Константин Великий. Часть VI. Последние годы

Автор — Сергей Девочкин

После длительного перерыва мы снова возвращаемся к Константину Великому. В пяти предыдущих статьях мы подробно рассмотрели его военную историю с 306 по 324 годы. В эти годы рухнула система власти, установленная императором Диоклетианом: его идея четверовластия (тетрархия) оказалась жизнеспособной лишь при наличии в системе авторитетного правителя, на которого равняются прочие. Крушение третьей тетрархии в 305 году привело к затяжной многофазной гражданской войне, последним этапом которой стало противостояние императоров запада и востока Константина и Лициния. В сражении у Хрисополиса 18 сентября 324 года комитат Константина разгромил восточные войска и добавил очередной балл к числу успехов победоносного императора. Так закончилась гражданская война и началась история четвертой тетрархии. Мы продолжим следовать тому курсу, который обозначился в предыдущих статьях и обратим внимание на военную историю Империи тех лет и лишь слегка коснемся вопросов религии, экономики и личной жизни Константина, поскольку все эти темы требуют отдельного рассмотрения.

После гражданской войны

Система власти, установленная Константином Великим, мало отличалась от диоклетиановой. Главным новшеством стало то, что в ней был один август и три цезаря (его сыновья), которые совместно управляли государством. В их руках была мощная армия. В гражданской войне она понесла тяжелые потери, но вместе с тем приобрела огромный опыт ведения боевых действий. За годы был отлажен механизм новой системы обороны: взамен концепции укрепленного лимеса пришла идея мобильной армии. Теперь в приграничных укреплениях остались лишь небольшие пограничные подразделения, в то время, как прочие войска были сведены в крупные мобильные боевые группы. Они были размещены в городах в глубине имперской территории, благодаря чему могли нанести точный массированный удар после того, как пограничники предоставят информацию о направлении вторжения врага.

Еще одним результатом непрестанных войн стало основание новой столицы. В конце 324 года Константин решил, что пришло время для символического обновления Империи. Старый Рим был городом древних побед и языческой аристократии. Это был символ уходящей эпохи. Вызовы времени требовали от Империи измениться или погибнуть. На последнем этапе войны с Лицинием во время осады Византия Константин оценил стратегические выгоды расположения этого города: он находился на перекрестке востока и запада, Европы и Азии. Там сходились торговые пути, соединяющие все стороны света. Удобный залив Золотой рог предлагал замечательные возможности для развития морской торговли. Император лично обозначил новую линию стен и строительство началось. В городе возводились дома и дворцы, площади и колонны. По приказу Константина на берега Босфора со всего света везли лучшие произведения искусства: новая столица должна была стать самым красивым городом из когда-либо существовавших. Строительство было завершено к 330 году и 11 мая город был освящен, как "Новый Рим", но в широкое употребление вошло название "Город Константина", или просто "Город" (Κωνσταντινούπολις; Η Πόλις). Последние годы своей жизни император старался проводить в своей новой столице.

Другим значительным событием правления Константина стала монетная реформа. Диоклетиан пытался выйти из кризиса путем выпуска серебряной монеты, но это ему не удалось. Константин же, проанализировав опыт предшественника, сделал упор на новую золотую монету, сменившую старый римский aureus. Она получила название солид. Латинское слово solidus имеет следующие значения: крепкий, твёрдый, прочный; непоколебимый, незыблемый, нерушимый, подлинный, истинный. Замечательное название для монеты, которая была призвана восстановить прочное здание имперской экономики. Надо сказать, монета оправдала ожидания, которые Константин возлагал на нее: она печаталась до самого падения Константинополя в 1453 году. Ее вес оставался стабильным: 4,45 грамма, естественно, изображения на аверсе и реверсе время от времени менялись. Новая монета стала фундаментом не только римской экономики, но и армии, ведь деньги, как известно, - кровь войны.

При Константине завершилась административная реформа Империи. Взамен обычных провинций была введена система преторианских префектур. Должность префекта претория была трансформирована после победы у Мульвийского моста. Отныне это был сугубо гражданский чиновник высокого ранга. Во времена первой, второй и третьей тетрархий существовало лишь два префекта претория, которые находились рядом с августами востока и запада. В это время префект был лицом вторым после императора. С началом гражданской войны в 306 году каждый из претендентов на высшую власть стал назначать своего префекта, но после окончательной победы Константина в 324 году, военные обязанности префекта претория перешли к двум военным магистрам (magister peditum и magister equitum - магистр пехоты и всадников). Главой придворной бюрократии стал магистр оффиций (magister officiorum). За префектом претория остались чисто гражданские функции, хотя он по прежнему считался в государстве вторым после императора. В 332 году в Империи было одновременно пять префектов претория, хотя в итоге их осталось 4. Все государство было поделено, соответственно, на 4 части:

1. Преторианская префектура Галлии, включающая диоцезы Галлия, Испания и Британия.
2. Преторианская префектура Италии, Иллирии и Африки, включающая диоцезы Италия, Африка, Паннония, Дакия и Македония.
3. Преторианская префектура Востока, включающая диоцезы Фракия, Азия, Понт, Восток и Египет.
4. Преторианская префектура Иллирик с диоцезами Паннония, Дакия и Македония, видимо, предполагалась, но в силу исторических причин была оформлена только в 356—357 годах.

Основными военными проблемами Империи после 324 года оставались отношения с западными германцами на Рейнском лимесе, с восточными германцами и сарматами на Дунайском лимесе, с персами на восточной границе. Еще будучи августом запада Константин укрепил рейнскую оборонительную линию, чем в значительной мере обезопасил Галлию от варварских вторжений. Положение дел на Дунае было гораздо сложнее. В 322 году после очередного вторжения варваров Константин приступил к укреплению лимеса Мёзии. Это современный термин, он обозначает ряд римских укреплений, построенных между Черным морем и Паннонией на северном берегу Дуная. Восемь легионных крепостей, сотни фортов и наблюдательных башен, соединенных валами и стенами, в несколько линий раскинулись на огромном пространстве от Сингидуна до устья Дуная. Их задачей была защита римских провинций к югу от Дуная, в частности, Верхней и Нижней Мёзии. На территории современной Румынии Константин возвел дополнительную линию обороны, которую называют "Стена Константина". Ее протяженность - 300 километров. Раскопки этого укрепления начались относительно недавно.

Трагедия императорской семьи и последние годы Константина

В 326 году жизнь семьи Константина сильно изменилась: его жена, дочь Максимиана Геркулия, унаследовала изворотливый характер своего отца и решила любой ценой обеспечить власть своим сыновьям. Этому мог помешать Крисп - старший сын Константина от первого брака. Фауста обратилась к мужу, обвинив Криспа в том, что он добивается одновременно власти отца и тела мачехи. Хитрая женщина нашла средства, чтобы убедить мужа в правдивости своих слов. В результате вскоре последовала казнь Криспа. Но поскольку все тайное однажды становится явным, Константин получил доказательства того, что жена солгала ему. К сожалению, было уже слишком поздно. Фаусту заперли в горячо натопленной бане, где она и задохнулась. Ее имя было предано damnatio memoriae - проклятию памяти, форме посмертного наказания. Примечательно, что когда сыновья Константина стали самостоятельными правителями, ни один из них не сделал попытки отменить этот указ. Видимо, они знали о преступлении матери и вполне разделяли меру наказания, которую она понесла.

Константин в последние годы опирался на помощь Криспа, теперь же, когда его не стало, постепенно роль военного помощника переходила ко второму сыну, Константину II, которому в 326 году было 10 лет. Констанцию и Константу было соответственно 9 и 6 лет, поэтому они оставались в стороне от военных дел. Между тем Империя снова оказалась в опасности. В 328 году возникла угроза сразу на двух границах: вестготы готовились к вторжению через Дунай, алеманы - через Рейн. Константин разделил свой комитат на две части. Сам он возглавил командование войсками на Дунае, двенадцатилетнего сына же отправил на запад. Скорее всего, в действительности управление рейнским войском лежало на опытных офицерах, в то время как цезарь Константин II набирался опыта и привыкал к походному образу жизни.

О боевых действиях на Рейне нам ничего не известно. О вторжении готов - напротив. Известно, что это нашествие стало самым крупным со времен императора Клавдия. Предположительно, к этому времени уже сложилось готское королевство Эрманариха, раскинувшееся на большом пространстве — преимущественно на территории современной Украины. Система обороны сработала превосходно: о нападении варваров стало известно заранее. Ко всему прочему, именно в 328 году было завершено строительство моста через Дунай. Он находился в районе современных румынских городов Corabia и Sucidava и болгарского города Gigen (римский Oescus). Это грандиозное сооружение имело длину в 2437 метров, причем половина длины проходила над руслом реки. До 20 века это был самый большой мост в мире. В 328 году римские войска воспользовались преимуществом, открывшимся с появлением моста и встретили врага на северном берегу Дуная. Вероятно, в 329 году Константин предпринял поход в глубину варварских земель, как он делал это, будучи правителем запада Империи. Мы знаем, что в тот год император в четвертый раз получил титул Germanicus Maximus.

Очередное нападение готов было отбито, что не помешало им испытать удачу через четыре года в землях сарматов. Готы атаковали это полукочевое племя, славившееся своей конницей и смогли значительно потеснить их, после чего сарматы отправили просьбу о помощи императору Константину. Аноним Валезия сообщает, что в 332 году император «начал войну против готов и оказал помощь умолявшим о ней сарматам». Кампания началась 20 апреля. Римские легионы под командованием 16-летнего цезаря Константина II переправились через Дунай и атаковали готов в союзе с сарматскими войсками. На этот раз дело не ограничилось отражением нападения, цезарь Константин повел легионы вглубь территории и устроил страшный разгром готского войска. Для заключения мирного договора в Константинополь отправилась делегация представителей готских племен, в которой был некий Вульфилла, "Волчёнок". Этот молодой человек был христианином и прежде, или же стал им во время жизни в Константинополе. В любом случае он стал одним из наиболее успешных проповедников христианства в своем народе. Именно ему принадлежит заслуга перевода Священного Писания на готский язык. Разумеется, вся деятельность Вульфиллы была санкционирована императорской администрацией, для которой христианизация готов была делом первостепенной важности: это могло реально снизить конфликтный потенциал северного соседа и сделать его из вечного противника союзником.

Не менее важным событием стал сам договор (так называемый foedus, "федератский договор") 332 года. В соответствии с ним готы обязывались предоставлять определенное число воинов для службы в римской армии. Взамен они получали денежную выплату. Кроме того, варвары получили возможность вести торговлю в придунайских городах, что в то время было принципиально важным для них: немало необходимых для жизни товаров они могли купить только на римских рынках. Естественным образом в Константинополе остались заложники из знатных готских родов, в том числе и сын вождя по имени Аорих. Считают, что он был отцом Атанариха, известного нам по Готской войне конца IV века.

В 334 году в сарматских землях начался бунт простолюдинов против собственной знати.

"Далее, заклю­чив с гота­ми мир, он обра­тил [взо­ры свои] к сар­ма­там, кото­рые пока­за­ли себя не заслу­жи­ваю­щи­ми веры. Но [в это вре­мя] все рабы сар­ма­тов вос­ста­ли на гос­под, и Кон­стан­тин охот­но при­нял изгнан­ных [сар­ма­тов] и более трех­сот тысяч их раз­но­го пола и воз­рас­та рас­се­лил во Фра­кии, Ски­фии, Македо­нии и Ита­лии".
Аноним Валезия

Видимо, это была не последняя кампания Константина к северу от Дуная. Известно, что в 336 году он получил титул Dacicus maximus, что предполагает некоторые военные успехи в Дакии - таинственных землях современной Румынии. Именно там родилась мать Галерия, языческая колдунья, утверждавшая, что родила сына от дракона, именно те места впоследствии получат название "Трансильвания", с ними же связано имя Влада Дракулы.

Незадолго до смерти Константин наделил своего племянника Далмация титулом цезаря, а его младшего брата Аннибалиана сделал правителем понтийской области (юго-западный берег Черного моря). Таким образом, император изъявил свою волю по поводу дальнейшего устройства Империи. После его смерти государство должно было управляться одновременно пятью лицами: старший сын Константин II получает в управление Галлию, Испанию и Британию, средний сын Констанций II становится владыкой всего Востока, младший Констант получает Италию, Африку и Иллирик, Далмаций - балканские провинции. О Аннибалиане уже говорилось. Подобное распределение власти уже при жизни императора говорит о том, что слухи о его предельном властолюбии - ложь. Истинные властолюбцы до последнего вздоха стараются защитить свою власть даже от самых близких людей.

Весной 337 года Константин почувствовал себя плохо. Он отправился на лечебные источники, но скоро стало ясно, что его время подошло к концу. Прибыв в Никомедию, император принял крещение и после уже не возвращался к облачению августа, оставаясь в простой крещальной одежде белого цвета. 23 мая великий правитель умер. Он оставил после себя могучее государство, непобедимую армию, богатую казну и новую столицу, которой суждено будет прожить еще 11 столетий.

"Воины, взяв тело Константина, положили его в золотой гроб, потом покрыв багряницей, принесли его в одноименный василевсу город и поставили на высоком катафалке в одной из лучших комнат царского дворца. Вокруг, на золотых подсвечниках, зажжены были свечи, что взорам присутствующих представило удивительное зрелище, какого никто и никогда, от создания мира, не видывал на земле под солнцем. Именно среди внутренней залы дворца, в золотом высоко поставленном гробе лежало по царскому порядку, накрытое порфирой и диадемой тело василевса, вокруг него стояла многочисленная, бодрствовавшая день и ночь стража.Комиты, военные игемоны, военные архонты (αρχοντον ταγμα), которым при жизни государя долг повелевал приходить к нему с приветствиями, нисколько не изменяя этого порядка, приходили и теперь в установленные часы к лежавшему во гробе, как бы к живому василевсу, и преклоняя колена, приветствовали умершего. После них являлись и то же делали сенаторы и все важные лица. Потом перед этим зрелищем представлялся народ, различных сословий, с женами и детьми. И это совершалось таким образом долгое время, потому что стратеги (στρατιωτιγων) положили держать и хранить тело василевса, пока прибудут его дети почтить своим присутствием погребение родителя. Итак, блаженный василевс, даже по смерти, царствовал один, и все шло обыкновенным порядком, как было при его жизни. Одному только ему от начала мира Бог даровал такую честь. И действительно, из всех автократоров, он один различными делами чтил всех Бога и Христа его, а потому один по всей справедливости и сподобился этого. Одному только ему сущий над всеми Бог даровал преимущество царствовать над людьми даже по смерти, и людям, не лишенным смысла, этим ясно указал на нестареющее и нескончаемое царствование души его. Так происходило все это".
Прокопий Кесарийский. "О жизни Константина".

Фигуры такого масштаба, каким был Константин, всегда вызывали споры. Кем он был? Гением? Злодеем? Мы не стали углубляться в тонкости его жизни и мировоззрения и остановились лишь на одном аспекте: военной деятельности. Проследив за тем, как проявил себя Константин в качестве полководца, мы можем уверенно сказать: он, безусловно, велик. И это прозвище - "Великий" - получено им не только и не столько в признание заслуг перед Церковью. Константин был сам по себе великой личностью, приводившей современников в восторг и восхищение, талантливым полководцем, не знавшим поражений за 45 лет военной карьеры. Своей смелостью, совмещенной с рассудительностью, он возродил былое величие Империи, чем и покрыл себя вечной, неувядающей славой.

Auguste Constantine! Equiescat in pace!

Авторский паблик — Basilica