Божественный Аврелиан. Часть III

Ночь темнее всего перед рассветом.

Бенджамин Дизраэли

Усмирив вандалов, наш герой направился в Италию. Это было обусловлено тем, что в пределы империи вторглась коалиция из алеманнов, маркоманнов, ютунгов. Вероятно, причиной вторжения стала нехватка продовольствия в землях. Выйдя на равнину реки По, они заняли Плацентию и двинулись в Павию. Ситуация стала для Италии угрожающей. В Риме поднялись мятежи,а сенат обратился к книгам Сивиллы.

За два дня до январских ид(11 января)город­ской пре­тор Фуль­вий Сабин заласкал: «Докла­ды­ва­ем вам, отцы сена­то­ры, о сове­те пон­ти­фи­ков и о пись­ме государя Авре­ли­а­на; в них заклю­ча­ет­ся повеление обратиться к книгам судеб, в которых содер­жит­ся для нас надежда на окончание войны согласно свя­то­му веле­нию богов.

Ведь вы и сами зна­е­те, что к этим кни­гам обращались всякий раз, как воз­ни­ка­ло какое-нибудь особенно зна­чи­тель­ное волнение и обще­ст­вен­ные бедствия окан­чи­ва­лись только после при­не­се­ния жертв согласно их авторитетному указанию».

Флавий Вописк Сиракузянин Жизнеописания Августов

Аврелиан, стремясь выиграть время для подхода, отправил алеманам посла с предложением о мире. Ответ варваров был известен: Они свободные люди и покажут, как свободные люди могут сражаться!

Когда Авре­ли­ан, сосре­дото­чив в одном месте свое вой­ско, поже­лал всту­пить в столк­но­ве­ние со всеми вра­га­ми, он потерпел под Пла­цен­ци­ей такое поражение, что Рим­ская империя едва не распалась. Причинной такой опасности было коварное и хитрое движение вар­ва­ров. Не будучи в состоянии всту­пить в открытый бой, они скры­лись в очень густых лесах и таким образом с наступ­ле­ни­ем вечера привели в заме­ша­тель­ство наших. В сущности, если бы — бла­го­да­ря божьей помощи вследствие обращения к Сивил­ли­ным кни­гам и заботе о выпол­не­нии жерт­во­при­но­ше­ний — варвары не были окру­же­ны ужас­ны­ми виде­ни­я­ми и боже­ст­вен­ны­ми при­зра­ка­ми, то не было бы у рим­лян победы.

Флавий Вописк Сиракузянин Жизнеописания Августов

Для римлян сражение в лесу было ахиллесовой пятой. К тому же, как говорил Гомер, Даже храбрейшие не могут сражаться, если это выше их сил. Поражение поставило Аврелиана на край гибели. Он собрал оставшихся солдат и молил их о том, чтобы они остались верны ему. К счастью, так и случилось.

Аврелиан, быстро собрав армию, напал на лагерь алеманнов у реки Метавр, неподалеку от города Алтаря Фортуны, и разгромил их, а многие варвары утонули в реке. В итоге алеманны, маркоманны и ютунги запросили мира. Имеется рассказ о приёме принцепсом варварских послов. Его войска были размещены по обе стороны полумесяцем. Впереди стояли офицеры на конях вместе с императором, за которым виднелось множество штандартов. Ошеломлённые послы тотчас начали просить возобновления мира. Аврелиан принял их предложение, и варвары повернули назад, уходя по той же дороге, которой пришли. По Тицину Аврелиан устроил им засаду, и в ходе произошедшей битвы все варвары были уничтожены. Вероятно, некоторые выжившие раздробились на мелкие отряди и продолжили сопротивление, однако вскоре были перебиты.

Победа позволила отбросить варваров за пределы империи

49. Затем император узнал, что алеманны и их соседи намереваются вторгнуться в Италию. Естественно, он в большей степени был обеспокоен Римом и его соседством, чем всем остальным. Поэтому, оставив необходимые силы в Паннонии, он двинулся к Италии. По пути, на границе близ Данубия, он вступил в бой с варварами и убил много тысяч врагов.

Тем не менее его продолжал заботить Рим. Некоторые сенаторы, замешанные в тайном заговоре против императора, были привлечены к суду и наказаны. А Рим, который до того не имел стен, был укреплен 54. (Полностью стена была завершена Пробом, преемником Аврелиана). В то же время Септимий, Урбан и Домициан были также по подозрению в заговоре немедленно арестованы и наказаны.

50. Так сомкнулись два очага кризиса – италийский и паннонский.

Новая История. — Кн. I Зосим

После устранения угрозы извне пришло для Аврелиана время заняться внутренними проблемами.

Авре­ли­ан, человек по при­ро­де жестокий, устре­мил­ся в Рим пре­ис­пол­нен­ный гне­ва и охва­чен­ный жаждой мщения, кото­ро­го тре­бо­ва­ла серьёзность мятежей. Во всех дру­гих отно­ше­ни­ях человек пре­вос­ход­ный, он здесь грубо проявил свою власть: казнив зачинщиков мяте­жа, он про­из­вел кро­ва­вое усми­ре­ние там, где можно было воздей­ст­во­вать более мягкими мерами. Были убиты даже некоторые из родовитых сенаторов на основании лег­ко­вес­ных обвинений, которые более мягкий государь мог бы оставить без внимания, исходивших от одного един­ст­вен­но­го свидетеля, притом нена­деж­но­го или ничтож­но­го.

Флавий Вописк Сиракузянин Жизнеописания Августов

Римские мятежники были жестоко наказаны. Зиму 271-272 г. Аврелиан провел в Риме, где получил титул «Германский Величайший». Тем не менее, угроза со стороны германских племён оставалась высокой, что побудило Аврелиана обнести Рим мощной стеной, которая известна как стена Аврелиана. Это был вал длиной около 19 километров, толщиной около четырёх и высотой шесть метров. Это намного превышает протяженность легендарной стены Сервия Туллия.

Протяженность стены Аврелана, которая обозначена чёрным, можно оценить в сравнении со стеной Сервия Туллия, которая обозначена красным. Стеной был обнесён даже район Транстивере, находящийся, как можно понять из названия на другой стороне Тибра на восточной стороне холма Яникул.

Вторжения варваров привели к нескольким восстаниям на периферии . В Далмации восстал Септимий, но вскоре он был убит собственными солдатами. В то же время некий Убран провозгласил себя императором; однако, есть предположение, что этот узурпатор был вымышлен. Около 271 года в Галлии восставал некий Домициан II. Он известен по нескольким монетам. Возможно, он являлся бывшим военачальником Галлиена.

Самым крупным стало восстание Фелициссима, начальника фиска, в обязанности которого входило также управление государственной казной. Фиск (лат. fiscus, — «корзина» или «денежный ящик») — государственная казна в древнем Риме. Он подстрекал рабочих монетных дворов портить монету.Вскоре его обман был раскрыт.

Фелициссим поднял восстание и заперся на Целийском холме, выстаив 7 тысяч воинов.В результате восстания были казнены несколько сенаторов и всадников, а Фелициссим погиб.

Септимия 271 года. Поэтому последняя дата считается более приемлемой.

Готы по-прежнему представляли серьёзную угрозу для римлян. Пока Аврелиан был занят войной в Италии, они нападали на Фракию, Дакию и Мёзию Прекратив военные действия в Италии, Аврелиан сразу же отправился на войну с готам. Римлянам удалось победить их и изгнать к северу от Дуная. Римская армия преследовала готов и нанесла им тяжёлые потери. В этой кампании против готов погиб и вождь Каннабад, а также около пяти тысяч вражеских солдат. За победу в этой кампании Аврелиан получил два титула — «Дакский Величайший» и «Готский Величайший».Затем Аврелиан приказал эвакуировать все оставшиеся войска и население из римской Дакии за Дунай.

Перед Аврлианом стал выбор: вернуть провинцию полностью и восстановить систему обороны времён Траяна, либо покинуть область и установить границу по Дунаю. Он решил отказаться от провинции Дакия, так как она слишком часто подвергалась нападениям варваров из-за небольшого количества римских гарнизонов и дорого обходилась казне. Аврелиан отодвинул границу империи к реке Дунай и переселил жителей провинции,которые были потомками римских переселенцев и романизованных варваров, на правый берег Дуная; где в восточной части Верхней и Нижней Мёзии, Фракии и древней Дардании учредил две новых провинции, названные Дакией Прибрежной и Дакией Внутренней. Также Аврелиан сновал новый монетный двор в Сердике. Дакия была важна для Рима наличием в ней серебряных рудников. Однако не все жители согласились уехать с насиженных мест. Новая провинция представляла важность для авторитета Аврелиана: поскольку он отказался от римской территории, он желал создать «новую Дакию» взамен потерянных провинций.

Дакия была оставлена римлянами спустя 170 лет после завоевания Траяном. Уход римлян из Дакии породил новую напряжённость в отношениях между готами и гепидами на востоке и языгами на западе, а с другой стороны, позволил римлянам укрепить границу в среднем и нижнем течении Дуная. Были выведены два легиона: V Македонский и XIII Парныйи и большое количества вспомогательных подразделений числом более 45 тысяч человек. Они были переведённых в Эск и Ратиарий.

После укрепления власти в Риме настала очередь возвращения утраченых земель на востоке. Тут нужно сделать небольшое отступление и рассказать про события, происходившие в то время на востоке. Зенобия была второй женой пальмирского царя Одената II. Он был выходцем из местной знати. В середине 240 года был назначен правителем Пальмиры. В 260 году император Валериан I был разбит и попал в плен к персидскому шаху Шапуру. После этого Оденат взял власть над Сирией в свои руки. Он собрал небольшое войско и неожиданно напал на персов вовремя переправы через Евфрат. По возвращению в Пальмиру в 261 году, он обнаружил, что власть захватил узурпатор Макриан, объявивший себя и двух своих сыновей императорами. Набрав войско, Макриан вместе со своим старшим сыном двинулся против другого узурпатора Авреола, но был разбит им в Иллирии. В междоусобной борьбе, развернувшейся в империи после потери императора Оденат поддержал Галлиена, который был сыном прошлого императора.В благодарность за это Галлиен в 262 году признал Одената правителем Востока.

После такого успеха Оденат предпринял несколько походов против Персии, захватил города Эдессу, Нисибис и Карры, несколько раз даже брал персидскую столицу Ктесифон. Таким образом под контролем Одената оказалась почти вся Месопотамия. Он взял себе персидский титул шахиншаха (царя царей) и назначил своего старшего сына Герода своим соправителем.

В 267 году Оденат вместе с сыном был убит своим двоюродным братом Меонием. Вероятно, это было сделано по указанию , Зенобии, второй жены Одената, которая хотела, чтобы её сын Вабаллат наследовал тон правителя востока вместо сына Одената от другой женщины.

Аврелиан поручил Пробу, который в будущем станет императором., отвоевывание Египта. Потеря Египта стала для Рима значительной потерей, которая вызвала нехватку продовольствия. К осени 271 года Проб успешно исполнил задачу. Для войны Аврелиан собрал 200-тысячную армию, состоявшую из далматов, мавританской кавалерии и легионеров. Специально для предстоящей кампании были созданы два легиона: I Иллирийский и IV Марсов.

Весной 272 года Аврелиан с войском пересёк Босфор и прибыл в Халкедон. Провинции Вифиния и Галатия перешли к римлянам без сопротивления. Когда Аврелиан подошёл к городу Тиана.

Дой­дя до Тиа­ны и най­дя ее запер­той, он, гово­рят, в гне­ве вос­клик­нул: «Соба­ки живой не остав­лю в этом горо­де!». Бла­го­да­ря реше­нию вои­нов, вооду­шев­лен­ных надеж­дой на добы­чу, и измене неко­е­го Герак­лам­мо­на, пре­дав­ше­го свою роди­ну из стра­ха быть уби­тым среди про­чих, город был взят.. Тут Авре­ли­ан, дей­ст­ви­тель­но по-импе­ра­тор­ски, при­нял два реше­ния, из кото­рых одно пока­зы­ва­ет его стро­гость, а дру­гое — мяг­кость. Муд­рый победи­тель убил Герак­лам­мо­на, пре­да­те­ля сво­ей роди­ны; когда же вои­ны, соглас­но его сло­ву о том, что он не оста­вит в Тиане живой соба­ки, тре­бо­ва­ли раз­ру­ше­ния горо­да, он отве­тил: «Да, я объ­явил, что в этом горо­де не остав­лю ни одной соба­ки: всех собак уби­вай­те!».

Флавий Вописк Сиракузянин Жизнеописания Августов

Таким образом Аврелиан отрыл себе путь через сирийские и киликийские перевалы. При переходе через Таврские горы все города сдавались Аврелиану.

Авре­ли­ан, пообе­щав всем непри­кос­но­вен­ность, овла­дел Антио­хи­ей после неболь­шо­го сра­же­ния под Даф­ной. Несмотря на превосходство пальмирской конницы, армия Аврелиана одержала победу над Зенобией, которая бежала с остатками своего войска к Эмесе.Там произошол новый бой.

Затем под Эме­сой про­изо­шел круп­ный бой с Зено­би­ей и ее союз­ни­ком Забой, где дол­жен был решить­ся вопрос о вер­хов­ной вла­сти. (3) Когда утом­лен­ные всад­ни­ки Авре­ли­а­на уже гото­вы были отсту­пить и обра­тить­ся вспять, вне­зап­но, как выяс­ни­лось впо­след­ст­вии — под воздей­ст­ви­ем боже­ства, так как некий боже­ст­вен­ный образ обо­д­рял вои­нов, — пехо­тин­цы вос­ста­но­ви­ли порядок среди всад­ни­ков. Зено­бия вме­сте с Забой была обра­ще­на в бег­ство, и одер­жа­на пол­ная победа. Спас­ши поло­же­ние на Восто­ке, Авре­ли­ан победи­те­лем всту­пил в Эме­су и немед­лен­но напра­вил­ся в храм Гелио­га­ба­ла под пред­ло­гом выпол­не­ния обе­тов от име­ни всех. Там он и нашел тот образ боже­ства, кото­рый, как он видел, покро­ви­тель­ст­во­вал ему на войне. Поэто­му он и здесь зало­жил хра­мы, сде­лав необык­но­вен­ные при­но­ше­ния, и в Риме соорудил храм Солн­цу.

Флавий Вописк Сиракузянин Жизнеописания Августов

После это­го Аврелиан напра­вился в Паль­ми­ру, чтобы заво­е­ва­ни­ем это­го горо­да поло­жить конец войне. В пути он сильно пострадал от сирий­ских раз­бой­ни­ков, кото­рые не раз устра­и­ва­ли дур­ной при­ем его вой­ску; и во вре­мя оса­ды он под­вер­гал­ся боль­шой опас­но­сти, даже был ранен стре­лой. Аврелиан предложил Зенобии здаться в письме. Далее приведу её ответ:

«Зено­бия, цари­ца Восто­ка, Авре­ли­а­ну Авгу­сту. Никто, кро­ме тебя, до сих пор не про­сил в пись­ме того, чего тре­бу­ешь ты. На войне все реша­ет доб­лесть. Ты пред­ла­га­ешь мне сдать­ся, как буд­то не зна­ешь, что цари­ца Клео­пат­ра пред­по­чла уме­реть, а не жить в каком угод­но поче­те. Пер­сы не отка­зы­ва­ют­ся при­слать мне на помощь вой­ска, и мы уже ждем их; за нас сто­ят сара­ци­ны, за нас — армяне. Твое вой­ско, Авре­ли­ан, победи­ли сирий­ские раз­бой­ни­ки. Что же? Если собе­рут­ся все воору­жен­ные силы, кото­рые ожида­ют­ся со всех сто­рон, тебе при­дет­ся отка­зать­ся от той над­мен­но­сти, с какой ты повеле­ва­ешь мне теперь сдать­ся, как буд­то ты в пол­ной мере победи­тель».

Авре­ли­ан не сму­тил­ся, а раз­гне­вал­ся, получив письмо. Собрав немед­лен­но вой­ско и началь­ни­ков, он со всех сто­рон оса­дил Паль­ми­ру. Он пере­хва­тил отряды, кото­рые были посла­ны на помощь пер­са­ми, под­ку­пил кон­ные отряды сара­цин и армян, при­влёк их на свою сто­ро­ну.

Зено­бия пыта­лась бежать на вер­блюдах, кото­рых назы­ва­ют бего­вы­ми, и направи­лась к пер­сам. Однако ей не повезло и она была захва­че­на послан­ной вдо­го­ку кон­ни­цей и переда­на в руки Авре­ли­а­на, закована в оковы.

После победы Аврелиан вернулся в Европу, попутно разбив племена карпов, которые были вытеснены готми и вторглись в римские земли, а оставшхся поселил на римской територии. По окончании кампании к Аврелиану пришло известие о том, что жители Пальмиры восстали и перебили римский гарнизон. Там был провозглашен императором некий Антиоха, родственник Зенобии. К весне 273 года Авреиан подавил мятеж, город опустошил, а узрпатор был отправлен в изгнание.

Ред­ко быва­ет, чтобы сирий­цы сохра­ни­ли вер­ность: им это даже труд­но. Когда Авре­ли­ан был занят евро­пей­ски­ми дела­ми, паль­мир­цы, уже побеж­ден­ные и раз­би­тые, под­ня­ли круп­ное вос­ста­ние.

При осаде Александрии в 272—273 годах были сожжены Александрийская библиотека и Мусейон(культурный центр эллинизма, построенный при Птолемеях). Строгость императора заходила слишком далеко, однако он сожалел о содеянном. Вот письмо Аврелиана некому Церро­нию Бас­су:

«Авре­ли­ан Август Церро­нию Бас­су. Не следу­ет долее давать волю мечам вои­нов. Доволь­но уже заруб­ле­но и заре­за­но паль­мир­цев. Мы не поща­ди­ли жен­щин, мы пере­би­ли детей, пере­ре­за­ли ста­ри­ков, истре­би­ли жите­лей дере­вень. Кому же мы оста­вим потом зем­лю, кому оста­вим город? Надо поща­дить тех, кто остал­ся в живых. Я уве­рен, что эти, столь немно­гие, испра­ви­лись после нака­за­ния мно­гих. Я хочу при­ве­сти в преж­ний вид храм Солн­ца, кото­рый раз­гра­би­ли в Паль­ми­ре орло­нос­цы третье­го леги­о­на вме­сте с зна­ме­нос­ца­ми, дра­ко­но­нос­цем, гор­ни­ста­ми и тру­ба­ча­ми. У тебя есть три­ста фун­тов золота из лар­цов Зено­бии, у тебя есть тыся­ча восемь­сот фун­тов сереб­ра из паль­мир­ско­го добра, у тебя есть цар­ские дра­го­цен­ные кам­ни. Имея все это, поста­рай­ся почтить храм. Этим ты очень уго­дишь и мне, и бес­смерт­ным богам. Я напи­шу сена­ту и попро­шу при­слать пон­ти­фи­ка, кото­рый про­из­вел бы освя­ще­ние хра­ма».