибб.
— А могу потому что! — подытожил довольный дядька Цри. — Потому что, я ить говорил, учили нас на совесть. Чтобы стрелять как следует, мне нужны только мои руки и голова. Годы практики помогают, конечно, скромничать не буду. От железки моей один только толк — патроны меняет быстрее, чем если руками. И то, если не ходить, не трясти… Потому что кипятильник вместо жидкостного зарядника, будь он… хотя нет, взорвётся ещё.
— А фузея эта?.. — уточнил юноша.
— Хитро общается с другими автоматами, и потому сама цель ведёт, сама упреждение считает… Шедевр, сейчас такую уж и не сделать, и не зарядить… Но она с ней управляется так, как я никогда не смог бы. Честно всё, — пожилой мушкетёр только рукой махнул. Девушка тем временем легко поднялась на ноги, схватила своё чудо-оружие и упорхнула вглубь лагеря.
— Дядька Цри, — в этот раз к старику обратился полноватый паренёк, земляк Нибба. Под конец их беседу с интересом слушала вся группа молодёжи. — Но ведь прочие ваши штуки у вас как-то работают. Работают же?
— Ты, молодой, просто ещё не осознал, что суть кипятильник. А вот пойдёмте, покажу.
Дядька Цри и группа новобранцев довольно скоро достигли одинокой палатки на окраине лагеря. Мастер Танкард с ними не пошёл, мол, сами справитесь. Мушкетёр не возражал.
Перед палаткой, на невысоком стульчике в слабом свете фонаря сидела ещё одна девушка. Её Нибб пока тоже видел только мельком. Но как же она была не похожа на мастера Такату! Плотная, кряжистая, с грубоватыми чертами лица. Если бы не крепкая грудь и длинные волосы, её можно было бы принять за мужчину. Уда. Уда-арбалетчица, так её звали в лагере. Она тоже была мастером, эта женщина-амазонка, но предпочитала, чтобы это звание не упоминали. Она вообще предпочитала не говорить там, где можно было промолчать.
— Долгих лет тебе, Уда! — поздоровался мушкетёр.
— Долгих, — кивнула она в ответ. — Чего тебе?
— Наших новых братьев привёл, ить интересно им всё, молодые!
— Угу, — женщина коротко кивнула и продолжила смотреть куда-то за тёмный горизонт.
— Так вот, молодые! — обратился к юношам и девушкам дядька Цри. — Всем ить понравилась стряпня сегодня? Мясо гвейхира такое нежное, если потушить его в орочьей капусте. А знаете, кого надобно благодарить за славную охоту?
Уда подняла руку и коротко ей махнула.
— Точно так! А как это было, расскажешь?
— Группа прикрытия подманила и отвлекала. Я зарядилась и выстрелила, — пожала плечами женщина.
— Да! И как стреляет арбалет?
— … — ёмко описала весь процесс женщина.
— Лучше ить не скажешь! Покажешь для молодых? — попросил дядька Цри.
— Уйдёшь? — полуутвердительно произнесла арбалетчица.
— Сразу же, — заверил мушкетёр.
Уда молча поднялась, зашла в палатку, а через несколько мгновений вернулась с арбалетом… наверное. Именно это оружие более всего напоминал механизм в её руках. Да, у него было ложе, и из него торчала стрела. Но на ложе она не накладывалась, а скорее вставлялась в толстую трубку, к которой тянулся толстенный ребристый шланг. Сверху над ложем, на высоких направляющих расположилась ещё десятка коротких стрел. Женщина положила арбалет на стул, снова скрылась в палатке, но вскоре вернулась с массивным шарообразным приспособлением с круглым отверстием наверху.
К этому отверстию арбалетчица подсоединила шланг, нажала еле приметную кнопку на шаре, взяла в руки арбалет и принялась ждать.
Пару минут не происходило вообще ничего, потом шар слегка загудел, а шланг начал чуть подрагивать. Женщина молча подняла оружие, направила его на крупный валун, что виднелся в двух десятках шагов на самой границе света, и спустила курок.
Раздалось короткое шипение, и стрела наполовину вошла в камень. Нибб, смотревший в тот момент на Уду, не успел заметить, как в ложе уже оказался новый снаряд. Это было невероятно быстро.
— Ого! — протянули из толпы.
— Не ого, — отрезала арбалетчица. И снова начала ждать.
В этот раз пришлось постоять подольше. Легкий гул из шара сменился тревожным гудением, шланг резко и часто дёргался, да и арбалет подрагивал в руке всё сильнее и сильнее.
Наконец, когда Нибб уже начал думать, что что-то пошло не так, Уда-арбалетчица выстрелила снова. Шипение в этот раз было длинным и угрожающим, с обоих концов соединительного шланга вырвались струйки пара, а само оружие задёргалось в руках женщины, словно живое. Через миг из валуна торчало уже семь стрел. Не рядом, совсем не рядом друг с другом, но хотя бы мимо ни одна не прошла.
— Вот ого, — пояснила женщина, кладя оружие на землю всё ещё трясущимися руками.
— То-то, молодые! — наставительно поднял палец в верх перед притихшей группой дядька Цри. — Теперь понятно?
— Да! — ответил за всех Нибб. — Какая мощь…
— Тьфу! — сплюнул мушкетёр. — Ить разве это мощь? Это срам! Вот Бернхольм, наша крепость — это мощь!
— А что крепость? Она у вас что, летает, что ли? — попытался пошутить кто-то из группы.
— Последние полтора полных цикла не летает. Но обязательно полетит! А для этого нужно больше братьев… Всё, рекруты, отбой!
Отбой, унгары! На сегодня это всё. Но уже завтра мы продолжим!
